Глава одиннадцатая

Чар. Вызов. Дрейг.

Смерть…

Я вцепилась в перила двумя руками, пытаясь вздохнуть. Спазм был такой сильный, что перехватило дыхание. Перед глазами всё потемнело и в ушах затрещало.

Нет, нельзя. Не хватало еще грохнуться в обморок.

Я должна слышать. Должна.

Вздох, больше похожий на шипение, и живительный кислород побежал по венам, опьяняя.

Затем еще один. Более спокойный и ровный.

Грохот пульса в ушах и треск затихли, позволяя расслышать голоса. Хорошо, незнакомка кричала, поэтому сильно прислушиваться не пришлось.

– ... ты мог пойти против Барга? Как ты мог вызвать моего брата?!

– Это он тебе сказал?

Голос Форра тих, но я вздрогнула от металла, который прозвучал. И, кажется, проняло не только меня, потому что женщина тоже тон сбавила. Не сильно, но всё равно заметно.

Высший. А'Рэ. С таким не стоило разговаривать на повышенных тонах. Не следовало что-то требовать и тем более кричать. Один из самых сильных и ловких. Тот, кто назначался высшим сеймом за особые заслуги.

– Ты считаешь Барга своим врагом? Может, я тоже стала тебе безразлична?

– Барг – советник сейма, направленный сюда, чтобы следить за мной. И не надо делать такие глаза, Зейна, об этом все знают.

– Ты просто не можешь простить ему Кайлу?

Кайла? А это еще кто? Скорее всего, дама, которую дрейги не поделили между собой. Но меня это мало волновало. Чарлтон. Что с ним?

– Мои отношения с Баргом тебя не касаются!

– Ты чуть не убил его.

– А он меня.

Так, значит, тот самый «лучший друг» – брат громкой девицы, которая ревновала Форра к какой-то Кайли, что сделала выбор в сторону этого самого Барга. Ох, какие страсти.

– Отдай мне человека! Отдай, пока не поздно, – снова взмолилась молодая женщина, окончательно утратив весь свой боевой пыл.

– Поздно! Жизнь Чарлтона Сеймура выкуплена. Я заплатил за неё собственной кровью.

– Что же ты делаешь, Элгар? Что же ты делаешь? – выдохнула она и сама же ответила, злобно прошипев: – Это всё она, не так ли? Это всё тайрифи!

Ого, как она меня ненавидит. Узнала бы, что я совсем рядом, стою у лестницы, точно примчалась и кости все переломала.

– Не смей.

– Думаешь, девчонка сделает тебя неуязвимым? Забыл, что эта связь обоюдоострая. Что скажет сейм, когда узнает, что ты отступил от правил?

– Замолчи!

Голос прозвучал будто гром среди ясного неба, заставив меня дёрнуться, едва не слетев со ступеней. Вот это силища!

– Я-то замолчу, но и ты ответишь. Я больше не буду тебя защищать, Элгар. И Барг не станет. Жди вызова, А'Рэ.

Кажется, разговор закончился.

Не думая о создаваемом шуме, я поспешила назад к своему укрытию, путаясь в подоле неудобного платья.

Не успела. Чуть-чуть не хватило, чтобы скрыться до конца. Всего доли секунд.

Но, на моё счастье, девушка была в таком состоянии, что просто ничего не заметила.

Сбежала по ступенькам, громко стуча каблуками, и скрылась в коридоре, стены которого окрасились в тревожный тёмно-фиолетовый цвет. За ней следом безмолвной тенью последовал бионик.

Я еще некоторое время стояла, прижимаясь к стене и едва дыша. И лишь целую минуту спустя решила выглянуть, а после выйти из укрытия.

– Всё слышала?

– Ох! – выдохнула беззвучно, шарахаясь назад, мечтая снова спрятаться.

Но смысла уже не было. Подняв голову, я увидела дрейга, который стоял на верхней ступеньке лестницы, прижимая руку к груди, и смотрел на меня.

Надо же, какая сила и выносливость. Только трупом лежал, а уже ходит.

– Я… не успела уйти, – отозвалась едва слышно.

