Глава 26

Маскарад

Мы возвращаемся на яхту и держим курс к Порто-Черво. Погруженный в собственные мысли, Бьерн встает за штурвал. Еще совсем недавно за ужином они с Рикардо развлекали нас с Глорией, шутили наперебой. Но стоило ему ответить на телефонный звонок, и мой мужчина изменился в лице, разом став скрытным и отстраненным.

– Что значит никаких следов? Не могла же она раствориться? Спасибо…. Держите меня в курсе, – доносятся обрывки фраз, и я понимаю, что речь о той самой пропаже, о которой он недавно общался тайком в кабинете.

Не знаю, что там у него происходит, но какое-то седьмое чувство подсказывает, что дело не к добру и эти неприятности из прошлого еще всплывут на поверхность в самый неподходящий момент.

– Что-то случилось? Проблемы на работе? – пытаюсь проявить участие и удовлетворить собственное любопытство, не без этого.

– Не переживай, у меня все под контролем, – отвечает Бьерн немного резко и переводит на меня задумчивый взгляд.

Не нужно быть ясновидящей, чтобы заметить, как его что-то терзает.

– Если захочешь поговорить, я всегда выслушаю тебя и поддержу, – предпринимаю новую попытку и нежно обнимаю со спины. Мою руку на своем плече Бьерн накрывает теплой ладонью, бережно сжимая.

– Спасибо тебе, Лана.

– За что? – не могу сдержать улыбки.

– За то, что ты есть в моей жизни. Даже не представляешь, как для меня это важно… И меньше всего я хотел бы сейчас вываливать на свою любимую женщину все эти проблемы. Лучше спускайся в каюту и отдыхай, я скоро подойду.

* * *

Подготовка к самой вечеринке начинается еще до обеда. Глория приглашает на яхту целую команду стилистов и визажистов, которые колдуют над нашими прическами и макияжем.

Отдавшись в руки профессионалов, я невероятно взволнована. У меня на ежедневный макияж с учетом долгих лет практики уходит не более пятнадцати минут. Что можно сотворить с человеком за пару часов, бесконечно его чем-то намазывая, припудривая и подкрашивая, я понятия не имею.

Зато, когда в итоге всматриваюсь в зеркало, не узнаю собственное отражение. На меня смотрит очаровательная незнакомка с обложки, свеженькая, загорелая и помолодевшая лет на пять. Мои длинные светлые волосы красивыми волнами обрамляют лицо, и все это похоже на маленькое чудо.

Теперь я действительно готова к предстоящему событию. Волнение пульсирует в венах. Вместе с Глорией в вечерних нарядах мы поднимаемся на верхнюю палубу. Там нас встречают наши любимые мужчины, одетые с иголочки, и мое сердце замирает.

Я чувствую, как по мне скользит взгляд Бьерна, и в его глазах отражается нечто большее, чем просто восхищение женской красотой, – это глубокая связь, о которой не скажут никакие слова. Мы подходим ближе и останавливаемся рядом, с интересом рассматривая друг друга. Сегодня даже его непослушные волосы, и те уложены в аккуратную прическу. А как красиво сидит на нем костюм. Опускаю ладонь на лацкан его пиджака, и все это напоминает сказку про Золушку.

– Выглядишь просто невероятно.

– Спасибо, ты тоже.

– Нет, – смеется Бьерн, – даже не сравнивай. Ты так хороша, что я боюсь выходить с тобой в свет. Вдруг какой-то арабский шейх позарится на мое сокровище.

От его комплиментов в душе распускаются цветы. Сердце колотится, а щеки заливаются краской. Я улыбаюсь, и мир вокруг кажется ярче.

Бьерн берет мою руку, и притяжение между нами становится сильнее. Я наконец-то понимаю, что не только платье и макияж делают меня красивой, а то чувство, которое он вызывает во мне. Я влюблена и так счастлива – эти украшения любой женщине к лицу.

Вечеринка-маскарад на шикарной вилле в Порто-Черво – это что-то неземное. Едва мы выходим из автомобиля, нас окутывает атмосфера волшебства и загадочности. Бьерн подает мне руку, и я с легкостью принимаю ее, чувствуя, как его тепло укрепляет мою уверенность.

Взгляды гостей устремлены на нас. Глория делает вид, что не замечает этого, мне же подобное непринужденное поведение дается куда сложнее. Не спасает даже ажурная маска, которая частично скрывает лицо. Я замечаю восхищенные улыбки и оценивающие взгляды, что заставляет меня смущаться. Бьерн, как истинный джентльмен, ведет меня под руку к входу в великолепную виллу с колоннами и мраморными ступенями, окруженную зелеными виноградниками и пальмами, и меня не покидает ощущение, что мы оказались в какой-то очередной сказке.

