Глава 11

Я готовилась к приходу Арона, мылась в большом тазу. Сначала волосы, потом обмылась полностью, Нинья поливала сверху. Нормальную ванну еще не скоро наверно приму. Все в разрухе, пока не до роскоши.

– Вот приспичило тебе его привечать, ведь говорила, что разбежитесь, неужели так хорош, – Нинья рассмеялась, а я чуть не захлебнулась водой, так хотела возмутиться, а потом подумала, а чего возмущаться, да понравился, мне с ним легко, свободно. Не нужно все время проверять правильно ли я смотрю, правильно ли я села. Мне драконы с их свободными нравами ближе, чем чароги с их высокомерием и двуличием.

Давно я так не переживала из-за свидания. Наверное, это было в той жизни, когда я на Земле жила. И вроде уже близко знакомы, а все равно, как на первом свидании. За эту неделю мы виделись редко и наше сближение застопорилось, а ведь у меня мелькнула мысль взять Арона с собой. Даже если не в роли мужа, так в роли наемника. Какая ему разница, где работать, мое золото не хуже, чем у других. Моя жабка, которая пересчитывала в уме мои финансы, надулась, нервничая, что и так придётся отдавать Арону немалую сумму. Он ведь так и не отказался, а я лелеяла надежду, что как мой муж, он не будет требовать плату за сопровождение, но понимала, кормить сотоварищей за что-то надо.

Нинья принесла закуски, вино, расставила все на небольшом столике. В кибитке больно не по шикуешь, места мало. Я планирую через пару дней весь свой багаж перебрать, что продать, что сложить плотнее. Путь предстоит дальний и неясный, лучше больше продуктов загрузить и воду. Теней я отпустила, мало ли как у нас разговор с Ароном будет проходить. Почувствовала, как покраснели щеки и постаралась взять себя в руки. Только влюбляться не надо Анна, остерегла себя. Почему–то я думала, что Инетр отвадил меня от романтических чувств.

И вот, сижу я такая вся чистенькая, вкусно пахнущая в прозрачной рубашечке, жду мужа. Как звучит, «мужа жду». И неважно, что у нас договор и мы скорей всего разбежимся, буду наслаждаться своим замужеством, чтобы вспоминать потом в старости.

Брачные узы снять возможно, но магия такое не прощает. Мы просили, нам дали, а чтобы назад повернуть… может, всякое случится, и силы можно лишиться, и даже физическое какое уродство получить. Удивительно, но факт. Так что, жить нам теперь с Ароном, пока смерть не разлучит нас, а вот вместе или врозь уже жизнь покажет.

Есть два вида брака, когда просто сходятся и живут, без штампа, как говориться на теле, чисто договорной брак, а есть такой, как у нас с Ароном, соединение перед небом, и не всем сила отвечает на зов. Здесь магию обожествляют, наделяют разумом и это не голословная болтовня.

Я выплыла из своих мыслей и нахмурилась. Уже вечер. Я видела, что мужчины обливались холодной водой, что ознаменовала у них помывку, а Арона все нет. С тревогой выглянула за дверь кибитки, и сама себе фыркнула, прям, как настоящая жена. Жаль, телефонов нет, а то б уже звонила с вопросом: «Милый, а ты где?»

Прикрыла дверь и опять уселась на кровать, потом прилегла, потом поменяла сторону и легла с лучшего ракурса. Прикрыла глаза и открыла их уже поздней ночью. Тускло светил ночник, вкусно пахло запеченное мясо, которое наверно уже остыло. Я села и протерла глаза. Вот это я поспать. А где Арон? Чертов дракон!

Тут послышались странные звуки, если я правильно все слышу, это кто–то поет. Я тут же подскочила с кровати и выглянула на улицу. Было прохладно и влажно, пахло утренней свежестью, солнце еще не встало, но по ощущениям уже скоро.

Вот же гад! «Я приду ночью», а уже утро. Странные воющие звуки повторились. За ними послышались шаг, падение чего–то тяжелого, невнятное бормотание, приглушенный смех и опять подвывание.