– Поднимайся! – скомандовал Форр голосом, не терпящим возражений.

– Опять? – невольно вырвалось у меня.

– Снова. Ну, давай же, Софи. Я жду.

Ну вот. А счастье было так близко. Я ведь почти ушла, а теперь придётся вернуться. Отрабатывать долг.

Я медленно поднялась по ступенькам и нерешительно застыла, смотря, как дрейг тяжело опускается на кровать.

– Спрашивай, – произнёс Форр, устраиваясь поудобнее. – Ты же хочешь знать, что произошло.

Дважды меня просить не пришлось.

– Это правда, что Сеймур бросил вам вызов?

Ответ был чётким и лаконичным:

– Да.

Но я всё равно отказывалась верить.

Шагнула ближе, словно это могло помочь достучаться до мужчины.

– Но этого не может быть. Чар не такой. Он никогда бы…

– Не решился? – перебил меня дрейг, ухмыляясь. Изумрудные глаза ярко блестели на бледном лице. – Еще как. Может, ты не так хорошо знаешь дока, как думаешь? Вы, люди, на многое готовы ради источника своих желаний.

Такой толстый намёк не заметить было бы сложно.

– Вы сейчас про меня?

– Давай не будем играть в эти игры, Софи, – жестко оборвал меня дрейг. – Ты же отлично знаешь, что Сеймур к тебе неравнодушен. Даже влюблён.

Мужчина произнёс это с такой издёвкой, что внутри меня всё воспротивилось.

– Любовь – это не преступление.

– Конечно, только в случае с доком она сыграла с ним злую шутку. Я не просто дрейг, Софи. Я А'Рэ. Глава города. А Сеймур посмел мне возразить. В очень резком тоне, да еще в присутствии десятка свидетелей. И если людей можно было заставить молчать, то дрейги на это не пойдут. Это вызов, на который я был обязан среагировать.

Не спрашивая разрешения, я приземлилась в ближайшее кресло. Стоять просто не было сил. Ноги подгибались.

– Это случайность.

– Если какой-то человек смеет бросать мне вызов и останется жив, то это сигнал остальным. Дрейги не прощают слабости. Чем больше силы и власти, тем больше ответственность.

Да, в чём-то дрейг был прав. Вот только…

– Но вы не убили его.

– Не убил, – кивнул Форр, продолжая наблюдать за мной. – Откупил. Собственной кровью.

– Почему?

Дело было не в жалости, я точно знала. И не понимала, почему Форр так поступил.

Всего лишь человек, таких сотни, тысячи. Это так просто – убить и забыть.

Даже думать об этом страшно. Но я думала и стремилась узнать правду, чувствуя, как это важно сейчас.

– Тебя это, возможно, удивит, Софи, но я не люблю бездумно убивать. Не вижу в этом смысла, – ответил дрейг.

– А как же быть с демонстрантами? Там же тоже были люди, которые посмели вас ослушаться, – заметила я, поражаясь своей храбрости.

Откуда это взялось?

– Не моими руками. Я велел утихомирить, но не убивать. Это во-первых. А во-вторых, я ненавижу, когда меня пытаются загнать в угол и навязать своё мнение.

– Не понимаю, – честно призналась я.

Кто загнал его в угол? Уж точно не я.

– Чарлтон Сеймур всего лишь пешка, – пояснил Форр. – Я уже говорил, вашими чувствами легко играть. И вами тоже. Пара фраз, сказанных в нужное время и нужном месте, и вот уже док делает то, что от него требовалось.

О, я отлично знала о манипуляциях.

– Но зачем?

– Всё дело в тебе, Софи. Если бы я убил доктора, ты бы не простила. Не так ли?

Не простила. Но это его бы всё равно не остановило.

– Пощадили из-за меня? – недоверчиво уточнила у дрейга.

Верилось с трудом.

Мужчина усмехнулся.

– Не обольщайся. Я просто не хочу создавать себе лишние проблемы.

– У вас не очень хорошо получилось, – заметила я, кивнув на раны.

Улыбка стала еще шире.

– Твоя кровь, которой ты так щедро поделилась, и регенерация дрейгов уберут это к утру.

