15 глава Правда вылезет наружу

Тело каменеет за секунду. Эйфория моментально выветривается из головы. Лира, лежащая на столе в откровенной позе, смотрит на меня блестящими огромными глазами. Как бы она не старалась, вижу в них отблески страха, тень любопытства. Хорошее настроение испаряется.

Отлипаю от Лиры, не отводя от нее мрачного взгляда. Застегиваю ширинку и заправляю рубашку. В ушах слышу учащенный пульс. Можно его списать на пережитый недавно оргазм, однако, я чувствую, как звериная сущность тихо рычит во мне. Хочется совершить непоправимое, что-то пугающее и убийственное. Лишь годами выработанная привычка держать себя в руках, не позволяет мне сорваться с контроля. Хотя пару раз срывался. Последствия ужасные. Девушка пугается моего хмурого вида.

— С чего вдруг возник такой вопрос? – холодно спрашиваю.

— Фильмов насмотрелась, - неловко поправляет на себе одежду, которую сложно одеждой назвать. Комплект чума, ничего не скрывает, лишь подчеркивает чувственные линии тела Лиры. Я всю вижу, несмотря на то, что внутри меня клокочет яростная ярость, девушка меня возбуждает. Меня торкает на нее. Мне ее мало. Чувствую похотливый голод, который невозможно насытить.

— И какой ответ в этих фильмах?

— По-разному, - Лира облизывает губы, заправляет за уши кудрявые волосы. Мне нравится, когда они ничем не стянуты. Малышка в курсе об этом, поэтому дома всегда волосы распущены, а в университет собирает их в высокий хвост или в пучок.

— Просто любопытно, есть ли у тебя тайное прошлое, о котором мало кто знает. У каждого есть скелеты.

— Есть. Ты хочешь об этом поговорить?

— Не уверена, - сползает со стола, обнимает себя руками, будто хочет прикрыться. – Есть будешь? – топорно переводит тему. – Обычно после секса просыпается зверский аппетит.

Наблюдаю, как девушка идет в сторону кухонной зоны, показательно громко возится с крышками и тарелками. Я ищу глазами свой пиджак, нахожу его на спинке кресла. Подхожу, достаю телефон.

Догадываюсь, откуда дует ветер по поводу вопроса о том, убил ли я человека. В этом мире правду знают только два человека: Алик и Жанна. Первый по душам с Лирой общаться не будет, а вот вторая из вредности вполне могла выдать мой секрет.

Пишу сообщение бывшей любовнице. Она отвечает сразу, словно ждала от меня что-то. Пишет, что ждет. Усмехаюсь. Не лезь она не в свое дело, осталась в памяти той, которая была как лучик в кромешной темноте. Сейчас ее попытки очернить в глазах Лиры выглядят мелочными.

— Как проходит подготовка к сессии? – прячу телефон в карман брюк, иду к Лире, но не подхожу близко.

Облокачиваюсь об столешницу кухонного островка, внимательно наблюдаю за выражением лица девушки. О том, что она вошкается с Никитой, я в курсе. Илья приглядывает за девушкой. Лира об этом не догадывается, ее хи-хи да ха-ха с однокурсником мне докладывают.

— Вроде хорошо, но волнуюсь, - поднимает на меня глаза, улыбается, но улыбка выглядит напряженной и виноватой одновременно. – Это моя первая сессия.

— И полгода нашего контракта, - приподнимаю уголок губ, Лира прикусывает губу и опускает взгляд в тарелку. Накалывает на вилку креветку, в рот не отправляет, бездумно ею елозит.

— О чем думаешь? – желание знать мысли этой девушки до невозможности жгучее. Я хочу быть в курсе любой ее идеи, задумки, сомнений и порочных фантазий.

— Ни о чем таком.

Ведет плечом, у меня возникает порыв коснуться ее, но сжимаю кулак. Одно прикосновение и вновь усажу ее на свой член, буду наполнять ее до краев собой, а нужно съездить к Жанне и указать ей место.

— Думала о том, чтобы наши контрактные отношения перевести во что-то серьезное? – прищуриваюсь.

Кольцо до сих пор лежит в бардачке машины. Никак не поймаю удачный момент, но вот вопрос Лиры напомнил мне о том, как многое она обо мне не знает и не хочется, чтобы она была в курсе.

— Что? – глаза становятся огромными.

Я понимаю, что же цепляет меня в Лире. Она живая. Настоящая. Хочет скрывать свои чувства, но в силу юного возврата еще не умеет держать маску сдержанности.

— Какие у тебя планы на жизнь? Если ты хочешь быть со мной серьезно, то я раскрою часть своих прошлых грехов.

— Я хочу учиться.