Каково же было мое удивление, когда из-за угла соседней кибитки выплыли две фигуры. Две шатающиеся мужские фигуры, которые пытались петь. И шли они в мою сторону. Я закрыла дверь и замерла, может, пройдут мимо… но не тут–то было. Дверь открылась и в узкий проход прямо на мои ноги рухнуло тело, которое сразу захрапело. Это был Арон. Он был мертвецки пьян. Второй мужчина встал на крыльце и когда я ошарашенная перевела взгляд на него, то сжала от злости кулаки, чтобы не заехать по морде Инетру.

– Ждешь? – сказал он, улыбаясь и трезвея прямо на моих глазах. Чароги маги и очищать организм от токсинов и ядов учатся с самого детства.

– Какого черта! – Прошипела я. – Убирайся!

– Да уйду я, уйду, – Инетр хмыкнул, – Слабак твой муженек, звездочка, зачем тебе такой нужен? Даже к жене не смог вовремя прийти, хотя обещал.

– Оставь меня в покое, ты, больной урод.

– Ну почему же урод, – белые зубы блеснули в улыбке чарога, – когда–то ты считала меня самым прекрасным мужчиной.

– Я была молодой и глупой, – хлопнула дверью прямо перед носом чарога. Опять послышался его смех.

– Я не дам тебе жить с ним Анна, ты моя.

Я сжала от злости кулаки и топнула ногой, попав по руке Арона, а потом всей силы пнула беспамятное тело.

– Еще дракон называется, – рыкнула я, потом выдохнула. Привела взбунтовавшиеся внутренние потоки силы в порядок и перенесла Арона левитацией на кровать. Нужно было бы его выкинуть за дверь, но боюсь, кто-нибудь попортит его тушку. Это ж надо так напиться. Не думала, что дракона можно споить. Хотя если он соревновался с чарогом, то вполне возможно. Я отодвинула храпящего дракона к стене и прилегла рядом. Вот тебе и замужняя жизнь…

Нет, я завтра ему все расскажу, не дело это, что рядом бродит этот вредитель. Это он еще без ущербно гадит, ну ладно поболит голова завтра у Арона и все, а ведь может и по-серьёзному начать. Инетр достигает своего любыми путями. Да, завтра я ему все расскажу.

Дракон всхрапнул и тут же, как мягкую игрушку подгреб меня к себе поближе. Пахнуло перегаром, аж глаза заслезились. Все–таки нужно было его выкинуть, подумала я уже засыпая, от дракона пыхало жаром и согревшись, я быстро заснула.

Утром в своей постели я дракона уже не застала, этот чешуйчатый сбежал, как самый настоящий трус.

После завтрака я занялась своими делами. Не думаю, что после восстановления города Смарглы будут терпеть меня в своем городе. Собрала людей, чтобы сказать им, что делать. От работы освобождены лишь две мамаши с детьми, а все остальные приняли вытаскивать добро из кибиток и раскладывать по кучкам. Теням приказала следить за округой и не допускать местных на нашу территорию, а то ходят, облизываются. Уже пару воришек поймали, хорошо я даже в дни разрухи не спускала глаз со своих вещей, а то бы прямо с кибитками и утащили.

До обеда успели разгрузить три кибитки судя по масштабу работ, это растянется на пару дней.

– Тебе нужна помощь, – спросил голос Арона, когда я, оттопырив задницу, торчала под кибиткой, рассматривая крепление. Погонщик лежал тут же и показывал, что ему не нравится. Сошлись на том, что нужен кузнец и замена деталей крепления.

Я как ящерица выползла из–под кибитки и окинула пьянчужку недобрым взглядом. Арон сделал вид, что ничего страшного не произошло, и стоял, рядом лыбясь во всю ширь челюсти сверкая белыми зубами.

– Мне нужно поговорить с тобой, – не стала я отсылать от себя дракона, – и еще нужна сила, чтобы вытащить все добро наружу поправить кибитки, и внести потом разобранные вещи назад.

Арон наверно не ожидал сразу столько задач и почесал затылок.

– Поговорить можем вечером, – сказал он.

– Вот еще, –я фыркнула и схватив за руку дракона, потащила его к одному из шатров, где хлопотали женщины, стряпая обед, – Вчера уже кто–то обещал прийти.

