Глава 18 · «Мы делили апельсин. Много нас, а он один»

Ведь насколько она знала, айны еще те высокомерные создания. Чтобы они снизошли до обычной таверны? Ладно, их таверна уже не обычная, но все же.

За весь год, что она провела в этом мире, ни один из высокородных ушастых не заехал в их глушь. Она бы знала, если бы заехали — именно в доме Лайнфаэра, официального посланника Леса, остановились те на постой.

Или это как раз замена Лайну? Кто-то из этих новый посланник?

— Мне тоже очень интересно, что им здесь нужно, — и не думая понижать громкость, ответил Моррокей, также неотводящий глаз от айнов.

Теперь старший блондин посмотрел именно на дракона. Как два холодных клинка столкнулись, разве что искры не посыпались от переглядываний первородных.

Гракгаш продолжал что-то старательно проговаривать на чужом языке. Младший айн лениво отвечал ему.

— М-м, на-адо же, они хотят твою стряпню, — будто с удивлением протянул Моррокей.

Так он что, не только прекрасно слышит, о чем негромко говорят через ползала, но еще и тот певучий язык знает? Хотя чему она удивляется, драконы же «лучше всех во всем». Этакие супермены этого мира.

— Ты шутишь?

Мила так поразилась, что даже «тыкнула» Его Милости.

Но чтобы айны, о которых она столько слышала совершенно нелестного от других рас, по крайней мере, в тех книгах, что приносил ей дракон, эти типы были прям-таки психопатами-маньяками, яро ненавидящими людей, вдруг захотели стряпню человечки?

— Нет, не шучу, — Моррокей даже не заметил или сделал вид, что не услышал ее панибратства. — Так и сказали: хотим новые блюда из рук человечки.

— Из рук… в смысле… — запнулась Мила и сглотнула.

Ее напуганное воображение нарисовало ужасную картинку, где «из рук» означало буквально — а с учетом репутации айнов как убийц, из ее отрубленных рук, используемых вместо тарелки. Когда Конрой год назад пытался ее напугать айнами, чтобы она не ушла к Лайнфаэру, ничего у него не получилось. Но теперь, глянув на новых представителей этой расы, Мила сразу всему поверила.

Ее сотрапезник перевел на нее взгляд, моргнул, а затем громко рассмеялся, не стесняясь шуметь в притихшем зале.

— Но сладкая девочка только для меня, не так ли, Ми-ила? — бархатисто проворковал вдруг дракон.

Так, а с этим что вдруг случилось? Или вспомнил, что он вроде бы как ее «жених»? По крайней мере для посторонних должен примерно так выглядеть?

— «Яркая девочка», — поправила девушка. — Да, она закончилась. Ты же сам… кхм, прошу прощения, Ваша Милость, вы…

— М-м, они даже знают твои блюда, — перебил ее дракон, чуть наклонив голову, будто это помогало ему подслушивать так далеко. — О каком наборе крошечных яиц говорят? Почему я о нем не знаю? Почему ты мне его не готовила?

Потому что набор фаршированных перепелиных яиц так и не прижился в меню. Все-таки в таверне Гракгаша в основном простые нелюди столуются, да и купцам в дороге тоже не до изысков, которые стоят дороже — в перерасчете на сытность уж точно.

Так дракону и ответила:

— Потому что в обычном меню этого набора нет?

— Но они его хотят, — заломив бровь, с ехидными нотками в голосе повторил Моррокей.

— Ну-у, мы можем, возможно, приготовить что-нибудь на заказ из особого меню, которое не для всех, — они столько сил приложили, создавая типовое меню, интересное для посетителей и оптимальное для таверны, для их будущей сети, не для того, чтобы им отлаженную систему ломали каждый раз какие-нибудь залетные аристократы. — Но, конечно, это будет стоит дороже.

Потому что с другой стороны не отказываться же от возможности увеличить доход, которая сама к ним идет? Просто задрать на такие заказы цену вдвое, чтобы меньше желающих было, а прибыль больше? Делать ли такое особое меню в других их тавернах?

— Чтобы ты лично им приготовила, Мила, своими ручками, — ухмыляясь, напомнил ей дракон.

Эх, в других тавернах «ее ручек» не будет. Так затеваться ли? Или оставить такой сервис только для «нулевой таверны»?

