Глава 7 Следствие ведут двое

Ушел Ранитир только спустя пару часов. Они вполне спокойно пообщались на обе темы – и о трупах с рунами, и про призрачного пса. Ран даже почти перестал задевать Алю тем, что они пара. Наверное, сам настолько увлекся делами, что забыл.

Аля поначалу не стремилась подавать идеи, чтобы еще что-то о себе не выдать, но как-то заболталась – наверное, наконец-то ставшим почти адекватным общение темного эльфа подкупило.

Может ли появившийся призрачный пес быть связанным с ритуальными убийствами? Ран говорил, что нет: лесные эльфы не увлекались рунами, да и подобными убийствами тоже, они совсем иначе получали желаемое.

Может, пес вылез как-то из Живого дома? Да, понятное дело, что столько столетий ничего не было, но вдруг? Аля не призналась, что рисовала на стене дома руну и теперь, закусив губу, переживала – не разбудила ли этим что-то в том месте? Ведь слышала истории, что когда в ее мире вскрывали запечатанные пирамиды или какие-то древние захоронения, то бывало, выпускали при этом некую заразу. Или как ученые переживали, чтобы из тающих ледников новые, вернее, очень старые, уже подзабытые вирусы не оттаяли.

Но и такую версию Ран отрицал: видите ли, пса нужно держать под контролем. Ибо неконтролируемый дух, если это действительно был тот призрачный пес, который умели создавать лесные эльфы, уже отметился бы горами жертв. Но их нет, значит, либо у него есть разумный хозяин, а не дремлющий дом, либо... на самом деле пса нет. Но что тогда это было?

Опять возвращались к трупам. Рунами увлекались светлые эльфы, маги и ведьмаки. Малорослые народы руны использовали, но без фанатизма – только хорошо им известные, которые помогали бы в быту или работе. Воклаки, со слов темного эльфа, были очень далеки от использования рун. То есть остаются либо люди, либо светлые эльфы.

– А темные эльфы? – напоминала Аля, пробуя очередную конфетку из роскошной коробки, что принес Ран. – Ты забыл рассказать о своих.

– Темные эльфы... – хмыкнул мужчина, сидящий в темноте рядом с ней на кровати бок о бок. Его практически не было видно, но близкое присутствие очень ярко ощущалось. – Причинять ущерб мы предпочитаем собственными руками, а не рунами. Наносить идеально точные разрезы, чтобы было максимально больно, красиво, но при этом с нужным уровнем силы: лишь для раны или до смерти – это отдельное искусство. Нужно учитывать не только устройство органов, но даже расположение кровеносных сосудов в зоне поражения, чтобы кровь вытекала с нужной силой и зачастую еще образовывала на теле или вокруг тщательно продуманный рисунок...

Конфета у девушки поперек горла встала. И ее реакцию, нервные сглатывания, вот точно услышал Ран.

– Кхм, извини, лапонька, забыл, что люди впечатлительные, но при этом совершенно не ценят искусство смерти. Я хотел сказать, что если бы жертвами занялся кто-то из темных эльфов, хотя других, кроме меня здесь нет, то тела выглядели бы совершенно иначе. К тому же наличие рун подразумевает, что еще был магический обряд...

– Но если магических следов не осталось, то вдруг... и не было никакой магии? А руны на самом деле нанесли, только чтобы запутать? Увести по ложному следу? Ваши бы так сделали? – с трудом проглотив застрявший комок и не решаясь больше есть, поинтересовалась Аля.

– Чтобы увести по ложному следу? Хм. Только если такое условие было в заказе. В противном случае наши... – опять хмыкнул темный эльф. – ...наемники предпочитают не скрывать, а намеренно подчеркивать, чья была работа. Некоторые даже свои особые знаки на жертвах оставляют. Как личную подпись. Но в нашем случае использовали комбинацию рун, а не подпись. Что же насчет запутать, то подобные игры очень любят светлые эльфы. И поверь, юная ведьмочка, они владеют искусством интриг в совершенстве, особенно высшие рода.

– Угу, – невесело поддержала девушка. – Тем более что времени на практику у них предостаточно, с их-то продолжительностью жизни.

Ран хохотнул и продолжил:

– Но люди тоже любят интриги. Повторяют, как и многое другое, за светлыми эльфами, правда, не так искусно. Так что все же я склоняюсь к тому, что убийца или убийцы – люди.

– Или заказчики, а исполнители – темные эльфы? – добавила Аля.

– Или так, – собеседник рядом притих ненадолго, а затем возразил. – Однако кто-то из наших, зная, что я здесь, что это моя территория, обязательно бы оставил мне знак, приглашая тем самым... кхм, тебе вряд ли интересны наши обычаи.