— Я тебе не запрещаю.

— Я хочу путешествовать.

— Со мной увидишь весь мир.

— Хочу знакомиться и общаться с разными людьми.

— Полезные знакомства всегда должны быть.

— Хочу тусить в клубах с подругами.

— Ты молода, и этот этап в жизни тоже должен у тебя быть.

— Хочу встречаться с другими парнями.

С вызовом смотрит на меня. Прощупывает грань дозволенного. Я стискиваю зубы, раздувая ноздри от подступающего гнева. Тема парней для меня оказывается как красная тряпка для быка.

— Нет.

— Почему нет? – Лиру, кажется, тема немного забавляет. – Что ты сделаешь, если это случится?

— Убью.

Лира меняется в лице. Страх мелькает как тень на стенах домов при уличном освещении. Она смотрит на меня с каким-то сомнением, но видимо понимает, что не шучу, однако, до конца не верит. Мне сейчас совсем не охота шутки шутить.

— Убью, - повторяю, как закрепление материла. – Имей в виду.

— Пытаешься запугать? – нервно улыбается, дрожащей рукой заправляет волосы за ухо.

— Нет. Я предупреждаю. Ты спрашивала, убивал ли я, да, есть такое, - с каждым моим словом лицо девушки становится все белее и белее. – Я могу убить, и моя рука не дрогнет. Поэтому не шути со мной и с моими чувствами, Лира. Ты единственная, кто сумела проникнуть мне под кожу.

— А Жанна? Она тоже была под кожей?

Меня забавляет ее ревность. Девушка ее даже не осознает. Но и мои слова не воспринимает до конца всерьез. И это бесит. До трясучки. Хочется доказать, что сказанное не пустой звук.

— Не буду отрицать, что Жанна не была мимолетным увлечением, мы долго встречались, но расстались. Сейчас я ее воспринимаю, как друга, трахаться с ней нет никакого желания, - усмехаюсь на медленно сдвигающиеся темные брови Лиры. Не напоминаю ей о дружбе с Никитой.

— Так что подумай о нас в будущем. Ты мне нравишься, Лира, я хочу серьезных с тобой отношений. Подразумеваю не просто жить вместе в одной квартире, а иметь одну фамилию на двоих.

— Ты мне делаешь предложение? – Лира пугается.

Ее испуг физически ощущается. Меня это расстраивает, но вида не подаю. Задевает, что и ответного признания в симпатии тоже нет. Я словно один варюсь в чувствах, а она отрабатывает всего лишь условия контракта.

— Нет, - выпрямляюсь, смотрю на часы. Мой жест замечают, девушка прикусывает губу. – Хочу просто серьезных отношений, а не по контракту.

— Сейчас или по завершению нашего договора?

— А сама как хочешь?

Возникает пауза. Лира слишком долго молчит, я отворачиваюсь. Чувствую себя дураком, который цепляется за девушку, а она ни грамм не испытывает ко мне трепетных чувств. На сексе далеко не уедешь.

— Я ухожу.

Беру пиджак, слышу шаги за своей спиной, но не реагирую на них. Чувствую, как Лира идет следом, смотрит в спину. Кажется, осуждающим взглядом. Молчу. Хочется на секунду оглянуться, но сдерживаюсь. Ухожу. Вместо лифта пользуюсь лестницей, где-то посредине перестаю спускаться и сажусь на ступеньки, смотря перед собой. Достаю из кармана пачку сигарет. Там лежит последняя, раньше дымил раз в две недели, а сейчас чуть ли не каждый час.

Прикрываю глаза, прикурив. Скоро Новый год. Хаджаров с Риной расписываются в католическое рождество. Я за них рад, но не до конца, потому что у самого в личной жизни какое-то кривое зеркало. Лира действительно под кожей. Я засыпаю и просыпаюсь рядом с ней и с мыслями о ней. Для меня это звоночек, что все серьезно, в шутку уже ничего не переведешь. Однако только сейчас позволяю себе задуматься о том, а вдруг мои чувства так и останутся безответными. Быть с человеком из чувства благодарности такое себе. Я хочу, чтобы Лира любила, сходила по мне с ума, но она бережет свое сердце, оно словно в непробиваемом коконе. А может, девушка давно уже влюблена.… Например, в своего однокурсника.

Стискиваю зубы, прокусываю фильтр. Тушу сигарету и все запихиваю в пачку, сжимая ее потом в кулаке. Вот бы так же легко сжать шею этому Никитосу.

Вибрирует телефон. Смотрю на дисплей. Жанна. Вздыхаю.

— Да.

— Ты приедешь или передумал?

— Приеду. Минут через двадцать.

— Тогда я тебя жду.

