Глава 31 Крайний день

День уже перевалил за полдень, солнце, тяжело зависнув в небе, подумывало клониться к горизонту. И хотя сейчас была весна, припекало сильно.

Вздохнув, Аля поняла, что все меньше времени остается у нее на библиотеку сегодня. Но как отделаться от инквизитора, который, взмахнув рукой, подозвал стоящий в стороне экипаж и сообщил, что отвезет ее домой?

Не спросил, не предложил, а известил в приказном тоне.

Будто с выходом в публичное место к нему сразу вернулось прежнее бездушное состояние.

Спорить девушка не стала. Молча залезла в крытый экипаж, сдвинувшись в самый угол, когда туда же загрузился инквизитор. И хотя мужчина сидел на сидении напротив, такое впечатление, что собой все пространство занял.

Так, молча и ехали всю недолгую дорогу, даже не глядя друг на друга.

Когда карета остановилась напротив дома госпожи Гнерасиль, то Аля скороговоркой поблагодарила инквизитора и быстро выскользнула из экипажа. А то вдруг чиновник опять заморозился и сейчас что-нибудь запрещать ей начнет?

В доме девушка высыпала из сумки всю собранную траву на кухне, разместив для просушки по подносам и подоконникам, и, приведя себя в порядок, а то пару травинок даже из волос пришлось доставать, и через задний двор поспешила в библиотеку. Хоть тройку часов успеет почитать.

– Где ты шлялась, Алька? – догнал ее Том за ближайшим углом забора. – Я совсем чуток опоздал к дому ушастого, а ты уже свинтила. Но у умников так и не появилась. Я уж испугался...

Мальчишка запнулся, чуть порозовел щеками и, нахохлившись, добавил:

– Ну это... что вдруг ты опять куда встряла. Ты умеешь.

– Ага, встряла, – с улыбкой согласилась Аля, потянувшись и взлохматив непослушные вихры худющего мальчишки.

Том дернулся было в сторону от ее руки, но с заметным опозданием – только когда вспомнил, что он вроде как взрослый, и "детячья ласка" ему не к лицу. "Детячьей лаской" именно он называл подобные знаки внимания от девушки, смущаясь каждый раз и бубня, мол, нечего с ним так обращаться. Но Аля видела, что на самом деле ему нравится.

Понимая, что сегодня мало что успеет прочесть в книгах, а вопросов у нее теперь еще больше стало, Аля решилась. Быстро оглядевшись, чтобы рядом никого не было, наклонилась к мальчишке и тихо спросила:

– Том, ты что про темных эльфов знаешь?

Вышагивающий рядом подросток задумчиво почесал лохматый затылок, явно незнакомый с расческой, но почти сразу его глаза расширились.

– Только не говори, Алька, что ты встряла... наткнулась на единственного темного эльфа в наших краях?

И сам себе ответил, качая головой:

– Да не! Вы б с ним не разошлись – ты б ему чего ляпнула, как ты можешь, а он бы тебя того... – мальчишка сделал резкий жест у шеи.

Миры разные, а жесты, изображающие убийство, одни и те же.

– Не знаю, на кого именно ты сейчас наговорил лишнего, но, как видишь, мы разошлись... живые и невредимые... оба.

Остановившись, Том развернулся к девушке.

– Да ладно! Брешешь же?! Ты видела этого убивцу?

– Разве убийцу? Он вроде у стражников служит...

– Служит? Ха! Иногда там мелькает, но поговаривают... – теперь Том опасливо огляделся по сторонам и едва слышно прошептал: – Что этот ушастый сам убивает тех ворьев и бандюганов, которых стражники призвать к ответу не могут.

Затем мальчишка поделился теми сплетнями о темном эльфе, что ходили на местной "теневой" стороне. Оказывается, сами бандиты боялись лишний раз высунуться, якобы в городе царил порядок не из-за такого чудесного наместника, а потому, что здесь жил господин Альет'тар. Которому, как верили многие, городские власти разрешили "развлекаться" с особо наглыми преступниками. Том даже привел несколько примеров за последние годы, когда матерые бандиты исчезали с концами, не прихватив с собой свои "честно наворованные" трофеи, или находили иных... по частям... красиво разложенным где-либо на открытом пространстве.

