Глава 23

Глава 23

День 100. Финал.

Я волнуюсь.

Смешно, правда?

Вроде не первое свидание, не экзамен какой-нибудь и важное собеседование — а я стою перед шкафом и переживаю, как девятиклассница перед школьной дискотекой, и не могу выбрать платье.

На самом деле я его, конечно, давно выбрала. Просто боюсь надеть.

Боюсь, что всё это — сон.

Мое преображение, моя новая жизнь, новая я — всё это мой чудесный сон.

И Гордей тоже сон.

Очень боюсь, что всё это мне приснилось.

Украдкой щипаю себя, как героини в книгах и в кино. И боюсь проснуться.

Нет, всё в порядке. Я не сплю.

Только вот на руке теперь будет синячок от моих же пальцев!

Это не сон.

Я знаю, как выгляжу.

За эти недели увидела себя заново не раз — в зеркале, в отражении витрин, на фото и видео в телефоне и в блоге.

И всё равно каждый раз я удивляюсь — это я?

Иду в салон — внутри всё дрожит. Хочу быть сегодня самой-самой.

И для себя и… и для него тоже.

Он достоин того, чтобы быть красивой для него. Чтобы хотеть меняться для него.

За эти сто дней я многое поняла.

Да, мне нужно было измениться именно для себя, не для того, чтобы бывший понял, что он потерял.

Но это не значит, что не стоит хотеть быть красивой для мужчины. Мужчины, который держит в руках мое сердце, и оно для него — самое главное в жизни.

Пафосно звучит?

Кто-то в моем блоге написал об этом. А я ответила — пусть пафосно, зато это правда.

Поэтому сегодня вся моя красота — ему!

Парикмахер — милая девушка с розовыми прядями — весело болтает, но я слушаю вполуха.

Закрываю глаза, когда она укладывает локоны, вдыхаю аромат средств для волос и чувствую, как фен горячим воздухом выдувает из моей головы все тревоги. Как будто я перерождаюсь. Прямо здесь, в кресле. Из кокона вот-вот появится бабочка.

— А вы же блогер, да? Из “Ста дней”? Я вас узнала! Вы такая крутая! У меня все подружки вас читают, и я тоже. У вас же сегодня финал проекта? Я вас поздравляю!

— Спасибо!

Она рассказывает визажисту обо мне так восторженно.

Визажист — молоденький парень, который называет меня “блонд-королева”, делает макияж в подарок.

Это приятно! Я всё равно оставлю хорошие чаевые.

Он порхает вокруг меня, что-то объясняет — “У вас светлая кожа, вам пойдет контраст”. Я говорю, что доверяю ему. Спрашивает, какого цвета платье. Показываю фото.

— О, это просто шик! Самый тренд сезона!

На веки ложится немного золота, немного изумруда. Стрелка вытянута чуть длиннее, чем я делала бы сама.

Губы — мягкие, не сильно яркие — акцент на глаза — чуть влажные, и такие… чувственные.

Гордею сразу захочется их поцеловать. И меня.

Смотрю в зеркало и думаю: господи, это я?

Да! Я!

Вот такая вот новая, шикарная я!

Дома надеваю то самое ярко-зеленое шелковое платье в пол, с декольте и разрезом во всю ногу.

Раньше бы я только потрогала его и прошептала: “Не для меня”.

А теперь оно на мне!

Идеально сидит по фигуре. Облегает, подчеркивает. Да, да, не прячет — подчеркивает!

Конечно же, я втягиваю живот — по привычке — и тут же расслабляюсь. Больше не надо ничего втягивать.

Всё на месте. Талия есть. Бедра, грудь — есть. И я сама — есть.

Вдох. Выдох. Готова.

Звонок на телефон. Смотрю на экран. СМС от Гордея.

“Подойди к окну”.

Вспыхиваю как девчонка, бегу к окну, отодвигаю тюль… и… боже ж ты мой!

У подъезда стоит белоснежный лимузин.

Настоящий!

Хихикаю, как школьница.

Это для меня? Как карета для Золушки.