— Но у меня сегодня выходной! — хотела было возмутиться девушка, но передумала. Моррокей долго паинькой не может быть, скоро опять начнет ее задевать. Или людей в ее присутствии. Так что лучше сбежать? — Хотя, вызов «шеф»-повара в выходной день возможен… за дополнительную плату…

Стоп, судя по тому, как широко и счастливо расплылся в улыбке Моррокей, что-то она опять не так сделала. Опять повела себя нетипично для этого мира? Или дала ему зацепку для следующего…

А судя по тому, насколько все вокруг стихло, кажется, за соседними столами даже не дышали, она точно как-то накосячила.

О-о, дошло!

Мила с опаской покосилась на тот стол в центре, о котором посмела забыть, отвлекшись на дракона. Те, кто был там, они же слухачи еще те! Они могли также прекрасно слышать ее тихие слова через весь зал, как и дракон их до этого слышал!

И да, оба айна смолкли и холодно взирали на нее. И даже Гракгаш, повернув голову, через плечо смотрел. Непонятно только как — укоризненно? Как обычно, флегматично? Или «глупая человечка, когда-нибудь ты угробишь себя собственным языком»?

Однако старший айн что-то опять пропел, и Гракгаш, выслушав его, вновь повернул голову и, глядя на Милу, кивнул ей. Кивнул, указывая на кухню!

Значит, убивать ее пока за дерзость не будут?

Пока еду высоким гостям не приготовит?

Мила послушно встала, одернула складки и… обратилась к ухмыляющемуся Моррею:

— Заодно и вам, Ваша милость, приготовить тот самый набор из яиц? Или еще что-нибудь особенного? Эх, жаль только, что сейчас у нас мало разнообразной зелени, чтобы блюда были на высоте… То есть как и положено блюдам «высокой кухни».

Может, такое название привнести в этот мир? «Высокая кухня» для высокородных? На которую можно смело поднимать цены? Мила улыбнулась собственным мыслям.

— За дополнительную плату? — цокнул языком дракон. — Насколько дороже, Мила? По тройным расценкам?

Крылатые же самые богатые в этом мире, а такие жадины! Или… о, он ей подыгрывает? Чтобы было оправдание содрать с айнов втройне?

— Нет, Ваша милость, только не для вас. Какие могут быть счеты между своими?

Моррокей расплылся в настолько широкой улыбке, что как только щеки не треснули. Полыхнул желтым взглядом.

Не одернул ее, наоборот, подыгрывает. Он ведь тоже специально подчеркнул своим поведением, что близок с человечкой. Так почему бы не использовать?

Чтобы айны остереглись безобразничать, если собирались.

Хорошо, когда есть знакомые среди драконов.

На кухне Мила сразу окликнула девчат-помощниц:

— Так, меняйте передники на новые, мойте руки тщательнее. Будем сейчас готовить для айнов. Быстро и красиво.

— «Вкусно и ярко»? — подсказала одна из девчушек.

— Если получится, то и вкусно, — наводя рабочую суету, поддакнула с улыбкой Мила. И видя, как недоумевающе хлопают глазками подростки, подтвердила: — Да-да, и вкусно. Куда ж мы денемся…

Однако вскоре ее позитивно-рабочее настроение немного сбили.

При очередном перемещении между столами девушка чуть не споткнулась о бесшумно появившуюся рядом Душару.

Хмурую Душару.

— Мы торопимся, как можем, — отчиталась ей Мила, хотя ей и слова не сказали. — Постараемся и вкусно, и изысканно, насколько у нас хватит для декора…

Но орчиха как-то протяжно вздохнула.

— Что? — екнуло в груди у Милы.

— Плохо, — опять вздохнула Душара, и только когда человечка затребовала объяснений, добавила: — Плохо, что они здесь.

— Почему?

Айны не заплатят? Устроят драку? Оставят плохой отзыв в книге «Почетных гостей», которую Мила подумывала завести?

— Лайнфаэр тебя не убил, — совсем уж странно пояснила орчиха.

— А должен был⁈ — ахнула Мила. Возмутилась. — За что?

Да, тогда она была неправа, споря и дерзя первородным по недоразумению в первое время после попадания, но в итоге же все обошлось. Она даже извинялась.

Да при чем здесь, вообще, Лайнфаэр?

— Не подавай им лиураидаи, — пробасила Душара, развернулась и бесшумно утекла к своим вертелам с мясом.

Так дело в майонезе? Но как делать фаршированные яйца без него?

Ладно, справятся. Тем более в этом есть смысл: чтобы эти ушастые тоже не подумали, что рецепт майонеза она у их народа украла, как Лайн когда-то.

