Глава седьмая

У входа в башню нас ждала толпа. Я видела транспаранты, перекошенные от ненависти и злости лица, слышала крики, призывы и лозунги. Кто-то начал выпускать дым и разноцветные сигналки. И всё это по мою душу.

Видимо, началась демонстрация совсем недавно, потому что жиглов пока видно не было.

– Останавливаться тут небезопасно, – сообщил дрейг, быстро оценив ситуацию. – Мы заедем внутрь. Вы не возражаете?

Он издевается?

– Нет, – зябко обхватив плечи руками, ответила я. – Быстро они собрались.

Может, это и хорошо, что я съезжаю с квартиры и с работы выгнали. А то подстерегли бы в переулке и забили до смерти. И ведь это только начало.

Нет, надо было отказываться от предложения Сеймура. Нельзя втягивать дока в эту грязь. Откажусь. Заберу вещи и откажусь.

Есть ведь еще один вариант, который я до этого момента сознательно старалась не вспоминать. Попросить помощи у дрейга. В конце концов, в его интересах обеспечить меня жильём и обезопасить.

Вроде мысли логичные, а всё равно обращаться к Форру не хотелось. Это как дать кукловоду еще одну ниточку, за которую меня можно будет дёргать. Я и так связана по рукам и ногам.

Авто повернуло за угол и по эстакаде въехало внутрь.

Потом был огромный стеклянный лифт, который уносил нас на верхний этаж элитной высотки.

– Что будет с ними? – спросила тихо, смотря вниз на толпу, которая всё увеличивалась.

– Выбор за А'Рэ, – сухо ответил дрейг.

Выбор. И не поймёшь, что хуже. Жиглы, бездушные машины, или дрейги, огромные крылатые монстры.

Да, расслабились люди, забыли о тех месяцах кровавой бойни, раз решили выйти сейчас на демонстрацию. Успокоились, примирились и поверили в то, что могут бунтовать, отстаивать свои права.

Лёгкий шум открывающихся дверей и знакомая дверь, ведущая в логово монстра, что уже ждал меня.

– София Трэкот, – сообщил талмуд, прежде чем уйти и закрыть за собой дверь.

– Переодевайся, – велел Форр, даже не удостоив взглядом.

Я видела лишь его тёмный силуэт у окна.

Как повелитель города, он снисходительно наблюдал за людишками с высоты своего замка. Ему же ничего не стоит дать команду, и реки крови зальют мостовую.

– Еще не вечер, – отчеканила в ответ. – Вы же сказали, что встречи лишь по вечерам. А сейчас лишь четыре часа дня.

Наверное, Форр не ожидал от меня такого неповиновения, поэтому и среагировал не сразу.

Замер, чуть повернув голову, а затем развернулся всем телом.

– Прошлая ночь закончилась слишком быстро. Мы кое-что не успели. Связь не установилась до конца. И ты осталась должна мне, Софи.

– Вы нарушаете договор, – сглотнув, ответила я, поражаясь собственной храбрости.

– Правда? – переспросил дрейг, пристально меня изучая. И чем дольше смотрел, тем ярче загорались золотом зелёные глаза. – Что с твоим лицом?

– Ничего особенного.

– Я задал вопрос, София, – жестко оборвал меня Форр.

И неожиданно оказался рядом. Бесцеремонно схватил пальцами подбородок, заставляя задрать голову выше, чтобы удобнее было рассмотреть последствия.

Тишина.

Уж лучше бы дрейг кричал. Тогда бы мне было не так страшно. Но это непонятное молчание действовало на нервы.

– Кто? – отрывисто спросил мужчина, отпуская подбородок, но не отступая.

Наоборот, его горячие пальцы коснулись губы, провели по скуле и тронули ссадину на виске. Мне стоило больших трудов, чтобы застыть, а не дёрнуться от этих прикосновений, дрожа от жара, исходящего от дрейга.

