Глава 7

С разрушенной, разоренной и фактически уничтоженной базы Туран мы ушли тем же путем, каким и явились — с помощью мощных порталов, надежность и безопасность которых нам обеспечили Теневики.

Ушли, правда, не слишком далеко. Всего лишь до Черного озера, точнее, до той самой точки, откуда явились. После чего Теневики, люди Кри и «Мертвые головы», не прощаясь, отправились своей дорогой, вернее, на свои собственные базы. Тогда как для нас с лэном Даорном мастер Майэ открыл отдельный портал, и с его помощью мы без проблем добрались до юго-восточной окраины провинции Босхо, почти на границе с бывшей провинцией Расхэ. Откуда еще несколько раз переместились, путая и обрывая следы. А в итоге оказались и вовсе в провинции Норасхэ. На территории какого-то частного лесного владения, которое в данный момент пустовало, но при этом мастер Майэ чувствовал себя в нем как дома, да и распоряжался там настолько уверенно, что стало ясно — это неспроста.

— Заходите, — сказал он, без труда сняв защиту с небольшого одноэтажного домика, построенного по моде позапрошлого века. — Здесь у нас будет время спокойно подумать.

Я покрутил головой.

А что?

Хороший домик. Не слишком большой, светлый, с огромными окнами, отменной магической защитой и целым набором соответствующих артефактов, которые гарантировали нам спокойное времяпрепровождение как минимум до утра.

Камер внутри, кстати, не обнаружилось. Прослушек и прочих следящих устройств тоже. Обстановка внутри оказалась такой же старомодной, как и наружная отделка. Но в остальном дом выглядел вполне жилым. Было видно, что время от времени им даже пользуются. Да и порядок как внутри, так и во дворе царил практически идеальный, так что за владением кто-то явно присматривал.

— Ну а теперь, ученик, — обернулся ко мне мастер Майэ, как только мы зашли внутрь, наскоро привели себя в порядок и собрались в гостиной. — Я хочу задать тебе несколько вопросов.

Я хмыкнул и демонстративно оглядел свой «драймарантовый» комбез. Сам-то учитель плащ Теневика снял сразу, как только мы прибыли. Лэну Даорну одежду тоже нашли, так что босым и полуголым тот не остался. А вот я со своим облачением умышленно не торопился, поэтому у меня появилась возможность слегка отсрочить неприятный разговор.

— Можно я сначала переоденусь? А то в этой штуке уже душно.

Учитель неохотно кивнул, поэтому я счел возможным удалиться в соседнюю комнату, попутно обдумывая, что ему можно сказать, а что нет. Оказавшись в одиночестве, быстро скинул с себя найниитовую броню, оставшись в спортивном костюме. Затем для пущей достоверности открыл и быстро закрыл небольшой пространственный карман… костюм мне ж надо было где-то хранить, чтобы так быстро сменить одежку, да и исчезновение «комбеза» надо будет как-то объяснить. После чего придирчиво оглядел себя в нашедшемся рядом зеркале. Пригладил торчащие дыбом волосы. Стряхнул с себя несколько прилипших пылинок. А потом припрятал в кармане передатчик Нокса, раз уж тот забыл его у меня забрать. Ну и, само собой, к моменту возвращения анализ ситуации мы с Эммой тоже закончили, поэтому я был готов к любым расспросам и к любым замечаниям, которые мог бы сделать мастер Майэ в связи с сегодняшними событиями.

— Ну? — строго посмотрел на меня учитель по возвращении. — И что ты можешь сказать в свое оправдание?

Я удивленно приподнял брови.

— За что конкретно и перед кем я должен оправдываться?

— Например, передо мной. За то, что самовольно ушел в субреальность и чуть не довел до удара старого больного человека.

Я демонстративно его оглядел.

— Старый? Больной? Простите, это вы сейчас себя имеете в виду или я чего-то недопонял?

— Поговори мне еще, — проворчал мастер мастеров, а потом тряхнул седой головой и снова перешел на серьезный лад. — Объясни, будь добр, какого дайна ты нарушил мой приказ? И как у тебя ума вообще хватило сунуться в одиночку к тем менталистам?

Я пожал плечами.