– Нет, что ты! Очень интересны! – поспешила заверить попаданка, которой еще энциклопедию по этому миру писать.

– Глупенькая человечка, никогда не показывай темному эльфу свои слабые места. Другим, впрочем, тоже, – тихо хохотнула темнота рядом, и щеку Али опять едва уловимо погладили чужие пальцы. – Хотя то, что ты излишне любопытна, я и так уже знаю.

– Но это не слабость, и ты тоже любопытен!

– Уверена? Может, это лишь то, что я тебе показываю намеренно?

– То есть ты не любопытен? Тогда зачем ты пришел ко мне? Чтобы подробнее расспросить о призраке пса! И наверняка надеешься, что я еще что-нибудь интересное выболтаю, как про отпечатки пальцев. И так тебе не терпелось, что ночью притащился!

– Ну так мы любим использовать все доступные инструменты в своих делах. И чем они разнообразнее, тем лучше. Это если тебя интересуют обычаи темных эльфов, глупенькая ведьмочка. И я уверен, что ты мне поможешь в расследовании...

– Потому что для тебя я всего лишь инструмент?!

– Очень красивый инструмент, – игриво проворковала темнота.

– То есть твои навязчивые идеи, что мы пара – ложь? – Аля не знала, ей облегченно выдыхать или обижаться.

– Одно другому не мешает.

Вот как на это спокойно реагировать?

"Или он прощупывает мои следующие слабые места?" – сообразила девушка.

– Ты же знаешь, что за аренду чужого инструмента, вообще-то, положено платить? Я предлагаю тебе договор, – заявила она.

– О-о, забавно. И о чем ты хочешь договориться, ведьмочка? Хочешь, чтобы я убил для тебя кого-нибудь?

– Нет! Я помогаю тебе с расследованием, со свежими взглядами и все такое, а ты... рассказываешь мне разное интересное о ваших обычаях.

– О наших? Обычаях? Зачем тебе обычаи темных эльфов, человечка? М-м, или я тебе все же нравлюсь, лапонька? Так сильно? – усмехнулись рядом.

– Ты же сам сказал, что я любопытна, и это моя слабость. Вот, буду ей потакать. Можешь и про светлых эльфов тоже рассказывать, и про лесных.

– Зря, глупая ведьмочка. Могла бы потребовать в оплату золото, редкие артефакты, а ты даже не представляешь, какие редкости я мог бы для тебя достать, милашка... Да много что еще, даже если тебе не нужны мои, м-м, профессиональные услуги.

– Золото я могу и сама заработать. Артефакты купить... да у тех же светлых эльфов. А вот редкие сведения об этих ушастых снобах... ой, прости, я имела в виду Светлых... – собеседник опять хохотнул. – Ну и о других расах тоже, то, о чем нет в человеческих книгах, и о чем сами светлые и остальные не расскажут – вот что мне нужно. То есть интересно. Ты ведь выдашь мне их секретики, Ран?

– Оу, моя лапонька так хитра! – выдохнули ей почти в ухо. – Нам с тобой будет очень, очень интересно вместе, ведьмочка!

"Угу, главное, чтобы все живы потом остались" – удержала при себе Аля.

Потом опять говорили о рунах. И теперь уже попаданку прорвало на идеи. Но Ранитира зацепила только одна: когда Аля предположила уже скорее в порядке бреда, что жертвами были неудачные эксперименты студентов здешней магической академии. Или заваленные при сдаче курсовые работы. Мол, что-то пошло не так с рунами на живых подопытных, поэтому в итоге от них даже избавились. А поскольку студенты-человеки не такие умелые убийцы, как некоторые тут присутствующие, то толком спрятать тела не смогли.

– Что-то пошло не так, – задумчиво повторял Ран. – Избавились от ошибки. Хм.

Выпроводить незваного гостя удалось с большим трудом. Причем он сам открыто заявил, что темные эльфы на то и темные, что ночь, как и вообще любой сумрак – их родная среда обитания. И пообещал еще заглядывать в гости, опять же ночью. Потому что "пока не надо другим знать, что мы с тобой так близки, лапонька".

– Мы не близки! – устало огрызнулась Аля. Но потом другое царапнуло. – "Пока"?! А потом что будет?

– Доживем до "потом" и посмотрим, мой красивый инструмент, – совсем неоптимистично прозвучал ответ.

Наверное, она еще пожалеет, что связалась с ним. Хотя он ее согласия на общение не спрашивал, просто поставил перед фактом.

Так если все равно не избежать, почему бы не получить с этого плюшки?