Вот только я точно уверена, ровно в двенадцать она не превратится в тыкву!

Хочется прыгать на месте и хлопать в ладоши. Но я уже надела туфли на каблуках, и мне жалко соседей.

Он делает это для меня!

В груди щемит. Прямо как в тех романах, которые раньше казались выдумкой.

Пора!

Выхожу из подъезда — не хватает только красной дорожки, но я знаю, что она будет потом. Водитель открывает заднюю дверь, чуть склоняется передо мной.

Шикарно!

Улыбаюсь сама себе и в этот момент точно знаю — вечер будет особенным.

Невероятным!

Лимузин плывет по городу так плавно, будто дорога под ним выстлана бархатом.

Сижу в салоне, думая, что всё это словно сцена из романтического кино — кожа кресел мягкая, подсветка приглушенная, в специальной встроенной нише — охлажденное шампанское и клубника.

Наливаю бокальчик и говорю себе:

— Ульяна, ты всё это заслужила!

Я на самом деле заслужила!

Я выдержала эти сто дней.

Сто дней после измены.

Сто дней, в которых было всё. И боль. И радость. И сожаление. И разочарование. И слезы. И пот. И бессилие. И срывы. И мечты. И удовольствие.

Вся жизнь в этих ста днях.

Новая жизнь новой меня!

И сейчас я еду на гала-вечер.

Звучит как будто и не обо мне, да?

Гала-вечер!

Ах-ах-ах! Раньше я максимум, куда ездила — в супермаркет за скидочным стиральным порошком!

Теперь всё иначе.

У клуба уже толпятся гости.

Тут множество машин, большинство — такие, что мне даже страшно представить их цену.

И при этом никто не смотрит сверху вниз. Здесь нет этого ощущения, что тебя оценивают.

Тут не конкурс тщеславия, а праздник перемен. Радость победы над собой.

Фасад украшен золотыми и черными шарами, гирлянды мягко светятся, слышны музыка и смех.

Огромный баннер над входом: “ПРОЕКТ: 100 ДНЕЙ. ФИНАЛ”.

У меня внутри всё дрожит и щелкает — неужели я часть этого?

Да! Это так! Важная часть!

И я должна кое-что сделать для блога!

Снимаю короткое видео.

Как выхожу из лимузина. Как мои каблуки чуть предательски подкашиваются — это волнение, а не неудобная обувь.

Быстро проговариваю для подписчиков несколько слов, всё показываю.

Прошу, чтобы они пожелали мне удачи.

И тут же сыплются сообщения.

Кстати, те самые Арсен и Тигран всё еще смотрят мои видео и признаются в любви. Правда, они уже знают, что у меня есть Гордей.

Это все знают.

Правда, пока без официального статуса — но это не важно.

У меня уже был статус, и он был фальшивым насквозь.

У нас с Гордеем всё по-настоящему.

Я иду ко входу в клуб уверенно.

Вот она — красная дорожка и мои пятнадцать минут славы!

Зеленое шелковое платье играет на свету, мягко обнимает тело.

Ловлю взгляды. Нет, не как раньше — с оценкой и презрением.

С любопытством и теплом.

Я слышу шепотки: “Это та самая Ульяна, из блога Гордея?”, “Она похудела больше, чем на пятнадцать кило!”, “Смотри, это она!”

Да, это я. Я!

Захожу в зал.

Сегодня тут не совсем про фитнес. Не совсем про спорт.

Сегодня тут праздник и веселье.

Огромное пространство залито мягким светом, стены украшены фотографиями участников “100 дней”: до и после.

Вижу знакомые лица, улыбаюсь каждой перемене.

Это всё не про цифры. Это про глаза. Про взгляды. Про улыбки. Про счастье быть другим.

Про то, как человек держит себя — уже не сжимаясь, не прячась, а расправив плечи. Гордо!

На подиуме играет живая музыка. Негромко, приятно. Где-то слышится звон бокалов, кто-то смеется. Шум приятный, не раздражающий. А воздух — как шампанское: искрится, будоражит.