С потолка свисают роскошные люстры, освещая зал сотнями огней, стены украшены золотыми кадрами с картин ренессанса. Гости в масках выглядят как герои из других эпох: мужчины в смокингах и костюмах с яркими бабочками и женщины в длинных вечерних платьях, переливающихся на свету. На сцене выступает знаменитая музыкальная группа, зажигая зал своим ритмом, но танцующих в этот час еще не так много.

Рикардо и Глория ловят взглядом знакомых. Обмен приветствиями вызывает восхищение и бурное оживление вокруг. Бьерн тоже не остается без внимания. Его узнают и уважительно здороваются, обмениваются шутками и улыбками. И только я среди всех этих богачей чувствую себя белой вороной.

– Надо же! Форсберг! Давно не виделись, – жмет ему руку очередной старый знакомый.

– А я еще надеялся спрятаться под маской, – улыбается Бьерн. – Рад встрече, Тонни.

– Не представишь меня своей очаровательной спутнице? – уже строит мне глазки нахальный американец.

– Да, конечно. Лана, это мой университетский приятель, а теперь и бизнес-партнер, Тони Дэвис. А это… – Бьерн выдерживает паузу всего на секунду, но она кажется мне вечностью. Его пальцы на моей ладони едва заметно сжимаются. – Лана моя невеста.

– Даже так? – На смазливом мужском лице приподнимаются брови и мелькает нечто вроде сожаления. – Так у вас все серьезно?

– Более чем, – сразу обрубает все его поползновения в мою сторону Бьерн, за что в этот момент я ему особо благодарна. – Так какими судьбами? – ловко переводит он тему. – Бизнес или женщины?

– Женщины, – смеется Тони, кивая куда-то в сторону сцены. – Ты же знаешь Миранду. Если она захотела собрать старых друзей, то ей сложно в этом отказать.

Мужчины говорят о чем-то еще, а я вдруг вспоминаю, что именно в этот день Анна напророчила мне предложение руки и сердца от Бьерна, а теперь он вдруг называет меня своей невестой. Нет, он не стал бы бросать слов на ветер. Неужели Анна была права?

Вечеринка идет своим чередом. Мы пьем вино, общаемся с другими гостями, танцуем, и я незаметно привыкаю к тому, что рядом с генеральным директором NordicTech и меня воспринимают всерьез. Никто не задается вопросами, кто я и откуда. Мужчины, наверняка занимающие не последнее место в мировом списке Форбс, целуют мне руку при встрече и заигрывают со мной. Это обстоятельство не меньше выпитого шампанского кружит голову. А еще то, как Бьерн всякий раз ставит их на место, заявляя на меня свои права и не позволяя кому-то другому увести меня на танец.

В какой-то момент Бьерн представляет меня и хозяйке этой роскошной виллы.

– Какая же вы красивая пара, – улыбается Миранда, которая оказывается очень легкой и приятной в общении, и я понимаю из их разговора, что они знакомы едва ли не с детства. – Ой, чуть не забыла. Твоя сестра зачем-то тебя искала, мы пересеклись с ней пару минут назад у фонтана с шампанским.

– Анника? Она здесь? – искренне удивляется Бьерн.

– Да, и не одна.

– С кем? – Он не на шутку взволнован и выглядит так, будто это вопрос жизни и смерти, но хозяйка виллы на этой вечеринке очень востребована, и ее уже уводят в другой конец зала по каким-то важным организационным вопросам.

Бьерн осматривается по сторонам. Все гости в масках и постоянно перемещаются из зала в зал, найти здесь кого-то очень сложно. Тогда он достает смартфон и отправляет кому-то сообщение.

– Может, она просто решила сделать тебе сюрприз. Что в этом плохого? – все еще не понимаю я, когда Бьерн тянет меня за собой в сторону лестницы, но, заприметив на ней кого-то, резко разворачивается в сад.

Здесь немного тише, чем в помещении, а еще очень красиво: звездное небо и вечернее освещение делают свое дело, собрав под пышными кронами деревьев ценителей романтики.

Мы останавливаемся у ажурной беседки, и Бьерн притягивает меня к себе. Он снимает маску с моего лица и долго смотрит в глаза, после чего оставляет на губах страстный поцелуй. Его маска тоже летит прочь, и меня не покидает ощущение, что все это уже было. Ну конечно, все почти так же, как в моем сне, только там мы были не в саду, а все-таки поднялись на второй этаж по лестнице и спрятались за одной из дверей.

– Я отчего-то решил, что сегодня подходящий день, – выдает Бьерн с волнением.

