Глава 27

Саркис Приезжаю на базу нашего клуба. С утра Гордей тренирует малышню. Прохожу к ним, здороваюсь и возвращаюсь к вагончику. Обнажаю торс, ложусь спиной на теплую скамейку, кладу на лицо футболку и закрываю глаза. Спать хочу – сил нет. Легкий ветер приятно ласкает кожу. Ассоциирую это ощущение с прикосновениями тонких музыкальных пальчиков Стефы. Улыбаюсь. Упрямая моя. Маленькая, милая трусишка. Влюбила меня в себя своей музыкой, смехом, горящими глазами и даже бесящей до чертиков наивностью. Задолбался я убегать. Все равно догоняет и лупит прямо в сердце так, что дышать больно. Оно по умолчанию теперь бьется рядом с ней на особенной частоте. Если сто сорок ударов в минуту – значит, Стефа в моей голове или где-то поблизости. Можно на браслет на запястье не смотреть, я знаю, сколько там. Заснуть под такой пульс довольно сложно, но усталость берет свое. Под чириканье какой-то птицы, детские голоса, рык маленьких байков меня выключает словно по щелчку. Вздрагиваю от толчка в плечо. Стягиваю футболку с лица. – Доброе утро, – усмехается Гордей. – Будильник у тебя орет уже минут десять. – А то я не слышу, – хриплю в ответ и пытаюсь встать. Спина задеревенела, приняв форму скамейки. Тренер подает руку. Опираюсь, подтягиваюсь и все же сажусь. Тру лицо ладонями, трясу головой, пытаясь скинуть сонливость. Вешаю футболку на шею, достаю сигареты. Гордый протягивает зажигалку. Не отказываюсь. Делаю несколько коротких затяжек, наполняя легкие дымом. – Ты ж после смены. Чего не дома? – Друг садится рядом и тоже достает сигареты. – Да так, – жмурюсь, откидываясь голой спиной на вагончик. – Не клеится с женой? – добродушно хмыкает друг. – Просто клей плохой, – сонно улыбаюсь. – Надо другой подобрать и собирать все сначала. – Решился все-таки? – затягивается Гордей. – У меня вариантов не осталось. Она меня еще тогда зацепила, когда мы с ней в самый первый раз встретились при знакомстве в доме моего отца. Думал, перегорю, получится жить соседями. А вчера так накрыло, когда ее с этим блондином увидел. И ведь не думает, дурочка, о последствиях! – снова начинаю закипать. – Прецедентов не было, вот и не думает. Объяснил? – спрашивает друг, повернув ко мне голову. – Угу, – хмыкнув, тушу окурок о землю и взъерошиваю пальцами упавшую на лоб челку. – Понятно, чего ты сюда спать приперся, – смеется Гордей, похлопывая по плечу. – Слушай, ну мне тоже время понадобилось, чтобы понять, что Яся – мой человек и я хочу быть только с ней. Год дружили. А тебя сразу накрыло, ты просто сопротивляешься по инерции. Забирай девочку, Кис. Тебе понравится. Зевнув, бросаю футболку на скамейку. Иду к шлангу. Умываюсь холодной водой, лью на голову. Она тонкими струйками стекает по шее, спине, подбородку. Мышцы приходят в тонус. Кожа покрывается мурашками на контрасте с жарой. – Гордый, я покатаюсь? – спрашиваю у друга. – Гоу вместе, – кивает он. Устраиваем что-то вроде небольшого соревнования на треке. К нам неожиданно присоединяется Кир. Начинает дразнить меня, разгоняя адреналин. Гордый включается в игру. Создаем друг другу сложные ситуации, то прижимая соперника к борту, то выкатываясь в параллель слишком близко к колесу соседнего байка. Поднимаю свой мотоцикл на заднее колесо. Дух захватывает от того, как чувствуется скорость в этом положении. Обхожу Кирилла и опускаюсь на оба колеса. Друг сигналит и рычит движком. Тормозим на финише. – Красиво сделал. – Кир протягивает кулак, затянутый в перчатку. Отвечаю. – Только дурак, потому что без защиты, – строго замечает Гордей. – Но действительно красиво обошел. Молодец. Кит, он так скоро тебя на треке влегкую делать будет. Вырастили гонщика. – Он? – хохочет Кирилл. – Не дорос еще! Показываю ему средний палец и ухожу к шлангу, чтобы попить. Смотрю на