Глава 30

– Поэтому ты все эти дни ни разу ко мне не зашел, хоть и ночевал у меня под дверью? – язвительно заметила я, не справившись с эмоциями.

Олег громко выдохнул и растерянно спросил:

– Ты знала? Почему не разбудила?

– Я не знала, почему ты держишь дистанцию между нами, почему не заходишь. Поэтому дала тебе время самому определиться, что и когда делать с нашими отношениями. Никогда не навязывалась и не собираюсь.

Он слушал меня затаив дыхание. Когда я закончила, он усмехнулся.

– Что смешного я сказала? – с раздражением спросила, развернувшись к нему лицом.

Олег улыбнулся мне немного устало и осторожно обнял меня за плечи.

– Просто я не входил к тебе по той же причине. Не хотел давить на тебя. Для меня самое важное, чтобы ты была счастлива, даже если тебя сделает счастливым другой, я справлюсь.

– Другой? О ком ты? – спросила я, а в сердце у меня поселилось дурное  предчувствие.

– Игорь…

– Игорь?

– Ну да, он моложе меня. Из-за меня тебя похитили, тебе столько пришлось пережить, а он спас тебя. И ты о нем заботилась после нашей встречи с медведем, защищала его. Он явно тебе симпатичен.

Я закатила глаза и застонала. Олег сильнее сжал мои плечи и легонько встряхнул.

– Что не так?

– Олег, ты взрослый умный мужчина, бизнесмен. Как тебе в голову могло прийти ревновать меня к Игорю? Он для меня ребенок, однокашник Шурки, он не вызывает во мне интереса как мужчина у женщины. Понимаешь? Я его потому и защищала, во мне материнские инстинкты срабатывали.

Олег немного грустно рассмеялся и привлек меня к себе. Прижал к своей широкой груди, так что я могла слышать учащенный стук его сердца.

– Какие же мы с тобой разные. Я оборотень, ты человек. Я самец, ты самка. У нас совершенно разные не только мысли, вкус и логика, но даже инстинкты. Но Маш, я обещаю, что постараюсь тебя понять. Прости меня за эти десять дней одиночества.

Он слегка отстранился и заглянул мне в глаза.

Конечно, он был прав, и я обрадовалась, что мы разобрались в этом вопросе, но вот так просто забыть мои моральные мучения? Нет уж!

– Не знаю, Олег, смогу ли я простить тебя. Мне было так плохо физически, после всего пережитого я нуждалась в поддержке моего мужчины, а вместо этого получила одиночество и сомнения…

Было видно, что Олег чувствует себя виновато.

– Маш, а если я пообещаю, что буду всю оставшуюся жизнь носить тебя на руках?

– Ты это уже обещал!

– Когда?

– Ты сказал, что вся моя оставшаяся жизнь будет конфетно-букетной. Помнишь?

– Да-да… – сощурившись вспомнил Олег, – Тогда, может, я смогу загладить вину, подарив тебе что-то очень важное?

– Ты и так обязан меня обеспечивать, ведь ты же мой муж. Или передумал?

– Нет, что ты! Я готов хоть сейчас в загс!

– Если я тебя не прощу, свадьбы не будет! – категорично заявила я.

Было видно, что Олег понимает, что я немного играю, но в каждой шутке лишь доля шутки, это он тоже понимал и нервничал. А мне было не стыдно. Он прекрасно мучил себя больше недели, теперь моя очередь.

– Маш, ну подскажи, как мне вымолить у тебя прощение! – попросил Олег, снова пытаясь прижать меня к себе, но я уперлась ладошками ему в грудь и заявила, бросая хитрые взгляды на него исподлобья.

– Подожди прощенья просить. Может, ты еще и сам передумаешь. Павел Петрович сказал, что шрамы на спине у меня останутся на всю жизнь, а они очень некрасивые. Поверь, я ими любовалась уже много раз.

Олег помрачнел и сказал немного грубо:

– Ты же знаешь, я влюбился не в твое прекрасное тело, а в тебя саму.

– Влюбился? – прицепилась я к такому волшебному слову.

– Да, влюбился. В твое чувство юмора, смелость, ум, доброту!

– Про доброту, значит, уже понял, – хмыкнула я.

Он кивнул и улыбнулся.

– Ну чего тогда просишь прощение, должен понимать, что я незлопамятная.

– Я бы очень хотел, чтобы у тебя не осталось неприятного осадка, чтобы ничто не помешало тебе влюбиться в меня.

«Вот наглая кошачья морда», – подумала я на хитро щурящегося Олега. И в этот момент я поняла, что должна ему признаться еще в одном своем недостатке похуже шрамов на спине.

– Олег, у меня есть еще одно сомнение, стоит ли тебе влюбляться в меня, – я старалась говорить как можно более спокойно, но голос все равно предательски дрожал.

Мужчина рядом со мной заметил мое искреннее волнение, он подошел ближе притянул меня к себе за талию и уперся лбом в мой лоб.

– Говори, – также подчеркнуто спокойно попросил он.

– Ты сказал, что только единственная способна подарить оборотню потомство. Но мне уже сорок лет. Мой организм не тот, что в молодости. Боюсь, у нас с тобой не будет детей.

Глаза Олега сверкнули, он немного отстранился, чтобы видеть мои глаза и напряженно спросил:

– Ты не хочешь детей от меня?

Он сделал ударение на себе. Мое сердце сжалось за его невысказанную боль. Конечно, что он мог еще подумать. Он добивался меня, чуть не потерял, и винит себя в моих страданиях. А я ни разу не сказала ему, что он делает меня счастливой. И если быть честной самой с собой, я тоже влюблена, но признаваться ему в своих чувствах сейчас не была готова. Поэтому, охватив его лицо своими руками, прошептала:

– Дело не в тебе, Олег. Просто у меня не очень хорошо получается быть матерью. Я столько ошибок наделала. Да и хватит ли мне сил и здоровья выносить, родить и воспитать еще одного малыша?

Пока говорила, поняла, что хочу от него дочь, с такими же хитрыми глазами, красивыми скулами и выразительными губами. У меня почему-то непроизвольно потекли слезы. А Олег тем временем уговаривал меня:

– Если дело только в этом, помнишь, что я тебе говорил о нашем долголетии? Рядом со мной твой организм будет омолаживаться. Ты станешь сильнее и выносливее. И если только захочешь… Почему ты плачешь?

Я хотела признаться в своих желаниях, но потом одернула себя. Ведь это практически признание в любви. Разве хотят детей от нелюбимых? Решила, что рано еще для таких признаний. Я нелегкомысленная особа, мне нужно время, чтобы проникнуться к человеку подобными чувствами. Но вот подсказать мужчине, как проще меня завоевать, если хочется быть завоеванной, почему бы и нет!

– Пообещай, больше никогда не ревновать меня. Мы же пара. Для меня верность – непустой звук. Надеюсь для тебя тоже. И чуть позже мы обязательно вернемся к разговору о детях.

Олег обхватил мое лицо своими горячими ладонями и прошептал:

– Мне никто, кроме тебя не нужен. И я клянусь, что верю тебе. Вот еще немного узнаю, и точно буду полностью тебе доверять.

Я улыбнулась, он потянулся ко мне за поцелуем, но я подалась назад, избегая его ласки.

– Еще я хочу на ужин те потрясающие лимонные пирожные!

Олег рассмеялся и, подхватив меня на руки, закружил.

– Я готов печь их тебе хоть каждый день!

Любящий муж и лимонные пирожные – это все что мне было сейчас нужно для счастья, но как оказалось, со счастьем я опять поторопилась.