Пришлось постараться, какие только соусы и начинки не составляя для наборов фаршированных перепелиных яиц. Гракгаш, заявившись на кухню лично, передал примерный заказ столь неожиданных гостей, которые не так уж хорошо ее новинки знали. Так что Мила готовила и оякодон — японский омлет с курицей, и яичницы-картины, и запеченные яйца в гнездах из овощей. И даже филе речной рыбы запекла в омлете с зеленью, провозившись с выбиранием костей. Чтобы ни одна самая крошечная косточка не посмела попасть столь придирчивым гостям. Салаты готовить им не стала — «сытные» салаты без майонеза никак не обойдутся, а для «свежих» у них в таверне слишком скудный набор овощей и зелени. Если даже Лайну то были «не салаты», то и этим не стоит подавать подобное.

Подавальщицы то и дело носились в зал и обратно, подавая готовые блюда. Моррокею Мила тоже отправила несколько новых блюд, не из «основного меню». И вроде в зале для посетителей было тихо и спокойно.

Вскоре ее все же позвали в зал.

Подавальщицы смотрели на Милу, как на смертника, отправляющегося в последний путь. Или ей так только казалось, после горестных вздыханий Душары? Если уж даже орчиха, с боевым прошлым за плечами, говорила, что «плохо»…

В зале посетителей сильно убавилось. Зато добавилось хорошо знакомых Миле оборотней — из тех, что приставил ей в охрану в последний раз Конрой. Моррокей все так же сидел за своим столом в стороне и с нескрываемым интересом наблюдал за происходящим.

Что интересно, но и старшие из людей появились здесь — Айварс с Вернером. Нашлись у лестницы наверх, насупленно поглядывая в сторону ушастых.

Гракгаш опять стоял около айнов, вокруг которых столы опустели. Он кивнул девушке, чтобы подошла.

Сильно волнуясь, Мила приблизилась.

Младший айн делал вид, что ее не замечает, зато старший смотрел за двоих. Его бледно-зеленые, будто мята под инеем, глаза задумчиво скользили по фигуре девушки.

Минута, другая. Время тянулось, как жвачка, прилипшая к ботинку. И Мила, уставшая переживать, хоть и опустила голову, но сквозь ресницы тоже рассматривала айнов. Интересно же! Когда еще посмотрит вот так вблизи.

А если Душара окажется права со своими намеками, то уже ничего не успеет больше посмотреть.

Но затем случилось нечто невероятное!

Неуловимый жест, который заставил многих из нелюдей в таверне напрячься, а Айварса схватиться за эфес меча, но ладонь старшего айна кладет на край стола рядом с собой золотую монету.

Золотой драконий стак. До слов блондин не снизошел, лишь легким движением острого подбородка указал человечке на монету.

Немало удивленная Мила покосилась на Гракгаша, но тот, отвиснув, тоже кивнул ей.

Надо же! Айн оставил ей чаевые? Причем более чем щедрые?

Она эту монету не будет тратить, а в рамочку и на свою личную доску, то есть полку трофеев положит!

— Это было… съедобно, — все же изрек старший из блондинов, продолжая разглядывать Милу своим ментоловым взглядом.

— Благодарю… за столь высокую оценку моего мастерства, — склонила голову еще чуть ниже Мила, но монету не торопилась забирать.

А вдруг она отравлена? Айны любят яды, и уж наверняка умеют делать так, чтобы яд был опасен для других, но не для них.

Или намеки Душары были ошибочны, и эти блондины ничего плохого ей не желают? Насколько это вообще возможно между айнами и людьми.

И да, «съедобно» из уст одного из айнов, местных законодателей мод, дотошных эстетов, придирчивых гурманов и так далее, это ого-го-го какой комплимент! Не звезда Мишлен, но вроде того. Может, все же попросить айнов оставить отзыв в книге «Почетных гостей»? Даже Лайнфаэр, который уже ел ее стряпню в таверне в компании с герцогом, но в первые несколько месяцев отработки в его доме постоянно придирался к ее блюдам.

— Ты не подала лиураидаи, — вновь мелодично добавил старший из блондинов, но вроде без особой претензии в голосе.

То есть он знает про майонез?

— Прошу прощения, лерой…

— Леродэй, — перебил ее Гракгаш.