Завершает первой разговор, я встаю со ступенек, захожу на этаж и вызываю лифт. До Жанны действительно добираюсь за двадцать минут. Когда оказываюсь перед ее дверью, она меня встречает. В обычном домашнем костюме. Не так как Лира. Усмехаюсь этому сравнению, прохожу в квартиру.

— Вино будешь? – Жанна оглядывается через плечо, идя на кухню.

Я размышляю. Настроения возвращаться домой совершенно нет. Знаю, тут неподалеку есть гостиница, можно отоспаться. Завтра с утра никаких важных встреч не запланировано, поэтому нет нужды куда-то спешить.

— Буду, - отодвигаю стул, сажусь за стол.

Жанна наливает в бокал вино, ставит его передо мной, садится напротив, сгибает одну ногу, положив на колено руку, держащую бокал. Я взбалтываю вино, смотрю, как оно плещется, делаю глоток.

— Не будешь рычать? – тихо спрашивает Жанна, тоже отпивая вино. – Я думала, примчишься и свернешь шею, а ты по-прежнему великолепно умеешь себя контролировать.

— Чего ты добиваешься? Между нами все давно завершено, нечего возобновлять, дважды в одну реку не заходят.

— Ты в курсе, что ей нравится мальчик?

— В курсе. Хочешь провести сравнительный анализ? – откидываюсь на спинку стула, кручу ножку бокала. – Я знаю, что не пара ей, но меня тянет.

— Так как ко мне или сильнее? – Жанна смотрит на меня поверх бокала, усмехается моему молчанию. – Поразительно. Не думала, что ты способен на сильные чувства. Ты всегда производил впечатление хладнокровной машины, у которой напрочь отсутствует какая-либо эмпатия.

— Зачем ты ей сказала то, что не имеешь права говорить вслух? – прищуриваюсь, Жанна слегка нервничает, но она умеет собой владеть. Не пытается отвести взгляд и юлить.

— Она должна знать, что за ты человек. Думаешь, твои внутренние демоны спят вечным сном? Даже вулканы, спящие десятилетиями, могут внезапно проснуться и устроить катастрофу.

Я тихо смеюсь, отпивая вино. Смотрю на Жанну, она тоже усмехается, отбрасывая непринужденным жестом руки волосы на спину. В свое время нам было вместе хорошо. Обычно я никому не доверяю себя истинного, но ей приоткрылся. Ожидаемо, что она испугалась и ушла, а я не стал удерживать, просто перекрыл себе кислород и старался не тосковать по отношениям. Работа мой спасательный круг, не дала потонуть в эмоциях.

— Ты хочешь ко мне вернуться?

— У меня есть шанс? – Жанна отодвигает бокал в сторону, подается вперед, демонстрируя ложбинку между грудями. – Когда мы встречались, я была немного идеалисткой, кроме черного и белого другие цвета не замечала. Теперь способна разглядеть любые полутона.

— Только вот я уже перегорел тобой. Мне интересна Лира.

— Я завидуй ей, - откидывается обратно на спинку стула, допивает свое вино. – Если ей хватит мужества и стойкости выдержать тебя, она будет самой счастливой. Ты всего себя отдашь ради любимой.

— Зришь в корень, - салютую бокалом, не видя смысла отрицать очевидную правду. – Я хочу с ней быть всегда.

— Только вот она не готова быть с тобой, - Жанна качает головой. – Ей не хватает жизненного опыта. Она тянется к тому, что ей понятно.

— Это ты опять намекаешь на мальчика, - усмехаюсь, но раздражаюсь. Тема Никиты как глубокая заноза в заднице. Доставляет жуткий дискомфорт.

— Ага. Он милый, влюбленный по уши в твою Лиру. Она ему симпатизирует, тянется к нему, потому что от него ничего этакого не ожидаешь. Ты можешь потрепать нервы. Возможно, Лире стоит познакомиться с Риной, та доходчиво объяснит, каково это быть в отношениях с мужчиной, у которого за спиной много чего противозаконного.

— Нарываешься, - спокойно предупреждаю, Жанна сразу понимает, что пресекла черту, виновато опускает глаза.

— Прости. Я просто хочу вернуться.

— Поезд ушел, - вздыхаю, встаю. – Мне пора. Прошу тебя, не вмешивайся в мои отношения с Лирой. Иначе… - выразительно смотрю на бывшую любовницу.

— Я тебя поняла, - хмыкает. – Удерживать не буду. Провожать не буду, - Жанна берет бутылку и наполняет бокал.

Я несколько секунд не мигаю, наблюдаю, понимая, что у меня совсем нет желания оставаться. Раньше старался использовать любую возможность побыть с ней, а сейчас очень хочется уйти. Ухожу.