– Но вас могли убить.

– Не могли. Сил бы не хватило.

– Где сейчас Сеймур?

– Далеко. – Глаза мужчины опасно блеснули в темноте, а улыбка растаяла как дым. – Тебе придётся смириться, что вы больше не встретитесь, Софи. Никогда. В следующий раз я его просто убью. Тебе всё понятно?

Я тяжело сглотнула.

– Да.

Вот и поговорили.

– Я всё поняла, А'Рэ, – произнесла тихо и покорно, отводя взгляд. – Могу идти?

– Нет.

Ответ прозвучал как раскат грома, заставив удивлённо вскинуть голову.

Что он еще хочет от меня? Что ему нужно? Поиздеваться, снова начать угрожать?

– Раз ты всё равно здесь, то… – произнёс мужчина и замолчал, специально затягивая, чтобы я помучилась дольше.

– То? – покорно переспросила у него.

– То мы продолжим.

– Вы же ранены, – попробовала возразить я.

– Для этого много сил не понадобится. Ближе, Софи. Моих укусов тебе бояться не стоит.

Мелкая дрожь прошлась по телу, заставив поёжиться.

Что он сейчас имел в виду? Это намёк или просто разыгравшееся воображение?

Времени думать не было. На негнущихся ногах я сделала пару шагов, пока не упёрлась в огромное ложе.

– Присаживайся.

– Я постою.

– Присаживайся! – повторил дрейг, усилив нажим.

Приказ, возражать против которого я не посмела, тут же сев и сложив руки на коленях.

– Ты не могла бы бояться не так сильно, – поморщившись, заметил Форр. – Твой страх так сильно пахнет.

– Постараюсь. Что мне надо делать?

– Достань в ящике кулон, – кивнув на туалетную тумбочку, произнёс мужчина и уточнил: – Верхний ящик.

Для того чтобы проделать эту манипуляцию, мне пришлось встать и подойти к тумбочке, открыть ящик и увидеть на дне одну-единственную вещь.

Кулон был большим, почти с мою ладонь. Плоский, созданный из прочного стекла. И вроде ничего необычного, если бы он не светился золотистым цветом. И не весь, а волнами, которые всё время были в движении. А еще он был тёплым. Я чувствовало это тепло, даже не коснувшись поверхности.

Я уже видела этот цвет и этот блеск.

– Это песок, – произнесла едва слышно, всё еще боясь дотронуться до вещицы.

– Да. Этот кулон создан специальным образом из песка Дэрриума.

– Зачем?

Глупый вопрос. И лишнее спрашивать не стоило. Но я, как могла, тянула время, уж слишком страшно было коснуться этого кулона. Особенно пугало собственное желание это сделать. Руки так и тянулись коснуться гладкого стекла.

– Он поможет тебе.

– Поможет в чём?

– Познать свой дар, Софи. Ну же, возьми. Я приказал привезти его из хранилища специально для тебя.

– Из хранилища? Он настолько ценный?

Просто переливающаяся солнцем стекляшка, от которой так сложно отвести взгляд. Никакого золота или драгоценных камней.

– Ты себе даже не представляешь насколько. Их так мало осталось в нашем мире. Ради таких кулонов умирали люди, дрейги… бионики.

– И вы даёте его мне? Почему?

– Потому что он твой, - странно блестя глазами, произнёс Форр. - Ну же, Софи. Возьми его.

Взять.

Это же так легко. Просто протянуть руку, коснуться тёплой поверхности и тут же слегка отпрянуть, когда яркие золотисто-оранжевые спиральки устремились к точке соприкосновения.

Живое. Плавка песка нисколько не убрала его свойства, а даже увеличила. Не знаю, откуда пришла эта мысль, но она показалась мне верной и правильной.

– Софи.

Коснулась и даже взяла в руку, вставая и наблюдая, как поверхность словно запульсировала, подстраиваясь под ритм моего сердца.

– Позволь ему почувствовать тебя.

Дрейг внезапно оказался рядом, за спиной, бережно и в то же время требовательно обнимая за плечи. Словно боялся, что я сбегу или сделаю что-то неправильное.