часы. До официальной вечерней тренировки еще достаточно времени. Успею сгонять во Дворец спорта. Набираю с собой воды. Не прощаюсь с друзьями, увидимся еще сегодня. Стартую за ворота, снова поднимаю байк на заднее и пролетаю так несколько метров. Опускаюсь. Техника приятно амортизирует, покачиваясь подо мной. Гонки всегда помогали мне в сложных ситуациях. Когда с мамой было плохо, я выживал только благодаря им. Когда за Анаит с опекой боролся, здесь мог отдать асфальту все, что горело. Это даже круче спортзала. Сейчас вот донесу до одного придурка кое-что, и мне будет совсем хорошо. У нового Дворца спорта своя большая, удобная парковка. Нахожу место для байка. Поднимаюсь по широким ступенькам. Вхожу в прохладное здание. Меня тут же тормозит охрана. – Боксеры здесь уже? – интересуюсь у мужчины лет пятидесяти, в черной форме, с бейджиком на кармане. – Тереховские, что ли? Здесь. Новенький? – Мужик окидывает меня взглядом, явно оценивая форму. – Типа того. Пройду? – пользуюсь ситуацией. – Ну иди. Только Юрию Германовичу скажи, что в следующий раз я без пропуска не пропущу. Мне проблемы не нужны, – дает наставления вдогонку охранник. – Обязательно скажу. А куда мне? – оглядываюсь на просторный холл, лестницы и два коридора, ведущие в разные стороны. Охранник указывает направление, говорит номер зала. Быстро пересекаю холл, сворачиваю в нужный коридор. Найти спортсменов не составляет труда. Удары по «лапам» и «грушам» слышны еще в коридоре. Заглядываю в приоткрытую дверь. Блондин в спарринге на ринге. Вокруг ходит крупный мужик, хорошо поставленным голосом делает замечания. Наверное, это и есть Терехов. Ко мне подходит взмыленный темненький парень, друг Кирилла. – Здорова, Тай, – протягиваю ему руку. – Привет. Саркис вроде? – крепко сжимает мою ладонь. – Угу. Скоро закончите? – смотрю на белобрысого придурка в предвкушении предстоящего «общения». – А тебе кто нужен? – встает рядом со мной, наблюдает за рингом. – Да вот он и нужен, – показываю на блондина. – Мэт? Ну, в принципе, вывезешь, – ржет он. – У него сейчас момент такой. Переучивают после боевки. Путается постоянно, косячит в ударах, в стойках. На две недели на сборы едем. Там его будут «убивать» уже по полной. Пока так. Настраивают. Но смотри, он все равно хорош. Бить начинает с левой. Видишь? – Спасибо, учту, – внимательнее наблюдаю за его техникой. – Салахов, я не понял! – нас замечает тренер. – Ты чего там трешься? Закончил? – Мужчина идет к нам. Внимательно рассматривает меня. – Кто такой? – Знакомый мой, Юрий Германович. Из «Либерти». Тренировку хотел посмотреть, – объясняет Тайсон. – Тай, правила для всех одни. Тренировки закрытые. Марш к Мэту. Ушатай мне его как следует, чтобы все мышцы огнем горели. А то кто-то слишком умный. Режим вчера нарушал. Пусть отрабатывает. – Недовольно ухмыльнувшись, тренер возвращается к рингу. Жаль, я не могу на это посмотреть. Приходится выйти. На улице забираюсь на перила, обхватив ногами стойки, закуриваю, иногда поглядывая на часы. Почти полтора часа приходится ждать, прежде чем парни группами начинают выходить на улицу, смеясь и болтая друг с другом. Замечаю среди них знакомые лица. Первый раз виделись на пляже, когда я приезжал за Стефой. Они обра щают на меня внимание и тоже узнают. Некоторые даже кивают. Выходит Тай в обнимку со своей девушкой. А за ними как раз блондин. – Капец, ты зверь, Салахов, – хлопает Тайсона по плечу и замечает меня. Отделяется от своей компании, направляясь ко мне. Я спрыгиваю с перил. Парни останавливаются, наблюдают за ситуацией. Между нами снова искрит. Они на адреналине это отлично чувствуют. – Поговорим? – смотрю в его голубые глаза. – Говори. – Блондин расправляет плечи, ставит шире ноги. Тай отходит к перилам на противоположной стороне