– Я немного перебрал, – успокоил меня Арон.

– Ты нажрался, – не дала я ему себя обелять, – и валялся как бревно.

– Я не валялся, а пришел к твоей кибитке, – стал спорить со мной Арон.

– То, что ты пришел своими ногами, не значит, что ты был адекватный. Упал на пол кибитки и сразу захрапел.

– Я имею право отдохнуть!

– А я имею право на разговор с трезвым мужем.

Мы стояли друг против друга и смотрели непримиримыми взглядами. Черт возьми, что я творю, мелькнуло в голове, он же не обещал мне любви до гроба и наш брак пока всего лишь прикрытие. Я постаралась унять свою злость и посмотрела на Арона:

– Мне нужно с тобой поговорить и это не прихоть, и не желание тебя укорить в чем–то.

– Хорошо, – Арон тоже немного сдал назад, прекращая смотреть на меня сузившимися глазами, – но на секунду я почувствовал себя женатым, – Дракон весело рассмеялся, а люди вокруг выдохнули, только сейчас я поняла, что мы скандалим на виду у всех. – Ты настоящая колючка…, дорогая жена, – Арон немного запнулся после слова колючка и стало понятно, где эта колючка у него сидит.

– А ты настоящий чурбан, дорогой муж, давай на этом и остановимся.

– Давай, – Арон кивнул, – о чем ты хотела поговорить?

Мы наконец–то сели за стол и девушки сразу принесли пару кружек наваристого бульона и порезанное кусочками мясо. Я хмыкнула и поставила на нас щит от прослушки. Магия красивыми узорами выткала в воздухе переливающийся купол. Лицо Арона напряглось, во взгляде появилась беспокойство.

– Такой серьезный разговор, что ты прикрыла нас от прослушки, – Арон нахмурился.

– Да, – коротко ответила я, отпив из кружки бульон.

Арон повторил моё действие и уставился на меня, ожидая начала рассказа, я же думала, с чего начать. Стоит ли дракону знать, кто я на самом деле. Или рассказать ему все в урезанном виде.

Если подумать, я ничего не теряю, если расскажу все как есть. Не люблю врать, выкручиваться и строить хитрые планы. Наверно, это мне в минус. Я честна и от других не жду подвоха, а так нельзя. Я выдохнула. Не буду я себя ломать, буду честна с Ароном, если ему что–то не понравится, ну что ж значит нам не по пути. Но обезопасить себя надо:

– Дай клятву, что все, что ты услышишь, останется, между нами.

– Ты считаешь, что я могу быть подлым? – Арон даже рыкнул под конец, так не понравилось дракону, что я подозреваю его в подлости.

– Признайся, что я плохо тебя знаю, так же как и ты меня, но я буду рассказывать о том, что играет в моей жизни большую роль и это не нужно знать другим. Это не значит, что я не доверяю тебе, это значит, что я хочу спать спокойно, какое бы ты ни принял решение.

– Хорошо, – сквозь зубы сказал Арон и черканув по запястью, вмиг отросшим когтем, капнул на стол кровью, – Клянусь силой и кровью, что все слова Илианы Немисил будут навсегда замкнуты в моих устах. Довольна? - Кровь поднялась в воздух и рассыпавшись пылью впиталась в руку Арона. Если он нарушит слово, ему будет плохо. Нет он не умрет, но магия умеет наказывать отступившихся.

– Да, – я опять отхлебнула из кружки и отбросив все сомнения, принялась за рассказ. Я рассказала ему все и про свою жизнь на Земле и то, что сотворил со мной Инетр и то, что сейчас он опасен уже для Арона. Единственно о чем я не стала рассказывать дракону это о странной привязке, из-за которой я стала сильнее и какие планы у меня на будущее.

– Рогатая тварь, – Арон сжал зубы, – тебе надо было рассказать об этом сразу Илиана, или Анна…

– Зови меня, как прежде, Илиана, – кивнула я, – Анны больше нет. И как ты представляешь себе мой рассказ. Если бы чарог не пришел за мной, б тебе ничего не рассказывала. У нас с тобой договор, и мы выполнили его с обеих сторон. Теперь каждый за себя, но я не хочу, чтобы ты считал Инетра хорошим родственником, который пришел на помощь. Он всегда действует только для собственного удовольствия. И я его привлекаю не как любимая девушка, а как потомок древних родов уж не знаю, чем они отличались.