Поэтому местная мафия сидела ниже травы, тише воды. Да, воровство было, но максимум кошель срежут или лавку чью обнесут, и то не подчистую, а лишь ополовинив кассу, но богатые торговые караваны в округе уже несколько лет не грабили. Настолько, мол, боялись Альет'тара, ведь все знают, что темные эльфы – это настоящий ужас в ночи, они любят убивать, жить без этого не могут. А кожа у них смуглая, потому что они всегда умываются кровью своих жертв, которую потом ничем не смыть. И, значит, чем темнее кожа у такого эльфа, тем больше уже успел убить...

– Все-все, хватит, ясно, – посмеялась Аля, хотя вначале слушала затаив дыхание от страха. – Понятно, темные эльфы на завтраки едят младенцев, а по ночам убивают всех, кто не спрятался. Только это неправда. С господином Альет'таром я завтракала сегодня, и никаких младенцев к столу не подавали.

А у самой вопросы в голове множились: что из тех сплетен правда? Кто ж тогда посмел убивать жителей, да так жестоко, прямо под носом у "ужасного" темного эльфа? И почему он, то есть Ранитир, до сих пор не нашел того маньяка? Или все-таки?...

Том опять споткнулся, остановился, развернулся прямо перед девушкой, заступая ей дорогу.

– Че, правда? И какой он? Расскажи, а?

– Он? Ну-у... – начала она, а у Тома уже глаза в предвкушении загорелись. – Моет руки перед едой. И никакая кровь с них не стекает.

– Да тьфу на тебя, Алька! Вот правду говорят, что все ведьмы вредные, – обиделся мальчишка.

Но они уже дошли до библиотеки, так что Аля дала пару монет Тому на еду и отправила собирать свежие городские сплетни. Интересно же, как быстро и в каких красках всплывет ее визит в подвалы к стражникам.

Господина Фурзихфана в библиотеке не оказалось, так что поговорить с ним не удалось.

Или это к лучшему? Может, Аля выдала бы себя интересом к определенной теме? А так она набрала книги про лесных эльфов, как советовал ей инквизитор, и всего пару книг о темных нашли.

В итоге за оставшееся время до закрытия она узнала только то, что у темных эльфов матриархат. В мемуарах одного иноземного купца, переведенных на аликворейский язык, говорилось, что при сделках с темными эльфами нужно именно с женщинами договариваться. С главами кланов, которых называли "матрона", и которые несмотря на принадлежность к женскому полу ни мягкостью, ни скромностью не отличались. Наоборот, держали в крепком кулаке и своих, и чужих.

"Интересно, а почему Ранитир здесь один? Где его клан и матрона?" – думала Аля, листая потрепанные страницы старой книги. Оставалось надеяться, что данные не устарели за давностью лет. Возможно, в библиотеке были более свежие книги об этой расе, но на других языках. Дежурные сотрудницы по умолчанию приносили посетительнице книги исключительно на аликворейском, и Але приходилось соглашаться, чтобы не выдавать свои знания языков, что могло вызвать вопросы у некоторых дотошных чиновников.

Что интересно, общество ушастых делилось на кланы у темных эльфов и вроде у лесных тоже, в которые могли входить не только кровные родственники, и жили они обособленно, каждый клан на своей территории. У светлых же эльфов были рода, этакие большие семьи, куда входили исключительно кровная родня и их супруги, а главой всегда был мужчина. Зато жили Светлые более свободно – в одном городе разные рода вперемешку, а отдельные их члены могли подолгу жить в чужих землях.

И отсюда опять вопрос: почему Ранитир здесь один? Почему не со своими живет?

"Неужели своим черным юмором даже своих достал, и они его выгнали?" – хмыкала про себя девушка.

О Живых домах, которые умели создавать лесные эльфы, информации было ничтожно мало. И та скорее к легендам и байкам относилась. Впрочем, как и сами лесные эльфы, которые с людьми никак не контактировали даже в далекие времена. Поэтому об этом народе у людей были самые противоречивые сведения: то ли те совсем зеленые – и кожей, и волосами, и превращаются в деревья в любой момент по своему желанию, то ли они крошечные, как мотыльки, но светятся и очень злобные, могут налететь роем и попросту загрызть нарушителя своих границ. То есть искусают похлеще, чем рой гнуса – так, что человек истечет кровью. Наверное, у светлых эльфов была более достоверная информация о лесных, но с людьми они точно не стали бы делиться.