– Это невозможно, – произнесла отрывисто, наблюдая, как пульсирование постепенно затихло.

Теперь у меня в руках была обычная стекляшка светло-желтого цвета.

– Давай помогу надеть, – забирая у меня кулон, произнёс Форр.

– Может, не стоит, – слабо запротестовала я.

– Стоит. Он твой, Софи, и никогда не причинит тебе вред. Только не тебе. Теперь я точно это знаю.

- А раньше не знали? – нервно уточнила я.

- Знал. Но не верил.

Тёплое стекло легло на ключицу и…

Ничего не произошло.

Не знаю, чего именно я ждала, знака какого-то, всплеска, силы. Ведь, если дрейг сказал правду, ради этой штуки умирали.

– Разочарована? – спросил Форр, снова обнимая меня за плечи и поворачивая к себе.

– Не знаю, – честно призналась я и застыла, краем глаза заметив тень за его спиной.

И всё бы ничего, если бы не последовавшие за этим изменения.

Судорожный вздох и подкосившиеся ноги. Если бы Дрейг не держал, я бы точно упала.

Жар и последовавший за ним обжигающий холод, пронзивший всё тело.

Лёгкий туман перед глазами, сформировавшийся в мою копию светло-серого цвета. И органы чувств, которые словно сошли с ума. Звуков стало больше, вкусов, запахов, ощущений.

И меня словно стало две.

– Тихо, Софи, тихо, – прошептал дрейг, продолжая удерживать за плечи.

А я расширенными от ужаса глазами смотрела, как две тени кружатся в невероятном танце, касаются друг друга. И эти прикосновения огнём горели у меня на коже.

– Что это? Что это? – слабо забормотала я.

Мельтешение прекратилось. Тени застыли друг напротив друга, сплетаясь так тесно, что я видела лишь черно-серый вихрь.

– Тени. И, кажется, они пришли к взаимопониманию, – отозвался дрейг.

– Нет! – только и успела возразить я, наблюдая, как они тянутся друг к другу.

Губы обожгло огнём, и я потеряла сознание.

Это стало входить в привычку. Терять сознание, отключаться или засыпать без сил. Каждая беседа с ним заканчивалась очередным потрясением.

А ведь впереди было еще одиннадцать ночей.

Очнувшись утром, я не сразу поняла, где нахожусь. Огромная кровать и отсутствие потолка. Лишь стального цвета небо с тёмными тучами и всполохами молний, которые изломанными линиями пронзали свод. Это было так невероятно и красиво, что дух захватывало. Я лежала, продолжая всматриваться в бездонное небо над головой.

Раскат грома, от которого я даже не вздрогнула, и капли дождя. Еще немного, и они упадут на меня, омывая лицо и тело живительной влагой.

Но этого не произошло.

Прозрачный купол и бесконечные ручейки воды, стекающие причудливыми линиями, образовали своеобразный кокон, в котором я укрылась, прячась от всего мира.

– Проснулась?

Грома не испугалась, а от голоса дрейга вздрогнула.

Прижав простыню к груди, села в кровати, затравленно взглянула на мужчину, который расположился в кресле напротив и пристально изучал меня.

– Доброе утро, София.

– Здравствуйте.

Выглядел дрейг очень бодро и свежо. Никакой бледности, синяков под глазами и нездорового цвета лица. Словно это не он совсем недавно лежал на этой самой кровати, истекая кровью.

– Выспалась?

– Да, спасибо, – отозвалась я, пытаясь пригладить свободной рукой спутанные волосы.

Хорошо же выгляжу сейчас, наверное.

Воспоминания о произошедшем ударили по нервам, заставив затаить дыхание и скользнуть дрожащими пальцами по лицу и губам, а потом вниз, к ключице, пытаясь нащупать кулон.

– Я его снял.

Уф!

– Тебе не стоит носить его слишком часто. По крайней мере, пока. Это может быть опасно.

– Моя тень, – пробормотала едва слышно, вспомнив светло-серый сгусток, что вышел из меня, обретая собственный разум.