— Прошу прощения, леродэй, — поправилась Мила, стараясь не грохнуться в обморок от осознания «великой чести», что ей была оказана. — Но я не умею готовить лиураидай. А тот соус, что я готовлю и что имел наглость… глупость быть похожим на ваш… это другое. То наш, человеческий соус, который и в подметки не годится настоящему лиураидаи.

«Леродэй» — это обращение к очень статусному из айнов. И такой снизошел до их таверны и ее стряпни?

Каким ветром их сюда занесло? Что они здесь делают?

Приехали к герцогу? Но насколько было известно Миле, Шанитира в этих краях не было.

Леродэй едва моргнул, и его младший сопровождающий тут же быстрым, грациозным жестом положил на столешницу еще пару крупных серебряных монет, которых хватило бы оплатить их обед… раз так десять. Айны встали, настолько быстро, что движения будто смазанные. Замедлились, чтобы молча кивнуть Гракгашу, проигнорировали всех остальных, даже дракона в стороне, хотя он тоже из первородных, и также беззвучно поплыли к выходу.

Оборотни из гарнизона и охрана Милы, кажется, не выдыхали до тех пор, пока блондины не скрылись за дверью.

— Может, все же заведем книгу «Почетных гостей» и будем просить их там расписываться? — произнесла Мила, тоже выдыхая.

Гракгаш озадаченно моргнул.

— Расписываться? — через пол зала громко уточнил Моррокей. — Человечка, ты на самом деле веришь, что кто-то оставит тебе свою подпись?

— Ох да, не подпись, отзыв! — поправилась Мила. — Ну вроде что такие-то гости были в нашей таверне, и им даже понравилось. Чтобы все знали.

— Да теперь и так все будут знать, — фыркнул кто-то из оборотней, и в зале стал нарастать гул разговоров, все кинулись обсуждать визитеров.

Зачем являлись айны, так и осталось тайной. По крайней мере, для Милы.

А дня через три, когда Мила окончательно собрала пакет документов по договору для Вернера и готова была выпроводить его подальше, в таверну заявился еще один первородный.

Шанитир из рода Виншанарл, герцог западных провинций, и той самой, где они находились.

Черный дракон собственной персоной. Вместе со своей неотступной тенью — Конроем.

Был ужин. Мила сидела с Моррокеем, люди за соседним столом — желтый дракон не дозволял сидеть тем вместе с ними, не за трапезой. В стороне радостно гомонили гарнизонные стражники, соревнующиеся в дартс с орчатами-стажерами. Младший из людей, Гернад, тусил в той же компании.

В зале все-таки повесили доски для дротиков, секции которых были обозначены разными цифрами. Игра нужна была Миле в том числе для того, чтобы быстрее научить мальчишек быстрому устному счету — выигрывал тот, кто не столько в центр часто попадал, сколько выбирал секции с наибольшими баллами. Но считать подросткам приходилось самим. Оборотни, пользуясь случаем, еще и мухлевали, подсказывая орчатам неправильные суммы их баллов. В воспитательных целях и чтобы погоготать лишний раз. Так что мальчишки злились и тщательнее, практически на пальцах считали свои «трофеи».

Но вдруг стихло, и уверенной, хозяйской походкой прошествовал по залу Шанитир.

Несколько крепких мужчин, явно охрана, втекли вслед за ним и Конроем и, быстро окинув помещение цепкими взглядами, устроились у входа. Этих Мила раньше не видела. Новенькие?

На этот раз черный дракон был пусть и в припыленной дорожной одежде, но дорогой. Вот теперь сразу видно — не простой воин, статусный мужчина. Да стоило только заглянуть ему в лицо — безэмоциональное, но при этом транслирующее безграничную власть, как сразу хотелось согнуться в поклоне.

Конечно, все в таверне подскочили, стоило заявиться герцогу. Даже Моррокей — ведь он был «просто» лордом, а не главой рода, не владетелем земель, так что по положению ниже Шанитира.

Герцог прошагал до их синего стола, стоящего у стены, бросил на столешницу перчатки из тонкой кожи. Никогда раньше Мила у него таких не видела. Хотя раньше Шанитир чаще всего ходил в повседневной воинской одежде.

Затем дракон опустился на лавку, где только что сидела Мила, и только тогда перевел темный, предгрозовой взгляд с алыми всполохами от молодого желтого дракона на девушку. Оглядел ее, не то словно любуясь, не то проверяя, в порядке ли она, все ли у нее на месте. И заявил:

— Мила, собирайся. Ты едешь со мной в Виншадор.