— А у меня был какой-то выбор? Я же видел ваш щит — вы даже с помощью «Мертвых голов» его едва удержали. И сам удар тоже видел — он оказался слишком силен. Было очевидно, что второй такой атаки никакой щит бы уже не выдержал. Поэтому, едва появилась возможность, я решил, что если не уничтожу, то хотя бы отвлеку на себя тех уродов. А вы в это время как раз подоспеете и поможете мне их добить.

На лице мастера Майэ нарисовалось откровенно скептическое выражение.

— А ты вообще понимаешь, куда сунулся?

— Эм. В субреальность ушел. Так было быстрее.

— В субреальность-то ты вошел, это верно. А вот что касается возвращения… Скажи, ученик, ты ничего странного не заметил?

Я прикинулся валенком.

— Да вроде тяжеловато выходить оттуда оказалось. Но я ж через полстраны сегодня промчался. Дар частично истощил. Вот оно, наверное, и наложилось.

— Наложилось… — свирепо зыркнул на меня учитель. — Хорошо еще, что в штаны тебе не наложилось. Это ж надо было додуматься — соваться в субреальный карман, да еще и не зная, что это такое и как оттуда выбираться?

Я тут же навострил уши.

— Какой-какой карман?

— Я тебе о нем как-то рассказывал, — выразительно скосил глаза мастер мастеров на настороженно прислушивающегося к разговору лэна Даорна. — Когда об отрицательном времени говорил, помнишь?

Я тихо присвистнул.

Ах, вот что это было такое… тот самый как бы дополнительный слой в субреальности, который на самом деле оказался не слоем, а фактически карманом, где в теории, если верить учителю, можно не только создавать, но и управлять отрицательным временем. Этакая коробочка из границ самой субреальности. Плотно запечатанный конверт, в который я, судя по всему, по незнанию и угодил.

— Я забыл тебе тогда сказать, — со вздохом признался учитель, когда у меня изменилось лицо. — Подобные карманы могут образовываться и естественным путем. Рядом с аномальными зонами. В местах с резко и, что немаловажно, очень быстро повысившимся магическим фоном. Стремление отграничить такое явление — это нормальная реакция пространства на повреждение границ. Точно такая же, как у твоего тела, если где-то внутри что-то поранить или повредить. А в лаборатории, если помнишь, на тот момент оставалось трое очень сильных менталистов со связанными дарами, да еще и времени после их удара прошло совсем чуть-чуть. Следовой магии, как ты сам заметил, там было больше обычного. Магический фон тоже зашкаливал. Поэтому субреальность отреагировала совершенно правильно, образовав вокруг этой троицы отдельный карман, и ты, мой ученик, именно в него-то как раз и угодил.

— Я использовал нестандартный портал, чтобы его разорвать, — со вздохом признался я. — Больше ничего толкового мне в голову не пришло.

— И хвала тэрнэ, что не пришло, — совершенно серьезно ответил мастер Майэ. — Субреальные карманы очень капризные. Если бы ты хоть немного ошибся с границей или же с силой воздействия, то угодил бы прямиком в промежуточное, да и нас бы туда, наверное, утянул.

Я замедленно кивнул.

Да, про границу мне очень вовремя подсказали, но я так до сих пор и не понял, кто это был. Вроде не таны. Не Лимо. Не предки Арли. По крайней мере, голосов я не узнал. Но тогда кто, если не они?

Неужели я что-то упустил?

— Не делай так больше, — внимательно посмотрел на меня учитель, когда я откровенно задумался. — Пожалуйста. Ты заставил меня пережить несколько очень непростых мгновений, и я не хотел бы лишний раз повторять этот опыт.

— Простите, — запоздало повинился я. — Действительно не подумал. Но ситуация была экстремальной. Я просто побоялся не успеть.

Мастер Майэ кивнул, принимая мои извинения.

— Надеюсь, впредь ты будешь более благоразумно относиться к своему здоровью. А чтобы такое не повторилось, по возвращении в Таэрин я как следует за тебя возьмусь, и мы проработаем эту тему так, чтобы я по твоему поводу больше не волновался. А теперь ответь мне на второй вопрос, ученик — как тебе удалось убить сразу троих сильных менталистов и не попасть при этом ни под один из их ударов?

Я немного помолчал.