Ко мне подходит Валентина, женщина лет сорока пяти, из наших, мы пересекались в зале на утренних тренировках. Она раньше боялась поднять даже пластиковую гантель, а теперь в ее глазах уверенность и твердость.

Мы обнимаемся.

— Ты выглядишь потрясающе, — говорит она.

— Ты тоже, — искренне отвечаю.

И это правда. Тут нет конкуренции. Только восхищение и радость.

Подходит еще кто-то — парень, который начинал проект после травмы, девушка, у которой был гормональный сбой, но она всё равно шла вперед.

Мы смеемся, делимся воспоминаниями, как будто выпускники одного, очень особенного, курса.

Собственно, ведь так и есть?

Мы выпускники.

Мы все победители!

Мы одержали главную победу в жизни — победу над собой.

Официант предлагает шампанское — беру бокал.

Маленький глоток. Пузырьки щекочут язык.

Мне так хорошо — смеюсь тихонько. Я не пьяна — я окрылена.

Закуски легкие, изысканные и правильные. Мини-брускетты, канапе, что-то с лососем, что-то с авокадо. Роллы. Креветки.

Снимаю и выкладываю в блог. Девиз — даже на празднике можно поесть и вкусно, и полезно!

И сразу шквал лайков и комментариев.

Мне это нравится.

Я в центре внимания. Но не как мишень. А как человек, который вдохновляет.

Я больше не прячусь. Я здесь, на виду у всех.

Новая я, я, которая всегда была во мне!

Она не заняла место старой. Мы вместе трансформировались, преображались, стали одним целым.

Уверенным, сильным, красивым!

Слышу какой-то странный шум у входа — визгливые женские голоса, на грани истерики.

Что-то происходит. Люди, стоящие поблизости, оборачиваются, охрана напрягается.

Музыка внутри играет как ни в чем не бывало, большинство гостей ничего не замечает. Но я чувствую напряжение.

Любопытство, признаю, сильнее здравого смысла.

Извиняюсь перед собеседниками и направляюсь к холлу, откуда тянется этот звук.

— Что случилось? — спрашиваю у одного из охранников, крепкого, спокойного парня, с виду совершенно невозмутимого.

Он узнает меня — я не только в списке приглашенных, мое лицо постоянно мелькало в блоге Гордея, в анонсах. Отвечает уважительно.

— Две дамы пытаются попасть на мероприятие без регистрации. Уверяют, что имеют право. Говорят, они из старой команды.

Я подхожу ближе, и вижу их.

Боже!

Это Тати и Алиса!

Да, та самая Алиса. Андроид с ресепшена клуба “Три икса”, которая отсканировала меня от пяток до подбородка, и вынесла приговор — непригодна.

Что ж…

Теперь андроид стоит у входа в мой клуб, возмущаясь, что ее не пускают. Видно, что не привыкла быть по эту сторону барьера.

Рядом Тати. Моя бывшая подруга. Или, точнее, змея в образе подруги.

Она в обтягивающем платье, волосы опять нарастила, губы, кажется, стали больше, чем я помню.

Нервно жестикулирует, машет телефоном:

— Вы понимаете, кто я?! У меня тут знакомые! Я имею полное право зайти!

— Без приглашения вход невозможен, — спокойно отвечает охрана.

Алиса пытается подключиться к ситуации:

— Это недоразумение. Мы работаем в этой же сфере, мы профессионалы. И мы работали с Гордеем!

Да, да, я прекрасно знаю, как они работали! Вспоминаю сайт “Трех иксов”, тот самый, где я нашла фото бывшего с любовницей. Тогда я рассматривала там и фото красивого атлета. Я не сразу поняла, что это был мой Гордей!

Там он сильно загорел и в очках.

Оказалось, эти фотографии с его фотосессии, которая была в Тае. И владельцы “Трех иксов” эти фото просто украли!

Гордей и не знал! И не узнал бы, наверное, если бы не я.

Он пригрозил им судом. Фото удалили. Ему даже предложили компенсацию. Но он отказался. А чуть позже ему и вовсе предложили выкупить здание, в котором находился клуб “ХХХ”. Оказывается, это заведение было вообще не про спорт!

