16 глава. Не люблю его.

Впервые за весь учебный период, я не вникаю в содержание лекции. Более того, сижу на галерке и бездумно смотрю на чистый лист тетради. Лекцию потом перепишу у кого-нибудь, сейчас мои мысли блуждают где угодно, но только не в аудитории.

Амаль не ночует дома.

Это что-то новенькое. Когда мы не сходились во мнении, он просто оставался в кабинете, но никуда не уходил. Не оставлял меня одну. И вот его нет три дня. На мои звонки не отвечает. Гудки идут, абонент в зоне сети, но разговаривать со мной не желает.

Пару раз так и подмывало поехать в офис, выяснить причину, почему избегает меня. Неужели из-за моего вопроса? Или разговора, где четко расставлены позиции?

Меня съедает тревога, которая не имеет под собой ничего существенного. И еще. Нет-нет да задумываюсь, где Амаль ночует. На работе? В гостинице? Или у Жанны?

От последнего варианта злюсь. К бывшим не должны возвращаться, как бы в прошлом не было хорошо. Бывшие на то они и бывшие. А Жанна видимо мечтает вновь сойтись с Амалем. А он? У него к ней чувства? Есть? До сих пор? А ко мне что? Ведь вопросы задавал довольно провокационные. О будущем спрашивал.

И все же.… Как бы я не пыталась закрывать глаза еще на один факт, правда режет острым ножом. Амаль действительно может убить. Существенных доказательств нет, просто чувствую, что говорил серьезно. Жанна ведь предупреждала о сложности его характера, о том, что он бомба замедленного действия, может рвануть в любую минуту. Готова ли я к последствиям? Не знаю.

Пары заканчиваются, а я в себя так и не прихожу. Выходя из главного корпуса университета, бреду как зомби. Кто-то трогает меня за руку, я оборачиваюсь, и мои губы сами по себе расползаются в улыбке. Никите невозможно не улыбнуться.

— Ты где витаешь? О чем думаешь? – вместе спускаемся по ступенькам.

— Да задумалась, - отмахиваюсь.

Посвящать парня в свои мысли не спешу. Он до сих пор не догадывается, с кем я живу, какие отношения у меня с мужчиной, который пару раз приезжал. Один раз Никита спросил, кто он, ответила, что хороший друг брата. На этом все.

— Поедим? У меня есть бонусы на карте.

Киваю. С Никитой просто. Легко. И знакомо. Ведь с ним я проживаю все то, что проживают студенты, учась в университетах. Забиваем вместе пары, вместе занимаемся в библиотеке, активно принимаем участие в студенческой жизни. И юмор мне понятен, и причитания. А с Амалем.… Как на иголках, как по раскаленным углям, как по минному полю.

— Какие планы на новогодние праздники? – Никита откусывает смачный кусок чизбурга.

— Пока не думала, - уклончиво отвечаю.

Без понятия, какие у Амаля планы. Мы толком не обсуждали, как проведем это время. Знаю, что вместе должны быть на свадьбе его друга, но когда именно она, не имею понятия.

— Если заскучаешь, звони мне, я тебе быстро организую веселье.

— Буду иметь в виду.

Мы расстаемся на остановке. Никите нужно ехать в одну сторону, мне в другую. Настроение сразу опускается ниже плинтуса. Не замечаю, как доезжаю до нужной мне остановки, чуть ее не пропускаю, вовремя прихожу в себя. Лишь зайдя в квартиру, увидев обувь Амаля, сразу приободряюсь и бегу в спальню.

— Ты сегодня рано, - выпаливаю на одном дыхании, замечая на кровати чемодан. Сам Амаль в гардеробной. – Ты куда-то уезжаешь? – разочарование душит удавкой.

— У меня командировка, - подходит к кровати с рубашками и костюмом. – Не успеешь соскучиться, вернусь, - иронизирует, в мою сторону не смотришь.