– А какое это имеет значение? – усмехнулась в ответ, игнорируя страх. – Разве не этого вы добивались? Там внизу ждёт разъярённая толпа, готовая разорвать на кусочки, а вы спрашиваете, кто меня ударил?

– Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне, – прорычал Форр.

Так, значит, вот в чём дело? Испугался, что игрушка может пострадать. И только. А чего я ждала? Тревоги? Сожаления? От дрейга? И кто из нас наивен и глуп?

– Не переживайте, А'Рэ, на моих способностях это никак не скажется.

– Я задал вопрос, София. Кто это сделал?

– Вы же и так знаете. Именно ваши талмуды вытаскивали Фирса из моей квартиры, – парировала я, не став уточнять, что квартира уже не моя. – Зачем эта игра?

– Хочу это услышать от тебя.

Но я молчала, пристально смотря в его глаза.

Вызов? Возможно, только не это было моей целью.

– Та тень, которую я видела в своей квартире, а еще раньше в больнице – запнулась, пытаясь сформулировать мысль. – Что это было?

– Какая тень?

Играет. Я по глазам видела это, по лёгкой усмешке, скривившей губы.

– Вы знаете. Это не приснилось и не привиделось. Я знаю, что она была.

– Правда? Разве ваша наука допускает появление таких теней? Вы же не верите в магию и силу. Не слышите, как стонет Тэрос от ваших действий.

– Кто вы?

Вопрос сам сорвался с губ.

Странный, глупый и непонятный.

Я знала, кто он. А'Рэ Элгар Форр. Дрейг из высших, которого поставили над городом. Мужчина, что, вопреки законам природы, мог обращаться в крылатого монстра. Тот единственный, кто мог спасти мою дочь, когда наука бессильна.

Но внезапно я поняла, что отец был кое в чём прав. Мы совершенно ничего не знаем о них, кроме тех крох, что они позволили нам узнать. И сдаётся мне, это лишь небольшая часть их способностей и возможностей.

Но тогда следом встаёт другой вопрос. Зачем этому всесильному и могущественному ящеру какая-то тайрифи, которая даже собственного ребёнка спасти не смогла.

Клянусь, я не произносила этого вслух, но он вдруг ответил.

Чуть склонил голову набок и произнёс едва слышно:

– Потому что ты ключ.

А за его спиной вдруг появился уже знакомый мне тёмный силуэт, зеркальный дрейгу и с такими же нечеловеческими глазами.

– Что-то не так? – насмешливо поинтересовался дрейг, наблюдая за тем, как я, приоткрыв рот, изучала их.

Или его. Скорее всего, его, но в двух обличьях. Так у него уже есть одно – крылатый монстр. А это что, получается, третье?

Кажется, я совсем запуталась.

– Что вы такое? – снова спросила я, отступая назад.

Всего на шаг. На большее не решилась.

– Я всё тот же ненавистный тебе дрейг, – отозвался мужчина.

– Но эта тень… откуда она?

– Она всегда была со мной. Просто ты её раньше не видела.

Я сглотнула, не в силах оторвать взгляд от силуэта за спиной мужчины. Страха не было, наоборот, любопытство и желание узнать побольше. И как раз именно это беспокоило больше всего.

Меня не должно это волновать. Дрейги – враги, монстры, и мы вместе лишь из-за соглашения. И только. Чем меньше я буду знать, тем будет лучше для всех.

Но следующий вопрос уже не остановить.

– А почему вижу сейчас?

Форр усмехается еще сильнее.

– Иди, переодевайся, Софи. Нам еще много надо сделать, – ответил мужчина, вновь поворачиваясь к окну.

Тень покрылась рябью и исчезла, словно её и не было.

Поняв, что больше ничего от дрейга не добьюсь, я направилась в комнату, остановившись у проёма.

– Что с ними будет? – обернувшись, спросила у мужчины и застыла, встретившись с обжигающим взглядом зелёных глаз.

