Глава 36

Полина

Оказалось, что найти следы судьи Гарднера не так уж просто. Факт был налицо — он уехал из столицы. Но куда точно? Герцог Дареаль рыл носом землю, а я сидела дома и сходила с ума от беспокойства. Крайне быстро начала называть его убежище домом. Мне нравилось, что здесь было тихо и спокойно. Всего четверо слуг, которые старались лишний раз не попадаться на глаза, и долгожданный отдых. Думала, что после допроса Паскуаля не смогу спокойно спать под этой крышей, но страх ушел так же быстро, как и появился. Видимо, последние события изменили меня. Я стала сильнее — но, увы, этого было мало.

Осень постепенно вступала в свои права. Накрапывал дождь, я сидела у окна и ждала возвращения хозяина дома. Еще мне нравилось то, что между нами установилось взаимное уважение — и не больше. Этьен не старался стать для меня другом. Его устраивало, что мы действуем вместе. Меня тоже. Ни я, ни он не пересекали той границы, которая позволяет считать кого-то близким человеком.

В тот вечер уже собиралась ложиться спать — герцог много работал и мог пропасть на несколько дней. О сути его работы я тоже старалась не думать, иначе можно было сойти с ума. Но неожиданно раздался стук двери, и в гостиной появился Дареаль. С его одежды стекала вода. Тут же примчалась служанка, забрала шляпу и плащ, а сам герцог подошел ко мне:

— Хорошие новости, Полли. Я нашел Гарднера.

— Наконец-то! — Я не сдержала возгласа. — И где он?

— Достаточно далеко. Забрался на самую окраину Гарандии, так что нам придется немного попутешествовать.

— И сколько это займет?

— Сама дорога — около недели в одну сторону. И по пути я хотел бы остановиться кое-где, уж не обессудьте.

— Как скажете. — Я склонила голову, думая о том, что будет, если Анри вернется, пока меня нет. Наверняка, мысли были написаны на лице, потому что Дареаль усмехнулся:

— Вам не о чем беспокоиться, Полина. Даже если жених вернется в ваше отсутствие, а это вряд ли случится, за ним присмотрят.

Прозвучало жутко. Но я ведь понимала: да, пустота докажет невиновность Анри, но разве тайная служба отступится? Нет, они еще трижды перепроверят решение высших сил.

— Когда мы уезжаем? — спросила я.

— Завтра на рассвете. Путь неблизкий, стоит выехать как можно раньше.

— Тогда я немного прогуляюсь.

— Вас проводить?

Дареаль выглядел утомленным. Да и не нужен мне был присмотр.

— Нет, благодарю, — ответила я. — Это ненадолго. К утру буду готова к поездке.

Было ли, что собирать! Конечно, герцог и здесь мне помог — снабдил минимальными средствами, большего я от него не взяла и поклялась все вернуть, несмотря на его возражения. Поэтому хотя бы не было стыдно выйти в люди. И сейчас я спешно собиралась. Зачем? Позднее объяснить не могла. Только выбежала из дома в дождь, прикрывая голову накидкой и отказавшись от зонта, и помчалась прочь, к серой пустынной башне, надеясь застать на месте её жуткого обитателя.

Я неслась со всех ног. Башня находилась далеко, и надо было торопиться. А когда оказалась у знакомых ворот, вдруг оробела. Что я скажу Пьеру? Зачем вообще сюда пришла? Только отступать не стала, а постучала, и ворота безмолвно распахнулись. Я медленно вошла во двор. Вокруг тут же сгустились тени. Они будто плясали свой особенный танец, но страха не было. Только непонятная горечь. Я давно не видела Пьера. Знает ли он, что я ушла из дома? Знает ли, где живу? Почему-то казалось, что да. Двери башни распахнулись, и тот, к кому я пришла, шагнул навстречу.

— Здравствуй, Полина, — раздался знакомый голос из-под капюшона.

— Здравствуй, Пьер.

