3.15 Когда бушует Стихия

Тэрриэль отдал новые указания и вернулся. С тревогой взглянул на Огненного Брата. Тот лежал неподвижно. Его глаза были закрыты. На коже то и дело проступали и исчезали золотистые чешуйки, вспыхивали и гасли язычки пламени. Носом шла кровь.

— Он на пределе, — озвучил очевидное Ауриэль.

Тэрриэль покачал головой:

— Строимся пирамидой. Объединяем силы. Пытаемся удержать Агниэля от полного слияния со Стихией. Если его душа растворится в ней — вернуть уже не получится.

Ауриэль и Аквириэль согласно кивнули, встали по бокам чуть позади кресла. Прикрыли глаза, сосредотачиваясь. Через пару мгновений между тремя Великими Драконами протянулись видимые даже обычному взору каналы силы. От каждого из трех протянулось по каналу в сторону Агниэля. Это выглядело так, словно в обмякшее в кресле тело рыжего гиганта ударили разноцветные лучи: белый, синий и зеленый. Жаль, что магические нити, связывавшие Огненного Дракона с его Братьями по Силе, были намного слабее, чем те, которые возникли между ним и его Арейей. Тем не менее, небольшую отсрочку они давали — не только Агниэлю, но и всему этому миру.

— Есть еще одна возможность попытаться уменьшить ярость стихии, — медленно произнес Аквириэль.

— Какая же? — Ауриэль взглянул на Дракона воды с надеждой.

— Все взрослые Драконы Огня могут одновременно подключиться к своей стихии и усилить контроль над ней. К сожалению, пара сотен муравьев не заменит одного слона, но часть груза на себя возьмет…

— Да, это лучше, чем ничего, — согласился Тэрриэль.

Великие Драконы объединили усилия, сформировали и отправили по мысленной связи приказ. И, как выяснилось, сделали это очень вовремя: тело Агниэля выгнулось, покрылось чешуйками с головы до пят, окуталось язычками магического пламени. Если бы не Аквириэль — избежать пожара не удалось бы…

Магические светильники, озарявшие длинный коридор, неожиданно ярко вспыхнули и взорвались, полыхнули жаром, опаляя стены, к которым крепились. За окнами, в безоблачном небе зазмеились, засверкали белые изломанные росчерки молний. Пол, стены дворца заходили ходуном от подземных толчков.

— Он не справляется… — выдохнул с отчаянием Аквириэль, продолжая окутывать тело Огненного водой, не давая ему сгореть в собственном пламени.

— Он на грани того, чтобы раствориться в стихии, — подтвердил Тэрриэль.

* * *

Алия больше не могла слушать клятвы Константина, его заверения в любви и преданности: что-то мешало ей поверить в красивые слова. Она сделала новую попытку высвободиться из его объятий, и в этот момент дверь спальни распахнулась от удара. В комнату ворвалось четверо мужчин.

— Арейя Великого Дракона Огня! — воскликнул один из них.

— Она здесь! — подхватил второй.

— Немедленно освободите девушку! — потребовал третий, обращаясь к тому, кого Алька принимала за своего бывшего возлюбленного.

— Что происходит? Кто вы? — попыталась хоть что-нибудь выяснить девушка. Но ей никто не ответил.

Вошедшие молча направили ладони рук в сторону предателя:

— Именем Вудона Кугыжана, сдавайся!

Лицо Костика исказилось гримасой ярости:

— Быстро же вы явились! А где Великая Четверка, а? Что — слишком много чести Огненному самому бегать за своей Избранной? Или он уже не в состоянии?

Константин злорадно засмеялся и полез во внутренний карман своего нарядного жилета:

— А хотите еще побегать, а?

Он извлек из кармашка какой-то кристалл и сунул его в ладонь Альке:

— Держи, красотка!

Алия невольно сжала пальцы вокруг камушка — и… ничего не произошло.

— Все твои артефакты лишены силы, изменник, — объявил один из четверки. — Тебе уже не скрыться.

— Отпусти Арейю, — потребовал другой.

— Костя, кто эти люди? Кто такая Арейя? — Алька прижалась к груди мужчины, который по-прежнему удерживал ее у себя на коленях. — Слово какое-то знакомое… — озадаченно договорила она.

Драконы-стражники не рискнули силой отрывать Алию от мужчины, на груди у которого она искала защиты.

— Вызываем Старших, — распорядился первый, который, похоже, и был главным.

Четверка вошедших выстроилась на свободном пространстве: главный — по центру, трое остальных — вокруг него. Алия с недоумением наблюдала, как проступают, наливаются свечением разноцветные лучи, соединяя мужчин, рисуя в воздухе пирамиду.

— Ну, вот и все, Алия, пора прощаться. — Прошептал ей в ухо Костик, замахнулся, собираясь ударить ее в висок кулаком, на среднем пальце которого виднелся массивный перстень-печатка.