– Для чего?

– Весь этот маскарад и праздничная обстановка, – будто и не слышит меня он. – Но сперва ты должна кое-что узнать обо мне, о том, почему я не сразу принял свои чувства…

– Надо же, а вот папочка! – беспардонно врывается в наш разговор абсолютно незнакомая девушка, резко дергая Бьерна за руку.

– Ребека, – будто и не удивляется он, как-то настороженно смерив взглядом симпатичную молодую блондинку с дерзкой короткой стрижкой.

Что ж, выходит, не такая она и незнакомая. За ее спиной тут же появляется Анника, сестра Бьерна, которая смотрит на меня с нескрываемым порицанием, словно я перед ней в каком-то личном неоплатном долгу. За ними следом подходят и Глория с Рикардо.

А ведь Бьерн как раз собирался поведать мне что-то важное. Видимо, не в этот раз.

– А это у нас кто? – переходит нахалка в наступление, злобно прищурив глаза. – Твоя русская шлюха?

– Не смей так говорить! – выступает Бьерн на шаг вперед, будто хочет закрыть меня собой. – Что ты здесь делаешь? Как меня нашла?

– Как нашла? – манерно хохочет девица, продолжая разыгрывать свой спектакль. – Я подписана на одну твою знакомую блогершу, она и подсказала. Или, по-твоему, я должна была тихо сидеть в клинике и наблюдать за тем, как вы здесь развлекаетесь, пока я ношу твоего ребенка? – тычет она Бьерну в лицо смартфоном с одной из последних трансляций Анны, где мы целуемся на заднем фоне.

Только то, что мы засветились перед камерой, волнует меня сейчас меньше всего. Сердце от услышанного заходится в беспокойном стуке. Ребенок! У них будет ребенок. Она ведь это сказала?

– Ты сама знаешь, зачем я отвез тебя в клинику, – подходит он к ней все ближе, внешне сохраняя удивительное спокойствие. И про общего ребенка ничего не отрицает, а ведь, если бы это было не так, вряд ли стал бы молчать.

– Бьерн, то, что она говорит, правда? – не выдерживаю я, чувствуя себя почти парализованной от происходящего.

Он даже не оглядывается в мою сторону и ничего вразумительного не отвечает, словно не слышал вопроса и я для него пустое место. Вместо этого он обращается к Рикардо с Глорией:

– Пожалуйста, позаботьтесь о Лане, увезите ее обратно на яхту.

«И все? Это все, что ты можешь мне сказать?!» – кричит и бунтует мой внутренний голос. Увезти обратно на яхту, как какую-то собачонку, пока он тут будет наслаждаться вечером со своей беременной бывшей или настоящей, я уже и сама запуталась.

На глазах застывают слезы. А ведь он совсем недавно называл меня любимой и представлял старым друзьям своей невестой. Дура, какая же я доверчивая дура!

Бьерн продолжает наступать на Ребеку, и та неожиданно достает из сумочки пистолет, наставляя его на свой немного округлый живот. С ее худобой и почти костлявыми плечами сразу и не поймешь, какой там срок: четыре, от силы пять месяцев. Да она от гормонов, похоже, совсем слетела с катушек.

– Если подойдешь ближе и попытаешься меня схватить и снова упечь в ту идиотскую клинику, клянусь, я убью и себя, и его, – кричит девица, привлекая к происходящему все больше зрителей.

– Идем, – подхватывают меня под руки супруги Гатти, поскорее уводя к выходу.

– Вы что, серьезно? Оставите его с ней наедине? У нее же оружие!

– С этим разберется охрана, – уверенно заявляет Рикардо, в то время как я едва поспеваю за его размашистыми шагами. – Бьерн попросил доставить тебя на яхту, значит, так надо.

– Кому надо, ему? Вы знали, что у него есть беременная подружка?

– Нет, не знали, если тебя это успокоит, – отвечает наконец Рикардо, когда мы уже выходим на парковку. – Мы думали, что его девушка ты.

– Я тоже хотела так думать…

– Дальше я сама, – останавливает мужа Глория. – Водитель нас довезет. А ты лучше проконтролируй ситуацию здесь.

Проводив меня беспокойным взглядом, Рикардо соглашается со своей супругой, и мы садимся в машину. Автомобиль плавно выезжает с парковки, оставляя позади роскошный особняк. А еще в это самое время раздаются десятки залпов, и небо над заливом разукрашивают огни фейерверка, устроенного в честь праздника. Тут меня и накрывает.

