Глава 7

— Тебя серьёзно девчонка пощёчиной отшила? — Кира задаёт этот вопрос, кажется, в сотый раз, получая истинное наслаждение от моего ответа. Ржёт, как не в себя, загибаясь. — Охренеть! Романа Фирсова отшили, влепив затрещину.

— Вот ты друг, — начинаю злиться, — твоим же советом и воспользовался.

Не скажу, что меня это сильно подстегнуло, но мужское самолюбие задето маленькой феей, оставившей след на коже хрупкой ладошкой. Кажется, и сейчас чувствую кипящее прикосновение, и кожа горит в том месте, где прошлись её пальчики.

И глаза её, бурлящие злостью передо мной, и с ненавистью выплюнутое «Хам!» в ушах так и звучит, бьёт пульсом по мозгам тонкий голосок, который от эмоций стал стальным молотом.

— А я не говорил, что мой совет работает в ста процентах случаях. Видимо, к этой девочке мои навыки неприменимы, — разводит руками, в который раз прикладываясь к прохладной водичке.

Кира вчера знатно накидался, и сегодня выхлебал всю воду в номере, каждый час заказывая ещё. И куда в него вмещается? Резервуар там, что ли запасной стоит внутри?

— Вот только не понял: разозлилась, потому что мало предложил, или потому что вообще предложил?

— Второй вариант, — подтверждает, снова отхлёбывая воды. — Судя по тому, как ты девочку описал — нежная и ранимая, уверен, правильная. Из тех, кто верит в большое и светлое чувство и ждёт принца на белом коне. А ты всё это похерил двумя сотнями, — каждое слово, как серпом по одному месту врезается.

— Но у тебя же сработало?

— У меня другие вчера были. Но совсем другую забрал в отель, приятно провёл ночь. Отблагодарил несколькими сотнями за горячую ночь, ускакала, счастливая до чёртиков. Был уверен, что ты тоже не растерялся и вовсю кувыркаешься с понравившейся девочкой, а ты вот, оказывается, глубокие раны зализываешь, — снова ржёт.

И на хрена ему рассказал?

До конца дней моих стебать будет, припоминая этот случай. Я эту девчонку не увижу больше никогда, а друг с издёвками своими достанет.

Снова вспоминаю этот золотой водопад и мягкость волос, протекающих сквозь пальцы.

У Вероники тоже длинные волосы, но всегда собраны в высокий хвост и прилизаны гелем настолько обильно и смачно, что противно прикасаться, будто пальцами вляпаешься в какое-то гадкое желе.

— Так, всё, закрыли тему. Я всё равно её больше никогда не увижу. Было и было, что теперь?

— Просто в следующий раз, прежде чем воспользоваться моими советами, хорошо подумай, — тычет в меня пальцем. — То, что применимо к одной, на другую действует, вызывая обратный эффект.

Ага, вчера думать нужно было…

Возможно, если бы не ляпнул про деньги, фея сегодня утром проснулась бы в моей постели. И вот уверен почему-то, что с ней бы в постели скучно не было — горячо, страстно, даже дико, — но не скучно точно.

— Поедем сегодня куда-нибудь? — а я сомневался, продолжит ли Кира проводить инспекцию по стрипам Самары.

— Нет, я точно пас. Артемьев документы прислал. Хочу просмотреть отчёты и сводки, нужно завтра на планёрке говорить о чём-то, лучше подготовиться и быть в курсе дел, хотя бы частично. Он хочет побыстрее передать дела и вернуться в Москву, к тому же вот-вот дедом станет, дочь родить должна. Не хочу его задерживать.

— Ладно, — друг вздыхает. Он и ехал-то сюда только затем, чтобы приключений на свою пятую точку собрать. — Тогда приглашу мою вчерашнюю девочку, — тут же расцветает в предвкушении вечера, — продолжим познавать друг друга. На такую и денег не жалко.

— Ты завтра улетишь?

— Подумаю, — лениво тянет. — Смотря, как сегодняшний вечер закончится. Пока, — оставляет меня в номере, и сегодня, видимо, больше не увидимся.

С завтрашнего дня полностью окунусь в дела компании «Самтелеком». Кира знает, что к работе я подхожу ответственно и часто скрупулёзно, не упуская ни одной детали.

Вряд ли до выходных мы сможем снова куда-то выбраться. А так как друг желает именно развлечений, не получив желаемого, сорвётся в Москву. По крайней мере, там всё для него привычнее.

