Глава 31

Я так и стояла в коридоре, пока Лала и Тан не ушли в рулевой отсек. Киборг непременно хотелось проверить, как ИИ фиксировал происходящее снаружи.

Я же никак не могла понять мотивов такого поведения Руша, совершенно ему не свойственного. Агент до сих пор не позволял себе столь резко высказываться или переносить на кого-то своё недовольство. Во всем этом было столько абсурда, что хотелось его пару раз пристукнуть, как подвисающую аппаратуру.

Но вместо этого я медленно подошла к двери его каюты, сама пока не зная, что же стану делать. Но так оставлять все было просто недопустимо.

Остановившись, не зная, с чего все же начинать, я заметила небольшую щель в пол ладони. Отрезанная от подачи электричества, дверь не закрылась до конца. Склонив голову и сощурившись, я заглянула в каюту Руша.

В полумраке сидя на кушетке, в помещении едва ли большем, чем моя собственная каюта, светловолосый и растрёпанный, агент ругался сквозь зубы. Мне было плохо видно, так как мужчина сидел спиной к двери, но напряженные мускулы, весьма впечатляющие, надо заметить, перекатывались в напряжении по белой кожей.

— Насекомые, женщины, тайны, — агент бормотал сквозь зубы, перемежаясь слова ругательствами.

И вдруг, словно что-то почувствовав, мужчина повернулся ко мне, безошибочно поймав мой взгляд.

— Долго там стоять планируешь? Заходи и помоги, если уж решилась прийти.

— Я не решалась, — больше из упрямства возразила я, все же входя в каюту и уже более тщательно прикрывая дверь. И только когда та со щелчком захлопнулась, я поняла, что по сути впервые оказалась в комнате полуголым агентом. Как-то до этого момента обычно я была неодетой.

То ли от нервов, то ли от всего произошедшего за этот день мне вдруг стало невероятно смешно. Уже не опасаясь, как именно Руш может на это отреагировать, я вдруг рассмеялась. В этом был какой-то процент истерики, так как остановиться я уже не могла. Меня накрывало с такой силой, что начало сводить живот, а потом и стрелять в свину.

— Я понимаю, что все это очень забавно, — Руш поднялся с узкой кровати, и подойдя ближе осторожно погладил меня по спине между лопаток, пытаясь успокоить. Мне даже показалось, что агент больше не сердится, как всего мгновение назади, но я все ещё вздрагивала от смеха, не в состоянии угомониться.

— Ты в порядке? — кажется, моя реакция не на шутку встревожила Руша.

Я только покачала головой, пытаясь выравнять дыхание после такого странного и несвоевременного приступа.

— Не думаю. Это все слишком для моей неокрепшие психики. То друзья начинают стрелять, то гигантские сороконожки. Нет, как-то это все за пределами моих мечтаний. Первым делом, как только выберемся из этой «экспедиции» отправлюсь на какой-нибудь курорт. На десять дней. Нет, — я покачала головой, подняв решительный взгляд на Руша, — на пятнадцать.

— Давай на двадцать, — как-то провокационно предложил мужчина, поведя плечом.

— Э, нет. Так простой я не могу себе позволить. Слишком дорого. Даже не знаю, во сколько это может обойтись.

— Ты можешь хоть немного не думать о прибыли или работе? — Руш приподнял бровь, уперев руки в бока, отчего мускулы на груди обозначились гораздо чётче, вдруг затмив все остальное.

— А? — глупо переспросила, чувствует что потеряла нить разговора.

Облизнув внезапно пересохшие губы, кое-как все же умудрилась оторваться от торса мужчины. Уж очень все там было рельефно и скульптурно.

В глазах Руша блеснуло что-то лукавое, словно все мои мысли были уже прочтены.

— Помоги меню, раз уж пришла, — агент отошёл к кушетке, на которой я только сейчас заметила небольшой бокс. Руш сел рядом, вытянув вперёд левую руку. И только теперь я смогла рассмотреть темную насыщенную гематому, кольцом опоясывающую все конечность чуть ниже локтевого сустава.

— Это что? — я подошла ближе, с ужасом рассматривая этот контраст белой, почти снежно кожи и синего, насыщенного до черноты, с красными вкраплениями, синька.

