Глава 20

Саркис На больших скоростях даже самая незначительная ошибка может стоить не только призового места, но и жизни. Так устроен наш мир – мир экстремального спорта. Но черт возьми, можно сдохнуть просто под колесами какого-нибудь невнимательного водителя, переходя дорогу по пешеходному переходу. Помню, как объяснялся с мамой, когда твердо решил, что пойду в профессиональный мотоклуб. Она переживала, но поняла и поддержала. Сейчас, сделав случайную ошибку и выхватив предельную дозу адреналина, подумалось именно о ней и об Анаит, которая смотрит на меня с трибун. Я ее не видел еще сегодня. Но чувствую, сестра там. Моя семья, мой тыл, за который я буду рвать этот трек и весь мир, если придется. Гордей держит ровный тон во время гонки. Он даже матерится нам в ухо как-то очень спокойно. Сам гонщик, знает, что эмоций и без того хватает, а у тренера голова должна быть холодная, и для нас моральный лед наготове. К тому же ему видно больше. «Он тебя специально к борту жмет, – сообщает тренер. – Сделай его по внешнему кругу, Кис. Не нарывайся». «Я не могу по внешнему. Второй не дает!» – рычу в ответ. «Сейчас все будет, дружок, – отзывается Кит. – Не лезь под борт. Поломаешься». Говорить сложно. Воздух давит на ребра, и дыхалка от этой короткой беседы сбивается, меняя сердечные сокращения на неприятно рваные. Кирилл немного сбрасывает скорость и начинает дразнить парня, мешающего мне совершить маневр. Начинается игра в шашечки, но наш младший тренер и мой напарник по гонке на сегодня все же выводят соперника, и они вместе срываются вперед. Я ухожу от борта на другую сторону, оказываясь позади придурка, решившего играть грязно. Ответить ему хочется страшно, но Гордый за такое вышвырнет из клуба. Сжимаю зубы, обещая себе врезать придурку по роже после гонки для собственного успокоения, и на повороте обхожу его уже по внешней дуге, быстро выравниваясь с Кириллом. Мы бьем соперника его же оружием. Кир не дает им обойти нас по борту, я закрываю внешний объезд. «Молодцы! Дожимайте!» – поддерживает Гордей. Выходим на финишную. Идем с Киром колесо в колесо. И черту переезжаем так же. Пролетев не много вперед, останавливаемся. Снимаем шлемы и поднимает их вверх, приветствуя тех, кто пришел нас поддержать. «Кто?» – спрашивает Кир. «А кто вас разберет, – смеется тренер. – То собачитесь, то финишируете, будто всю жизнь в синхроне катались. Повторы смотрят. Сейчас объявят». Сердце стучит где-то в ушах. Люди с трибун вместе с нами ждут результатов на экране. Крутой, кстати, экран. Так как спонсорская гонка в этом году проходит на нашей базе, техническую составляющую нам очень хорошо прокачали. Только ради этого вливания уже стоило принимать участие в заездах. Выводят картинку в замедленной съемке. Таких сегодня еще будет много. Для командных норма. Мы же тренируемся вместе как-никак. Вот мы подлетаем к финишной черте, пересекаем, и мое колесо едва заметно оказывается впереди. Ставят на «стоп» и дают скрин, где ярким квадратом выделено нужное место, чтобы потом точно не было претензий. Тут серьезные дяденьки меряются понтами и большими деньгами. Иначе нельзя. – Кис! Кис! Кис! – поддерживают болельщики. – «Либерти»! – достаются овации и клубу. – Молоток, – хлопает по плечу Кит. – От клуба «Либерти», – объявляет главный судья, – на сольную гонку выходит Саркис Согоян. Под свист, крики и аплодисменты уходим с трека, освобождая место под следующий заезд. По очкам командой набрали вроде неплохо. Мне срезали немного личные за косяк с бортом, но конечный результат будет только после того, как все откатают командную. Теперь отдыхать и принимать замечания от Гордея, чтобы сольник отработать на десятку. – Кир! – К напарнику в объятия ныряет его девушка Лада. – Ты как здесь? – шепчет он, прижимая ее к себе и утыкаясь губами в макушку. Отворачиваюсь. – Не завидуй, – улыбается Гордый. Отходим с ним подальше, чтобы не мешать ребятам целоваться. – Было бы чему, – пожимаю плечами и сажусь на скамейку, облокачиваясь спиной на стенку нашего родного вагончика. – Давай по делу, – увожу тему в рабочую. Остальное мы уже обсуждали. Мое мнение остается неизменным. Я рад, что у парней все хорошо сейчас. А мне и одному нормально. Я не жалуюсь и лечить себя никого не прошу. Разобрав пару важных моментов, смотрим гонку, анализируем потенциальных соперников, стараясь выстроить стратегию. Кит провожает Ладу и присоединяется к нам. – Ребят, – прибегает девочка-администратор, – готовьтесь. Парни помогают поправить и закрепить всю экипировку. Забираю байк и качу его обратно к треку. С каждым шагом пульс разгоняется все сильнее. Цель – только выиграть. И пусть папа идет к черту со своими подачками! Ни копейки у него не возьму. На мониторе начинается обратный отсчет. Три, два, один… Старт! В этот раз на треке сразу все, кто вышел из командного заезда. Парни из разных регионов. Хорошая