И то, что она творила… это ведь не моё решение, а лишь её.

– Я же говорил, что ты сможешь вызывать себе такую же.

– Но она… и ваша…

Наверное, это можно было назвать поцелуем.

Я снова коснулась пальцами губ, и взгляд дрейга последовал за ними, обжигая так же сильно, как его тень.

– Кажется, они смогли найти общий язык. В отличие от нас с тобой, – произнёс Форр, поднимая глаза и встречаясь с моими.

От намёка, прозвучавшего в голосе, заалели щеки и сбилось дыхание.

Проклятье, я как девица на первом свидании, краснею и бледнею от каждого слова, дёргаюсь от каждого движения.

Надо было взять себя в руки, закрыться, как закрывалась все эти годы, оставаться холодной и равнодушной.

Но не могла. Форр как раздражитель каждую встречу заставлял меня чувствовать, выбираться из скорлупы и жить, отстаивая своё мнение.

– Это теперь всегда так будет? – нервно спросила я, чуть отворачиваясь и изучая ковёр под его ногами.

Да что угодно, лишь бы разорвать этот удушающий зрительный контакт. Лишь бы выдохнуть и снова забиться в раковину.

Просто тайрифи. Послушная игрушка, и только.

Так зачем же он снова и снова заставляет меня противостоять?

– Нет. Но нам придётся многому учиться. Тебе всё даётся удивительно легко. Другим сложнее.

– Другим?

– Тайрифи. Ты же не первая, – пояснил Форр спокойно.

– И не последняя, – вставила зачем-то я.

– Вас становится всё меньше.

Еще бы.

Мы все можем лишь гадать, что происходит с теми несчастными, которые попадают в руки дрейгам.

– Не по той причине, по которой ты подумала, Софи, – неожиданно продолжил дрейг.

– Вы читаете мои мысли? – подозрительно поинтересовалась у него, уже в который раз отмечая, как легко он чувствует моё состояние и предугадывает вопросы, озвучивать которые я не собиралась.

Интуиция? Возможно. Но не так часто и не так метко.

– Мы связаны, Софи. Очень сильно. Я чувствую тебя, а ты совсем скоро станешь чувствовать меня.

Ох, нет! Не хочу!

И снова он всё понял.

– Придётся. От нас это теперь не зависит. Так вот, не дрейги виноваты в том, что тайрифи теперь так мало. Мы стали причиной, но не следствием.

– Не понимаю, – нахмурилась я.

– А ты уверена, что хочешь знать правду? – вдруг спросил мужчина, чуть наклонив голову в сторону.

Снова вспышка молнии и раскат грома, гораздо сильнее предыдущего.

– Вы же уже начали, так что продолжайте. Щадить меня не стоит, я привыкла к вероломству каждой из сторон, – не удержалась я от крохотной шпильки.

Оценил, огласив комнату тихим смешком.

– Операция по изменению генотипа и крови не только опасное, но и очень дорогое удовольствие. Не у каждого есть такие деньги и связи. И родители предпочитают убить своё дитя, чем отдать нам. Или продать подороже.

– Нет! – выдохнула едва слышно и прикусила губу.

Понимала, что сказанное правда, мы слишком фанатично относимся к крови перворождённых, но всё равно так больно и страшно было это признавать.

– Так что тебе повезло родиться в богатой семье.

– Хоть какой-то плюс, – невесело усмехнулась в ответ. – И что теперь? Тень будет появляться каждый раз, когда я надену кулон?

– Не всегда. Будем учиться контролировать её, направлять и использовать.

Контроль – это хорошо.

И раз он сегодня так болтлив, то почему бы не узнать еще кое-что.

– Вы сказали, что люди охотились за кулонами, на них он так же влиял?

– Песок Дэрриума на всех действует по-разному, – покачал головой дрейг. – Для нас это сама жизнь. Он течёт в наших венах, даёт силу, возможность летать. Для обычных людей песок открывает способности, о которых они могли лишь мечтать.

– Это как?

Что-то я не могла припомнить ничего этакого в истории. Никаких суперспособностей.