Оказывается, пока я шла, Форр всё время смотрел мне вслед.

– С кем?

– С митингующими, – пояснила я, чувствуя непонятную неловкость.

Отвела взгляд, скользнув им по огромной гостиной. Я была здесь уже третий раз и так ни разу и не рассмотрела.

Я прожила большую часть жизни в роскоши, поэтому меня сложно было удивить дорогой мебелью, антиквариатом. У Форра тоже всё было шикарно и богато. Мебель, вазы, обои-хамелеоны, которые меняли свой цвет в зависимости от настроения владельца. Сейчас они были тёмно-серые с красно-желтыми бликами, которые были так похожи на чешую дрейга.

А в центре у стены на небольшой стойке находился песок Дэрриума.

Я никогда еще прежде его не видела, лишь слышала. Заключённые в прозрачный купол золотистые песчинки кружили в неповторимом вихре, создавая причудливые узоры.

– Никому не позволю оспаривать моё решение, – жестко отозвался дрейг, привлекая к себе внимание. – Если люди забыли о том, кому принадлежит власть, то самое время им об этом напомнить.

– Но вы же знали, что так и будет. Знали, что новость о том, что дочь Фила Трэкота, тайрифи, пришла к вам по собственной воле и… продалась, вызовет волну протеста.

– Знал, – не стал отрицать мужчина. – Видишь ли, в чём дело, Софи. Вы, люди, крайне импульсивны, особенно когда долго скрываете и прячете свои истинные чувства. Стоит дать толчок, и реакция не заставит себя ждать. Фирс и его подобные долго плели интриги за моей спиной, наивно полагая, что я не в курсе.

– А вы просто ждали, когда они совершат ошибку, – сглотнув, произнесла я.

– И дождался. – Форр снова повернулся к окну. – Ты видела их, Софи. Ненависть, злость, агрессия. Они готовы растерзать тебя, – произнёс мужчина и снова взглянул на меня. – И кто же из нас монстр?

На этот вопрос у меня не было ответа.

Отвернувшись, я стремительно вышла и направилась в комнату, у которой меня уже ждал знакомый слуга.

– Госпожа Трэкот, – почтительно и безэмоционально произнёс он.

Я чуть притормозила перед ним. Что-то неуловимое, тревожное ускользало, заставляло посмотреть в лицо пожилого мужчины.

– Вы бионик, – произнесла удивленно.

Получеловек-полуробот.

Одно из новейших изобретений ученых, которое они совершили незадолго до захвата Тэроса. Дрейги уничтожили все образцы и данные. Невежды, ненавидящие сам принцип робототехники, которые оставили на службе лишь немногое: жиглов, крохотных уборщиков, рабочих и прочую мелочь. Ненавидя именно роботов, дрейги совершенно легко воспринимали другие блага Тэроса.

А вот передо мной стоял живой бионик. У высшего дрейга.

– Да, – не стал отрицать слуга.

– Но я думала, что вас уничтожили.

– Всё не так, как кажется, – отозвался бионик, открывая дверь. – Вам пора. А'Рэ не любит ждать.

Я на автомате зашла и очнулась, лишь когда дверь за спиной закрылась.

Бионик. Живой бионик. Невероятно.

На кровати лежало уже знакомое белое платье, дополненное на этот раз широким поясом с необычной вышивкой.

Правила я помнила, поэтому сразу схватила одежду и поспешила в ванную переодеваться.

Сложнее всего было избавиться от белья. Только сняла, аккуратно сложив под одеждой, как сразу почувствовала себя голой и беззащитной. И платье никак не помогало обрести уверенность. Хотя пояс был к месту. По крайней мере, вырез больше не распахивался, грозя обнажить грудь.

– Что ж, выбора всё равно нет, – сообщила я собственному отражению и поправила волосы, которые вновь пришлось распустить.

