День четвертый. Бюрократический бридж

Что меня больше всего радовало в этой истории, так это факт, что наша, прости господи, порочная связь с Васькой должна когда-нибудь закончиться. Предположительно, раньше, чем от бюрократических последствий этой связи закончусь я. Одних отчетов от меня требовалось такое количество, что могла бы я на это не подписываться, не подписалась бы ни за что. Вот в сказках, где, как известно, зафиксировано всё и про волшебных помощников, и про обеты и зароки, и про гадания, и про амулеты, да вообще почти про все популярные наши магические практики, зверей можно было приставлять к разным не свойственным для них делам. Но подозреваю, в жизни я не смогу заставить Ваську писать за меня отчеты. А жаль. Я бы заставила. И глазом бы не моргнула.

Полный отчет по доходам, расходам, выписки со счетов ежемесячно, чтобы доказать, что я не барыжу кошачьей шерстью и не обогащаюсь за его счет! Экспертиза состояния кота за мои деньги раз в три месяца, чтобы доказать, что я его не угнетаю! Лишние три средних накопителя в фонд Профсоюза ежемесячно — чтобы не особенно шиковала от постоянного контакта с мификом! Отчеты о доходах и деятельности членов семьи! Видимо, когда я все это читала, что-то такое сложное отобразилось на моем лице, потому что Ирина Евгеньевна сказала:

— С отчетами я вам, конечно, помогу, не паникуйте заранее.

Да конечно. Это она сейчас так говорит. А стоит подписать…

Впрочем, честно говоря, Ирина Евгеньевна ни разу меня не обманула. Пока что. Окунала носом в проблему, помогала с ней и окунала в новую. Чтобы с ней тоже помочь. И, наверное, потом снова куда-то макнуть?

Впрочем, как бы я там ни мечтала о выборе, у меня его не было. Ну если только не считать таковым конфискацию всего и вся. Поэтому уже через пятнадцать минут мы сидели в креслах перед столом Александра Дмитриевича, худого мужчины с меланхолично-недовольным лицом, а он просматривал наше с кураторшей письменное творчество и мои документы.

— А справка об отсутствии судимостей? — спросил он, не прекращая читать.

— У нас в архиве есть, при приёме на практику сдана, — отбилась Ирина Евгеньевна.

— А взята когда?

— Пару недель назад, еще действует.

— Ладно. Справка о магическом минимуме?

— В архиве, вот копия.

— Так, тоже хорошо, — он мельком бросил взгляд на протянутую моей кураторшей бумагу и снова углубился в заявления. — Личную характеристику сделали?

— Конечно!

— Давайте сюда. Ага, теперь понятно, — улыбнулся он, мельком глянув на Ирину Евгеньевну и в первый раз на меня. И снова в бумаги. Что ему такое понятно, интересно?! — Характеристика с места работы?

— Нету, самозанятая, заявление об этом при приеме на практику было, вот.

— Тоже давайте, — некоторое время после этого было тихо, только листы шелестели. — Поручительство от себя сделали?

— Конечно.

— Замечательно, — тут снова образовалась пауза. — Медкнижек не вижу, обеих, — наконец сказал он, отрываясь от наших бумажек.

— А они обе нужны? — изумилась Ирина Евгеньевна. — Давно ли?

— С прошлого года. Причем с анализом на проклятия и яды не старше трёх месяцев.

То есть, даже если я побегу делать анализы прямо сейчас, сначала надо норин подарочек с себя снять, а то мало ли что.

— Александр Дмитриевич, вы же сами понимаете, у нас такие обстоятельства, что…

— Ирина, если каждый будет ссылаться на обстоятельства, никто нормально работать не будет! — он выдержал театральную паузу, взял ручку и начал размашисто расписываться на каждом листе. — Ладно, потом занесёте. Не позднее, чем через неделю!

Не поняла. А когда, спрашивается, я с таким ритмом жизни буду за Швецовыми шпионить? Я и так сегодня на полдня от них слиняла, хотя по заданию не должна!

— Мы что-нибудь придумаем и обязательно все сделаем, — сказала Ирина Евгеньевна как бы и мне, и Александру Дмитриевичу одновременно, кивая в такт звуку проставляемых печатей. — Спасибо вам большое, без вас мы бы…

— Идите-идите, Ирина, мне еще надо успеть тут закончить.

Нас дважды просить не пришлось, мы в момент испарились из кабинета. И к моему изумлению, Ирина Евгеньевна отчетливо перевела дух. А что, могло не получиться, что ли?!

— Ну вот видите, как все хорошо складывается, Инночка. Теперь вам на Проспект Мира, вот вам адрес, вход со двора. Оба Комитета в одном здании, так что сначала забежите в сто пятый за справкой про Лену Швецову, потом в двести седьмой, подать документы.

— Ирина Евгеньевна, а медкнижки когда…

— Пока не думайте о них, я что-нибудь соображу, — отмахнулась она. Ну, медкнижка с возу, мне же легче. Может быть, через некоторое время я о ней и начну беспокоиться, но не раньше, чем выйду из последнего кабинета на Проспекте Мира.