Но удар не достиг цели: какая-то неведомая сила оттолкнула руку предателя, выворачивая и ломая суставы… Мужчина заревел раненым зверем, затряс кистью с переломанными пальцами и вывихнутым запястьем. Но второй, здоровой рукой по-прежнему удерживал девушку за запястье.

— Покушение на Арейю Великого Дракона Огня. Вы подписали себе смертный приговор, — бесстрастно озвучил предводитель четверки драконов-стражников.

— Я — Арейя? — Алька по-прежнему слишком смутно осознавала, что происходит, а потому даже не поняла, что ее только что попытались лишить жизни. — А разве драконы существуют?

Четверо мужчин переглянулись, покачали головами.

— Алия, пожалуйста, подойди к нам. Мужчина, который тебя обнимает, опасен, — заговорил главный.

— Вы тоже опасны, — откликнулась девушка. — Я вас не знаю.

— Она под воздействием, — предположил тот, от которого исходил зеленый луч. — Возможно, лучше дождаться Старших…

Алька вдруг сообразила, что сидит перед чужаками в платье с расстегнутым лифом и задранным выше колен подолом. Завозилась, пытаясь застегнуть пуговки, скрыть выставленную напоказ грудь…

* * *

— Я получил сигнал. Алию нашли. Она на третьем этаже. — Напряженным голосом проговорил Тэрриэль.

— Идем порталом? — откликнулся Аквириэль.

— Агниэля нельзя перемещать через порталы, — возразил дракон Земли. — Он может этого не пережить.

— Тогда я подхвачу его воздушной подушкой, — предложил Ауриэль.

— Начинай, — кивнул Тэрриэль. — Боюсь, как бы не опоздать.

Уже через пару мгновений три Великих Дракона мчались по лестнице, перепрыгивали через пять-шесть ступенек, дышали друг другу в затылок, словно на соревнованиях. Только вот соревновались они не между собой, а со временем. И грохот за окнами, и содрогающиеся полы под ногами ничуть не снизили их скорости.

Они ввалились в указанную главой драконов-стражников спальню — оскаленные, с горящими глазами и растрепавшимися прическами. Отодвинули в сторону четверку, замершую в боевом порядке. Ауриэль переместил воздушную подушку с лежащим на ней Агниэлем так, чтобы она зависла над свободной частью ложа и медленно опустил Огненного на синее покрывало. Оно подчеркнуло рыжий цвет волос и неестественную желтоватую бледность мужчины.

Алька проводила своего дракона задумчивым взглядом. Даже лоб наморщила и потерла.

— Где-то я его видела, — проговорила задумчиво. — Он болен?

— Он при смерти, — Тэрриэль, считавшийся самым сдержанным, не выдержал, заскрипел зубами, сжал кулаки, на которых проступили еле заметные изумрудные чешуйки. — Что ты с ней сделал? — проскрежетал он страшным голосом, глядя на предателя.

Секретарь двоюродного племянника Вудона Кугыжана — а это был именно он — предпочел промолчать. Только скривил губы в презрительной улыбке.

Алька вздрогнула. Оторвала взгляд от Агниэля и испуганно уставилась на Старшего Дракона Земли:

— Кто вы такие? Что вам всем здесь нужно? — ее голос дрожал, обещая в любой момент сорваться в плач.

— Тихо, малышка, не бойся нас. Мы — друзья. — Ласково, будто с ребенком, заговорил Аквириэль. — Почти родственники. Ты почему-то забыла нас.

— Я многое забыла, — все-таки не удержалась от всхлипа девушка. — И никак не могу понять, где я и как здесь оказалась…

— А этот мужчина, — Старший Дракон Воды кивнул на того, кого Алия принимала за своего бывшего возлюбленного, — он тебе знаком?

— Это… это Константин. Мы учимся… учились вместе… в университете.

Алие вдруг стало неуютно сидеть на коленях бывшего сокурсника: возникло ощущение, что это почти оскорбляет трех огромных мужчин, которые смотрели на нее сочувственно и… виновато?

Она отцепила от себя руку, которой Костик все еще придерживал ее за запястье. Встала. Отошла на шаг. Поправила платье.

— Меня зовут Аквириэль, — представился ей тот, который ласковый.

Он огляделся. Подошел к тумбе, на которой стоял графин с водой и пара стаканов. Налил в один из них немного воды и подал Альке:

— Плюнь сюда, Аля.

Девушка изумленно взглянула на него, но послушалась. Великий Дракон Воды забрал стакан, взболтал его, понюхал, опустил в жидкость палец.