– Я тебя понял, – Арон кивнул.

– И еще не стоит тебе с ним враждовать Арон, сам видел чарог измеренный и силен.

– Ты сейчас меня унизила Илиана, – холодно блеснул взглядом Арон. – Считаешь, что я не смогу тебя защитить?

– Тебе не надо меня защищать, – я покачала головой, – Инетру только этого и надо, чтобы оставить меня вдовой.

Арон хмыкнул:

– Еще никто не упрекал меня в трусости, и я не буду пугливо прятаться по углам и бояться рогатую тварь.

– Я рассказала тебе все, не для того, чтобы ты с ним бился, – я повысила голос, – я рассказала, чтобы ты не считал его другом или родственником.

Да что это такое, я смотрела на Арона и понимала, что наш разговор зашел не туда. Дракон вдруг вспылил и решил, что я считаю его трусом.

– Я сам буду решать свои дела Илиана и твои тоже, пока ты рядом, ведь ты носишь мое имя и являешься моей женой не только на словах, – Арона подскочил и ткнул мне под нос вязь брачной татуировки, – А сейчас я пойду помогать с разбором вещей и ремонтом кибиток, – сказал он с расстановкой, еле сдерживая ярость, через три дня нам сказали покинуть долину.

Дракон разорвал переливающийся щит над нами, ударом изменённой руки и быстрым шагом ломанулся прочь. И что это сейчас было?!

Отступление Арон Смарг пребывал в задумчивости. С одной стороны, ему нравилась Илиана, серьезная, смелая и невероятно притягательная в постели. С другой стороны, он не знал, как вести себя с ней. Вроде бы все договорено, они выходят из долины и разбегаются в разные стороны, но чем ближе их расставание, тем больше портится его настроение.

Он специально, старается видеться реже, но его так и тянет пройти мимо ее кибиток, выискивая взглядом тонкую фигурку в белоснежном бурнусе. Ему хочется подойти к ней, подхватить на руки и унести куда-нибудь в укромное место, чтобы заняться с ней любовными играми. Что в ней такого, что он потерял покой?

У Арона было много женщин, даже будучи женатым, он имел любовниц и не считал это чем–то зазорным, ведь он мужчина и у него свои потребности. Но сейчас все остальные женщины отошли в сторону. Перед внутренним взором томные медовые глаза, с желтыми искорками, загадочная улыбка, и притягательное тело, от которого не хочется отлучаться. При одной мысли о жене, его член наливается силой, а голова перестаёт думать. И он идет к кибиткам и наблюдает за ней украдкой, сжимая зубы. Это его тревожит. Это его выводит из себя. Нельзя, чтобы женщина имела такую власть над драконом! Женщинам место в доме, где она должна встречать мужа с улыбкой и растить их детей.

Арон понимал, что чарога не будет повиноваться ему как драконица, не будет смиренно ждать его с рейдов и с поклоном поносить еду и это опять его злило. Пора было признаться себе, что Арон влюбился, ведь даже забыл о своей утрате, так поглотили его новые чувства. Но ему нечего предложить ей, богатой сильной и уверенной себе. Он ей не нужен…

Смаргл нервничал, вечерами пил и был на взводе.

– Вы должны покинуть долину, – сказал через несколько дней Пирин, – Отец сказал, что к нам выехало несколько глав семей и он не знает, что им нужно. Будут они требовать, чтобы ты передал огонь или захотят тебя убить. Отец не хочет связываться с сильными родами, нас и так потрепало.

Брат в последнее время смотрел на Арона странно. И дракон понимал, что живой огонь даже родного брата заставляет завидовать ему.

Он забывал, что на его виске притаился древний ключ к долинам и когда ему об этом напоминали, не знал, что с этим делать. Арон был рожден править, но не получалось это у него, как у Пирина. Не видел Арон в этом радости, не хотел ответственности за других.