— Это последствия осознанной глупости. Я могу и сам все сделать, но… — Руш замолчал склонив голову набок и наблюдая за мной из-под ресниц, — но очень надеюсь на твои руки. Ты же не откажешь?

— Нет конечно! — мысль, что можно сейчас уйти и не выполнить просьбу мужчины, оставив его одного, даже не промелькнула в моей голове. Не после всего, что он сделал для меня.

Обогнув агента, я заглянула в бокс с медицинскими мелочами. Меня немного озадачило, что Руш не отправился в медотсек, а принялся лечить себя сам и в каюте, но это пока меньше озадачивало, чем набор юного медика.

— Я даже не знаю, восхититься мне тому, что я вижу или все же изобразить обморок, — честно призналась, вынимая за ручку тонкий ножик с косым лезвием. — Это что? Вскрывать капсулы?

— Думаю, ты уже и сама поняла, что это просто скальпель, — Руш вытянул небольшой аэрозоль, упаковку узкой паутинки и активатор. — Лазерный скальпель не всегда подходит. Иногда приходится орудовать чем-то более простым, но надежным. Как механик, ты должна это понять.

Мне оставалось только кивнуть, прежде чем приступить к обработке руки агента. Заматываю последний слой паутинки и готовя активатор, я обратила внимание на множество тонких, ещё более белых, чем кожа, шрамов на теле мужчины.

— Откуда это все?

— Но ты же не думала, что у тебя монополия на подобные украшения? — агент смеялся, но за словами пряталась очень много всего.

Решив не заострять на этом внимания, я только кивнула, возвращая медпрепараты на место.

— Не уходи, — вдруг тихо попросил Руш, пока я складывала паутинку в бокс. — Побудь немного со мной.

Жалобные нотки не должны были меня задевать. Я прекрасно знала, что мужчина привык переносить и не такую боль, а сам синяк никакой опасности не представлял, обработанный вовремя. Но внутри что-то все же замерло.

— Ты пользуешься моей добротой и жалостью, — тихо прокомментировала происходящее, не поднимая головы. Упоминать, что мне и самой хочется тут остаться я посчитала все же лишним.

— Да, — Руш поймал мою ладонь, переплетясь пальцами, — и даже не думаю этого скрывать. Если тебе тяжело решиться или сделать шаг, оставь это мне. Побудь со мной немного.

— Агрх, — тихо выдохнула. Терзаемая муками нерешительности, не зная как принять «правильное» решение и что потом с ним делать, я так и стояла на месте, чувствуя, как пальцы мужчины сладко обжигают кожу.

— Останешься?

— Ненадолго, — выдохнула я, понимая, что просто не могу сейчас уйти. И вовсе не из-за того, что Руш пострадал. Я просто этого не хотела.

* * *

Плюнув на все на свете, на все предрассудки и сомнения, я убрала бокс с медикаментами на небольшой стол напротив кровати Руша, да так и замерла, не зная, как быть дальше. Койка за спиной тихо скрипнула и на плечи мягко легли большие ладони.

— Ты даже не переоделась, — тихо шепнул Руш куда-то в затылок, заставив волоски шевельнуться а по коже волной пробежаться мурашкам.

— Не успела. Очень волновалась, что вас там сожрут одних, — легкое волнение в голове все же угадывалось, несмотря на все попытки держать себя в руках.

— О, да. Мне даже сложно придумать, что ещё нужно сделать, чтобы ты посчитала меня достаточно сильным, чтобы справиться с каким-то насекомым, — фыркнул агент и коснулся горячими губами шеи.

От одного этого легкого и довольно невинного поцелуя все тело встрепенулось. Тут же, подтверждая, что моя реакция не осталась незамеченной, раздалось тихое мурчание, будоража чувствительную кожу ещё сильнее.

— Ответишь мне на один вопрос? — Руш почти шептал, при этом и не думая отстраняться. Ладони с плеч скользнули по рукам, как-то совершенно неожиданно для меня оказавшись на талии и довольно чувствительно ее сжав.

И мне это понравилось до дрожи.

— Спрашивай, — так же тихо отозвалась, словно нас кто-то мог подслушивать.

— Хм, но ты не обещаешь ответить, — ладони скользнули по груди, даже через плотную ткань комбинезона вызывая непроизвольную реакцию тела. Тихо щелкнул первый клапан у горла, заставив вздрогнуть от предвкушения, стоило Рушу его резко дернуть.