— Входи.

Он развернулся и пошел в башню, а я направилась за ним. Мы миновали узкую лестницу, поднялись выше в те самые комнаты, которые я когда-то назвала «личными». Здесь было тихо, и царил полумрак. Пьер махнул рукой, и светильники ярко вспыхнули, а хозяин башни указал мне на кресло, присаживаясь напротив.

— Я слушаю тебя, — сухо, без эмоций сказал он.

— Я завтра уезжаю, надолго, — ответила я. — Может, около месяца.

— Куда? — поинтересовался Пьер.

— Хочу побыть подальше отсюда какое-то время.

— Что ж, верное решение, давно пора, — ответил он. — Правда, мне не нравится твоя компания. Зачем ты связалась с Псом, Полли?

— Псом?

Я не слышала, чтобы кто-то так называл Дареаля.

— Да, Псом магистрата, герцогом Этьеном Дареалем. — Пьер снял капюшон и теперь изучающе смотрел на меня.

— Он мне помог после ссоры с матерью. Мне было некуда идти, и… — почему-то попыталась оправдаться.

— Ты могла прийти ко мне. Здесь ты была бы в безопасности.

Здесь? В башне магистра пустоты? Ни за что! Я разглядывала бесстрастное лицо Пьера, тонкие, почти бесцветные губы, серебристые глаза, и становилось жутко. Даже магистр тьмы не пугал меня так сильно, как он.

— Я понял. — Пьер склонил голову. — Что ж, жаль, что ты боишься меня, Полли. Зачем ты пришла?

— Я… Из-за Анри, — попыталась подобрать слова. — Если он вернется, пока меня не будет…

— Я присмотрю за ним. Что-то еще?

— Да. — Сама не знала, как решилась. — Пьер, можно мне увидеться с ним? Хотя бы на минуту, на мгновение.

— Ты понимаешь, о чем просишь, Полина? — нахмурился он. — Пустить тебя в пустоту?

Я опустила голову и молчала.

— Нет, — ответил Пьер, и я вздрогнула. — Не пущу. Единственное, чем могу помочь — это заставить вас встретиться во сне. Сон снимает оковы тела, и ты можешь ненадолго окунуться в пустоту. На несколько биений сердца. Затем я тебя вытащу. Согласна?

И на мгновение показалось, будто в глазах Пьера мелькнула жалость.

— Да.

— Тогда идем.

Пьер взял меня за руку. Его пальцы казались ледяными, будто он и не человек вовсе. Мы миновали несколько комнат прежде, чем очутились в спальне. Постель была застелена темным покрывалом. Я вздрогнула. Почему-то вспомнился Вайхес, и стало жутко.

— Не бойся, — тут же заметил Пьер. — Ничего дурного не случится. Ложись, закрывай глаза.

Я выполнила его просьбу. Пьер снова взял меня за руку. Вторую ладонь опустил на лоб и зашептал заклинания. О, боги! Сон пришел быстро. Пьер был в этом хорош. А вместе со сном явились и сновидения. Я шла по серому туману вперед, вперед. Мне часто снилось подобное, но сейчас все было иначе. Слишком осязаемо, невыносимо. Каждое прикосновение вязкого тумана к коже заставляло вздрагивать.

Вдруг впереди я увидела дверь. Толкнула её и очутилась в некой пещере — назвать помещение комнатой не поворачивался язык. Анри я увидела сразу. Он сидел на полу так же, как и в моих сновидениях. Перед ним прямо в воздухе висели три двери. Анри выглядел изможденным, измученным. Сердце защемило от горечи, и я бросилась к нему:

— Анри!

Он обернулся. В глазах вспыхнуло узнавание, но вдруг он отвернулся снова и уставился на двери.

— Анри. — Я села перед ним, позабыв о странном тумане, опустила руки на плечи, заглянула в глаза. — Любимый мой.

— Хватит, — сказал он, глядя куда-то сквозь меня. — Мало тебе дверей? Теперь еще и иллюзии? Думаешь, я поверю?