И мой бывший с Тати там не на беговой дорожке занимались. Вскрылась информация, что там девочки под видом спортсменок предлагали иные услуги, а еще было казино и подпольные бои без правил. В общем, целый набор. Владельцы сбежали, но их поймали, и они ждут суда.

Сотрудников уволили. Вот почему Алиса тут, и уже не такая невозмутимая.

— Поверьте! — умоляюще заявляет она охране. — Нас просто должны были пригласить.

— Не должны, — твердо говорит охранник и делает шаг вперед, перекрывая вход. — Покиньте территорию.

Я смотрю на эту сцену… и не чувствую ничего.

Ни злорадства. Ни удовлетворения.

Ничего.

Да, тогда, у дверей “ХХХ”, я была отбракована. Не по стандарту. Недостойная. Сейчас отбраковали их, и я могла бы радоваться — справедливость восторжествовала.

Но я спокойна.

Поднимаю голову, расправляю плечи и выхожу из холла к ним.

Они замечают меня сразу.

Тати застывает в немом изумлении. Алиса прищуривается — и будто не верит своим глазам.

— О, — выдыхает бывшая подружка, быстро оглядывая меня. — Ты?… Ульяна, неужели это…?

— Я, — говорю спокойно. Смотрю прямо в глаза.

Без ненависти. Без необходимости кого-то убеждать и побеждать.

Молчание. Неловкое. Ее губы чуть дрожат.

— М-м-м… Хорошо выглядишь, — пытается найти спасательный круг Тати, но он идет ко дну сразу.

— Спасибо, — так же спокойно отвечаю.

Я не могу вернуть ей комплимент. Она выглядит плохо. Уставшей, потрепанной. Это не подкол. Это факт. Лицо серое, под глазами тени, взгляд — пустой.

— Мы просто хотели зайти… поздравить. Посмотреть, что это у вас тут за “проектик”, — бросает Алиса, но голос звучит уже не так уверенно.

Проектик! Она думала, что, называя его так, унижает меня и моих товарищей? Как бы не так. Она унижает себя.

Киваю.

— Очень крутой проект. Жаль, что вы не попадете на вечер. Здесь очень красиво.

Хочу добавить — а еще искренне. И по-настоящему. Вам было бы некомфортно.

Тати делает шаг ко мне.

— Слушай, Ульян… я хотела поговорить… Объяснить, понимаешь, нам с тобой надо…

— Не надо, — мягко перебиваю. — Если ты о Семёне, то… Ты сделала мне огромную услугу. Освободила. Я тебе за это благодарна.

Она моргает.

— Правда?

— Правда. Благодаря тебе я рассталась с ним, выбросила ненужный балласт и стала собой. Такой, какой никогда не была, пока была рядом с вами.

Мне незачем сейчас что-то объяснять. Незачем кричать, обвинять кого-то.

Говорю с достоинством. Сама собой горжусь.

Вот такая я в своем бомбезном зеленом платье, с прямой спиной, в своей новой жизни.

Про себя говорю:

“Ты больше не часть моего мира, Тати. И это хорошо для нас обеих. Пока”.

Разворачиваюсь и ухожу.

Не потому что хочу показать, что я выиграла.

А потому что я больше не играю в это.

Возвращаюсь в зал чуть растерянная — сердце всё еще колотится, не от злости, не от злорадства, а от этого странного чувства… освобождения. Как будто я расправила крылья и больше не боюсь, что кто-то их подрежет.

Чувствую, как что-то неуловимо меняется в атмосфере.

Как в кино — внутри меня звучит музыка, мои волосы развеваются от легкого ветерка.

Я знаю, что случилось.

Просто рядом ОН.

Гордей.

Стоит чуть в стороне у лестницы, разговаривает с кем-то из организаторов, но, едва я захожу, поднимает голову.

Наши взгляды встречаются — и у меня перехватывает дыхание.

Боже… он мой! Мой!

И он… черт побери, он выглядит так, как будто вышел из рекламного ролика “мужчина мечты”.

