Спайс

Кир

Капли дождя скатываются по молодому обнаженному телу, кидая переливающие отблески. Холодные выразительные глаза сейчас полыхают безумством, пожирающей похотью и неприкрытой страстью, втягивая меня словно болото, в тину небывалого наслаждения, где я забываю обо всем, забывая самого себя. Напряженные соски качаются в такт моим грубым толчкам. Аппетитные губки издают невероятный стон, такой не похожий на остальные и такой чувственный и самый неподдельный, до дрожи, до колких мурашек. Сейчас её тело податливое, безоговорочно мое и только. Идеальные изгибы в моих руках.И, черт возьми, как я её ненавижу, она мне омерзительна, невыносимо противна и до иступления притягательна, чарующе сладка. Манящая сука!

Трахаю её, с неутомимым аппетитом и жадностью, наказываю, подминаю под себя эту мелкую дрянь.С первой встречи, показала свои зубки и, блять, стоит ей взглянуть на меня своими блядскими серыми пустыми глазюками и яйца сжимаются до звона в ушах. Как взглянул на неё год назад, в тот летний вечер, в её холодные, но обжигающие глаза, током ебануло, впервые мурашки словил и тогда я и понял, все равно раскатаю эту дрянь.Всегда хотелось её попробовать, но лишь для спортивного интереса, азарта, что она подогревала сама не ведая этого, заглянуть ей под юбку, оттрахать жестко, услышать её вопли.Ни от одной меня не пёрло так, как от неё, от голоса, колкого взгляда, полным вызова и превосходства. Ни одна сука на меня не смотрела с отвращением и призрением, ни одна не позволяла и рявкнуть в мою сторону.«Поимею разок и в расход!» – так думал, но как же я ошибся с ней.Поплыл реально, как сопливый пацан, когда её розовые губки сомкнулись на моем члене, искры ударили в башку, попутал реальность с сказкой, как увидел её обнаженную, аккуратную грудь, которую хочется облизывать, играть с вкусными сосками, её аппетитную попку, которую надо драть до истошных визгов, её охренительную киску....хочу её ощущать мокрой, чтобы текла от меня!

Краш всю тему попортил в ту ночь, втянув её, развязав мне руки, подписал, пока Макс упоротый дрых. По идее её должен по тихому убрать, но кааак, я просто не могу приговорить эту девку!Хочу иметь её, во все щели только я. Хочу трахать только я, чтобы орала мое имя...и да, блять, желаю, чтобы кончала от меня, с ума сходила подо мной и просила еще и еще вставить по самое горло, хочу слышать стоны наслаждения и наблюдать за её покорностью.

Для Макса она, конечно, очередная, ничего незначащая телка, каких у него на каждый день, но я переступил черту, не по братски начал её трахать за его спиной и ведь не могу остановиться.И сейчас я жадно обвожу глазами её тело, сминаю, сжимаю, раскидываю её ножки, глазами упираюсь в её аккуратную киску, балдею от вида, как я вхожу глубоко, прижимаясь, с кайфом трусь лобком об нежную кожу, упиваясь её стонами, ее дрожью. Только сейчас она покорна и так бесподобна в своем кайфе, который я ей даю. То чего я желал, взгляд её металлических глаз, полный неприкрытого наслаждения и желания, но знаю это ненадолго. После, приплывет вновь её бесячий базар, за которым она не следит и от которого она должна получить по жбану.

Любая другая и зубы полетели бы по углам, но не с ней, ей я позволяю меня дергать за яйца, выкручивать и капать мне на мозги, через скрип зубов, через бушующий ураган, но ей разрешаю, ломая себя. Да я даже балдею от её пиздеца в голове, от грязного мата и брани, от её колючего взгляда, все в ней заводит...лишь бы пялилась и дальше, когда я её имею. Я реально кайфую от лютой ненависти.