Откуда-то донесся смех. Я вздрогнула и обернулась, но никого не увидела.

— Анри, это я, Полли, — шептала, стараясь достучаться.

— Тебя не может здесь быть, — сказал он спокойно и безжизненно. — Ты далеко, в своем мире.

— Но это я!

Он поднялся и пошел прочь. Я не знала, как доказать, как убедить. Только чувствовала, что земля уходит из-под ног. А затем меня будто выдернули за волосы. Открыла глаза и гулко закашлялась. Пьер протянул мне стакан воды.

— Он мне не поверил, — пробормотала, чуть не плача. — Почему он мне не поверил, Пьер?

— Потому что тебе нечего делать в пустоте, — ответил магистр. — Анри это понимает. Только не понимаешь ты, Полина.

— А двери? Что это за двери?

— Мне почем знать? — магистр пожал плечами. — У пустоты для каждого свои игры.

— И в какую же сыграл ты?

В том, что Пьер сам побывал в пустоте, я даже не сомневалась.

— Лучше не знать. — Он качнул головой. — Иногда самонадеянность стоит дорого, Полина. Крайне дорого.

Я не знала, что ему сказать. Хотелось рвать на себе волосы. Зря я сюда пришла! Зря.

— Я пойду, — сказала тихо. — До встречи.

— Счастливого пути, Полли. И не доверяй особо нашему Псу. Он — верный защитник, когда ему это выгодно. А когда не выгодно, может и укусить.

Можно подумать, я этого не понимала. Пока что у нас с герцогом одни цели. А если разойдутся наши дороги? Уверена, он без сомнений поступит так, как считает нужным, как диктует закон.

Обратный путь показался слишком длинным. Дом Дареаля уже спал, и я тихонько прокралась в свою комнату. Здесь меня ожидала собранная сумка. На мгновение задумалась, брать ли с собой амулеты Вейранов. Потом решила, что не стоит, и спрятала их на самую дальнюю полку шкафа, а сверху накрыла заклинанием. Вряд ли наша дорога будет полностью безопасной, стоит принять меры.

Легла уже ближе к двум часам ночи. Сон долго не шел, а когда пришел, в нем по-прежнему был серый туман. Только Анри я не видела. Вместо него передо мной замерла девушка в сером балахоне. Я откуда-то знала, что это именно девушка. Она чуть склонила голову набок и вглядывалась в меня. Её взгляд я ощущала кожей.

— Кто ты? — спросила у незнакомки.

— Та, у кого нет имени, — рассмеялась она. — Но ты можешь звать меня Пустота.

— Когда ты отпустишь Анри?

— Когда он заплатит свою цену. — Пустота пожала плечами. — Пока что он не понял главного.

— Чего?

— Все тебе скажи! Нет, девочка, твой мальчик должен до всего дойти своим умом. А я всего лишь даю подсказки. Намеки.

— Тогда дай намек! — попросила я.

— Иногда мы не можем найти что-то не потому, что его нет, а потому, что боимся найти.

Я проснулась. За окном начинало сереть. Что же мог значить этот сон? Что должен найти Анри? Выход из пустоты? Тогда, получается, он не может выйти потому, что боится? Боится реального мира? Нет, этого не может быть. Пустота умеет говорить загадками. А я, если бы и разгадала, все равно не смогла бы ничего рассказать Анри. Пьер ясно дал понять, что пустил меня в пустоту всего один раз. Теперь оставалось только ждать. (3303c)

В двери постучали.

— Мадемуазель Лерьер, пора вставать, хозяин ждет.

— Уже встаю! — откликнулась я. Да, надо поторапливаться. Как и говорил Дареаль, впереди непростой путь, и неизвестно, что ждет нас в итоге. Мне почему-то казалось, что за месяц моего отсутствия Анри не вернется. Сколько же времени понадобится ему, чтобы понять загадку пустоты?