Снова и снова возвращаюсь мыслями к фее, накручиваю круги по номеру, вспоминая янтарные глаза. Внутри противно клокочет стыдливое и противное чувство вины. Обидел девочку.

Сколько ей лет интересно? Чуть больше двадцати? Хрупкая и наивная, приняла всё за чистую монету, решила, что хочу купить — открыто и нагло.

Вот же, Рома, какой ты идиот…

Это тебе не Москва, где каждая в рот заглядывает в ожидании зелёных купюр, с лёгкостью согласившись на ночь в дорогом отеле. Забылся. Да и Кира подогрел своим способом безотказным.

И зачем послушал? У нас с ним совершенно разные вкусы и методы знакомства тоже разные.

Так. Проехали.

Было. Достаточно.

Фея переживёт, уверен. Пожалуется подруге, как козлина какой-то ей провести ночь предлагал за деньги и забудет через пару дней, заинтересовавшись чем-то другим. А я уже завтра про девочку с золотыми волосами и не вспомню.

Анна

— Интересно, а две сотни чего он предложил? — Ирка с физиономией следопыта наматывает круги по комнате, в сотый раз анализируя поведения вчерашнего хама в клубе. — Не рублей же? Если исходить из того, как ты его описала, мужчина-то небедный, а значит, доллары или евро.

— А какая разница? — вскакиваю с дивана, столкнувшись с подругой на середине её следования. Начинаю закипать снова и снова вспоминая слова этого хама. — Сам факт того, что он хотел меня купить, уже сам по себе унизителен. Понимаешь?

— Ань, дурында ты, понимаешь? Ты ведь ему понравилась, зацепила, интерес вызвала, привлекла настолько, что он захотел ночь с тобой провести. Наверное, улыбнулась своей фирменной улыбочкой, которой сносишь все барьеры из грозных секьюрити?

— Да какая разница, Ир, как я ему улыбнулась. Он ведь решил, что меня купить можно? Просто купить. Не познакомиться, как все нормальные люди, не на свидание пригласить, а просто приобрести то, что ему понравилось.

Оседаю на диван. Ну вот, снова растормошила всё внутри себя. Почти успокоилась, убедив себя, что вчерашний хам всего лишь ничем не примечательный неприятный инцидент, не заслуживающий моего внимания.

А ведь красивый же. Крышесносный просто!

Такой мужчина, что дух захватывает и сердце ухает куда-то в пятки от его прикосновений. Казалось бы, минутный поцелуй, а всколыхнул внутри такие эмоции, которые я и наполовину с Андреем не испытала.

— Нет, Анюта, — подруга опускается передо мной, поглаживая коленки, — ты совсем не понимаешь? Ты после расставания с Андреем вдруг решила, что совершенно неинтересна мужчинам, и на тебя, такую солнечную девочку с золотыми волосами никто не посмотрит, а оказалось не только посмотрел, но и заинтересовался настолько, что денег за близость с тобой хотел отдать. Я не говорю, что он не хамло, совсем нет, просто сама для себя сделай выводы в угоду женского самолюбия. Ты привлекательна, и вполне способна заинтересовать мужчину. И хватить себя зря изводить. Ну предложил деньги, ну дала пощёчину и всё на этом. Ты его больше никогда не увидишь. Какой смысл переживать из-за того, что никогда больше не произойдёт?

— Как моя мама говоришь! — улыбаюсь, вспоминая слова родной женщины.

Иногда мне кажется, что Ирка мудра не по годам, будто иногда, внезапно, в неё вселяется прожжённая жизнью тётка, у которой есть дельный совет на все случаи жизни. Вот только с Костиком она всё равно ведёт себя, как глупая девчонки.

Хотя, и это вполне понятно: со стороны виднее, а советы всегда мудрее. Оценить самого себя очень сложно и практически нереально действовать рационально.

— Ну вот, ты улыбаешься уже, — смеёмся, взявшись за руки. — О другом тебе думать нужно: завтра день тяжёлый, новый босс приедет знакомиться, а тебе с ним сработаться как-то нужно. Он, кстати, во сколько у вас будет?

— В десять планёрка, но Назар Николаевич сказал, что в городе он с пятницы. Пробудет минимум неделю, примет дела и назначит кого-то новым боссом. Пока непонятно кого, рабочий чат взрывается от предположений, а Ливанов уверен, что непременно займёт кресло руководителя, почти корону надел, а наши сплетницы и болтушки уже выслуживаются перед ним, — вздыхаю, опуская голову.