— Зелье забвения. Они как-то сумели подлить его Арейе Огненного Брата, Тэрриэль. А потом, когда ее ментальный щит рухнул — внушили то, что посчитали нужным. Неудивительно, что Алия не может ничего толком вспомнить.

Земляной выдохнул сквозь зубы:

— Драконья Праматерь! Как же я сам не додумался… Аля, — он обернулся к девушке, — Я помогу тебе вспомнить все, что ты забыла, если ты разрешишь мне подойти к тебе. — Он не хотел пугать девчонку еще больше.

— Х-хорошо… — неуверенно отозвалась Алька.

Приблизилась — недоверчиво, с опаской. Замерла в шаге от Старшего Дракона Земли. Он встал сбоку от Алии. Медленно поднял руки. Стал, не прикасаясь, водить раскрытыми ладонями вдоль ее тела. Потом остановил одну руку прямо против ее сердца. Другую разместил у нее за спиной на той же высоте.

Алька напряженно следила за его действиями. Чуть прикусила губу, пытаясь удержаться от вскрика, когда от рук Тэрриэля полилось зеленоватое свечение и окутало ее, как облачко.

— Это похоже на какое-то колдовство, — дрожа от напряжения, прошептала чуть слышно, но с места не сдвинулась.

Как и обещал тот, кого назвали Тэрриэлем, постепенно ее разум начал проясняться. В памяти всплывали недостающие фрагменты и вставали на свои места, делая картину происходящего все более полной, понятной и… страшной.

— Тэрриэль… Аквириэль… Ауриэль… — обвела она взглядом знакомые лица, — что это было? И… Агниэль?!

Она развернулась к ложу, на котором чуть было не отдалась совершенно незнакомому, чужому и неприятному мужчине. Сейчас на этом ложе лежал ее муж — с окровавленным лицом, с болезненно-алыми, а не привычно-золотистыми чешуйками, с мучительно перекошенными, прокушенными губами…

— Уведите предателя и сдайте его дознавателям Вудона Кугыжана, — опуская руки, приказал Тэрриэль четверке стражников. — У них есть зелье правды и сильные маги разума, способные вытащить из головы этого заговорщика любые сведения, которые там имеются.

Стражники понятливо кивнули. Подхватили под руки мужчину средних лет с водянисто-серыми глазами и блеклыми волосами.

«И вот его я приняла за красавчика Константина? — ужаснулась Алька, на миг оторвав взгляд от лица Огненного. — Да окажись тут даже сам Костик — я послала бы его в преисподнюю!» Она вновь склонилась к Агниэлю, дрожащими руками потянулась к его лицу.

— Скажите, что мне сделать? Как и чем помочь? — обратилась к трем Старшим Драконам, не оглядываясь на них и робко прикасаясь подушечками пальцев к заострившимся скулам своего возлюбленного.

— Попробуй позвать его мысленно. Попытайся усилить свою магическую связь с его душой. Мы не знаем, что из этого поможет. И поможет ли… — признался Аквириэль. — Магический зверь Агниэля вышел из подчинения. Стихия вот-вот поглотит душу нашего Брата по Силе. Сумеешь ли ты, малышка, укротить дракона?

— А разве есть у меня другой путь? — возразила Алька.

— Нет. Ни у кого из нас нет другого пути, — отозвался Тэрриэль. — Прости, девочка. Мы вновь не сумели защитить тебя. А теперь тебе предстоит защищать всех нас…

* * *

Разговаривать больше было не о чем. Все ответы получены. Рекомендации — тоже. Оставалось только действовать — на свой страх и риск.

Алия вновь потянулась к Агниэлю. Положила ладошку на его пылающую алыми чешуйками щеку. Они были почти раскаленными на ощупь — эти чешуйки. Но от ее прикосновения начали остывать и постепенно изменять свой цвет на привычно-золотистый.

— Агниэль, любимый, я с тобой, — позвала Алька.

Ничего. Мужчина оставался все таким же неподвижным. Только хриплое дыхание давало знать, что он еще жив. Чувствуя усталость во всем теле и желание быть как можно ближе к Огненному, Алька вытянулась вдоль распростертого тела, прижалась к нему, обняла рукой натужно вздымающуюся грудь. Голову пристроила на плечо, ощущая кожей горячую и влажную ткань нарядной выходной рубахи. Закрыла глаза, чтобы отгородиться от неспокойного внешнего мира с его бьющими прямо в парковые деревья молниями, подрагивающими стенами, на которых кое-где появились трещины…

Сейчас все это было неважно. Не имело значения.

Полностью погрузившись внутрь себя, девушка попыталась уловить если не мысли, то хотя бы какие-то чувства мужчины. Но не ощутила ни-че-го. Это было то самое «отсутствие присутствия», когда в материальном мире остается только телесная оболочка разумного, мыслящего существа, а его дух уносится в неведомые дали. И если нет иного способа дозваться, докричаться до Агниэля и встретиться с ним — Алия пойдет вслед за ним в любые дали.