— Не обещаю, — чувствуя, как начинаю мелко подрагивать уже всем телом, сипло отозвалась.

Тело, словно получив долгожданную свободу, вело себя совершенно не так как обычно, реагируя очень остро и откровенно на самые легкие касания.

— Вредная, вредная Кира, — спускаясь ниже по шее, медленно расстегивая молнию на груди, пробормотал Руш, прихватывая тонкую кожу губами. — Но пусть будет так, если хочешь.

— Хочу, — резко выдохнула, кажется, совсем утратив тему беседы.

Как подтверждение этому, мужчина за моей спиной тихо хмыкнул, и неожиданно толкнул меня чуть вперёд, вынуждая прижаться бёдрами к краю стола. Теперь между нами совсем не оставалось свободного пространства.

— Скажи мне, маленькая вредная ташва, когда тебя последний раз касался мужчина?

Почувствовав, как все тело вмиг похолодело, дёрнулась, стараясь вырваться из захвата. Только Руш это предвидел, крепко обняв со спины и прижав мои руки к телу.

— Тише, тише. Можешь не отвечать, только злиться зачем? Тш, Кира. Больше не буду спрашивать об этом.

Руки медленно ослабили захват. Одна скользнула к волосам, медленно пройдясь по шее к затылку, другая вернулась к молнии, одним резким движением расстегнув комбинезон до талии.

— Ты так остро реагируешь сегодня на каждое мое касание, что я готов ещё раз подставиться этой многоножке, только бы закрепить эффект.

— Не смейся надо мной, — тих попросила, чувствуя себя невероятно уязвимой и какой-то слишком уж чувствительной.

— И не думал даже. Я знаю, что ты смелая и сильная, и потому для меня ещё более ценна твоя реакция сейчас. Расслабься и доверься мне.

Руш отступил на полшага, давая мне немного свободы, но вместо облегчения я почувствовала какую-то внутреннюю пустоту и желание вернуться в эти крепкие, такие смелые, без тени сомнения, объятия.

Но мужчина и не думал останавливаться. Скользнув руками к вороту комбинезона, Руш потянул жесткую ткань вниз, обнажая мои плечи. Тут же захотелось поежиться от внезапного холода и неловкости, но мне не дали и мгновения на то, чтобы погрузиться в свои мысли.

Стянув ткань, Руш тут же повернул меня к себе, внимательно вглядываясь в глаза, словно там и правда были написаны все мои самые сокровенные мысли.

— Ты так красива сегодня. Просто невероятно прекрасна, — слова были произнесены просто и спокойно, но я вдруг почувствовала себя и правда прекрасной, словно не было растрепанных волос и жуткого шрама на весь бок. И все же внутренний протест не дал промолчать.

— Ты наверное плохо видишь без своей маски, — горькая ирония просочилась наружу, как я не пыталась ее загнать поглубже.

Я только открыла рот, чтобы продолжить, как губ коснулся палец, заставляя забыть все слова, что готовы были сорваться с языка.

Руш улыбнулся мягко и тепло, покачав головой.

— Не говори мне того, что придумала, Кира. Сегодня ты так прекрасна, что мне просто больно тебя не касаться, — отступив на шаг, агент опустился на койку, рассматривая меня с каким-то невероятным восхищением. Присев, Руш продолжал удерживать меня за талию, не давая ускользнуть.

Я смотрела на светловолосого, сильного и умного мужчину напротив и никак не могла справиться с водоворотом мыслей и эмоций, что всколыхнулись внутри. Это было так не похоже на то вожделение или обычный телесный голод, что мне доставался обычно, что я и правда не произнесла больше ни слова.

Руш, не отводя глаз от моего лица, потянул комбинезон вниз по бёдрам, прихватив пальцами и нижнее белье. Ощущение незащищенности достигло апогея, но я все для себя уже решила, и только вскинула руки, неловко прикрыв рот ладонью, словно это могло помочь чувствовать себя увереннее.

Как-то прежний мой опыт был не до такой степени волнительным, больше представляясь мне каким-то изощренным спортом для восстановления расшатавшегося гормонального баланса.