И как Макс не замечает в ней того огня, что пламенем обжигает кожу, её идеальных изгибов, сочных губ, ни одна элитная блядь не сравнится с ней. Имел много шмар, во все щели, грубо, жестко, нежно, на что хватало моей больной фантазии, расчехлял и каждый раз прощался с очередной давалкой. Пропадал интерес быстро и безвозвратно. Но эта, эта, сука, засела глубоко и желание лишь разгорается.

Да, грубо трахаю, с остервением, имею, как последнюю шлюху, да я готов разорвать её, поперек порвать, вскипающая злость, ярость и небывалая страсть напрочь сносят крышу, оголяя животные буйствующие инстинкты.

Каждый раз её цеплял, опускал при всех, прощупывал Макса, ждал, когда меня тормознёт, но кидался не он, а она и сам охуевал, насколько она дерзкая и смелая, смотрел в её бешеные глазюки и член дымился от фантазий. Знал, что придет день, когда я оторвусь на ней, когда она этими же губками будет шлифовать мой ствол.

— Смотри, сука, на меня! — шиплю в приоткрытый ротик, пялюсь в её аккуратное личико, холодные, но пылающие глазюки, мокрые ресницы от дождя, облизываю влажные щеки, шею, ловя хриплые стоны и свежий аромат её бархатной кожи, впервые ощущая её влажную киску и меня напрочь стягивает с тормозов.

— Кииир, больно, — взвизгивает, царапает спину, сжимает в себе мой, быстро двигающийся, член.

А я уже не могу тормознуть, лишь кусаю её губы и остервенело вколачиваюсь в её тело, вжимая в грязную землю, подгоняемый её криками. И мне уже похуй на все! Эта детка вытягивает из меня всех демонов. Ненависть и сжигающая страсть пеленой заволакивает глаза, в желании уничтожить эту суку, вытравить из моей головы. Забыть ее запах, голос, глаза...

Еще и еще безудержно трахаю, до боли в висках, до острого покалывания в напряженном теле. Кончаю резко, мощно с фейерверком в глазах, под ее протяжный хрип.....Её всхлипы вытаскивают в реальность из черного беснующего мрака.С выдохом встаю, направляюсь к раздолбанной тачке, вглядываюсь в груду железа охваченного огнем.

«А не хило тратила запихали, падлы! Вот и ответка прилетела за нашу независимость. Как предсказуемо.» – ухмыляюсь, затягиваясь сигаретой, сажусь на асфальт и думаю, что дальше делать...кому конкретно предъявлять, кого ебашить.Незаметно подойдя сзади, садится рядом, обнимая свои разодранные коленки, кладет голову на ноги.

— Ты совсем не можешь быть нежным? В тебе этого нет? – тихо произносит, уставившись на огонь.

— С кем? С тобой, отбитая? Ты за базаром следи своим и то, что творишь. Башню подправь наконец, чтобы мне не пришлось на пиздюлях тебя катать, — достаю мобилу, набираю Симона, — и вообще, «не поднимай» настроение мне, вот сейчас это очень опасно, предупреждаю!

И совсем неожиданно кладет голову мне на плечо, вроде и должен уже привыкнуть к её непредсказуемости, но удивляет меня все больше, каждый раз заставляя содрогаться внутри.

— Симон, гони срочно в сторону моего дома, — даю указания сонному моему опричнику, — парней захвати и колеса мне нужны, подвези что-нибудь, мой крузак сдох, — выдыхая, отключаясь.Оборачиваюсь на нее, упираясь в ее макушку, только сейчас замечаю обнаженную трясущуюся спину, мокрые грязные плечи, слипшиеся волосы. Стягиваю с себя футболку, накидываю на нее, закидываю на неё руку, в попытках унять её дрожь.Ломает она меня, не предполагал, что во мне остались чувства, которые она упорно вытягивает из глубин моей чертовой разбитой души.Руками обнимает, утыкается в шею и я словно перестаю дышать...Оба смотрим на тлеющую тачку, слушая треск, впервые наши немые взоры устремлены в одну сторону, в конечный предполагаемый наш путь, который по волею судьбы мы обошли, просто сбежали от смерти на двоих, занятые привычными разборками, ненужной схваткой между собой, найдя спасение друг в друге.

