Глава 2

Очнулась от боли в горле. Видимо, сорвала связки, когда кричала.

В голове шумит, и дышится с трудом, словно воздух разряженный, как на высоте. Да и запах странноватый. А хуже всего — невыносимый шум-вибрация, проникающий в каждую клеточку измученного тела, тревожный треск, запах гари…

«Наверно, умерла и горю в аду», — подумала отстранённо.

Неожиданно неприятный вой сирены разорвал тишину. За ним последовал резкий хлопок, потом клекот, перемешивающийся с рыком и визгом. Невообразимый, странный и совершенно не человеческий гомон.

Я испуганно прислушалась, но так и не смогла уловить ни одного знакомого слова.

Чтобы понять — куда попала, кое-как открыла глаз и увидела… и увидела толпу разномастных монстров!

От слабости перед глазами все плыло, но их я видела! Моргнула. Еще раз, однако они не исчезли!

Высокие, полупрозрачные, светящиеся тела, преломляющие в себе голубой и желто-оранжевый свет светильников, с тонкими вытянутыми конечностями смотрелись невероятно. Мохнатый гигант обезьяноподобный с четырьмя конечностями. Низкорослый, уродливый краб со множествами отростков на верхушке панциря, под которым выпирало нечто алое и выпуклое, похожее то ли зад макаки, то ли на огромные глаза… — одним словом монстры. И этой жути вокруг меня было много!

«Нет! Это не может быть правдой! Не может! Это бред! На самом деле, я сейчас в больнице, без сознания… Очнусь — и все будет хорошо!» — твердила себе, но кошмар продолжался.

Монстры нервно суетились возле серебристой стены большого помещения, похожего на военный ангар, напичканный невероятной техникой, откуда нещадно дымило и искрило. Видимо у них тут авария случилась, поэтому никто пока не обратил на меня внимания.

Вдруг часть их подалась от стены назад, будто испугавшись чего-то, и я увидела высокого, жилистого гуманоида грозно надвигавшего на пятившуюся от него зеленую медузу с толстенькими щупальцами. С каждым шагом серая кожа человекоподобного инопланетянина с приплюснутым лицом наливалась синевой. Уже через миг он стал синим и слился с цветом своего комбинезона. И теперь особенно удивительно смотрелись на его темной голове белесые косички, которые странно топорщились.

Из всех монстров, что были в зале, этот больше всех напоминал человека. Две руки, две ноги и голова. Только странные у него волосы…

Что это плавники, поняла, когда они раскрылись веером! И кажется, «хамелеон» так делает в ярости, потому что вслед за их резким раскрытием полупрозрачная медузоподобная многоножка как от невидимого удара упала на пол и забилась в припадке.

Не знаю, что с ним, но бедняга дергался в конвульсиях и жалобно посвистывал.

За его мучениями наблюдала толпа монстров, однако никто не заступился за бедолагу. Кажется, они все боятся «хамелеона» и считают его главным.

Постепенно хамелеон-садист начал светлеть. Успокаивался что ли? Его «грива» вновь стала походить на косички, но к тому времени медуза перестала подавать признаки жизни.

Осознание, что это всё не сон и не бред было подобно болезненной вспышке. Слишком все настоящее: яркие ощущения, запахи… А что касается розыгрыша — так даже в Голливуде еще нет еще таких декораций!

Едкий дым таки добрался до меня. Я закашлялась и, потеряв равновесие, свалилась на пол. Оказывается, до этого я лежала на кристаллическом, отполированным до блеска, подобии подиума. Круглый и невысокий, но достаточный чтобы при падении я наставила себе парочку синяков.

Возобновившийся было гомон в ангаре разом стих.

Плавники хамелеона вновь воинственно встопорщились. Он медленно повернулся в мою сторону. Вместе с ним и остальные монстры наконец-то меня заметили.

Тут же с двух сторон что-то щёлкнуло и загудело. Два мощных монстра, уже заняли позицию по бокам от меня и устрашающе ощетинились тёмными дулами блестящих штуковин, очень отдалённо напоминающих так любимые нашими фантастами бластеры.

Мамочки! Это что же, меня умыкнули инопланетяне?! Я, конечно, читала о таком, но не особо верила. И сейчас не хотела верить, вот только все происходило на самом деле.