— Где ты был все эти дни?

— Это так важно? – взгляд отстраненный, насмешливый. – Но если тебя это беспокоит, то я был у Амаля.

— У тебя есть своя квартира, почему ты не пришел домой?

— Потому что не хотел.

— Почему?

— А ты мне кто, чтобы объяснять причину, почему не хотел? – его слова как пощечины с двух стороны.

Я, опешив, отшагиваю к двери. Он никогда со мной в такой манере не разговаривал. Никогда словами не обижал. А сейчас будто ставит на место, напоминает собственно, как мы связаны друг с другом.

— Ты прав, я тебе никто, - вызывающе поднимаю подбородок, стараясь скрыть от него, как мне неприятно. – Даже не буду спрашивать, когда вернешься.

— Через пять дней.

— Я не спрашивала.

— Я просто ответил, - раздраженно вздыхает, уходя в сторону гардеробной.

Я не ухожу, наблюдаю за его сборами. Какой же бардак между нами. Только недавно он предлагал мне жить под его фамилией, а сейчас относится как к той, которую купил за деньги. Меня это задевает, злит до такой степени, что сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

— Какие планы на новогодние праздники? – улавливаю момент, когда градус в комнате снижается, опасность взрыва минимальна.

— Никаких. Ты чего-то хочешь? – замирает возле кровати, устремляя на меня пристальный взгляд. – Загранник есть?

— Нет, - прикусываю губу.

— Тогда выехать не получится, если только к нашим берегам.

— Мне так-то готовиться к экзаменам надо.

— Значит, будем дома. Возможно, куда-то выберемся поблизости.

— К свадьбе твоего друга нужно как-то особенно готовиться? - мой вопрос заставляет Амаля задуматься. Он складывает вещи, хмурится.

— Свадьба будет в узком кругу. Рина беременна, поэтому там не до пышных торжеств.

У меня перехватывает дыхание. Новость о ребенке почему-то шокирует. Я как-то не думала, что известная ведущая и ее загадочный мужчина так резво порадуют пополнением. Почему-то казалось, что такие мужчины, как Амаль и Алик Хаджаров, не особо ждут наследников.

— А ты тоже хочешь ребенка? – тихо спрашиваю.

Амаль оборачивается ко мне, прищуривается. От его пронзительного взгляда у меня язык прилипает к нёбу, жалею, что подняла такую щепетильную тему. Но когда такое обсуждать, как не сейчас, когда его друг обретает два новых статуса. Правда, я до конца не понимаю, чего хочу услышать. Ведь мне в голову ни разу не приходила мысль стать той самой для Амаля.

— Хочу. И ребенка. И жену. Но мне нужен человек, который будет меня любить. Смотреть на меня, а не по сторонам.

Не выдерживаю его взгляда, опускаю глаза. До меня доходит смысл его ответа. Амаль по случаю и без говорит о своих чувствах. Я ни разу ему не ответила взаимностью. И смотря на него, где-то на задворках сознания удерживаю мысль, что с этим человеком не по пути. У меня нет к нему тех сшибающих с ног чувств, нет постоянного головокружения от его присутствия. И я не могу сказать, что хочу с ним идти по жизни, держась за руки. Не люблю его.

***

Лениво лежу на диване, щелкаю пультом по разным каналам. На полу разбросаны тетради с конспектами, учебники, шпоры. Учеба не лезет в меня. Она как та самая надоевшая каша. Полезная, нужная, но уже поперек горла стоит. Еще и настроение на нуле. Не знаю почему. Мысли в голове разные. Думаю то о Никите, то об Амале. Сравниваю их против своей воли. Не могу с точностью самой себе признаться, кто же больше привлекает.

С одной стороны Никита. Рядом с ним чувствую себя как в уютном пледе с кружкой горячего какао. Он как любимая книга, в которой знакома каждая строчка, есть понравившиеся цитаты. К нему возвращаешься, его все время помнишь, с ним постоянно улыбаешься. С ним можно покорять новые вершины, строить планы и верить в будущее, ошибаться и взрослеть на этих ошибках.

