Глава 39

— Ксюша?! Что ты тут делаешь? — я моментально просканировала окружающее пространство, в поисках компании маленькой непоседы. Но рядом никого не оказалось.

— Что дочки не хватает, так нашла себе замену? Только неуправляемую? Алён, ты головой реально подумай, на что подписываешься! — не оставил появление Ксюши без комментария Петька.

— Чего это я неуправляемая? Очень даже управляемая! Когда со мной хорошо, то и я хорошо! А ты плохой! — Ксюша направила на Петьку пальчик, а потом резко развернулась и указала на Артура: — Я тебя помню, ты был с тетенькой там, — она махнула в сторону “Встреч”, - когда у меня был день рождения! Вот и корми ее своими пирожными! А Алёну не надо! — на последних словах Ксюша резво выхватила упаковку из моих рук и вручила ее назад Артуру. — Пошли, Алёна, пора завтракать, а то я в школу опоздаю, — маленькая ручка плотно сжала мою и Ксюша потянула меня к двери во двор.

Правильно, это избавляло от обоих “поклонничков” разом.

Я без сожаления вернула обалдевшему Артуру и пакет с горячительным.

— Алён, но… — начал было он.

— Тебе что-то непонятно, крыса? Отстань от моей жены!

— Кстати, — я обернулась к Артуру, — мы с Петром официально развелись. — Я совершенно свободна, но не в поиске.

— Потому что уже всех кого надо нашла! — не упустила возможности прокомментировать мои слова Ксюша.

— Этот развод — фейк! Где ты видел, чтобы разводили за один день? — донеслось самоуверенное Петра, решившего, видимо, пояснить ситуацию бывшему другу.

Мы тем временем уже скрылись со дворе, за закрывшейся дверью.

— Ксюш, — приготовилась я прочитать ей нотацию, но она предусмотрительно выставила руку вперёд.

— Папа сказал, что у тебя очень-очень много работы на этой неделе. И тебя нельзя беспокоить. А я сказала, что тогда мы должны о тебе позаботиться, а то ты останешься голодненькой. И мы приготовили для тебя блинчики. Честно-честно! Я сама наливала на скородку тесто, а папа переворачивал.

А потом я смотрю в телескоп, ты выходишь из подъезда и бежишь. Я думала к нам… Блинчики так понравились, а ты за дурацкими пирожными! — Ксюша с силой пнула камень, попавший ей под ногу, и он отлетел метра на три.

— Спасибо, Ксюш, я ещё не открывала ваш сверток. Артур попросил встретиться…

— А ты знаешь, что он может тебя приворожить? Вот так съешь пирожное и всё…

— Что всё?

— Ну жить без него не можешь! И не поймёшь почему!

— А ты откуда про это знаешь?

— Так я ж смотрю “Гадалку”, там все подробно объясняют. Очень легко! У меня сразу всё получилось. Ой…

Продолжение

— Гадалку?

— Ну да! Мы с папой ездили на море, и когда он был занят, ко мне приходила няня. Вот мы с ней и смотрели. Алён, там тако-о-ое! Про призраков и про домового! И про порчу! Так интересно!

В шоке от информационного поля Ксюши, я не сразу нашлась, что ответить.

— Но плохое я ничего не делаю, — продолжила юная адептка бытовой магии.

— Только хорошее?

— Ну! Чтобы всем хорошо было!

— Ну и как? Работает?

— Должно! Я все сделала правильно.

— Точно не отправлюсь?

— Ты что! Там же все съедобное! И вообще, пошли, я с тобой поем! Я папку и так люблю. Просто буду ещё сильнее, — уверенно заявила маленькая экспериментаторша.

— Ксюш, а папа знает, что ты опять гуляешь одна?

— Нет, конечно. Он же по делам уехал. Но видишь, я часы надела, — она одернула рукавчик своей кофты и показала мне нежно-розовые часы трекер. — Они как браслетик на ноге у преступника. Показывают, где он ходит. Можно через них, — Ксюша постучала по экрану пальчиком, — подслушать, что вокруг меня происходит. И если папа не звонит, я могу делать, что хочу.

— Но папа бы не оставил тебя одну дома. Ты сбежала от мамы?

— Ну нет же! — Ксюша всплеснула руками. — Она ещё вчера уехала домой. Тетя Катя сказала, что ее квартира не резиновая.

— Значит, за тобой присматривает Кати́?

— Ну как присматривает? Она сова, — Ксюша замкнула пальцы в кружочки и приложила к глазам, — она ещё спит.

— Ксюш?! — повысила голос я, намекая на несостыковку в её рассказе.

— До школы ещё много времени. Папа ж меня рано разбудил, чтобы блинчики печь. Потом он послал Димку отнести тебе блины. Сам уехал, а я должна была ждать водителя. А тут ты бежишь к нам. Я то думала, ты уже влюбилась! И побежала тебе навстречу, а ты…

— Ясно.

— Алён, а давай сходим к тебе, возьмём пледик, чай в термосе, те красивые кружечки и наши блинчики и устроим пикник!

— Ксюш, вообще-то тебе скоро в школу, а мне на работу.

— Да мы успеем! Я умею быстро есть.

— И прохладно уже для пикников.

— Ну Алёна! Нас вот тетя Катя тоже завтра выгонит, и я так и не посижу с тобой на травке, — проговорила она тоненьким жалостливым голосом. — А потом, — наспех продолжила она, предвосхищая мой перенос пикника, — погода испортится! А платку папа меня ещё не научил ставить. Да и точно холодно будет.

На меня взглянул котенок с глазами своего папаши из “Шрека”.

— Хорошо, когда за тобой приезжает водитель? — сдалась я.