Существует магическая связь между ней и ее мужчиной? Что ж, значит, надо найти ее. Увидеть. И не усилить, нет — самой стать этой нитью, промчаться по ней, как мчится по проводам электричество…

Девушка вслушалась в себя, пытаясь нащупать свой конец нити магической связи. Отыскала его, собрала всю себя в эту точку, из которой в темноту уходила еле заметная, слабо мерцающая дорожка. Алька стала этой нитью, этой дорожкой, влила себя в нее и рванула вперед, запретив себе думать и оглядываться по сторонам.

Перемещение получилось мгновенным. Только что ее окружала непроглядная тьма — и вот она уже окружена со всех сторон то ли пламенем, то ли светом. Да и сама она стала еще одним язычком огня. Маленьким, но ярким. И совсем рядом обнаружила мощный огненный вихрь, имеющий очертания человеческого тела. Очень знакомые очертания.

— Агниэль, — позвала Алия этот вихрь, который пытался решить сразу две противоположных задачи: не слиться с куда более крупным облаком огня, имеющим очертания дракона, и одновременно не упустить дракона, удержать его подле себя.

Мужчина-вихрь дрогнул, но поводья, сковывающие огненного дракона, не выпустил.

— Арейя? Но как? Откуда ты здесь, в Сердце Стихии Огня? — донеслась до нее мысль-ответ.

— Я пришла к тебе. И за тобой.

— Я не могу вернуться. Не могу позволить магическому зверю вырваться на свободу. Он — воплощение стихии огня. Если я отпущу его — он выжжет дотла мир, в котором мы с тобой встретились…

— Но что с ним? Отчего он разъярился? Ты не говорил, что такое возможно…

— Он почувствовал, что тебя, Арейя, твою любовь и преданность пытается забрать другой мужчина. Я убежден в твоей невиновности. Знаю, что ты не могла предать. Но зверь чует иное…

— Меня опоили зельем беспамятства, — призналась Алька, — а потом внушили, что я нахожусь в своем мире, и что рядом со мной — мужчина, который был важен для меня когда-то в прошлом.

— Был?

— Был. Но уже никогда не будет.

— Я верю тебе, Алия, любимая. Здесь невозможно солгать.

— Как я могу помочь тебе, Агниэль?

— Ты уже помогла, Арейя. Теперь, даже если я не сумею совладать со зверем — то и он не сумеет поглотить меня.

— Но этого недостаточно… — поняла Алька. — Этого мало, чтобы спасти твой… наш мир, так?

— Так…

Алией внезапно овладела твердокаменная решимость. Она двинулась к бушующему, рвущемуся на свободу огненному облаку-дракону.

— Аля, нет! — донесся до нее отчаянный мысленный крик Агниэля.

— Я должна. — Отозвалась девушка. — Если я — его пара, он не обидит меня.

— Алия…

Но она уже приблизилась: маленький трепетный лепесток против бурлящего силой и гневом гиганта. Вспрыгнула на мечущееся, сыплющее искрами крыло, приникла к нему — не оторвать.

— Приветствую тебя, мой огненный зверь, моя пара, — обратилась к воплощению стихии. — Я пришла, чтобы быть с тобой рядом.

Чудовищной силы зверь замер. Опустил крылья. Лишь огромные клубы пламени, отрывающиеся от его ноздрей, да подрагивающий хвост свидетельствовали о том, что он по-прежнему в ярости.

— Зачем тебе быть со мной, если ты выбрала другого? — в отличие от человеческой души Агниэля, дракон не готов был просто так поверить словам девушки.

— Я выбрала тебя. Никто другой мне не нужен. — Алия не испытывала сомнений в том, что говорила, и воплощенная стихия почувствовала это. — Мной пытались овладеть обманом. Но даже магический морок не заставил меня забыть о моей любви и о моих клятвах. — И это тоже была правда.

Дракон перестал бить хвостом. Агниэль по-прежнему удерживал огненные поводья и пытался найти, придумать способ вырвать свою Арейю из лап магического зверя.

— Так, значит, Великие Драконы не сумели уберечь тебя, моя маленькая Избранная? Враги драконьего племени вновь добрались до тебя?

— Они действовали хитростью и обманом, — Алька попыталась заступиться за Агниэля и его Братьев по Силе.

— И теперь ты пытаешься защитить мир и живущих в нем существ, которые только и могут, что лгать, предавать и уничтожать? — Алька уловила исходящее от зверя удивление.

— Такие разумные есть в любом мире. Но их меньше, чем тех, кто умеет любить, прощать и хранить верность, — отозвалась она.

— Прощать… — это прозвучало почти как шепот. — Ты хочешь, чтобы я простил людишек?