и качает головой, глядя на стойку товарища по команде. Машет мне левой рукой, напоминая, как бьет Матвей. Но я не собираюсь ждать. Словами до этого тела все равно не доходит. С короткого замаха наношу неожиданный резкий удар ему в скулу. – К жене моей не лезь! – рычу вдогонку. Мэт кидается на меня. Берет в захват и лупит кулаком в печень. Никто не вмешивается. Боковым зрением замечаю, что Тайсон выступает в роли охранника. А мы с блондином месим друг друга без всяких ринговых правил. От него мне нормально прилетает по лицу. Во рту чувствую вкус собственной крови. – Да брось! – хрипит блондин. – Она сама ко мне тянется. Ты ей не нужен! Меня триггерит жестко от последней фразы. Роняю Мэта на бетон под нашими ногами. Всаживаю кулак в лицо, разбивая нос. Лезу в задний карман штанов. Достаю паспорт. Удерживая парня одной рукой, разворачиваю и тычу ему в рожу страницей со штампом. – Смотри! Видно тебе? – Давлю ладонью на горло, чтобы он не встал. – Не будет ее в твоей коллекции. – Посмотрим, – выдыхает Матвей и за секунду перехватывает инициативу, вдавливая меня лопатками в пол. Не успеваю увернуться от удара его левой. В глазах темнеет на несколько секунд. Хорошо попал. – Все парни, стоп, – издалека слышу Тая. – Мэт, ты не прав сейчас. Это даже не девушка. Жена. Но я бы и за девушку тебя уложил. Отпусти! – Вы сдурели?! – орет тренер. Подлетает к нам. Сдергивает с меня Матвея и отшвыривает его в сторону. Протягивает мне руку. Помогает встать. – В чем дело? – Все молчат. – Что это сейчас было?! – Юрий Германович, все по делу, – спокойно отвечает Тайсон. – Им надо было решить. – Решили? – уже спокойнее осматривает наши разбитые рожи. – Не слышу! Мэт показывает мне средние пальцы обеих рук, смотрит с вызовом. Я дергаюсь. Тренер ловит меня, уперев ладонь в грудь. – Решили, – отвечает за нас, играя желваками. – Матвей будет оштрафован за нарушение одного из главных правил клуба. Мы не деремся на улице! На сборах будешь все свои косяки отрабатывать. А ты… – смотрит на меня. – На первом этаже умывальник есть, зайди, в порядок себя приведи. И не кидайся никогда на боксеров. Тебе повезло, что он «убитый» после тренировки. Ты мог бы в больницу отсюда уехать. Кивнув Терехову, прохожу мимо Матвея. Жестко цепляю его плечом. – Не подходи к ней! – повторяю и захожу в здание. За мной идет Тайсон, оставив на крыльце свою девочку. Провожает до умывальников. В зеркале такое чудовище, ужас просто. Смываю кровь с рук и лица. Сплевываю, полощу рот, еще раз умываюсь. – Он все понял, – хлопает меня по плечу Салахов. – Уверен? – снова сплевываю кровь в раковину. Тру языком зуб. Шатается. Неприятно. – Гарантирую. Башка не кружится? Доедешь до дома? – беспокойно всматривается мне в лицо Тай. – Да. Нормально все. Спасибо, что устроил эту встречу. Мне надо было ему врезать. Полегчало, – устало ухмыляюсь, шипя и прижимая пальцами разбитую губу. – Понимаю, – смеется он. Вытираюсь бумажными полотенцами. Вместе с Тайсоном выходим на улицу. Мэта уже нет, впрочем как и большей части парней. Прощаюсь с ребятами. Ухожу на парковку. Сажусь на свой байк и очень аккуратно стартую с места. – Прости, друг, – хлопаю технику по борту, – мы с тобой едем медленно. Добираюсь до дому. Сил, чтобы загнать мотоцикл в гараж, у меня нет. Бросаю у подъезда. Хорошо хоть на лавочке никто не сидит, лишних вопросов не будет. Поднимаюсь в квартиру. Открываю своим ключом. Захожу в тишину. Сажусь на обувную полку, упираюсь затылком в стену и закрываю глаза. – Кис? – Ее мелодичный голос действует на меня как сильное обезболивающее. – Привет, жена, – приоткрыв глаза, кошу на нее взглядом. – Мамочки, что с тобой? – пугается Стефа, подбегая ближе и прижимая ладошку к своим губам. – Да так, – устало смеюсь, – споткнулся неудачно.