Сижу в машине, ехать домой нет желания. Кто знает, как меня переклинит. Мне стоит пока находиться подальше от Лиры. Как сказала Жанна, внутри меня кипящий вулкан, готовый с минуты на минуту совершить извержение. Поводом для такого может быть пустяк. Хмыкаю, трогаюсь с места. Сейчас нужно выплеснуть накопившееся раздражение. И единственное место – тир. Такое место есть, куда можно прийти в любое время.

— Ратик позвонил, сказал, что ты тут скучаешь.

В зал для стрельбы заходит Алик. Я как раз наполняю обойму пистолета новыми патронами, поэтому слышу его. Кидаю взгляд через плечо, усмехаюсь. Хаджаров в спортивном костюме. В подобном он очень редко появляется, видимо наспех одевался. Переживал. От этой мысли на душе становится чуток теплее.

— Решил тряхнуть стариной, - прицеливаюсь, зажмурив один глаз, совершаю несколько выстрелов. От звуков закладывает уши. Нужно было использовать специальные наушники, но когда это мы соблюдали технику безопасности.

— Я присоединюсь.

Алик выходит из зала, но возвращается через пару минут с Ратиком, который приносит оружие, патроны и наушники. Хаджаров их игнорирует.

Мы больше получаса стреляем. Внутри меня полное опустошение, в голове ветер свистит. Но самое главное, я успокаиваюсь, глухое раздражение исчезает. Мне уже не хочется кого-то убивать.

— Да ты в ударе, - комментирует Алик, рассматривая мои результаты. – Навык не утрачен, - поднимает на меня тяжелый взгляд, но при этом улыбается. В прошлом мы часто так снимали стресс.

— Не хочешь выпить? – предлагаю другу, разбирая пистолет.

— А давай, - неожиданно быстро соглашает Хаджаров.

Мы выходим из тира, идем в ближайший бар, работающий до самого утра. Народу внутри мало, музыка не мешает разговаривать, нет навязчивых официантов. Находим удобный для нас столик, заказываем пива и снеки.

— Что не так? – Алик не нуждается в подводке, спрашивает о сути проблемы. Я делаю большой глоток пива, закидываю в рот орехи.

— Влюбился, - просто отвечаю, встречаясь взглядом Хаджарова. – Как пацан. Крышу сносит от чувств. Бешусь от ревности и хочу всех прибить, кто ей нравится.

— А она что? Футболит твои чувства?

— Не спрашивал, но по поведению ведет себя так, словно держит постоянно в уме, что мне должна.

— У вас отношения на выгоде? – Алик внимательно на меня смотрит. - Без чувств сложно.

— У нас контракт на год. Я решил все ее проблемы, которые были, с нее взял плату телом, но… - смотрю в стакан. – Но с первой встречи она меня зацепила. Можно сказать, что благодаря аварии Лира сейчас живет со мной.

— Но она не влюбилась, и тебя это цепляет, - Хаджаров задумывается. Я молчу.

Правда очевидна. Меня действительно задевает, что Лира не сходит по мне с ума, не ревнует, не требует, не желает остаться рядом навсегда. Безумно сложно любить в одностороннем порядке, хочется отдачи.

— Держи себя в руках, - серьезно говорит Алик. – Не поддавайся эмоциям, чтобы не происходило. Попробуй лаской и заботой очаровать Лиру. Она, по сути, девчонка, которая не знает еще сильных эмоций. Стань ее первым во всех смыслах. Девушки любят, когда их любят. Прости за тавтологию, - смеется.

Я смеюсь. Алик после выхода из тюрьмы не замкнулся. Чего лукавить, меня терзали опасения, что Хаджаров может от всех отгородиться. К счастью, это не случилось. Наверное, благодаря Рине. Ее любви.

— Ты счастлив? – тихо спрашиваю.

— Конечно, - поднимает руку и показывает обручальное кольцо на пальце. – Хоть мы еще не зарегистрировали брак, мы уже семья, кольца носим, а еще… - берет в руки телефон, что-то там ищет и поворачивает экран ко мне. Я хмурюсь, не понимая, что вижу. Какой-то черно-белый расплывчатый снимок. Вопросительно смотрю на друга.

— Рина беременна. Сегодня сообщила.

Завидую. Я чертовски завидую, до трясучки.

— Так что, - Алик хлопает меня по плечу, сжимает его. – У тебя все может получиться, только наберись терпения. В такого очаровашку невозможно не влюбиться.

— Ты мне льстишь, - чокаюсь с бокалом Хаджарова. – За вас с Риной и за вашего ребенка.

— Держу за тебя кулачки и жду, когда ты мне подобное тоже скажешь. Я имею ввиду ребенка.