Чем больше читала Аля, тем больше новых вопросов у нее появлялось. Она, конечно, делала записи для себя, местные сотрудницы уже привыкли к такой "серьезности" ведьмочки, которая настроена учиться, может, даже в академии магии, поэтому с радостью помогали девушке чем могли.

Однако "белых пятен" в этом мире для попаданки было еще слишком много. И так просто многие вопросы не задашь, чтобы не выдать себя.

Вечером уставшая за день, такой насыщенный на события, Аля лишь немного поболтала с мальчишками, перекусив с ними же на ходу, и отправилась домой.

Договор с вредным Ленгроэраном закончился, больше мыть полы в чужом доме ей не придется. Это хорошо. Абонемент в библиотеке тоже закончился, это не очень хорошо, но после пары дней отдыха Аля собиралась вновь его приобрести. Еще планировала на следующий же день с утра сходить в типографию и договориться уже с Бхемпхохом насчет регулярных статей – будет у нее новая подработка, и без эльфов прекрасно заработает. Еще стоило как-то забрать швабру из Закрытого Сада, возможно, договориться все же со столяром насчет производства за долю в прибыли...

Дел и планов было полно, поэтому новый день Алевтина встречала с радостным предвкушением, потягиваясь в постели. За окном еще темно, но девушка привыкла уже сама рано просыпаться, обходясь без будильника.

И самой приятной мыслью было то, что она скоро может получить разрешение на работу с рунами!

Однако все пошло наперекосяк с самого утра.

Когда по сложившемуся распорядку девушка еще до рассвета появилась на маленькой кухоньке, чтобы приготовить завтрак хозяйке, та уже – неожиданно! – ждала ее там.

– Госпожа Гнерасиль? – удивилась Аля, подходя к печке, чтобы поставить чайник.

Пожилая квартирная хозяйка, полностью собранная в такую рань и с аккуратной сложной прической, с прямой, как доска, спиной, стояла около окна, рассеянно глядя в предрассветные сумерки. Но когда с ней поздоровались, развернулась.

– Я отказываю тебе в проживании, ведьма. Освободи мой дом.

– Что? – опешила Аля, застыв с тяжелым чайником в руке.

– Будь любезна покинуть мой дом. Даю час на сборы.

– Но... за что?! Что случилось? – брякнув металлом посудины об печную поверхность, а то руки разом ослабели, девушка чуть не покачнулась.

Вот это новость с утра пораньше!

– Ты заверяла меня, что хочешь учиться. Что мужчины тебя не интересуют, но вчера... – сухо, как прокурор на заседании суда, стала высказывать претензии хозяйка.

Все-таки сплетни быстро расползлись по городу.

– Меня украли! Но потом все разрешилось, – поспешила оправдаться Аля. – Сам господин Агмач, глава стражи...

Худощавая рука Гнерасиль взлетела в повелительном жесте, заставляя девушку умолкнуть.

– Меня не интересует, с кем именно и как ты вчера проводила время. Все это время я закрывала глаза на то, что ты приманила беспризорников на мой участок, все же они еще дети. Но когда твои мужчины стали шастать в моем доме по ночам...

– Что?! Какие еще мужчины?

Всю ночь Аля крепко и спокойно проспала, никого в гости не водила, не принимала. Шабаши не устраивала.

Но в ответ ее припечатали темным недовольным взглядом. Тонкие губы хозяйки искривились.

– Я хоть и слабосильная, но магиня... была. Однако до сих пор в состоянии узнать, когда защита моего дома нарушается. И кем, – еще холоднее выдала пожилая женщина, не отводя тяжелого взгляда. – Не знаю, почему я поверила тебе, принимая в своем доме молодую симпатичную ведьму...

– Но я никого...

Еще один резкий останавливающий взмах руки Гнерасиль.