Черная шелковая рубашка, идеально сидящие брюки, волосы чуть растрепаны — небрежно и чертовски стильно. А глаза…

Глаза светятся. Нет, не просто светятся. Они горят и плавятся, когда он смотрит на меня.

— Ну как? — подходит ближе, голос мягкий, но в нем есть та самая мужская уверенность, от которой у меня моментально подкашиваются колени. — Понравился сюрприз?

Я смеюсь и опять краснею, как девчонка.

— Ты про… лимузин? — оглядываюсь, понимая, что он мог видеть меня с Тати и Алисой. —Или про то, как я сегодня походя закрыла карму?

Он улыбается шире. И подходит ближе.

— Про всё. И лимузин — только начало. Ты заслуживаешь лучшего. Всегда.

Мои щеки моментально вспыхивают сильнее, но я не отвожу взгляд. Не прячусь.

Не хочу прятаться от него. Хочу, чтобы он знал, что я — его. И я для него.

И он тоже заслуживает лучшего.

— Я не ожидала. Мне очень приятно. Правда. Это было как в кино… только лучше, потому что это со мной. Только чуть-чуть не хватило…

— Чего?

— Тебя!

Гордей смотрит на меня так…

Будто я единственная женщина в этой вселенной.

Будто я — его точка отсчета.

Будто он знал, что однажды я появлюсь в его жизни.

— Ты самая красивая женщина на свете, — говорит он просто.

Без пафоса. Без фальши.

Я улыбаюсь, чувствую, как внутри я вся расцветаю, становится жарко. Пытаюсь шутить.

— Ты это всем участницам говоришь? — дразню, а он не отводит взгляда.

— Нет. Только тебе.

И опять обжигающая волна от макушки до пят.

Боже. Так ведь можно влюбиться?

Или… так потому, что уже давно влюблена?

— А ты… — сглатываю, делая шаг. — Ты тоже очень красивый. Даже неприлично красивый. Это вообще законно — быть таким? И тренером, и красавчиком, и… героем-любовником? Просто… Мистер Дарси или… Джеймс Бонд? Шерлок?

Он усмехается, подходит еще ближе.

Мы стоим теперь так близко, я чувствую запах его парфюма — древесный, теплый, с каким-то терпким мускусом.

Он весь — воплощение силы. Мужества. Но это мужество без давления, без контроля, без запретов.

Это свобода.

Моя свобода.

Свобода любить и быть любимой.

— Я не Джеймс Бонд, — говорит он, и уголки его губ приподнимаются. — Я просто мужчина, которому очень повезло. Потому что он встретил тебя.

Ничего не отвечаю. Только смотрю. Глубоко. Открыто.

И в этот момент словно точно осознаю.

Я люблю его.

Это чувство росло во мне, шаг за шагом, тренировка за тренировкой, взгляд за взглядом.

Он был рядом, когда мне нужно было почувствовать опору.

Но никогда не давил, и не наседал.

Он не спасал меня — он показал, как я сама могу спасти себя.

Он рядом.

Смотрит на меня как на женщину, а не как на участницу программы.

И в его взгляде — то же самое.

Признание.

Он тоже чувствует.

— Готова пойти со мной в зал? — тихо спрашивает Гордей, улыбаясь, берет мою руку, подносит к губам.

— Нет, — улыбаюсь в ответ. — Я готова остаться. С тобой.

И про себя добавляю — навсегда.

В этом моменте. В этом вечере. В этой… новой жизни.

Он притягивает меня к себе и накрывает мои губы поцелуем.

Жадным, требовательным, собственническим.

И я отдаюсь этому поцелую жадно.

Это то, чего я хочу.

Сейчас.

Всегда.

Мы стоим в этом сверкающем, праздничном холле — как два человека, которые выбрали не идеал, не маску, не роль.

Мы выбрали друг друга. Настоящих.

Живых.

А уже через несколько минут я стою на сцене с микрофоном в руках.

Свет софитов слепит глаза, но я всё равно вижу людей — много лиц, сияющих, настоящих.