— Да. Я прошу тебя об этом. Дай им шанс понять и исправиться.

— Но как отпустить тебя, мою пару, туда, где так опасно? — задумался зверь.

Ответа на этот вопрос Алия не знала. Она растерялась и лишь продолжала молча прижиматься к огненному крылу.

— Аля… иди ко мне. Пожалуйста. — Донесся до нее зов Агниэля. В нем чувствовалась острая тревога.

— Погоди, любимый. Ты же видишь: мне ничего не угрожает, — попыталась успокоить она мужчину.

— Тебя вообще не должно здесь быть, Арейя. Это само по себе опасно, — сделал Огненный еще одну попытку.

Тут дракон-облако прервал свои раздумья.

— Я отпущу тебя в материальный мир, Алия. И Агниэля — тоже. Но прежде ты должна породниться со мной. Отдать мне часть своего огня и принять взамен часть моего. Тогда я смогу защищать тебя в любое время и в любом месте, даже если тех, кто именует себя Великими Драконами, не будет рядом. Ты готова обменяться со мной огнем души, как когда-то сделал это Агниэль?

— Да, готова, — сразу же согласилась девушка.

— Тогда перенесись мне на спину и ныряй в меня, как в воду.

— Хорошо.

Огонек-Алька отлепилась от драконьего крыла и двинулась вдоль него вверх — туда, где возвышалась громада туловища.

— Алия, не делай этого, — взмолился вихрь-Агниэль. — Ты рискуешь раствориться в стихии и перестать быть!

— Я не потеряю себя, обещаю! — послала ответную мысль Алька.

Она поднялась на выступающий скальным пиком гребень, венчающий плечо дракона, и бросилась вниз. Врезалась с разгона в огненную плоть зверя, провалилась в нее, погрузилась куда-то в неведомые глубины.

— Откройся, Алия. Пропитайся мной, — уловила она команду дракона. — Позволь моему огню проникнуть в твою сущность.

Девушка вновь послушалась. То ли туманный огонь, то ли огненный туман стал вливаться в нее, заполнять собой, даруя ощущение всемогущества и единения с чем-то великим, бесконечным. Это было невероятно приятное, всепоглощающее чувство, пьянящее и окрыляющее. Алька купалась в нем, наслаждаясь силой и свободой быть огнем — ничем не связанным, никому не покорным.

— Вернись, Арейя! — донесся до нее еле слышный зов Агниэля. — Ты обещала, что сумеешь сохранить себя…

Она вздрогнула, вновь осознавая себя отдельным существом. Цельным. Самостоятельным и самодостаточным. Правда, что-то в ней действительно изменилось, но пока она не могла понять — что. Просто чувствовала себя так, словно стала больше и сильнее. У нее даже не возникло вопроса — куда ей двинуться, чтобы выбраться из огненного облака, частью которого она сейчас была. Она просто отделилась от него, и вновь стала лепестком пламени — маленьким по сравнению с драконом, но значительно более крупным и ярким по сравнению с собой прежней. Стихия отпустила ее легко и просто — без сожаления, без уговоров и без ехидства.

— Алия! — мысль-послание Агниэля звучала как вздох облегчения. — Ты все же сумела выбраться…

— Да, я ведь обещала, — откликнулась Алька, оглядываясь на дракона.

Оглянулась — и застыла в изумлении: подле огромного дракона, которого просто невозможно было рассмотреть всего целиком, появилось облачко-дракон поменьше.

— Это твой собственный огненный зверь, Алия, — сообщил дракон покрупнее. — Теперь ты с ним будешь так же неразлучна, как неразлучны со своими магическими зверями все драконы.

— Он — часть тебя? — решила уточнить девушка.

— Мы все — часть одного, — отозвались оба дракона.

— Идите, возвращайтесь в свой мир, и накажите тех, кто посмел посягнуть на вашу власть — власть, дарованную вам стихиями! — напутствовал большой дракон Альку и Агниэля. — И не забудьте дать нам возможность поучаствовать в наказании. Наша ярость все еще не утолена.

— Мы найдем способ наказать заговорщиков, используя для этого вашу силу, — пообещала Алька.

Агниэль приблизился к ней вплотную.

— Идем скорее, Арейя, — позвал, поманил куда-то. — Нас ждут те, кто нас любит: мои Братья по Силе и их Избранные.

Без помощи Агниэля Алия вряд ли нашла бы обратный путь. Но, следуя за ним, она сама не поняла, когда сияние Сердца Стихии Огня сменилось тьмой, и когда она вывалилась из этой тьмы в свое собственное тело.

После того как лакеи уронили свои подносы, молодежь некоторое время еще танцевала и флиртовала, но потом ход праздника прервался самым неожиданным образом. Сначала из бального зала ушли Великие Драконы. Потом куда-то исчезли драконы воздуха. Еще спустя какое-то время драконы огня, словно по команде, покинули танцевальную зону и распределились по периметру зала, заняв выжидательную позицию у его стен.