– Это все равно бы случилось рано или поздно, – размерено продолжила хозяйка. – Но мне в моем доме посторонние не нужны. Тем более мужчины. Особенно нелюди. Я не позволю тебе здесь остаться, потому что ты для них, что свет для мотыльков в ночи. И твой свет, как я вижу, разгорается все ярче. И дальше будет только хуже.

– Но, госпожа Гнерасиль! Я...

– У тебя осталось менее часа, чтобы покинуть мой дом, – совсем уж холодно выдала хозяйка и отвернулась, опять уставившись в серые сумерки за окном.

Как бы Аля ни была шокирована, она поняла, что уговорить хозяйку не удастся.

Ситуация пренеприятнейшая, но время идет, и нужно действительно собрать вещи.

На автопилоте вернувшись в свою комнату, которая была прямо рядом с кухней, Аля озадаченно обвела взглядом пространство, не зная, за что хвататься.

Сколько она прожила здесь? Около месяца? Но новыми вещами успела обзавестись, и как все это теперь собирать?

Куда переезжать? Просто на улицу с узлами?

Взгляд зацепился за что-то на столике около окна. Там, где обычно лежала хозяйская книга о рунах и бумаги для записей. Но рядом...

Подойдя в пару шагов, Аля взглянула на чужую вещь, которой вчера вечером здесь точно не было.

Маленький мешочек из черного бархата, буквально с пол-ладони, к шелковым завязкам которого была прицеплена веточка без листьев, но с одним белым цветком, каким-то странным. Цветок тоже был небольшим, не больше мешочка, в форме пятиконечной звезды с острыми кончиками и плотными лепестками, словно из глянцевой кожи вырезанные.

Не торопясь взять постороннюю вещь в руки, неведомым образом оказавшуюся в ее комнате, в доме, где, вообще-то, полно охранных рун, а на ночь запирается все, что может быть открыто, Аля спешно соображала. Кто мог подсунуть ей это?

Затем вспомнила, что госпожа Гнерасиль говорила о мужчине. "Особенно нелюди" ей не нужны были здесь.

Кто из нелюдей?...

"Ранитир! Твою ж... матрону!".

Так это из-за него?!

Правильно говорил инквизитор держаться подальше от ушастых. От них одни неприятности!

И она даже подозревает, что может быть в том черном мешочке. Деньги? Ранитир обещал ей заплатить за общение, но потом все так закрутилось. Хотя он ведь покормил ее... А, нет, за завтрак пообещал заплатить глава стражи.

То есть ночью темный эльф проник в дом... – в ее комнату! – чтобы оставить деньги? Недаром же мешочек черный, видимо, любимый цвет того ушастого ниндзя. Да и цветок какой-то странный, тоже вполне похоже на Ранитира с его любовью "к интересным вещицам", как он говорил.

"Чертов эльф! Чтоб тебя демоны побрали!" – ругалась Аля, сжав зубы и начиная собирать вещи.

Хорошо хоть у нее есть волшебная сумка, много чего в себя вмещающая. Все бумаги она запихнет в подпространственный карман, пересчитав вначале, сколько денег там отложено.

Последствия вчерашней неудачной встречи слишком быстро ей аукнулись. И теперь нужно искать себе новое пристанище в городе. С учетом цен на номера в приличных гостиницах и что постоянной работы у нее нет, надолго имеющихся денег не хватит.

И что тогда делать?

"Или нафиг этот Превилль? Который ведьмы вот точно не зря стороной объезжают. Что меня здесь держит? Попробовать все заново в другом городе?" – мелькнула вдруг идея.

Плюхнувшись задом на застеленную кровать, девушка задумалась.

Действительно, на Превилле свет клином не сошелся, можно отправиться в соседний Улмун, до которого менее дня пути на телеге, и если что, то вернуться к академии недалеко будет.

Там будет другой инквизитор, возможно, более добрый. Там не будет подозрительно навязчивого темного эльфа и трупов со вспоротым брюхом. А еще Улмун гораздо больше, значит, и с жильем, и с работой может быть проще.

А главное, возможно, там не будет перебоев связи с земным куратором!

***

Дорогие читатели!

Подошла к концу первая часть приключений Алевтины. Продолжение уже скоро.

Во второй части наконец-то начнут выполняться задания (с самого неожиданного конца), Аля обзаведется более существенным (и ценным!) имуществом, семьей и врагами.