техника, сильные, грамотные соперники. Я внимательно слушаю все, что говорит Гордей. К бортам больше не жмусь. Так задумано. Следить друг за другом сложно, но мы успеваем, двигаясь на высоких скоростях, обходя или уступая друг другу. Отключаюсь от всего. От папаши, от проблем, от растерянного взгляда Стефы сегодня утром. Есть только раскалившийся асфальт под колесами мотоцикла. Запах выхлопа, проникающий под шлем и дразнящий ноздри. Пульс мой любимый – сто сорок. До конца совсем немного. Пора… «Мама, помоги мне», – шепчу, резко вклиниваясь между двумя главными соперниками. Еще немного вбок. И теперь к борту. По малому кругу почти впритирку, наклонив мотоцикл настолько низко, насколько позволяет моя техника, выскакиваю вперед и выжимаю газ на всю, вылетая за финишную черту первым. Резко торможу, разворачиваюсь, поднимая клубы пыли. В воздухе пахнет жженой резиной. Вот так. Я вас сделал! Сердце бешено колошматит, качая по венам почти вскипевшую кровь. Сняв шлем, довольно улыбаюсь, подставляя лицо солнцу. Они думали, я испугался бортов в командном. Сорри, парни. Сомневаюсь, что у кого-то здесь была мотивация мощнее моей. Первое место. Первое! Я сделал! Клуб по очкам занял второе, что тоже очень неплохо. Красивое награждение. Кубки, чеки, визжащие девчонки в коротких шортиках. Кайф! На время растворяемся в этой атмосфере, позволяя себе насладиться победой, прочувствовать ее запах и вкус в одном коротком глотке шампанского. Выкарабкавшись из цепких лапок пары каких-то девочек, ухожу в тишину. Встречаемся с парнями у своего вагончика, чтобы обсудить, где и как будем отмечать сегодняшний заезд. К нам подтягиваются девушки сокомандников. Ну и мое семейство не отстает. – А я знала, что ты победишь! – Анаит подбегает обниматься. Присаживаюсь на корточки, позволяя ей крепко обхватить себя за шею обеими ручками. – Я им всем говорила. – Спасибо, – целую ее в лоб. – Эта победа для тебя. Поднимаю взгляд на Стефу. Бледная вся. Глаза горят, пальцы дрожат. Она их заламывает и прячет в карманы каких-то дико коротких шорт. Под полупрозрачной туникой трепещет грудь, спрятанная в белый лифчик. У меня от ее вида теря ется дар речи и немного отваливается челюсть. Полуголая пришла в толпу накачанных адреналином мужиков. Вляпается куда-нибудь, мне потом отвечать! – Поздравляю, Сар. Это было очень мощно. Я гордился тобой сегодня, – протягивает руку отец. Интересно, он бы так же «гордился» мной, если бы я проиграл? Усмехнувшись, игнорирую его ладонь и двигаюсь прямиком к жене. Подхватываю ее под локоть, утягиваю за вагончик, подальше от родительских ушей. – А вот это тут зачем? – цепляю пальцем край туники, откровенно разглядывая все, что не скрывает это подобие одежды. – В смысле? – Стефа еще не пришла в себя. Мощно ее гонка зацепила. Мне доставляет удовольствие ее яркая, искренняя реакция. И одновременно злит то, как она одета. – В прямом. С тем же успехом ты могла приехать сюда в белье, – шиплю на нее. – Это купальник, а не белье, – складывает руки под грудью и приподнимает ее вверх. – Кхм… – прочищаю горло, на мгновение залипая на этом жесте. – И чего ты накинулся? Какая тебе разница, во что я одета? Тебе ветер на треке из головы вышиб, что брак у нас фиктивный? Или ты память потерял там, где ночевал? – возмущается она, надув губы, пока я отвлекся на ее формы. – Ревнуешь, что ли? – смеюсь, приходя в себя, а Стефа, кажется, сейчас меня ударит. – Ладно-ладно, – поднимаю ладони вверх. – Я за тебя отвечаю, жена, фиктивный у нас брак или нет. Поэтому разгуливать в таком виде по городу позволить не могу. Найдешь себе приключений, а мне спасай тебя вместо праздника. Домой закину, переоденешься и можешь ехать на свой пляж. – Мне так нравится, – упирается она, вздернув подбородок. – Тогда со мной поедешь. Будешь весь вечер под присмотром. – «Мы будем жить каждый сам по себе, – дразнит, закатывая глаза. – Просто как соседи». А штамп в паспорте поставили, и ты сразу права качаешь. – Да не качаю я права. Объясняю, что симпатичным девочкам в таком провокационном виде не место на улице. Переоденься, и никто тебя не держит, Стеф. – Пытаюсь казаться безразличным, а самого потряхивает от ее дерзкой выходки. – Ладно. Снимай футболку, – уперев ладошки в бока, требует жена. – Зачем? – подозрительно щурюсь, еще не понимая, что затеяла эта девчонка. – Переодеваться буду, – и реально начинает стаскивать с себя полупрозрачную тряпочку, которая ее хоть как-то прикрывала. – Дурочка, – смеюсь, быстро скидывая куртку, а следом снимая и футболку. Стефа надевает и за вязывает ее узлом на талии. Выходит что-то вроде топа. Уж точно гораздо лучше, чем было. Крутится передо мной. Ну хороша-хороша, я знаю. – С победой, – улыбается жена. – Ты кое-что забыла, – подмигиваю ей и стучу двумя пальцами по щеке. В ответ получаю фигу, звонкий солнечный смех и впрыск хорошего настроения прямо в вены.