С другой стороны Амаль. Он как тот самый бодрящий, обживающий коктейль. Пьешь залпом, помнишь послевкусие очень долго. Он как та самая провокационная одежда: цепляет взгляд, чувствуешь себя сексуальной и роковой. Он тот, о ком думаешь украдкой, затаив дыхание. Он как постыдная книга, манит своим пошлым текстом, заставляя краснеть и поспешно прятать подальше от любопытных глаз. С ним создавать то, на чем держится человечество: семью, - смело шагать вперед, зная, что за спиной есть тот, кто в случае падения всегда подхватит и удержит.

Оба мне нужны. Без них можно прожить.

Вздыхаю, убавляю максимально звук и встаю с дивана. Бреду на кухню, наливаю из графина воду и задумчиво держу стакан перед собой, подходя к окну.

Скоро Новый год. Раньше, когда еще были живы родители, этот праздник был для меня особенным. Я загадывала желание и ждала чуда. Потом ощущение волшебства испарилось, праздник превратился в обычный день, когда народ гуляет, ест оливье и селедку под шубой и от души бахает салюты. В этом году Новый год будет другой.

Раздается звонок. Вздрагиваю от неожиданности. Недоуменно смотрю на часы. Время десять. Амаль вернется через два дня. Больше некому ко мне приходить.

Спешно ставлю стакан на первую попавшуюся поверхность, торопливо иду к входной двери. Смотрю на дисплей видео звонка и удивленно вскидываю брови. Никита.

— Как ты тут оказался? – шепотом спрашиваю, запуская парня в квартиру. – И как ты прошел мимо консьержа?

— Прикинулся доставщиком. Пришлось покопаться в нашей переписке, чтобы найти адрес, - Никита озорно улыбается и демонстрирует два пакета с логотипом известной пиццерии.

— Я ничего не заказывала, - туплю на ровном месте.

— Я подумал, что за зубрежкой твой мозг изрядно изголодался и требует подкрепление. Прикупил еще шоколад и мороженое, – Никита разувается, снимает куртку и без стеснения проходит вглубь квартиры, присвистывая.

Он медленно крутит головой по сторонам, хмыкает, что-то бормочет, ахает и охает. Я наконец-то прихожу в себя и с ужасом понимаю, что собственно происходит. Это жуть. Никита в квартире Амаля. Готова сейчас же хлопнуться в обморок. Не знаю, как выбираться из этой ситуации. У меня ладони потеют от мысли, что Амаль может вот-вот прийти, то, что ничего подобного не произойдет, никак не успокаивает.

— Я даже не догадывался, что ты из мажоров, - парень ставит пакеты на стол, плюхается на стул. Морщусь. Амаль так не садится. Одергиваю себя. Сейчас не время сравнивать.

— Все не так, как ты думаешь.

Вынимаю коробки из пакетов, открываю крышку. Пицца горячая, еще не остыла. У меня сразу появляются слюни. Спешу достать стаканы для колы из стеклянных шкафчиков.

— Мне нравится, что ты скромная, ни разу не кичилась своим положением, - опять оглядывается по сторонам.

Я прикусываю губу, радуясь, что Амаль не любит сентиментальный декор, фотографии и вообще выставлять личное напоказ. Мысленно пробегаюсь по комнатам. Везде порядок и тоже ничего такого нет. В спальню не пущу, там вот как раз все станет понятно.

— Как проходит подготовка к сессии? – ставлю перед парнем тарелку и стакан. – Я устала уже учить лексику, но понимаю, что надо.

— Я думаю, ты сдашь сразу на «отлично». Ты не пропускала пары, все время делала домашку и активна была на семинарах. Преподы любят таких хороших девочек. Не удивлюсь, если автомат поставят.