Хороший вопрос… Мысль, как известно, это оружие мгновенного поражения. Для нее не нужно поднимать руку, целиться и спускать курок. Между ней и действием проходит не более доли сэна, особенно если маг и без того готов к бою. Так что, когда я появился в лаборатории, то даже если учесть, что для тех мужиков мой визит стал полной неожиданностью, ударить-то они по мне все равно ударили. Именно потому, что ментальная магия работает гораздо быстрее пули. И быстрее любого другого оружия, включая даже лезвия из найниита.

Правда, о том, что эти придурки успели-таки сделать гадость, я узнал уже постфактум. Эмма, естественно, просветила. Да еще и указала точную силу синхронной ментальной атаки, которая и впрямь была сравнима с силой покойного профессора ос-Ларинэ.

И вот теперь учитель совершенно справедливо интересовался: как я в таких условиях выжил? И почему мои мозги не расплескались по стенам, если даже для него с его офигенно сложной ментальной защитой прямой удар этой троицы стал очень непростым испытанием?

— Скажем так, — медленно проговорил я, прекрасно понимая, что отмолчаться не выйдет. — У меня с рождения очень высокий порог ментальной защиты. Лэн Лойен вам наверняка об этом говорил. Более того, по мере моего роста и развития эта защита имеет свойство прогрессировать и делает это намного быстрее, чем обычно.

Ну да. Найниита-то я себе нахапал дай тэрнэ каждому. И еще нахапаю, как только подвернется случай и как только мы с Эммой во второй раз пройдем обновленный протокол «Слияние».

— Однако природу этого явления лэн Лойен до сих пор так и не выяснил, — сказал я сущую правду, когда учитель подозрительно сузил глаза. — Ему непонятно, с чем связана такая устойчивость. Но когда мы пробовали комбинировать эту защиту с обычными ментальными практиками, а потом пробить ее в эксперименте, то лэну Лойену при всех его умениях сделать это так и не удалось.

— Что? Лойен — и вдруг не справился? — еще больше засомневался мастер Майэ.

Я угукнул.

— И эта троица с ходу тоже не смогла. А ударить во второй раз я им уже не позволил. — Демонстративно создав сразу три воздушных лезвия, я выразительно усмехнулся. — Так что нам сегодня повезло, а им — нет. И, значит, в целом я все сделал правильно.

Мастер Майэ немного постоял, помолчал, подумал. А потом обернулся к моему приемному отцу и спокойно поинтересовался:

— Он всегда так складно врет?

— Абсолютно, — не моргнув глазом подтвердил лэн Даорн, заставив меня укоризненно на него посмотреть. — Бывает, еще и получше получается. В итоге слушаешь его, слушаешь, понимаешь, что тебя где-то обхитрили, а все равно не подкопаешься.

— Поклеп, — фыркнул я. — Это ни разу не вранье. Ложь вы оба чуете за дийран. Поэтому ничего, кроме правды, я вам никогда не говорил.

Мастер Майэ тяжело вздохнул.

— Какой-то у нас с тобой ушлый ученик, Ноэм. Но что есть то есть. Будем считать, что мы ему поверили. Тогда третий вопрос — что все-таки будем делать с тобой?

Лэн Даорн тут же нахмурился.

— Сам пока не знаю. Куда ни ткни, все равно выходит плохо. А подставляться ни перед Босхо, ни тем более перед тэрнэ я желанием не горю. Адрэа, у тебя есть мысли по этому поводу?

— Есть, конечно, — улыбнулся я, притянув к себе сразу два выразительных взгляда. — И даже, смею надеяться, что дельные. Хотите послушать?

Мастер Майэ усмехнулся.

— Почему нет? Ты меня сегодня пару раз уже удивил, так что давай, ученик, удивляй дальше.

— А вот я уже ничему не удивляюсь, — тихонько вздохнул мой приемный отец. — Хотя, как обычно, надеюсь на лучшее.

* * *

Спустя несколько рэйнов, в районе половины пятого утра, в один из участков службы общественного правопорядка города Горнама поступил звонок от одного из жителей с сообщением, что на Безымянной улице, в районе старейшего бара города, найден человек. Точнее, мужчина средних лет с признаками непонятной болезни.