Они аплодируют, улыбаются, кто-то машет рукой.

Сердце стучит в сумасшедшем ритме барабанной дроби, но не от страха.

От волнения, от счастья, оттого, что я здесь, что я стою здесь — на финале своей собственной невероятной истории.

— Спасибо… — начинаю, и голос чуть дрожит, но я быстро беру себя в руки. — Спасибо каждому, кто сейчас сидит в этом зале. Спасибо проекту “Сто дней”, спасибо команде, тренерам, врачам и всем участникам. Спасибо вам за силу, за веру, за то, что помогали не сдаться, когда казалось, что не смогу… Спасибо моим подписчикам…

Зал слушает.

Я вижу Ингу — она в глубине зала, в светлом платье и с яркой помадой.

Вижу, как она волнуется за меня, смахивает слезу. А рядом с ней не кто иной, как партнер Гордея, тот самый весельчак с мощными руками и заразительным смехом. Он что-то ей шепчет, а Инга вдруг легко касается его плеча.

Я улыбаюсь. Я рада за них. Она заслуживает счастья. И, похоже, оно к ней пришло.

— Я раньше думала, что хочу измениться ради мести, — продолжаю я. — Хотела доказать. Себе, другим. Но в какой-то момент поняла — не стоит делать это вот так. Я просто должна захотеть быть собой. Настоящей. Без боли. Без страха. Без вины. И теперь я здесь — не прежняя, не идеальная. Но живая. И счастливее, чем когда-либо.

Аплодисменты. Кто-то кричит: “Ты молодец!” — и я не могу не засмеяться.

Потому что да, я молодец. И это так приятно признавать!

Я уже собираюсь отдать микрофон и спуститься со сцены, когда из-за кулис выходит Гордей.

Спокойный, уверенный, собранный. В его руках тоже микрофон.

Он смотрит только на меня. И я чувствую, как всё вокруг замирает.

И снова как в кино, когда весь мир застывает. Двигаетесь только вы. Кажется, сам воздух густеет, и опять в голове звучит музыка, и ветерок треплет локоны и его челку.

Он подходит.

В глазах у него — волнение. Но он улыбается.

— Ульяна, — говорит он тихо, но зал слышит каждое слово. — С того самого момента, как ты вошла в клуб — неуверенная, но с огнем в глазах, — я понял: ты — особенная. Ты не просто красивая. Ты сильная, ты настоящая. Я влюбился в тебя с первого взгляда. И с каждым новым днем влюблялся всё сильнее.

Тишина такая, что, кажется, слышен глухой, медленный стук моего сердца.

Гордей встает на одно колено.

Я застываю. У меня сжимается горло.

Боже…

Он достает коробочку.

Открывает.

Бриллиант переливается под огнями софитов.

— Ульяна. Ты — моя женщина, женщина мечты. Мое счастье. Моя любовь. Моя. Я люблю тебя. Будь моей женой.

Всё так же тихо… Только вот сердце сбоит, торопится, спешит вперед вскачь.

Смотрю на него сквозь пелену слез счастья. И он смотрит на меня не отрываясь, в ожидании ответа.

Ответа, который я знаю давно.

— Да! — делаю шаг к нему, мечтая оказаться в объятиях. — Конечно, да!

Зал взрывается овациями. Крики, шум, смех, поздравления, свист, улюлюканье — просто нереальная какофония звуков.

Гордей встает, надевает кольцо мне на палец. И обнимает. И я чувствую, как наши сердца бьются в унисон, а мы стоим обнявшись, взявшись за руки.

А потом я целую моего жениха. Крепко, по-настоящему. На глазах у всех. И не потому, что надо. А потому, что не могу иначе.

Мы целуемся под вспышки камер, под аплодисменты, под музыку, под счастливый гул голосов.

В этот миг не существует ничего — ни прошлого, ни страха, ни боли.

Есть только я.

Есть он.

И есть мы — два человека, выбравшие не просто друг друга.

Мы выбрали жизнь. Мы выбрали счастье. Это наш самый лучший десерт.