Коснулась губы, провела пальцами по скуле.

Странно. Следов почти не осталось. И это без антисептика. Честно говоря, после ударов Даниэля я думала, что буду красоваться с огромным синяком на пол-лица. Но этого не произошло.

Тянуть больше смысла не было.

Вновь поправив платье, я вернулась в комнату, где меня уже ждал дрейг.

– Я готова. Всё, как приказали.

– Слышу недовольство в голосе, Софи, – отозвался Форр, развалившись в глубоком кресле.

– Извините, притворяться не научилась. А этот наряд мне не нравится.

– Надо же, с таким отцом ты должна была в совершенстве овладеть этим искусством. А треу тебе очень идёт.

Комментировать это я не стала.

– Вы обещали всё рассказать, – напомнила дрейгу, продолжая стоять перед ним, спрятав руки за спиной.

– Что именно?

– Зачем вам тайрифи? Что во мне такого необычного? Почему не умерла от вашего яда? И что это за восстановление? Что за тень? И почему я начала её видеть? – выпалила на одном дыхании и замерла, пытаясь вспомнить, что еще хотела спросить.

Но на первый раз и этого достаточно.

– Ты ключ. Об этом я тебе уже говорил. Не умерла, потому что тайрифи невосприимчивы к яду дрейгов, – ответил Форр и тут же поправился: – Если сделать всё правильно. Как видишь, у нас всё вышло. Тень – это я, а видишь её ты, потому что тайрифи.

– Вы издеваетесь? – поинтересовалась, с трудом сдерживаясь. – Или пытаетесь вывести на эмоции, как с остальными? А сами говорили, что скрывать ничего не будете.

– Не буду, – кивнул дрейг, поднимаясь. – Но мы не закончили.

– Не закончили что? – настороженно спросила у него, наблюдая, как мужчина закатывает рукава рубашки, обнажая руки.

– Закрепление нашего соглашения, – ответил Форр.

Знакомо удлинился ноготь на указательном пальце. Глядя мне в глаза, дрейг резко провёл по запястью. И алые капли крови, так похожей на нашу, побежали по руке. А оттуда на ковёр, оставляя после себя блестящие глянцевые лужицы.

– Что вы делаете? – прошептала едва слышно.

– Задаешь слишком много вопросов, Софи. Всего пару дней назад, когда ты пришла ко мне сюда, единственным твоим желанием было спасти дочь. Любыми способами. А сейчас задаешь вопросы, ходишь с недовольным лицом, пытаешься мне возражать. Как те людишки, поверила в свою непогрешимость и силу?

– Н-нет, – сглотнув, покачала головой и добавила более уверенно: – Нет, всё не так.

Страх удушливой волной прокатился по телу, оседая горечью во рту, словно я сидх-травы наглоталась. Той самой, которая в изобилии росла на пустырях, отравляя спорами близлежащие поселения. Неужели моя ошибка и несдержанность могли всё разрушить? Теперь, когда спасение Айрин так близко.

– Боишься?

– Не понимаю, чего вы хотите, – призналась ему.

– Всего лишь закрепить наш союз, Софи. Чтобы никто не посмел посягать на тебя. Я пил твою кровь, теперь ты должна выпить мою.

Шутит? Ну конечно же, шутит. Потому что никто не может серьёзно говорить о таком. Или нет? Улыбка исчезла, так и не появившись. Растаяла как дым, оставив после себя растерянность и брезгливость. Не знаю, чего именно ожидал Форр, но восторга я от его откровений не испытывала.

– Вы это серьёзно? – спросила у дрейга, не в силах оторвать взгляда от красных капель, которые продолжали течь по руке.

– Софи, моё терпение на исходе. Сядь на кровать.

Я судорожно кивнула, подчинилась на автопилоте, выполняя приказ. А сама пыталась подготовить себя к предстоящей процедуре. Настолько, насколько это было возможно.