– Например, чтение эмоций. Не путай с мыслями. Вот смотришь ты на своего конкурента и чувствуешь его эмоции: страх, ненависть, самодовольство и так далее. В политике очень нужная вещь. Но песок не всесилен, а тела людей слишком слабы. Невозможно получить всё и сразу. Нам для этого понадобились столетия.

– А я? Я ведь тоже человек.

– Ты тайрифи, кровь перворождённых даёт тебе колоссальные возможности. С тобой всё иначе. Сложнее и проще одновременно.

– Почему?

– Потому что ты можешь то, что не может никто.

– Даже вы? – не поверила я.

– Даже мы, – кивнул Форр.

– И что же это? – невольно подаваясь вперёд, спросила у него.

В ответ улыбка – коварная, жаркая – и под стать ей взгляд, от которого внутри всё полыхнуло.

– Узнаешь. В своё время, – произнёс Форр, поднимаясь. – Время закончилось, София. Спускайся в свою комнату, переодевайся и отправляйся домой. Сегодня ты никуда не выйдешь.

– Что? Но почему? – вцепившись в покрывало, возмутилась я.

– Это наказание.

– Но я должна навестить Айрин!

Как он не может понять!

– Нет!

– Вы не понимаете, – вскакивая следом, быстро затараторила, пытаясь достучаться до мужчины. – Уже полгода я езжу к ней каждый день.

– А сегодня останешься в квартире.

– Но…

– Софи, – перебил меня мужчина. – Еще одно слово, и ты останешься здесь. В этой квартире и в этой постели. Все оставшиеся одиннадцать дней и ночей.

Подействовало. По крайней мере, спорить уже не стала.

– Сейчас может быть опасно. В больнице тоже. А ты слишком ценна, чтобы я стал рисковать.

Дальше я действовала по инерции.

Спустилась вниз, прошла в комнату, оставляя после себя тёмные тени на стенах, что так чутко реагировали на моё состояние, меняя цвет с серо-голубого в тёмно-лиловый.

Переоделась, бросив ненавистное платье на полу ванной, и вышла в гостиную, где меня уже ждал бионик.

– Ваша охрана сейчас придёт, – сообщил он мне.

Я лишь кивнула в ответ, сосредоточенная на собственных мыслях.

– Не стоит выходить на улицу без сопровождения. Сейчас неспокойно, – неожиданно продолжил слуга, стоя рядом, как надзиратель.

– Неспокойно? – переспросила я, встречаясь с ним взглядом. – Но почему?

Демонстрация и её разгон были вчера. Неужели еще кто-то после такого рискнул выйти на улицу?

– Сегодня ночью была попытка взорвать базу КС115.

Я замерла, недоверчиво взглянув на бионика.

Будучи дочерью Фила Трэкота, я отлично знала, для чего именно использовалась эта база. Находясь на окраине города, официально она была всего лишь административным центром дрейгов. Очень охраняемым центром, но отец был уверен, что это нечто большее. И столько лет пытался пробраться, выяснить хоть что-то.

Отец… Даже спустя столько лет его дело продолжалось. И так будет из года в год. Уйдёт один, на его место тут же встанет другой. Не менее фанатичный, бескомпромиссный и жесткий, временами жестокий. Всё для борьбы, всё для победы.

Цель оправдывает любые средства. Даже жизнь и счастье единственной дочери.

– Удачно? – спросила тихо.

По инерции, не уверенная, чего хочу больше.

– Нет.

Но ответная реакция всё равно будет. Дрейги не оставят эту попытку безнаказанно, и кто знает, сколько человеческих жизней будет забрано в откуп ошибки, совершенной группой лидеров, которые всё никак не могут смириться с тем, что битва проиграна.

– И что теперь будет?

– Конкретно с вами? – поинтересовался слуга, смотря на меня мёртвым взглядом. – Или в целом?

И у меня внутри словно что-то сломалось. Дрогнуло, выпуская наружу боль, раздражение, отчаянье.

– Почему вы ему служите? – обвиняюще спросила я.

Нахмурившись, вглядывалась в его равнодушное лицо, пытаясь найти там хоть какие-то эмоции.

