Эпизод 71

Дана

Такие неправильные слова. Такие болезненные поступки. Егор, изрядно психанув, удаляется в свою квартиру, а нашкодивший кот сидит у порога как ни в чём не бывало. Обескураженно стою посреди коридора в одном нижнем белье. Хмурюсь.

По-хорошему стоит послать Егора куда подальше и забыть обо всём. Но почему-то не могу. Почему-то хочется мне совершенно не послать его, а обнять и утешить. Хочется исправить то, что натворил кот.

Егор же говорил всё это не со зла?

Вздыхаю. Надо на что-то решиться.

Жора смотрит на меня с видом правого, словно его так и подмывает сказать мне что-то вроде «я же говорил».

Злюсь и хватаю негодника за шкирку. Тот не ожидал такого и вылупился на меня, не зная, как реагировать. Кот тяжёлый, но мне плевать.

Отчитываю его как нашкодившего ребёнка, кем он, в принципе, и является.

— Нельзя так с живыми людьми! — подытоживаю, несколько раз шлёпнув по пушистой попке. Жора жалобно мяукает, но не вырывается. Опускаю его на пол, и он мигом бежит под кровать, боясь, что его накажут ещё сильнее.

Следую за ним, нахожу свой халат, набрасываю его на себя. Спешу на кухню, к аптечке. Достаю перекись, вату, бинты. Хватаю всё, что попадается мне под руку и может пригодиться при обработке ран.

Выскакиваю на лестничную площадку, закрываю свою дверь на ключ и иду к двери соседа. Хочу постучаться, но вдруг понимаю, что дверь не заперта. Удивляюсь и открываю её, вступая туда.

Сердце стучит как сумасшедшее, но я всё же иду, напоминая себе, что отношения между двумя людьми — в принципе непросто. И прерывать их из-за выходки кота очень глупо. Чем же тогда ты умнее четвероногого?

Слышу шум на кухне и иду туда. Егор роется в шкафчиках и ругается. Нецензурно. На себя. Не подумал об аптечке?

Он замечает меня, хмурится, а затем выдаёт:

— Как ты здесь оказалась? — он поворачивается ко мне, и я просто не могу не любоваться его голым торсом.

— Также, как и все: через незапертую дверь, — не теряюсь и пытаюсь шутить. — Если не ждал гостей, мог бы закрыться на ключ.

— Не паясничай, — фыркает он, скрывая улыбку. — Зачем ты здесь?

— Не тупи. Обработать твою спину, конечно же, — размахиваю тем, что у меня в руках.

— После тех слов, что я тебе наговорил?

— Допускаю, что ты сказал это на эмоциях. От боли, — бурчу я, вспоминая их. Мне резко хочется расплакаться, глаза жжёт, а к горлу подступает ком.

Егор тяжело вздыхает, а в следующий миг я оказываюсь в его объятьях:

— Прости меня, Дана. Я не хотел тебя обидеть. Просто, ну…

— Всё в порядке, — выдыхаю ему в грудь и тоже обнимаю в ответ. Он ойкает, потому что я задеваю его боевые раны.

— Идём, я обработаю царапины. Я взяла перекись, и…

— Не думал, что принцессу охраняет такой злой и опасный зверь, — шутит Егор. — Придётся в следующий раз одеваться в доспехи.

Мы идём в зал, где Егор садится на диван спиной ко мне. Морщусь, потому что некоторые царапины достаточно глубокие. Но всё могло быть хуже. Похоже, мой сосед — настоящий везунчик.

— А я тебя предупреждала. Но в следующий раз лучше захватить какую-нибудь вкусняшку, чтобы задобрить неугомонного, — обмакиваю ватку в перекись и начинаю протирать раны. Егор дёргается, ойкает, но не вырывается. — Но вообще я знатно его отругала — сидит под кроватью, забившись в угол.

Егор удивлённо восклицает, но никак не комментирует мой поступок.

— В следующий раз просто устроим романтику здесь. Боюсь, я ещё не скоро подружусь с твоим котом, — Егор поворачивается ко мне как раз в тот момент, когда я заканчиваю с обработкой. — А заниматься с тобой любовью, когда в любой момент её может испортить зверь, или под его вопли за закрытой дверью — меня пока что не вдохновляет.

Киваю и встаю с дивана.

— Я, наверное, пойду… Рада, что с твоей спиной всё в порядке и между нами всё хорошо.

Егор неожиданно ловит меня и усаживает на колени:

— Останься.