Не задавать вопросов. Нельзя возражать и тем более морщиться. И уж точно не следует сходить с ума. Подумаешь, кровь. После яда дрейгов это жалкий пустяк.

Самовнушение срабатывало плохо.

Стоило мне сесть на край кровати, как дрейг приземлился рядом, протягивая запястье.

Пальцы дрожали, когда я осторожно брала мужчину за руку и подносила к лицу. От металлического запаха крови, который ударил в нос, сразу же замутило, слюна скопилась в горле. И это я только вдохнула. Страшно представить, что будет, когда сделаю первый глоток.

Представлять не стоит! Совсем! Иначе не смогу.

Это ведь совсем не сложно. Надо лишь податься вперёд, коснуться губами его запястья и втянуть…

Горячая! Из-за разницы температур наших тел кровь дрейга показалась кипятком. От неожиданности я едва не захлебнулась, раскашлялась и рефлекторно пыталась оттолкнуть руку от себя, чтобы сделать вздох.

Но дрейг не позволил. Свободной рукой сжал шею, мешая даже дёрнуться, и пророкотал:

– Пей!

Приступ удушья исчез так же быстро, как и появился. Зажмурившись, я снова сделала крохотный глоток, стараясь не спешить, чтобы снова не захлебнуться.

Странный вкус. И на кровь почти не похоже. Металлический привкус остался, а еще появилась неожиданная терпкость. Словно я не кровь пила, а крепкое вино. И голова стала неожиданно лёгкой.

– Пей!

Еще один глоток. Всего один.

Не могу. Больше сил не осталось. Пусть на вкус это не так отвратительно, но сама мысль о том, что я… что мы делали, вызывала отвращение и рвотные позывы.

Отшатнулась, прижимая руку к губам, чувствуя липкую кровь. Покрывшись испариной с ног до головы и сотрясаясь мелкой дрожью, с трудом сдерживала рвотные позывы.

Но дрейг меня больше не держал.

– Н-не могу больше, – просипела, хватая ртом воздух и поднимая на Форра затравленный взгляд. – Простите, но не могу.

Это же чудовищно. Первобытный век какой-то. Жутко, отвратительно и безумно. Словно я принимала участие в каком-то языческом обряде.

Дрейг говорил, что их алтарь давно не принимает человеческих жертв, но именно так я себя сейчас чувствовала. Жертвой. И это несмотря на то, что роль монстра, пожирающего чужую плоть, выпала сейчас мне.

– Отлично, – отозвался дрейг неожиданно глухо и вскочил на ноги, отходя к столику, на котором стоял графин с водой. – Пока хватит.

– Что значит пока? Мы будем делать это еще раз?

Скрыть ужас и отвращение получилось плохо.

– Я надеюсь, что не понадобится. И наша связь будет признана всеми, – ответил Форр, возвращаясь ко мне со стаканом воды.

Я быстро сделала глоток, пытаясь смыть вкус крови. Вторым глотком прополоскала горло. Третьим тоже. Но вкус дрейга всё еще горел на губах. Слишком интимно, слишком лично.

– А кто должен её признать? – спросила осторожно, когда с водой было покончено.

– Дрейги. Теперь ни один из моих сородичей не сможет заявить на тебя права или выкрасть.

– Меня? Выкрасть?

Такой вариант я совершенно не рассматривала.

– Ты слишком ценна.

– Потому что ключ?

– Совершенно верно.

– И что же я открываю?

На этот раз юлить мужчина не стал, вернулся в кресло, снова пронзая меня нечеловеческим взглядом.

– Способности, Софи. Безграничные. Силу, о которой любой дрейг может лишь мечтать.

– Силу? Плюсом к тому, что вы уже имеете?

– Да.

Отец бы с ума сошел, узнав, что я вместо того, чтобы уничтожить врагов, наоборот, помогаю им стать сильнее. М-да, неожиданный поворот.