Сейчас он жалел, что согласился на передачу огня, минутное помутнение рассудка под взглядом медовых глаз. Илиана странно на него влияла, заставляла быть тем, кем он давно не был. Сильным и уверенным в себе драконом, тем, кто знает, чего он хочет от жизни. Она словно ставила его на ступень выше, чем он есть и чем хочет быть.

Арон проводил брата взглядом, а потом нашел Илиану, предупредив ее, что придет вечером для разговора.

А вечером, когда он после ужина сказал соратникам, что идет к ней, чарог который все время крутился рядом, вдруг решил угостить его выпивкой да поговорить о сестре. Отказывать родственнику Арон не стал, тем самым оттягивая встречу с Илианой.

В итоге он не помнил, как дошел до кибитки. Проснулся рядом с тёплым, нежным телом и замер, боясь пошевелиться и разбудить ее. Но скоро пришлось ретироваться, ведь его тело ему не подчинялось и требовало протянуть руки, чтобы ощутить мягкость кожи, или прижаться к узкой спине, задирая вверх, тонкую прозрачную рубаху. Единственно, что Арон себе позволил, чтобы хоть как–то унять свой голод, это провести по спине ладонью, еле касаясь тела. Потом со стоном сбежал, как мальчишка, прикрывая пах от встреченных слуг.

Нужно или требовать своё, как мужу, или идти в бордель. Последнее Арону делать не хотелось, даже желание сразу утихало.

Он не ожидал, что его пьянство так разозлит девушку, любовался аппетитной попкой, торчащей из–под кибитки, и был полон спокойствия. А потом она с мечущим молнии взглядом. И он чувствует себя униженным. Он мужчина! Он имеет право пить, когда хочет! Гулять где хочет! Только серьезное лицо Илианы и ее манипуляции с магией его успокоили, не замечал за чарогой Арон излишней осмотрительности.

Зато, когда она ему рассказала о себе, был ошарашен, зол и полон решимости сразу идти и бить морду чарогу. И лишь понимание, что чарог не простой маг, а изменённый и его с нахрапа не уничтожить, его остановило, но не успокоило. Еще слова Илианы, что ему совсем не нужно воевать с Инетром, разозлили, она считает его трусом? Думает он, боится этого рогатого урода? Хотелось доказать ей, что это не так, но Арон усмирил свою гордыню и попрощавшись, ушел готовиться к отъезду.

– Что родственничек так смотришь, – ехидно просил его Инетр, легко перекидывая на стену, огромный кусок обрушившегося фасада, – Получил нагоняй от Илианы?

– Не твоё дело чарог, – хмуро ответил он изменённому, – держись подальше от моей жены, – все же не выдержал он. Так хотелось вмазать по лощеному лицу, и выбить все острые зубы, которые эта тварь на него скалила. Инетр сразу стал серьезен, оглядел Арона холодным взглядом:

– Смотрю, она что–то тебе рассказала, – удовлетворённо сказал он. – Тем лучше, не нужно больше притворяться.

– Я сказал тебе, – Арон сжал челюсти, – твоё дело услышать или получить по зубам.

Чарог запрокинул голову и рассмеялся:

– Это ты мне, говоришь? – Спросил он. – Сам поберегись дракон, Звездочка всегда была моей и не тебе, разевать на нее свою пасть. Она скоро придет в себя и поймет, что ты жалкая ящерица, не стоишь ее. Радуйся, что я до сих пор тебя не убил, а спокойно жду, когда она одумается.

Чарог блеснул взглядом, наполненным ненавистью, и ушел, расправив широкие плечи.

Илиана не достанется этому уроду, смотрел ему вслед Арон. Он сделает все, чтобы его рядом с ней не было. Все сомнения, которые тревожили его, сразу отошли на второй план. Она без него не справится. Да, она сильна, она умна, но одна, а он ее муж и встанет впереди, защищая свою жену.

После такого решения Арону стало легче. Он словно принял судьбоносное решение и бесшабашно окунулся в приготовления к путешествию. Он не бросит Илиану одну в умершей долине. Он найдет лучшее место, где они поселятся. А любовь? Он сделает все, чтобы она его полюбила. Даже пересмотрит свои взгляды на женщин, если понадобится. Она стоит того, чтобы он пересмотрел.