Вудон Кугыжан с семьей в окружении двух малых пирамид силы удалился еще раньше — почти сразу вслед за Великими Драконами. Впрочем, как раз в его отсутствии ничего удивительного не было: он никогда не задерживался долго на балах, предпочитая проводить время за менее однообразными и утомительными занятиями.

— Что происходит?

— Наверное, что-то случилось…

— Ох, что-то мне не по себе!

Люди, явившиеся на первый бал сезона Драконьих Свадеб, заметив необычное поведение женихов, тревожились, перешептывались, собирались кучками и обсуждали происходящее. Этого момента и дожидались заговорщики. Они начали переходить от группы к группе и с видом людей, посвященных в великие тайны, нашептывать в охотно подставляемые уши:

— Драконы — зло. Они ненадежны. Великий Дракон Огня — вовсе не так велик, как кажется, он не способен управлять своей стихией. Мы привыкли верить, что без Великих Драконов нас ждет разгул и буйство стихий, но это не так. Даже если драконы перестанут править стихиями — ничего страшного не случится, ничего не изменится. Так что мы зря верим этим чешуйчатым тварям и отдаем им своих дочерей, без которых они давно вымерли бы, а мы, люди, стали бы теми, кем и должны быть — хозяевами мира, своей жизни и своих женщин!

В ответ на эти речи кто-то кивал согласно, кто-то опасливо оглядывался, кто-то мрачнел и уходил, не желая слушать, кто-то пытался возражать. К сожалению, тех, кто готов был защищать драконов, было не так много…

Возможно, заговорщикам и удалось бы убедить в своей правоте гостей бала, но дальнейшие события заставили людей забыть о вражде с драконами и броситься за помощью к тем сынам крылатого племени, которые находились в зале.

Вначале магические светильники, висевшие под потолком и на стенах и дававшие ровный свет, ярко вспыхнули, а затем начали взрываться один за другим, превращаясь в маленькие факелы. Пламя с этих факелов перекидывалось на тканевую обивку стен и на гобелены, постепенно превращаясь в пожар, который обещал достичь невиданных размеров. Драконы огня тут же принялись усмирять пламя, не давая ему распространяться, а драконы воды призвали свою стихию, чтобы погасить горящие вещи.

Бальный зал, совсем недавно ярко освещенный, теперь погрузился в сумрак, который усиливался клубами дыма, выедающего глаза, раздирающего горло и легкие. И тут за окнами одна за другой засверкали, замельтешили вспышки молний, сухо затрещали раскаты грома.

— Гроза без дождя! Гнев Драконьей Праматери! — вскрикнул кто-то.

— Это все шептуны! Они разгневали первую драконицу! — раздался ответный возглас. — Нечего было подстрекать людей к бунту и вражде!

— Спасите! Спасите нас! — еще недавно враждебные, недовольные лица людей теперь смотрели на стоящих у стен драконов с мольбой и надеждой.

— Мы делаем все возможное, — отвечали те. — Оставайтесь здесь, в зале — мы будем отстаивать вас до последнего вздоха.

Молнии продолжали бесноваться, бить в деревья дворцового парка и сотрясать стены дворца грохотом разрядов, поэтому люди не сразу почувствовали, что пол под их ногами тоже начал вздрагивать от мощных содроганий каменной тверди…

— Землетрясение! — наконец догадался кто-то.

— Бежать!

— Пустите!

В зале нарастала паника. Люди бросались к дверям и окнам, толпились, но не решались выйти, потому что там, за пределами зала, было еще страшнее…

Теперь уже и драконам земли нашлось дело: они укрепляли своей силой стены дворца, и в первую очередь — бального зала, не давая им рухнуть и погрести под своими каменными осколками сотни человеческих жизней. Пытаться усмирить подземные толчки было бесполезно: такое под силу только объединенной магии Великого Дракона Огня и Великого Дракона Земли.

Но Агниэль лежал в одной из спален третьего этажа и не приходил в себя, а Тэрриэль вместе С Ауриэлем и Аквириэлем стояли рядом, пристально вглядываясь в лица друга и прильнувшей к нему Альки.

Девушка, вначале напряженная и сосредоточенная, в какой-то момент расслабилась, будто уснула, а потом побледнела и обмякла, будто неживая.

— Алия? — тревожно окликнул Тэрриэль Арейю своего Огненного Брата. — Алия, что с тобой?

— Не кричи, Зеленый, — устало выдохнул Ауриэль. — Все равно не дозовешься: она ушла.

— Ты думаешь, она сумела отправиться вслед за Агниэлем в Сердце Огненной Стихии?