— Да ладно тебе, - усмехаюсь, откусываю кусок пиццы.

Жую и смотрю на Никиту. Он тоже ест, но все еще выглядит удивленным. Я бы тоже на его месте не сразу пришла в себя, находясь в такой дорогой квартире. Только вот это не мое. И вряд ли сумею в жизни на подобное заработать. Можно активно насосать. Тьфу. Какие дурацкие мысли лезут в голову.

— Кем твой брат работает? Хочу так же, - бесхитростность Никиты умиляет.

Лева в жизнь, как и я, на подобную квартиру никогда не заработает. И сейчас он лечится в хорошей клинике благодаря деньгам и связям Амаля. Я лишь плачу собой за помощь решения моих проблем. Однако, меня все не покидает тревожное чувство. Где-то на задворках сознания сидит мысль о том, а будет ли у меня так же хорошо, когда закончится контракт. Может быть такое, что как только выйду из-под крыла Амаля, сразу на горизонте появится Захар. Не думаю, что его удовлетворило погашения долга. Он никогда не скрывал своего желания поиметь меня.

— У него стартап. Компании пять лет. Она только-только начинает набирать обороты.

— Дела идут хорошо, раз он смог позволить себе такую хатку.

— Она в ипотеке, - улыбаюсь, качаясь головой своим мыслям. Какая же я врунишка, еще и не краснею.

— Экскурсию организуешь?

— Да тут нечего смотреть, - пытаюсь откреститься от прогулки по квартире, но Никита настроен решительно. Встает, мне тоже приходится подняться. Не отпускать же его одного гулять по чужим хоромам.

Мы совершаем круг по гостиной. Выглядываем в окно, молча любуемся вечерним городом. Вид потрясающий. Перехватывает дыхание и дерзко хочется мечтать о глобальном. Заглядываем в гостевую ванную, рядом в гостевую комнату. Суем в нос в кабинет.

Тут Никита задерживается. Он ничего не говорит, но по взгляду догадываюсь, что чувствует сильную мужскую энергетику. Тут все пропитано Амалем. Каждый сантиметр. Его вещи так и кричат о властности и величии хозяина.

Перед спальней я замедляюсь. Все во мне противится показывать место, где я сплю. Где предаюсь слабости, отдаюсь мужчине, который доводит меня до беспамятства руками, губами, телом.

— Меня бардаком не смутишь, - весело замечает Никита и решительно толкает дверь. Я не успеваю его остановить.

Кровать с самого утра разобрана. Моя половина вся смята, половина Амаля почти идеальна. Подушка сдвинута с места. С моей стороны на тумбочке стоит стакан с водой, из розетки торчит зарядка, лежит книга. На другой тумбочке ничего. Амаль ненужные вещи прячет в ящики.

Я и Никита одновременно смотрим в сторону гардеробной. Через прозрачные раздвижные двери видна моя одежда, так же одежда Амаля. Костюмы, рубашки идеально развешены на плечиках в одной ячейке. Повседневная одежда висит в другой ячейке.

— У вас с братом один гардероб на двоих? – в голосе Никиты слышна насмешка. Я кошусь на парня и не могу понять, он действительно думает, что это вещи брата и иль подкалывает.

— У него в комнате удобный матрац. Так как он часто в командировках, решили, что он спит в гостевой комнате, когда дома, а я тут, но вещи не стали переносить, - сжимаю одной рукой пальцы на другой до хруста.

Мне стыдно врать и смотреть Никите в глаза. Парень раздвигает дверки в разные стороны, заходит в гардеробную. Разглядывает мою одежду и Амаля. Оборачивается, не спуская с меня странного взгляда, присаживается на кушетку. На спинке небрежно лежат несколько футболок. Я робко делаю несколько шагов и замираю.