Что я сама испытывала по этому поводу? Наверное, ничего. Ни шока, ни ужаса, ни паники. Сила так сила.

– И как это происходит? Через кровь? Вы будете и дальше её пить?

А вот это противно.

– Нет. Есть другие способы.

И почему первой же мыслью был секс? Уж лучше пусть кровь пьёт. Нет, я никак не была готова к столь близким отношениям с дрейгом. Да и он, наверное, тоже. Сам же говорил, что не хочет высасывать силу. Но тогда что же?

– О чём ты подумала, Софи? – вдруг спросил Форр.

– Почему тайрифи так на вас влияют? – соврала я. Не совсем соврала. Этот вопрос меня тоже очень сильно волновал. – Мы же такие разные.

– Разные? – усмехнулся вдруг дрейг, постукивая длинными пальцами по подлокотнику. – Ну не настолько сильно, как у вас принято считать, София.

– И что это значит?

– То, что у нас одни предки, – вдруг заявил Форр, наблюдая, как от удивления и недоверия вытянулось моё лицо.

– Что?

– И что это значит?

– То, что у нас одни предки, – вдруг заявил Форр, наблюдая, как от удивления и недоверия вытянулось моё лицо.

– Что?

– Ты же прекрасно услышала меня, Софи, – отозвался дрейг, поправляя рукава рубашки. – С первого раза. Тогда зачем переспрашиваешь?

Я с удивлением заметила, что короткий порез на запястье уже затянулся, не оставив на коже даже следа. Рука сама собой поднялась, и пальцы коснулись лица, провели по губам и скуле, ощупывая кожу.

– Регенерация дрейгов, – кивнул Форр, верно угадав, какие мысли сейчас витали у меня в голове.

– Теперь я как вы?

– Не совсем. Обращаться ты не сможешь. А вот тень вызывать вполне.

– Тень? – переспросила неуверенно.

Слишком много информации.

Да, именно этого я добивалась, чтобы дрейг рассказал мне всё, не таясь. И теперь не знала, за что хвататься и что спросить в первую очередь.

– Совершенно верно. Вообще-то, на Дэрриуме это называется траминшлаарт. Но будет лучше, если мы обзовём тенью. Тебе так понятнее и запоминать много не придётся, – ответил дрейг, и тут же знакомый мне призрачный силуэт возник рядом с ним. – Именно с его помощью будет осуществляться наша связь.

Связь. Как много порока в этом вроде бы невинном слове.

– Давайте по порядку, – запинаясь, произнесла я, поправляя складки платья и изучая следы крови, которые остались на ковре.

Пострадал не только ковёр, но и мой наряд. Это я поняла, только когда стала приводить платье в порядок. Всего пара ярких капелек на белоснежном фоне, но они приковывали взгляд. Хотелось коснуться, провести по ним пальцами, попытаться стереть. С трудом, но удалось удержать себя в руках.

– Давай, тем более что время до заката у нас еще есть, – покладисто согласился мужчина. Слишком покладисто.

– Я могу выпить еще воды? – поинтересовалась осторожно, помня вчерашнее ограничение.

Вкус чужой крови никуда не делся, несмотря на уже выпитый мной стакан.

– Конечно.

Под пристальным взглядом дрейга я встала с кровати, подошла к столику и налила себе еще воды. Половину выпила сразу, другую оставила на потом. Со стаканом я вернулась на место и снова села на кровать, решив, что буду воспринимать новости сидя. Во избежание несчастных случаев.

Я честно пыталась прислушаться к себе. Ведь должна же была кровь дрейга как-то на меня повлиять. Вот ускоренная регенерация неожиданно появилась. Может, ещё что-то есть. В любом случае если что-нибудь и было, то распознать это я пока не могла.

Тишина. Форр молчал, ожидая вопроса, а я просто не знала, что хочу знать в первую очередь, а что пока лучше отложить.