Сейчас же каждое касание словно доставало до самого сокровенного уголка души. Каждый взгляд заставлял кожу вспыхивать в сладком огне, от которого начинала кружиться голова.

— Такая красивая, така смелая и решительная. И в то же время настолько чувственная, что трудно поверить, — тихо бормотал Руш, и неожиданно прижался губами к моему животу, заставив шокировано вскрикнуть и от неожиданности, и от остроты ощущений. Тёплая ладонь скользнула по пояснице, другая прошлась по задней стороне бёдра, делая с моим телом что-то невероятное.

Меня всю трясло, когда жадные губы, оставляя дорожку прохладных поцелуев, двинулись ниже, а жадные ладони ухватились за бёдра, не давая отстраниться. Я пропустила момент, когда пропала верхняя часть моего белья, и едва не задохнулась, когда поцелуи вдруг пошли выше, показывая, что и эта часть моего тела сегодня тоже куда более чувствительная, чем думалось раньше.

Руш словно знал, где и как именно коснуться моего тела, чтобы мне было не просто приятно, а я начинала терять связь с реальностью. Легкие, нежные поцелуи перемежались такой страстью и силой касаний, что я в какой-то момент едва не упала. Ослабевшие ноги вдруг подогнулись, так что пришлось опереться на широкие плечи мужчины. А через мгновение все же пришлось опуститься на кровать, чтобы не упасть. Впрочем, Руш держал так крепко, что у меня не было и шанса.

— Как ты любишь? — неожиданно спросил этот несносный мужчина, одной фразой выдергивая меня из состояния близкого к эйфории.

— Не задавай глупых вопросов, — тихо шикнула, не открывая глаз.

— Это не глупый вопрос. Со спины? По классике? Кира?

Я вдруг зажмурилась изо всех сил, чувствуя, как возвращается ощущение неловкости и уязвимости. Резко дёрнувшись, попыталась сбросить с себя эти вездесущие руки, начиная корить себя за легкомыслие.

— Пусти, — тихо потребовала, пытаясь вывернуться.

— Из-за того, что ты не можешь мне ответить? И не подумаю, — тихо возразил Руш, сжимая в объятиях ещё крепче и возвращаясь с поцелуями к шее, а затем и к невероятно чувствительной груди. — Можешь молчать об этом, если тебе неловко.

Я вздрогнула всем телом. Все ещё немного шокировало то, как ему удаётся считывать мои эмоции и ощущения, не получая в ответ ни слова.

Вдруг Руш остановился, так что я даже испугалась, что меня на самом деле отпустят. Быстро поднявшись, агент скинул остатки одежды, заставив нервно сглотнуть, и протянул мне ладонь.

— Встань на мгновение, прекрасная Кира.

Не очень понимая, что именно происходит, но не в состоянии, да и не желая сопротивляться, я выполнила просьбу.

Руш, оставаясь серьезным, протянул руку к датчику на стене, уменьшив интенсивность освещения и улёгся обратно на койку, так и не выпустив мою ладонь из рук.

— Ты начинаешь нервничать теряя контроль. Так давай оставим его тебе. На это раз. Забирайся, Кира. Все в твоих руках, — и в глазах агента сверкнуло что-то такое порочное и глубокое, что я невольно зарделась всем телом. — Можешь делать то, что тебе хочется, маленькая сильная ташва, раз уж боишься об этом говорить. Иди сюда. Нравится, когда я обнимаю тебя?

— Да, — тихо выдохнула, чувствуя, как губы растягиваются сами собой в улыбке.

Это бережное и острожное отношение, смешанное с неприкрытым восхищением и желанием, с одной стороны умиляло, а с другой придавало уверенность, который сейчас мне так не хватало.

— Вот и иди ко мне, — поддерживая меня, мужчина помог устроить коленями по обе стороны от его бедер, и вернул ладони на мою талию, проведя, с усилием, по чувствительной коже вверх.

А дальше все превратилось в чистое удовольствие, наполненное нежностью и такой будоражащей чувственностью, что я просто теряла сама себя в ощущениях.

Руш крепко обнимал, прижимал к себе. Жадные, горячие губы скользили по телу, прихватывая кожу и вызывая волны мурашек от макушки до самых кончиков пальцев.

Медленно, глубоко и так нежно, что, казалось, вздрагивала сама душа.