Со слов свидетеля, мужчина был дезориентирован, не понимал, где находится, не мог сказать, каким именно образом здесь оказался. При этом одет хорошо, хотя и несколько не по моде. С виду приличный. Без явных травм и признаков алкогольного опьянения. Сам адекватный. Больше похожий на контуженного, чем на больного с психическим расстройством. Однако с явными признаками дискоординации и, похоже, с серьезной травмой нижних конечностей, поскольку он не мог стоять самостоятельно и свои ноги, оказавшиеся на поверку сложными бионическими протезами, вообще не контролировал.

Диспетчер вызов, как и положено, зафиксировал.

Прибывший на место патруль мужчину тоже нашел, и господа тхаэры вдумчиво с ним побеседовали. Заодно выяснили, что мужчину зовут лэн Ноэм Даорн. Что ранее он являлся директором младшей школы Ганратаэ, а сейчас числится штатным сотрудником военного министерства. Имеет воинское звание. Достаточно высокую должность. Постоянно проживает в Таэрине. А в провинции Босхо оказался в связи с внеплановой командировкой и в настоящее время должен был пребывать не в Горнаме, а в Нарке. В отеле «Лисста[1]», где на его имя некоторое время назад действительно был забронирован достаточно дорогой номер.

Правда, столичный гость сразу же пояснил, что из отеля уехал накануне вечером по приглашению хорошего знакомого, которому буквально два дня назад оказал услугу на трассе.

Знакомого, как оказалось, звали Гир Го-Босхо.

Это мужчина хорошо помнил. Как и то, что вчера в районе половины восьмого вечера получил от этого человека звонок. При этом он счел возможным посетить в свободное время город Горнам ради того, чтобы своими глазами взглянуть на самый знаменитый и самый разрекламированный бар провинции. Но по дороге, уже находясь в присланном тем знакомым такси, внезапно почувствовал себя неважно. После чего большая часть прошлого вечера и ночи попросту испарилась из его головы. И он не смог объяснить, чем закончилась его встреча с другом, как он оказался за пределами бара. И тем более не понимал, что случилось с его механическими ногами, если буквально вчера с ними все было в полном порядке.

Тхаэры, внимательно выслушав, взяли у него показания, проверили при помощи определителя ауры, после чего занесли данные в протокол. Также они проверили полностью адекватного, но практически парализованного ниже пояса мужчину на штатном оборудовании, однако признаков алкогольного и наркотического опьянения действительно не обнаружили.

Идентификатора при себе у него тоже почему-то не имелось, поэтому назвать номер знакомого, чтобы тот подтвердил его слова, мужчина, к сожалению, не смог. Номер он, разумеется, вот так с лету не выучил, а куда мог деть идентификатор, почему-то забыл.

Единственно, что он сумел, это подробно описать лэна Го-Босхо. Детально передать разговор, который у них состоялся по дороге с места аварии в Нарк, а также второй разговор, который случился уже вчера вечером. Ну а тхаэры и сами потом могли сделать запрос оператору, чтобы доподлинно выяснить, кто и когда звонил лэну Ноэму Даорну в тот злополучный день.

При этом поскольку налицо были явные нарушения в работе найниитового чипа, о наличии которого лэн Даорн тоже честно рассказал, патрульные приняли решение доставить пострадавшего в ближайшую клинику.

Правда, это оказалось нелегко — столичный гость оказался достаточно крупным мужчиной. Ходить самостоятельно он не мог, а нести его оказалось довольно проблематично, поскольку ни один из тхаэров левитацией не владел. Однако им помогли сердобольные прохожие, поэтому не владеющего своим телом гостя со всеми возможными предосторожностями транспортировали сначала в патрульную машину, а потом со всей доступной скоростью доставили к целителям. Ну а те, когда провели беглый осмотр и исключили как черепно-мозговую травму, так и острые состояния, отправили необычного пациента на дополнительную диагностику. И уже там местные (весьма неплохие, надо признать) маготехники смогли выявить грубые нарушения в работе имеющегося у лэна Даорна найниитового чипа. А также сообщили, что устройство нуждается в углубленной проверке на специальном оборудовании, плюс в перенастройке и, возможно, даже в замене.

К сожалению, соответствующего оборудования в провинциальной клинике не нашлось, поэтому пациента было рекомендовано в срочном порядке госпитализировать в профильное столичное учреждение. Желательно в то самое, где ему когда-то ставили чип.