– Вы сказали, что у нас одни предки. Что вы имели в виду? – осторожно спросила я, решив начать с более-менее безобидного вопроса.

– Только то, что сказал. Тебе же известно, как и при каких обстоятельствах был заселён Тэрос?

– Конечно.

Об этом известно каждому еще со школьной скамьи. Восемьсот пятьдесят три года назад космический корабль с беженцами совершил посадку на необитаемой планете Тэрос, который и стал вторым домом для людей. Точная дата этого приземления вписана в исторические хроники. Именно с неё начинается наше исчисление.

О том, что было до приземления, известно мало. При жесткой посадке повредились или были уничтожены практически все информационные записи, которые содержали в себе не только сведения о прошлом перворожденных, но и технические данные, отбросив тем самым развитие на сотни лет назад. Нам многое пришлось осваивать заново, а кое-какие данные были утеряны навеки.

Родная планета наших предков была уничтожена в результате какого-то мощного взрыва. Те немногие, кто смог пережить катастрофу, спаслись на огромном корабле. Впереди были долгие двадцать лет поиска нового места обитания.

– Кораблей было несколько, – неожиданно произнёс дрейг, вырывая меня из воспоминаний об истории нашего мира.

– Нет, – я покачала головой. – Этого не может быть.

Всего один-единственный корабль. Колыбель новой жизни, остов которого находился под государственной защитой.

– Их было шесть. Но выжить смогли далеко не все. Первый корабль «Зевс» даже не смог преодолеть гравитацию родной планеты, взорвался на взлете. Второй жертвой стал корабль «Аполлон», там вспыхнул бунт, после которого пилоты перестали выходить на связь. Через пятнадцать лет третий корабль «Артемида» попал в чёрную дыру. Четвёртый, «Афина», стал жертвой неизвестной болезни, с которой они справиться не смогли. Осталось всего два. «Гера» и «Аид». Только они смогли добраться до этой системы. Где, о чудо, было целых две планеты с пригодными условиями существования. Тэрос и Дэрриум. И корабли разделились, чтобы была возможность обжить планеты. Так что мы действительно сородичи.

– Это невозможно, – прочистив горло, отозвалась я. Голос слушался плохо. – Просто невозможно.

Мы и дрейги. Люди и чудовища. Как такое возможно?

– Всему виной природные условия наших планет. Природа Дэрриума коварна и непредсказуема. Бесконечные пески, крохотные островки зелени. И несметные богатства.

– Богатства?

Какие могут быть богатства на дикой планете, почти полностью покрытой песчаными дюнами?

– О да. Ты же видела песок Дэрриума, который стоит в гостиной.

Отрицать было глупо, поэтому я лишь кивнула.

– На самом деле это не песок. Точнее, песок, но особый. Пыль, которую у меня на родине принято называть эрхар. Источник колоссальной энергии. Той самой, которую так мечтали получить на Тэросе.

Намёк был слишком ярким и очевидным, чтобы я его пропустила.

– Что вы имеете в виду?

– Ваше правительство много веков назад решило похоронить часть истории, переделать себе в угоду. Ведь так намного эффектнее – сделать из дрейгов врагов, чужаков и дикарей. Всё для того, чтобы узаконить вторжение.

Я вскочила с кровати, не в силах больше слышать это вранье и молчать.

– Какое вторжение? О чём вы? Это вы напали на Тэрос! Вы поработили нас!

Изумрудные глаза вспыхнули золотом песков. Так ярко, что того и гляди обожжёт.

– Напали! – пророкотал он, так что сердце в пятки ушло, и неожиданно оскалился. – Да, напали! Монстры и чудовища! Кошмар, ставший реальностью. Не так ли, Софи?

Вопрос, не требующий ответа.

Поэтому я и молчала, смотрела на него и молчала, бессильно сжимая и разжимая кулаки.

– Всё, хватит! Время! Уже вечер, София Трэкот. Наша ночь началась.