– Почему служите у дрейга сами, по собственному желанию, верно и преданно? Почему вы предаёте вашу родину, планету, тех, кто вас создал?

– Тех, кто создал, – послушно кивнул бионик, соглашаясь и добавляя спокойно: – И тех, кто отправил убивать и умирать.

Но я его словно не слышала. Точнее, слышала, но не понимала. Не хотела понимать и осознавать сказанное, стремясь выплеснуть наболевшее, что так долго сжигало изнутри.

– Дрейги пришли на Тэрос. Они захватили наш мир, нас. А вы им помогаете. Служите, – повторила снова я.

Мне надо было понять, узнать, возможно, найти оправдание.

– А вы? Вы отдаёте монстру самое ценное, что осталось на Тэросе, – вдруг отозвался он. – Разве приказ хранить тайрифи от дрейгов не вживлён в ваше сознание? Вы тоже предаёте людей.

– Я спасаю дочь. И это разные ситуации. Если бы не болезнь Айрин, я бы никогда не стала служить дрейгу.

– Его отец спас меня, – неожиданно отозвался Тайл. – Много лет назад. Даже десятилетий. Мы стареем медленнее людей. Но помним и даже можем чувствовать. Не так, как вы. Лишь отголоски эмоций. Но чувствуем и помним.

– Спас? – переспросила я, нахмурившись, уцепившись за это слово.

– Да, он был еще совсем юным мальчишкой, который сам с трудом выживал. Но он спас меня. Врага, которого должен был уничтожить не задумываясь, – отозвался бионик, и в мёртвых глазах промелькнула сталь. – Уничтожить врага, который пришёл с войной в его мир. Всё так просто, как может показаться. У всего есть второе дно, надо лишь копнуть глубже. Услышать и поверить. Не дрейги начали эту войну, но они делают всё, чтобы её закончить.

Непонятно. Странно.

Я потянулась к нему, пытаясь уловить что-то. Эти намёки, слова. За ними что-то крылось. Что-то гораздо большее, чем я могла подумать или даже представить.

Но момент был упущен.

– Вы останетесь здесь, – отступая назад и снова превращаясь в бездушную машину, неожиданно произнёс бионик.

– Что? – растерянно моргая, переспросила я.

– На улице беспокойно. А'Рэ только что отдал приказ оставить вас здесь.

– Приказ?

Ах да, у них же свои средства связи.

– Всё настолько серьёзно?

– Вы даже не представляете насколько. Вам лучше вернуться в свою комнату.

Наверное, можно было попытаться поспорить, отстоять своё мнение, но я не стала. Бессмысленно. Против бионика мне не устоять.

Кивнула, поворачиваясь, и зацепилась взглядом за колбу с песком, которая снова стояла в углу. Золотистые песчинки кружили в невероятном танце. И так сложно было отвести от них взгляд.

Очнулась я, лишь когда поняла, что уже сделала два шага в сторону колбы, словно хотела коснуться.

Сумасшествие.

Тряхнув головой, развернулась и поспешила прочь из гостиной. Вошла в комнату, закрыв дверь, и так и застыла, прислонившись к ней лбом и тяжело дыша.

Проклятье! 1348a59

Еще пару дней назад всё было гораздо проще.

Были люди – несчастные создания – и были дрейги – подлые оккупанты. И вроде ничего не изменилось, расстановка всё та же. Ничего, кроме моего отношения ко всему этому.

И всё сильнее крепла мысль о том, что я совершенно ничего не знаю. Но должна узнать.

И прятаться, скрываться в скорлупе больше не хотелось. Наоборот, откуда-то взялась смелость, о которой я даже не подозревала до этого.

С тихим вздохом развернулась, прижимаясь к двери спиной и задрав голову вверх так, что болезненно заныла шея.

Простояв так пару секунд, повернулась, взглянув в огромное окно.

Солнце уже поднялось над городом, пропахшим ночным дождём.

Следующая ночь уже не казалась такой жуткой и страшной. У меня были вопросы, и я впервые за долгое время хотела получить на них ответы. Какими бы странными, противоречивыми и болезненными они ни стали.