— Боюсь, что так и есть.

— Но даже если она сумеет добраться до Сердца, то не будет знать, где оказалась и что там делать, а значит, у нее почти нет шансов устоять против соблазна слиться со Стихией…

— Или она сумеет выбраться оттуда сама и вывести Агниэля, или мы потеряем их обоих, — Тэрриэль понимал, что они трое уже не в силах что-либо изменить.

Великие Драконы замерли — молчаливые, хмурые, пристально наблюдая за Огненным и его Избранницей, пытаясь посылать Агниэлю по магическим нитям хоть какие-то крохи сил. Им, породнившимся с другими стихиями, не было хода в Сердце Стихии Огня.

За окнами продолжали бесноваться молнии, пол подрагивал под ногами, будто палуба попавшего в шторм судна, а мужчины стояли, окаменев, и ждали, как решится их судьба и судьба их мира.

А потом… потом на лбу и щеках Альки проступили, засветились робким золотистым сиянием миниатюрные, аккуратные чешуйки. Тело Агниэля перестало полыхать жаром, дыхание стало глубже и ровнее.

Одновременно стали реже и слабее подземные толчки, а молнии, которые разрывали на лоскутки потемневший небосвод, погасли одна за другой, втянулись в землю, будто змеи, уходящие в свои каменные норы.

Три Великих Дракона затаили дыхание. Происходило что-то невероятное.

— Они возвращаются… — боясь поверить собственным словам, еле слышно прошептал Тэрриэль.

Глаза Алии открылись. Рука шевельнулась. Тонкие пальчики легли на щеку Огненного.

— Агниэль, — раздался ее нежный голос. — Любимый, у нас получилось?..

Грудь мужчины дрогнула, делая глубокий вдох. Ноздри затрепетали. Пересохшие губы шевельнулись, чтобы произнести одно-единственное короткое слово:

— Да.

…Как же хотелось Альке и Агниэлю остаться наедине! Как жаждали они слиться в объятиях — прикасаться, прижиматься, впиваться губами и руками в тела друг друга, чтобы поверить, что они действительно вернулись, что они живы — оба! Но сейчас было не время и не место для проявлений страсти. Агниэлю и его Братьям по Силе предстояло покончить с заговором и заговорщиками.

— Ты умница, родная моя, — шепнул Альке Огненный. — Наверное, я никогда не найду подходящих слов, чтобы выразить тебе свою любовь и благодарность…

Братья Агниэля по Силе тоже не удержались от выражений радости, признательности и счастливого изумления, чем сильно смутили Алию. Но, наконец, эмоции немного улеглись, и пришла пора возвращаться к насущным вопросам.

— Думаю, вам не помешает привести себя в порядок, — обратился к Огненному и его Арейе Аквириэль. — За теми дверями, — он махнул рукой влево, — находится небольшая купальня. Давайте я наполню водой бассейн, согреть ее, думаю, сумеете сами.

Алия и Огненный согласились. Прошли в комнатку, отделанную каменными плитами, быстро искупались, помогая один другому. Когда вышли, завернувшись в банные простыни, оказалось, что Тэрриэль успел позаботиться о свежей одежде для них. Так что вскоре о пережитых испытаниях напоминали только золотистые чешуйки на скулах да слишком простая прическа Алии, и красные от лопнувших сосудиков глаза Агниэля.

— Пока вы умывались, я связался с нашими драконами-стражниками, — доложил Тэрриэль. — Они сообщили, что все участники заговора, не явившиеся на бал, найдены и задержаны. Осталось отыскать только дракона-изменника Ушаниэля, но этим займемся позже. Думаю, нам пора встретиться с Вудоном Кугыжаном и согласовать с ним план дальнейших действий.

— Тогда идемте скорее. Пора покончить с заговорщиками, — кивнул Агниэль и взял за руку свою Избранную: — Самое страшное позади, любимая.

* * *

Ярость огненной стихии в этот вечер довелось испытать на себе не только гостям дворца: гроза без дождя разразилась над столицей Касвела, а подземные толчки сотрясали все государство. К счастью, чем дальше от дворца Вудона, тем слабее они были, а потому серьезных разрушений удалось избежать. Молнии тоже пощадили простых горожан и испепелили только несколько деревьев, но серьезных пожаров не вызвали.

Когда разбушевавшаяся стихия постепенно утихла, драконы огня быстро заменили разрушенные, рассыпавшиеся в пыль кристаллы магических светильников в бальном зале на новые. Люди по-прежнему были испуганы, но расходиться не желали: все ждали появления Вудона и Великих Драконов в надежде получить от них объяснения происходящему. И ждали не напрасно. Вначале в зале появились охранники из личной гвардии Вудона. Они оцепили зал и перекрыли выходы. Затем на помост, установленный в торце зала, взошел Вудон Кугыжан, а вслед за ним — четыре Великих Дракона.