— В восемь часов пятнадцать минут.

— У нас сорок минут. Десять — на сборы, тридцать — на чаепитие. Но только после того, как получим разрешение от папы.

— На! Получай! — Ксюша достала из кармана свой телефон, сунула его мне в руки и, развернувшись, побежала к моему подъезду.

— Ксюша!

— Тебе он точно разрешит!

— Ну конечно, — вздохнула я и нажала иконку связи на уже открытой вкладке “Папочка”.

— Нет! — гаркнул в динамик крайне раздраженный голос Стаса, и чуть менее грозный продолжил: — Что, Ксюша? Быстро, я занят.

Стас

Стас

— Ты держишь меня за дуру? — Янка швырнула лист с предложенными мной отступными, выпятила нижнюю губу и манерно откинулась на спинку кресла. — Ты хочешь отделаться от меня и лишить дочери за эти гроши?

— Яна, между нами уже давно ничего нет.

— Это зависит только от тебя.

— Это зависело от меня, пока я не понял, что это игра в одни ворота.

— В какие ворота? Говори нормально!

— Хорошо, давай ещё раз. Я выполнял все твои желания. Ни в чем тебе не отказывал. Взамен просил только одно — быть рядом с дочерью, когда ей это важно.

— Я и была! Это она сама стала отталкивать меня! Во всем виноваты эти няньки, которые мечтали залезть к тебе в койку и подлизывались к Ксюхе! Естественно они были для нее хорошими, а я плохой!

— А где в это время была ты? Когда няньки толпами лезли в мою койку?

— Я?! Я, между прочим, приводила себя в форму после родов твоего ребенка! А потом из кожи вон лезла, чтобы вернуться в моделинг, пока не просрала самые лучшие годы!

— Отлично, значит, ты точно не упрекнешь нас с дочкой в том, что потратила их на нас.

— Я делала и делаю это для вас! А вы неблагодарные, даже не ставите лайки под моими постами! Получается, чужие люди щедрее, чем вы!

— Может быть, потому что чужие люди видят тебя чаще, чем мы?

— Пфф! И что мне теперь, чтобы заслужить ваше одобрение, нужно сидеть в четырех стенах?

— Наводить уют в доме, интересоваться тем, что интересно дочери, проводить время со мной не только на модных показах, когда тебе нужно сопровождение.

— Стас, не душни, я и так все это делаю.

— Два раза в год, когда приходишь со своим фотографом для запаса фоток в кругу семьи на ближайшие полгода?

— Это все из-за той возрастной тетки, да? Ты не обольщайся, это она сейчас на все готова в постели, пройдет месяц-другой и она стухнет. Гормоны-то уже дохлые, климакс на подходе, надо успеть потрясти своими обвисшими прелестями, пока песок не начал сыпа…

— Хватит! — хлопнул я ладонью по столу, не выдержав потока помоев, льющихся изо рта Янки. — Когда ты стала такой злой?

— Злой?! Ты хочешь кинуть меня после восьми лет брака, и я ещё должна быть доброй?

— Я даю тебе содержание в два раза больше, чем ты получаешь сейчас, — я приглушил гнев, начинающий заполнять грудную клетку. — Квартира в столице уже и так твоя. Фотостудия — подпиши бумаги, и она в твоём полном распоряжении. Делай с ней, что хочешь. Можешь продать. Можешь руководить. У нее приличный доход.

— Ну конечно, и щердая приписка, что все выплаты до тех пор пока я не выйду замуж.

— А что не так?

— Хочешь оставить меня разведенкой на всю жизнь?!

— Ты же сказала, что это гроши.

— Хорошо, Стас. Я согласна. Но при одном условии.

— Каком? — напрягся я от такой резкой смены курса.

— Ксюша останется со мной.

Мозг буксанул, обрабатывая абсурдное предложение. Причем настолько, что я успел принять вызов от Ксюши и тут, наконец, до меня дошло, что сказала Янка.

— Нет! — обрубил я её бред и, сдерживая из последних сил волну негодования, уточнил у дочери, что ей нужно.

— Стас, привет! Это я, Алёна. Не волнуйся, с Ксюшей все в порядке. — Окаменевшие мыщцы расслабились. — Она решила проверить съела ли я ваши блинчики. — Сердце вернулось к привычному ритму. — Мы сейчас у меня. Могу я накормить ее завтраком? — Дыхание выровнялось. — А к восьми пятнадцати я приведу ее домой и отправлю в школу. — В районе солнечного сплетения возникла странная вибрация, похожая на ту, что издают довольные своей жизнью коты.

— Да.

— Спасибо! Удачного дня, Стас! — Алёна отключилась, а я посмотрел на Яну и понял, что у нас уже нечего реанимировать.

— Хорошо.

— Что?.. — с опаской уставилась на меня она, явно заметив смену моего настроения.

— У меня есть для тебя альтернатива.

— Какая?

— Я предам огласке твои отношения с Кириллом. У меня есть все доказательства. Думаю, лайков на этих видео будет ещё больше, чем с твоих показов. Я поужинаю с Романовым и напомню о том, что он мне должен. Тебя внесут в черный список всех модельных агентств. Я договорюсь об интервью со всеми топовыми блогерами, где просто расскажу несколько случаев из нашей семейной жиз…

— Ты этого не сделаешь! — взвизгнула Яна и протянула руку за отброшенным ранее листом с условиями развода.

Я вытянул его прямо из-под ее пальцев.

— Нет. Это были условия добровольного согласия. Для вынужденного они другие, — теперь уже я откинулся на спинку кресла, внезапно осознав, как ощущается внутренняя гармония.

Когда у тебя все дома…