Также медики тщательно расспросили лэна Даорна о симптомах, которые могли предшествовать столь серьезной поломке. Узнав, что он мастер кханто, да еще и достаточно часто тренируется на полигоне, а в последнее время несколько раз несильно травмировался на тренировках, ощутимо насторожились. А когда пациент признался, что на протяжении нескольких дней его беспокоили головные боли в правой височной области, плюс имела место некоторая эмоциональная нестабильность, которую сам он связывал с предстоящим отъездом, то целители единодушно пришли к выводу, что какие-то проблемы с чипом имелись уже тогда. А после длительной поездки и нескольких напряженных дней, когда лэну Даорну приходилось много перемещаться, подвергаться действию вибрации, перепадов высоты во время полетов на объект и обратно, а также испытывать серьезные перегрузки на работе… а работал он, как сам признался, допоздна… эти изменения только усугубились. И в итоге чип начал работать с перебоями. Ну а поскольку располагался он в очень важной зоне головного мозга, да и контактировал с большим количеством нейронов, то повреждение прибора вполне могло привести к зрительным, слуховым галлюцинациям, а также к дезориентации и даже к амнезии.

Более того, лэну Даорну сообщили, что с чипами именно этой модификации подобные неприятности уже случались. Со слов целителей, за последние шесть-семь лет в стране было зафиксировано по крайней мере три случая с похожей клинической картиной. Про них, говорят, даже в научных статьях писали. И подробно разбирали на симпозиумах по маготехнике.

Все случаи, правда, оказались не смертельными, пострадавших удалось полностью реабилитировать, однако по аналогии с прошлыми эпизодами местные специалисты не исключали, что симптомы могут и дальше прогрессировать. Причем достаточно быстро. Малейшая вибрация и даже незначительное смещение чипа могли оставить лэна Даорна глубоким инвалидом, поэтому ему прописали строжайший постельный режим, полное отсутствие физических и ментальных нагрузок, такое же полное отсутствие контактов с посторонними техническими и особенно маготехническими устройствами типа идентификатора, планшета, всевозможных артефактов, амулетов и даже телевизора, чтобы, как объяснили медики, не спровоцировать ухудшение. А еще они подключили проблемного пациента сразу к нескольким мониторам на случай, если чип окончательно заглючит и если лэну Даорну в связи с этим понадобится экстренная помощь.

О том, вернутся ли к нему воспоминания после замены или перенастройки чипа, целители дали достаточно расплывчатые прогнозы. Кто-то считал, что да, в теории такое возможно. Но большинство все же склонялось к мнению, что даже замена чипа тут вряд ли поможет. Нервные клетки восстанавливаются плохо, делиться вообще способны лишь в исключительных случаях и при помощи медицинских модулей последнего поколения, поэтому и восстановление памяти может занять месяцы и даже годы. А то, может, воспоминания не вернутся уже никогда.

Что же касается ног, то вероятность восстановления функции протезов при сохранении старого чипа составляла всего двадцать один процент. То есть почти ничего. Зато имелась и хорошая новость — при установке нового чипа с аналогичными характеристиками протезы можно было перенастроить, поэтому, скорее всего, дополнительных трат в жизни пациента не предвидится.

Лэн Даорн, когда услышал невеселый вердикт, ожидаемо помрачнел.

Однако, несмотря на случившееся, номер великого мастера Даэ, своего наставника и одновременно старого друга, он помнил наизусть, поэтому с разрешения целителей смог связаться со столичной резиденцией рода Хатхэ. Затем позвонил в министерство, пояснил сложившуюся ситуацию. Оформил больничный, раз уж так получилось. И уже ближе к обеду за ним из столицы прибыл современный реанимобиль, который и увез невезучего чиновника обратно в Таэрин, где ему могли оказать всю необходимую помощь.

При этом уже перед самым отъездом лэн Даорн совершенно неожиданно вспомнил несколько цифр номера своего знакомого, с которым должен был вчера встретиться, и связался по этому поводу с начальником соответствующего участка.

Там его заверили, что адрес проживания и контакты лэна Го-Босхо уже установили. Более того, как раз сейчас его ищут. Но самому лэну Даорну по этому поводу беспокоиться было не нужно — никаких претензий к нему со стороны службы правопорядка провинции Босхо не имелось. В том числе и потому, что неподалеку от бара «Старая берлога», где и нашли лэна Даорна, имелась частная видеокамера, на которой было прекрасно видно, откуда и куда он шел, что делал, как себя вел, где именно потерял идентификатор (оказалось, просто ремешок разорвался, когда он упал), а также то, как и когда именно ему стало плохо. И раз версия с криминалом в этом деле не подтвердилась, то показания лэна Го-Босхо уже имели второстепенное значение.