Вудон подошел к краю возвышения, обвел строгим и печальным взглядом притихшую толпу и заговорил:

— Дорогие гости! Сегодня вы были невольными свидетелями неудачной попытки государственного переворота. Прямо сейчас среди вас находятся люди, такие же аристократы, сыны благородных семейств, как и вы сами. Это они дерзнули выступить против наших покровителей — Четырех Великих Драконов Стихий. Это они посмели покуситься на жизнь Избранницы Старшего Дракона Огня и на мою жизнь. Это они пробудили гнев стихии Огня, и только Великий Дракон Агниэль, находясь на грани и жизни и смерти, сумел усмирить ее ярость. Оглянитесь вокруг себя. Вспомните, кто нашептывал вам в уши крамольные речи, пытался пробудить в вас недовольство существующей властью?

Люди начали оглядываться, пятиться, расходиться, оставляя свободное пространство вокруг заговорщиков, надеявшихся отсидеться в толпе.

— Благодарю вас, мои верные подданные. — Произнес Вудон Кугыжан, когда движение в зале прекратилось, а «шептуны», пытавшиеся посеять смуту, оказались выдавлены толпой вперед, поближе к помосту.

Теперь изменников отделял от Вудона и Старших Драконов только ряд охранников из личной гвардии Кугыжана. Понимая, что заговор раскрыт, заговорщики попытались извлечь из карманов и активировать портальные камни.

— Вы напрасно пытаетесь бежать, — обратился к ним правитель Касвела. — Все ваши артефакты лишены магической силы. Мне бесконечно жаль, что вы пошли на поводу у моего родственника, возжелавшего занять трон. Мой племянник и его секретарь арестованы. Вы тоже задержаны. Всех вас ждет суровое наказание. — Вудон кивнул своим гвардейцам: — Уведите преступников.

В этот момент заговорщики окончательно поняли, что проиграли. Они надеялись найти себе сторонников среди гостей бала, среди отцов и братьев невест, но те смотрели на кучку предателей с осуждением и даже с ненавистью. Никто не хотел землетрясений, пожаров и прочих стихийных бедствий. Никто уже не сомневался в том, что такие и другие, не менее страшные бедствия начнутся сразу же, как только стихии выйдут из повиновения.

Когда арестованных увели, а шепотки в зале стихли, Вудон передал слово Агниэлю. Огненный успел умыться и переодеться и сейчас взирал на людей с высоты настила и собственного немалого роста — строгий, даже суровый, и бесконечно прекрасный. Он не пытался сделать так, чтобы с его лица исчезли золотистые чешуйки. Не считал нужным скрывать свою принадлежность к Драконьему Роду, которым по праву гордился.

— Мне хотелось бы называть вас братьями и сестрами, господа. — Заговорил Огненный. — Вы и сами помните, что у людей и драконов общие корни. Если мы хотим, чтобы наш мир существовал и дальше, нам необходимо оставаться едиными. Мы, драконы, не можем обойтись без вас, людей. Но и вы, люди, не сможете обойтись без нас. Так устроен мир, в котором мы живем. И это — не легенды далекого прошлого. Это то, что происходит с нами здесь и сейчас. Сегодня вы почувствовали лишь малую часть той мощи, которая живет в Сердце Стихии Огня. Мне удалось усмирить стихию, уменьшить ее ярость, но она не угасла полностью. Огонь разбужен и требует жертв. Мы полагаем, что будет справедливо, если эта ярость выплеснется на тех, кто ее пробудил. Огню будут преданы родовые владения главного заговорщика — племянника Вудона Кугыжана. Но мы не хотим жертв среди простого народа, а потому подождем, пока с земель заговорщика уйдут все люди — охотники, земледельцы, мастеровые. Каждый из вас, господа, может пригласить переселенцев в свои владения, предложить им кров и службу.

Желающих пригласить рабочий люд на свои земли нашлось немало: хорошие работники всегда в дефиците. А тут еще драконы пообещали поддержку семьям переселенцев и их новым нанимателям. Так что этот вопрос решился быстро. Первый помощник Тэрриэля составил список и передал его драконам, который отправились во владения главного заговорщика, чтобы объявить тамошним жителям волю Вудона и Великой Пирамиды Силы и помочь с переселением.

Затем правитель Касвела Кугыжан сделал еще одно объявление:

— Первый бал сезона Драконьих свадеб, прерванный сегодня по вине заговорщиков, продолжится завтра. Жду вас всех в гости, мои верные подданные. А сейчас отправляйтесь по домам и отдыхайте. И да пребудет с нами благословение Драконьей Праматери!

— Слава Праматери, — отозвались гости нестройным хором и принялись неторопливо расходиться.