Глаза Никиты обволакивают и обещают что-то сладкое. Непроизвольно облизываю губы. Чувствую, как меня тянет к парню, как учащается пульс и становится реже дыхание. Меня магнить к нему. Сопротивляюсь, но слабо, знаю, что сдамся.

— Ты же знаешь, что нравишься мне, - голос Никиты звучит низко, с притягательной хрипотцой. – Я думаю, что тоже тебе нравлюсь. Так ведь? – склоняет голову набок.

— Да, - едва слышно признаюсь.

Говорить что-то другое нет смысла. Меня тянет к Никите. Это сейчас очень чувствуется. И сейчас колеблюсь секунду, прежде чем хватаюсь за внезапно протянутую руку и оказываюсь на коленях парня. Он сразу впивается в мои губы жадным поцелуем, обхватывая меня сзади, ныряя горячими ладонями под футболку. Я неистово отвечаю, будто мне жизненно необходимо надышаться чужим дыханием, наполнить им себя до краев. Мои руки сжимают плечи Никиты, стискивая ткань футболки. В голове шумит и что-то взрывается, оглушая.

Хочется большего. Хочется запретного. Хочется оступиться.

Моя футболка оказывается на полу. Дома никогда не ношу бюстгальтер, поэтому соски сразу же становятся твердыми. Влажный язык Никиты трогает их. Я зажмуриваюсь, выгибаясь в его руках. По всему телу проходит судорожная волна. Все как-то странно. Хаотичные чувства перебивают друг друга. Не могу толком понять, что со мной.

Ладони горят, хочется самой касаться тела Никиты, чувствовать жар его кожи. И он будто слышит мои мысли, спешно стягивает с себя футболку. Прижимает к себе, кожа к коже, накидываясь на мой слегка онемевший рот.

Подо мной стоит колом член. Жесткая ткань джинсов трется об тонкую ткань домашних штанов. Провокационно двигаю бедрами, заставляя парня стонать и рычать одновременно.

Слышу звонок. Где-то в гостиной громко звонит чей-то телефон. Звук стандартный для «яблока». Мы замираем и не шевелимся. Реальность безжалостно бьет наотмашь. Я с ужасом смотрю на Никиту поплывшим взглядом. Меня пробирает дрожь. Вскидываю руки и обхватываю ими голову. От жестокости реальности хочется спрятаться, я прячу в ладонях пылающее лицо.

Боже. Что я творю. Да я с ума сошла. Точно помутнение рассудка, иначе не объяснить то, что только что случилось. Еще чуть-чуть, и мы бы занялись сексом. В чужой квартире. В квартире мужчины, которому по договору принадлежу еще полгода. Я не имею права поддаваться своим желаниям. Нельзя.

— Тебе стоит уйти, - твердо произношу, сползая с колен Никиты. Он ловит мою руку, удерживает.

— Что случилось? – его взгляд все еще рассеянный, но постепенно фокусируется на мне.

— Уже поздно, завтра на пару. Тебе пора домой, - выдергиваю руку, нагибаюсь за своей футболкой, одеваюсь и поворачиваюсь к парню. - Прости.

Никита поджимает губы, не глядя по сторонам, хватает с кушетки футболку. Натягивает на себя и быстро проходит мимо. Я чувствую себя виноватой. Не стоило позволять себе так далеко заходить. Должна думать головой, не вестись на эмоции. Запоздалая мысль, что в квартире могут быть камеры, внезапно осеняет мою дурную голову. Если это действительно так, скоро моей головушки не будет на плечах. И правильно.

— Никит… - зачем-то робко произношу его имя, но бесполезно. Меня не желают слышать.

Никита обувается, хватает с вешалки куртку и метеором вылетает их квартиры. Я со слезами смотрю на закрытую дверь, чувствуя себя разбитой вдрызг. Присаживаюсь на корточки, обнимаю себя за колени и прячу в них лицо. Меня раздирает в клочья произошедшая ситуация. Я будто между двух огней, и стоит определиться, в каком гореть.