Напоследок столичному гостю пообещали вернуть персональный идентификатор в течение половины рэйна, а также пожелали скорейшего восстановления и выразили надежду, что лэн Даорн в скором времени вернется в строй.

Однако для новой спортивной школы это мало что изменило — ввиду случившегося с главой комиссии чэпэ и учитывая его ежедневные отчеты, внеплановую проверку важного для провинции объекта было решено временно приостановить. Военное министерство, прочитав предварительные выводы лэна Даорна, пришло к выводу, что при строительстве школы все-таки были допущены нарушения. Вопрос о возобновлении финансирования в связи с этим тоже повис в воздухе. О повторной проверке в ближайшее время речи даже не шло. Ну а пока не решился вопрос с датами, роду Босхо было настоятельно рекомендовано устранить те недочеты, которые господа проверяющие уже нашли, и вернуться к этой теме чуть позже.

Как уж отреагировал на такое известие глава рода Босхо, никто не знает — по новостям этого, разумеется, не показывали. Как, впрочем, не сообщали и о том, почему глава министерской комиссии в экстренном порядке покинул Нарк, а следом за ним раньше времени отбыли восвояси и его коллеги. Однако все работы на строящемся в бывшей провинции Расхэ стадионе после этого прекратили. Возведение других спортивных объектов также было приостановлено. И никто не знал, когда к ним теперь вернутся и вернутся ли вообще.

Что же касается лэна Даорна, то его в тот же день доставили в Таэрин, а затем экстренно госпитализировали в семейную клинику рода Хатхэ, где вскоре появились совершенно официальные и очень подробные записи об истинном состоянии его найниитового чипа.

К счастью, выявленные техниками повреждения оказались не такими критическими, как посчитали специалисты в провинции Босхо, поэтому замена чипа лэну Даорну все-таки не потребовалась. Однако ввиду сложностей во время процесса перепрограммирования и последующей перенастройки устройства пациента все-таки не стали выписывать сразу. Для обновленного оборудования требовалось повторное тестирование. Да и сам факт выхода чипа из строя надо было детально изучить и разобраться в причинах. Поэтому в клинике лэна Даорна планировали оставить на целую неделю. И буквально на второй день его пребывания с ним по идентификатору связался тот самый загадочный лэн Го-Босхо, про которого мы чуть было не подумали, что его уже и не найдут.

Да, наш «казачок» все же нарисовался и даже соизволил позвонить первым, чтобы справиться о самочувствии лэна Даорна. Более того, с ходу заявил, что слышал о проблемах со здоровьем нового знакомого. Хотел узнать подробности. А когда лэн Даорн не слишком уверенно рассказал, что совсем ничего не помнит, кроме того, как уехал на встречу, и того, как потом какие-то незнакомые люди поднимали его и куда-то тащили, лэн Го-Босхо, этот… нехороший человек… с наглой мордой взял и подтвердил, что, мол, да, в тот вечер они действительно встречались. Хорошо, кстати, провели время. Большую часть ночи вместе просидели в «Старой берлоге», немного, как водится, выпили, пообщались. Но в какой-то момент лэн Даорн якобы сказал, что не очень хорошо себя чувствует и хочет проветриться. После чего взял и куда-то исчез, не попрощавшись и даже за выпивку не заплатив.

Впрочем, по поводу оплаты лэн Го-Босхо был не в претензии — изначально приглашение на встречу исходило от него, поэтому и платить следовало ему. А вот про здоровье он лэна Даорна довольно долго расспрашивал. Интересовался мнением целителей. И, убедившись, что новый «друг» действительно ни дайна не помнит, да и к нему все еще относится по-приятельски, вскоре благополучно распрощался, пожелав напоследок скорейшего выздоровления.