Если Ливанов действительно станет новым боссом, мне тут же придётся покинуть компанию. Приставать, возможно, не будет, но отомстит за то, что Артемьев защитил меня, резко обрубив всего его ухаживания.

Ливанов, скользкий и гадкий, такого не простит, обязательно отыграется на мне по полной программе, а методы у него изощрённые.

— Анюта, новый босс уже в городе, говоришь? А давай представим, только на секундочку, — прищуривается, — что этот вчерашний нахал и есть твой новый босс? Как его там зовут?

— Фирсов Роман Яковлевич…

— Вот! Он самый! Приходишь ты, значит, утром на работу, а там он — во всей красе, — и лыбится идиотка, будто это весело на самом деле.

Нервно сглатываю, представляя предложенную Иркой картину.

Мамочки…

Только не он, не так, невозможно. В этом случае Ливанов станет для меня наименьшей проблемой, потому что основной станет Фирсов и моя смачная оплеуха новому боссу.

Трясу головой, сбрасывая наваждение и разгоняя страшные картинки возможных событий. Нет, не может вчерашний мужчина быть боссом из Москвы. Видно, конечно, что не наш, не самарский, но он может быть кем угодно.

— Ира, хватит, я сейчас заплачу, — почти скулю, глядя на подругу.

— Ну, всё-всё, — гладит меня по волосам, — просто бредовое предположение. Не бери в голову, как всегда, несу бред.

Встаёт, нервно раскладывая вещи в шкафу, перекладывая из одного в другой. Нервный разбор вещей всегда означает, что подруга переживает и ей просто необходимо занять чем-то руки.

— Ир, а что с Костей?

— Да, ничего особенного, — отшвыривает кофточку. — Я-то надеялась, что он позвонит, осознав, какое сокровище потерял, то есть меня, а он всего лишь вещи прочил вернуть, что у меня остались. Сожгу всё к чёрту, и пепел развею в сторону его дома! Маме его видите ли я не понравилась, не такая его сыночке нужна, без характера, без принципов, чтобы сынуле в рот заглядывала и много не просила. Полгода твержу: устройся на работу, обеспечивай себя сам, сними квартиру отдельную, а он от мамочки оторваться не может. Ну его!

— Ир, — подхожу, обнимая подругу за плечи, — вот что ты мне говорила, когда Андрей меня бросил? Что таких Андреев сотни, и жизнь на этом не заканчивается, а сама, а… Вон сколько недостатков у твоего Кости — вагон и маленькая тележка, а ты по-прежнему его оправдываешь, хотя сама понимаешь, что ничего он делать не будет и не собирается. Он живёт с мамой, потому что так удобно и выгодно, в первую очередь для него. Дело не в тебе — дело в Косте.

Сколько ссор и размолвок с Костей я пережила — не счесть. Ирка расставалась с ним, кляла на чём свет стоит, но через время влюблённые снова воссоединялись, некоторое время царила полнейшая идиллия и подруга парила в облаках, снова окрылённая чувствами. А потом всё происходило снова, каждый раз, как последний.

Но в этот раз никто на примирение первым идти не стремился, или потому, что оба уже устали от этих эмоциональных качелей, или просто чувства себя изжили, сгорев дотла.

— Ладно, пошли ужинать. Завтра новая рабочая неделя, и у тебя она будет, ой, какой насыщенной, — тянет за руку на кухню.

Сегодня легли спать раньше, погружённые каждая в свои заботы.

Не спалось, потому что как только закрывала глаза, в памяти всплывал образ хамоватого незнакомца, нежно сминающего мои губы.

И откуда он такой взялся? Словно вынырнул из-под земли, опьянив своим чёрным взглядом, подчинив своим губам и шальным ладоням.

Кажется, за минуту поцелуя, испытала весь спектр человеческих эмоций, разносящий тело на атомы и желая ещё, снова, повторить с жадностью это робкое прикосновение.

Но тут же вспоминаю его предложение купить меня, и любовно-одурманивающий флёр вмиг развеивается, оставляя внутри гадкий осадок от его слов. Единственный раз за столько времени понравилась мужчине, а он оказался просто хамом.

Ну ничего, с завтрашнего дня у меня начнутся совершенно другие проблемы…