До меня будто наконец доходит смысл всего произошедшего, и где-то внутри с грохотом рушатся собственные мечты, которые еще час назад казались вполне реальными. Слезы льются из глаз нескончаемым потоком, застилая обзор. Я практически заставляю себя дышать, чтобы не потерять сознание, настолько мне сейчас больно внутри, будто сердце действительно раскололось на части.

Я не замечаю, как мы добираемся до причала. Глория помогает мне выйти из автомобиля и подняться по трапу на борт яхты. Ноги будто стали ватными и совсем не слушаются. Она усаживает меня в кресло на верхней палубе и приносит стакан воды с успокоительными.

– Вот, выпей. Пусть не сразу, но станет легче и в голове прояснится.

– Все и так прояснилось, маски сняты… – всхлипываю я. – Бьерн меня обманул. А еще у них будет ребенок.

Глория выдерживает паузу, будто дает мне выплакать свое горе или просто ждет, пока подействует успокоительное и я возьму собственные эмоции под контроль. В ее взгляде нет жалости или презрения, с которым смотрела на меня при встрече Анника, скорее понимание, словно она и сама когда-то проходила через что-то подобное.

– Ты знаешь, кто она, эта Ребека?

Я качаю головой.

– Тогда послушай, я тебе расскажу. Она не просто лучшая подруга младшей сестры Бьерна, но и дочь очень влиятельного человека, гораздо более сильного игрока на рынке, чем сами Форсберги. Честно, я и не знала, что у нее с Бьерном был когда-то роман, но и не удивилась этому. В мире, в котором мы живем, все вращается вокруг влияния и денег, а у семьи Ребеки их предостаточно, такой брак был бы выгоден обеим сторонам.

– Зачем ты мне все это говоришь? – не выдерживаю я ее рассуждений о возможном счастливом будущем Бьерна с какой-то сказочно богатой наследницей. – Мне что теперь еще и порадоваться за них?

– Ты любишь его?

– Еще час назад я бы ответила без колебаний, – нервно усмехаюсь и растираю по щекам слезы. – Но я и сейчас его люблю, да. Это чувство такое сильное, что, если выдернуть его с корнем, от меня самой ничего не останется.

– Знаю, ты с первого дня так на него смотрела, словно он заменил тебе солнце. Но и он смотрел на тебя так же, я не верю, что Бьерн врал насчет своих чувств, – тепло улыбается Глория и накрывает мою ладонь своей. – А теперь постарайся хоть немного прозреть и послушай меня внимательно. Бьерн Форсберг – наследник многомиллионной корпорации, это не только привилегия, но и ответственность, которая его тяготит. Если долг требует от него заключения брака с Ребекой, он должен сам решить, как поступить дальше, без давления с какой-либо из сторон. Она себя уже показала в не самом выгодном свете, не уподобляйся этой чокнутой. Да, ситуация неприятная, но и из нее можно выйти с достоинством.

– Как? Какой выход ты предлагаешь?

– Все просто, собирайся и улетай домой. Дай ему и себе время все спокойно обдумать, осмыслить свои чувства и уже потом объясниться, когда вы оба сможете мыслить рационально. Вот увидишь, Бьерн сам будет искать с тобой встречи, вот увидишь.

Я оглядываюсь по сторонам и действительно не понимаю, что я до сих пор здесь делаю? Хочу ли я вот так, будто на иголках, сидеть и дожидаться его возвращения, чтобы потом требовать объяснений? Глория права, если этот разговор состоится сегодня ночью, ничем хорошим он точно не закончится.

Сборы оказываются быстрыми, и билет с открытой датой, приложенный к договору о неразглашении, приходится весьма кстати.

– До встречи, Лана. Уверена, мы еще обязательно увидимся, – прощается со мной Глория и тепло обнимает, после чего дает указания водителю.

Я больше не плачу, просто с тоской провожаю взглядом белоснежную яхту у причала, путешествие на которой подарило мне столько незабываемых дней и жарких ночей. Все это было похоже на чудо. Я пытаюсь настроиться на долгий перелет и счастливое воссоединение с Данькой. Только все мои мысли так или иначе возвращаются к одному-единственному мужчине, чей голос, запах и прикосновения еще так живо помнит каждая частичка моего тела.

Перед входом в аэропорт сама не знаю, что на меня находит, я просто чувствую дикую потребность сделать это: поднимаю голову к небу, сплошь усыпанному звездами, и закрываю глаза, словно таким образом мое послание во Вселенную быстрее найдет своего адресата.

– Бьерн… – шепчу его имя, ставшее почти родным. – Ты не мог так со мной поступить, я не верю в это. Ты признавался мне в любви и обещал не оставлять меня… Так не оставляй! Я люблю тебя и буду ждать сколько потребуется.