— Вот ублюдок, — ровно сказал я, поскольку все это время сидел рядом с наставником и внимательно слушал разговор. Йорк, разумеется, сидел тут же. Я вызвал его сразу, как только мы вернулись в Таэрин, поэтому и браслет свой уже вернул, и лишней парой глаз и ушей в клинике обзавелся. — Лысый пообещал мне его достать и приватно с ним побеседовать. Под запись, разумеется. Но не сейчас… не сразу, чтобы никого не насторожить. А когда все уляжется и когда Босхо окончательно успокоятся на ваш счет.

— Думаешь, мастер Майэ нас с тобой не выдаст?

Я качнул головой.

— Он лучше нас понимает, что гнать сейчас волну опасно. К тому же на вашем месте я предпочел бы подставиться перед Босхо, чем перед его величеством. Но с этой стороны учитель уже пообещал, что прикроет. И у меня нет повода ему не доверять.

И это было правдой. С учителем мы после налета на базы Туран довольно долго беседовали, в том числе и после того, как лэн Даорн, устав от длительного пребывания в модуле, уснул. Но мастер Майэ все это время был со мной честен. И он, пусть не сразу, все-таки согласился принять мой план, внеся в него лишь незначительные поправки. Тогда как я в качестве ответного жеста незаметно связался с Моррох. Та, в свою очередь, сообщила учителю о второй уничтоженной за эту ночь базе в провинции Босхо. Так что всей полнотой информации по этому поводу мастер Майэ теперь владел, и можно было надеяться, что он действительно нас прикроет.

Более того, он дал слово, что ничего лишнего из событий этой ночи до ушей его величества и сотрудников ТСБ в ближайшее время не дойдет. Все риски он пообещал взять на себя. И объяснения с тэрнэ Ларинэ тоже. Поэтому в скором времени в провинции Босхо, где в ночь со второго на третье ардэля сразу в двух местах прогремели мощные взрывы, действительно начнутся серьезные проверки. Но наши имена с ними никто уже не свяжет. Да и причина проверок будет указана в бумагах совсем не та.

Наконец, мастер Майэ как раз сейчас отправился на серьезный разговор с мастером Даэ. И не просто так: из-за моего отца Хатхэ вполне могли оказаться под ударом. Они, по сути, прикрывали нас обоих от излишнего внимания Босхо. И они же возьмут удар на себя, если тан Эранд не поверит в наш маленький спектакль, который мой приемный отец, к слову, отыграл на «отлично», и надумает отправить сюда профессионального киллера или активировать скрытую ячейку, как когда-то в отеле «Таэрин».

Поэтому — да. Рассказать мастеру Даэ было нужно. Более того, в ближайшие дни я и сам ни на шаг не отойду от палаты. И поэтому же мастера Майэ сейчас не было с нами, хотя уже к вечеру мы планировали снова увидеться и еще раз все обсудить.

— А те люди… в подземелье, — осторожно поинтересовался вдруг лэн Даорн. — Я правильно понял? Это ведь были люди не учителя, а твои. Верно?

Я внимательно на него посмотрел.

— Вы точно хотите это знать?

— Ур? — продублировал мой вопрос йорк.

— Нет, — вздохнул мой приемный отец. — Пока не хочу. Ты и сам в курсе, как я отношусь к темной стороне твоей жизни.

Ши успокоенно свернулся калачиком у меня на коленях и затих, а я лишь молча кивнул.

Да, в курсе. И искренне благодарен за то, что меня никто этим не попрекает и тем более не требует от этого отказаться.

— Но вообще-то я хотел сказать тебе другое, — неожиданно добавил лэн Даорн, подойдя ближе и положив руку мне на плечо. — Спасибо, Адрэа. За все, что ты для меня сделал.

— И тебе спасибо… отец, — тихонько выдохнул я. — За то, что ты есть. За то, что ты именно такой.

Произнести это вслух оказалось на удивление легко.

Словно так и надо. Словно смена статуса с «приемного отца» на просто «отца» давно назрела. Впрочем, она и правда уже назрела. Просто надо было сделать последнее крохотное усилие и позволить себе называть его так, как он того заслуживал.

Лэн Даорн в ответ просто улыбнулся.

Тепло, спокойно, молча.

И так же тепло и спокойно внезапно стало у меня на душе, потому что самое важное, что надо было… вернее, что я давно хотел ему сказать, я наконец-то озвучил. В надежде, что после этого признания характер наших… местами излишне официальных и неоправданно строгих отношений наконец-то изменится навсегда.

[1] В переводе с нирари — ласточка.