— С днем рождения, – усмехаюсь, сжимаю ее руку.

— С днем рождения, – шепчет.Ребята приехали через пол часа и конечно тихо приохуели. Заметил недовольный взгляд Симона, кидающий на неё.

— Спайс, – подбежал Савка, разглядывая нас тревожным взглядом, — вы как тут? Что..

— Все потом, – отмахиваюсь, помогаю ей подняться, —Белый, отвези ко мне и проконтролируй, – усаживаю её в тачку, – выпеть дай ей, одну не оставляй, – упираюсь взглядом.

— Понял, — кивает, запрыгивает в авто.

— Герыч, к Максу гони, проверь тачку его, с ним утром словлюсь, — даю указания, пытаясь включиться.

— Симон, на тебя надеюсь, мусоров не подключать, здесь все убрать по тихому и никому! ...Добрался до дома через час. Валюсь с ног. Захожу и наблюдаю чудесную картину. Савка и «отбитая» в обнимку с вискарем, сидят на полу играют в нарды.

— Что за?! — рявкаю, замечаю её пьяный взгляд и его упоротый в хлам, – Охуел! Я чего тебе сказал ?! Какого черта набухались?! — подхожу отбираю бутыль, замахиваюсь на Савку.

— Спай, все под контролем. Душ приняла, успокоилась. Отмечаем ваше перерождение. А она у тебя огонь, девчонка, — заплетающимся языком бормочет, пытается подмигивать двумя стеклянными зеньками.

— Урод, ты, Белый, завтра поговорим, а сейчас здесь раскидывай ноги и спи, чтобы не звука!Протягиваю ей руку, она показательно кивает с пьяной лыбой, довольно цепляется, вскакивает и несется на верхний этаж, видимо хорошо уже просканировала дом, знает ориентир.

— Налево, — ору, замечая, что забежала в другую сторону от спальни.

Приняв душ, от бессилия падаю на кровать и вырубаюсь мгновенно, под ее тихое сопение.

— Кир? Спайс? — вырывает из сна тихий её голос.Осматриваюсь в темноте...сидит рядом, поджав ноги, уставилась на меня.

— Чего тебе? — отворачиваюсь, комкая подушку.

— А за что так с Леной? – шепчет.

— С кем?

— Ну...Лена, сегодня...официантка из Ориона, — шмыгает носом, опять, блять, её пробрало.

— Член кусанула серьезному, — выдыхаю.

— Из-за этого?! И что теперь? Её не похоронят даже? У неё в деревне...

— Ты чего, блять, от меня то хочешь? – гаркаю, – Забей и спи уже.

— Забить?! Как ты так можешь?

— Короче, я сплю, не беси меня!

— Я хочу пить.

— Дак иди!!! – взрываюсь.

— Не ори на меня! — крик в ответ и с ноги толчок в спину.Резко оборачиваюсь, пиздов вставить, а она уже несется к двери, не заметив в темноте пуфик, с грохотом и отборным матом падает, задницей к верху.

— Попила? Дура! – ржу во все горло.Поскуливая встает, потирая коленки выходит из комнаты.Вновь вырубаюсь...

— Кир!!! Киииир! – взволнованным голосом, теребит меня.

— Да что б тебя! Чего опять? — шиплю, не открывая глаз.

— Там внизу ...за окном...люди, — шепчет.Мгновенно просыпаюсь, напрягаюсь, окинул её взглядом.

— Там, там, — показывает в сторону окна.Быстро тянусь к тумбе, успеваю схватить пушку, направить в сторону двери.Яркий свет наведенного фонаря слепит глаза, на инстинктах направляю дуло вперед, наблюдаю, как по комнате расползаются черные фигуры.