Рыбоглаз не сдвинулся с места, только сверлил меня леденящим взглядом, не обещающим ничего хорошего.

Под его взором я обхватила себя руками и сжалась. Встать даже не пыталась, не удержусь на ногах, слишком слаба. Оставалось играть в гляделки, потому что голоса тоже не было.

— О-р-р-а! — гаркнул скрипучим голосом рыбоглаз, видимо что-то решив для себя.

Если раньше все просто молчали, то теперь замерли и вообще не шевелились.

«Рыбоглаз — главный, это и дураку понятно. Не убил сразу, значит, ещё есть шанс договориться», — попыталась мысленно успокоить себя: истерика сейчас не к чему, иначе точно пристрелят. Надеюсь, удастся наладить контакт? Ведь все, что со мной произошло, уверена, по его вине. Главное не потерять сознание, а то мысли путаются. Вроде дышу, но ощущение, что не кислородом, а каким-то газом, от которого во рту горчит и слабость накатывает.

Не придумав ничего лучше, подняла руки, показывая, что я безоружна и готова к диалогу. Даже попыталась растянуть сухие губы в подобии улыбки, стараясь не показывать зубы. Мало ли что у них это может означать. А то у некоторых животных это воспринимается как вызов или открытая угроза.

Однако хамелеон в ответ на мою робкую попытку наладить дружественный контакт презрительно скривил губы.

— Гар-рахт, Наит! — властно проскрипел, развеяв в прах все мои надежды на мирные переговоры.

Тут же ко мне устремилась мощная, четырехлапая, волосатая обезьяна, которая скалилась так, будто сожрать хотела! Я не успела пикнуть, как за шкирку была поднята в воздух.

Без особых усилий обезьяноподобный монстр поднес меня ближе к злобному инопланетяшке, и я ощутила исходящий от него рыбный запах. Не неприятный, однако совершенно непривычный. Да тут вообще все пахло странно: озоном, рыбой, тухлятиной и даже нежнейшими цветами с клубничным запахом. От такого разнообразия запахов меня ужасно мутило.

Хамелеон вытянул один из когтистых пальцев, которых у него на руке шесть, и больно провел по моей щеке.

Я была так напугана, что не сразу почувствовала боль. Лишь когда капелька крови защекотала кожу, поняла, что царапина глубокая.

— Оух! — просипел он, водя носом и смакуя то ли мой запах, то ли запах моей крови. Макнул палец в алую капельку, растер задумчиво и шикнул: — Ашх!

По его команде одним рывком четырехрукая обезьяна сдернула с меня куртку. Пуговицы с грохотом поскакали по светло-серебристому полу, разрывая тишину.

Но на этом громила не остановился. Следующими сорвал с меня вязаную кофточку, бюстгальтер, обнажая грудь. Его лапа залезла в брюки. Тогда я завизжала, и серая, надменная морда главного гуманоида довольно прищурилась.

Не обращая внимания на мои крики, инопланетная горилла разорвала в лохмотья брюки. Потом стянула сапожки, и я оказалась обнаженной перед толпой.

Инопланетяне рассматривали меня просто как удивительную причуду. Лишь рыбоглаз смотрел так плотоядно, что я задрожала.

Сейчас я бы с радостью уплыла в беспамятство. Лёгкие уже нещадно жгло, а перед глазами мельтешили тёмные мушки.

И все же я еще надеялась на чудо. Однако гадкий рыб не думал останавливаться. Острым когтем обвел сосок и тут же ущипнул. До того больно, что я закричала, дернулась и попала босой ногой ему как раз между ног.

Даже целься я специально, не получилось бы лучше. Будь у меня силы — ещё бы разок врезала.

Морду рыбоглаза надо было видеть! Вмиг он посинел, схватил меня за волосы, а другой лапой сжал шею.

Я хрипела от ужаса, нехватки воздуха и боли. А он со мстительным удовольствием наслаждался моей беспомощностью.

Только мне уже всё равно. Зато рыбоглаз, кажется, всполошился, когда увидел, как из моего носа потекла кровь, и я, закатив глаза, безвольно обвисаю в лапах гориллы.