Глава 17

Девушка не узнает меня, судя по ее реакции, хотя она всегда была больше занята моим отцом. Я пару раз видела ее в его клубе, куда приезжала в дневные часы, чтобы поговорить с ним. Меня привозили к нему, как служанку, и это всегда злило меня и веселило одновременно. Отец не позволял мне и близко подходить к злачным местам, но считал нормальным, если мы общались в его клубах. Ему это было удобно, он занимался моим воспитанием, не отрываясь от работы. И от своих баб. Они вились вокруг него и смотрели влажными глазами, и эта Катя тоже.

— Мой отец вышвырнул тебя? — спрашиваю, проходя к кофейнику. — Или ты работаешь на Дитмара? Спишь с моим отцом, а Дитмару сливаешь информацию о нем?

Катя замирает, она перестает нарезать хлеб и смотрит на меня пронзительным взглядом. Она о чем-то думает, пытаясь справиться с удивлением, а я отворачиваюсь и наливаю себе кофе. У меня начинает кружиться голова от происходящего. Я еще не разобралась в своих делах с Дитмаром, а тут еще одна девушка. Любовница моего отца какого-то черта делает в доме его врага… Отлично просто!

— Ты приняла меня за мою сестру, — Катя, наконец, отмирает. — Мы близняшки, и это она общалась с твоим отцом. Со Стасом, так же?

Я смотрю на нее с сомнением, но киваю.

— Моя сестра бывала в его клубах. Видно, там ты ее и видела. 

У нее миролюбивый тон и вообще открытое милое лицо. Я замечаю, как она осматривает меня украдкой, словно проверяет нет ли синяков и ссадин. А когда замечает мои раны, кривится так, будто она моя мама. 

— Болит? — спрашивает она, указывая подбородком на мои запястья.

Она снова хмурится, и я почти верю, что ей не плевать. Она отбрасывает нож, споласкивает руки под краном и подходит ко мне вплотную.

— Дай я взгляну. Я медсестра, Карина…

— Так ты знаешь мое имя?

— Да, я знаю. Я в курсе, что ты дочка Стаса и что сюда тебя привез Дитмар. Его я тоже знаю.

— И кто ты ему? Ты не похожа на прислугу, — я одергиваю руку из упрямства, не давая Кати прикоснуться ко мне.

— А как выглядит прислуга? — она мягко улыбается и смотрит на меня, как на несмышленого малыша. 

— Ты спишь с ним?

— Боже, что?! — Катя широко распахивает глаза и издает короткий смешок. — Нет, Карина, Дитмар не в моем вкусе. Совершенно.

Я заставляю себя успокоиться, потому что это начинает напоминать идиотскую вспышку ревности. Во всяком случае, что-то такое читается во взгляде Кати. Она смотрит на меня с сочувствием и будто хочет погладить по голове, успокоить и помочь. Она предпринимает вторую попытку осмотреть мои запястья, и на этот раз я сдаюсь. 

— Их обрабатывали вчера, — говорю спокойнее. — Болят, но несильно. Ноет, скорее.

— Черт, тебя связывали? — она кивает, отвечая за меня, и отходит к шкафчику, где находит аптечку. — А с лицом что?

Она возвращается ко мне с коробочкой мази, кидает вопросительный взгляд, а после моего согласия, начинает наносить мазь на раны. 

— Это охранник. Я выбесила его, он оказывается не любит, когда девушки острят и бьют по яйцам. 

— Ох, Карина, а ты с характером, — Катя довольно кивает и осторожно касается моего лица, проводя по губе. — Но тебя больше никто не тронет, тебе не придется защищаться, ничего не бойся…

— Я не боюсь.

— Да, ты смелая, я вижу. 

Она откладывает тюбик в сторону, достает чашку и ставит ее рядом с кофейником.

— Завтрак будет минут через десять, — произносит она буднично, возвращаясь к столешнице. — Если тебе не сложно, то достань тостер. Он должен быть в нижнем ящике. Вон там, справа. 

— Хлеб? А если я на диете?

— Тогда у меня для тебя плохие новости, — Катя улыбается.

На нее невозможно злиться. От нее идет легкая теплая энергетика, а после жестких охранников и дьявольского обаяния Дитмара — это как глоток свежего воздуха. Я поддаюсь ей, начинаю помогать и сама не замечаю, как мы собираем на стол. Я расслабляюсь рядом с ней и вдруг задумываюсь, как странно всё происходит. Меня вроде бы похитили, но я перестаю чувствовать себя заложницей. Я не хочу к отцу и его строгим драконовским порядкам, я рвалась назад в первые часы из-за страха. Не знала, что ждать от Дитмара и как он захочет развлечься со мной, но теперь…

Теперь со мной разговаривают нормальным тоном. Не приказывают, не ломают, не издеваются.

Наоборот. 

— Я все равно не понимаю, — произношу, когда Катя садится на стул и подтягивает к себе чашку с кофе. — Твоя сестра крутится вокруг моего отца, а ты знакома с Дитмаром? Они же враги.

— Моя сестра не крутится вокруг твоего отца, — Катя впервые позволяет себе резкие нотки, показывая, что не потерпит оскорблений сестры. — Ты вообще знаешь, чем занимается твой отец? 

— Не цветами.

— Вот именно, Карина. Ты уже взрослая девочка и должна понимать, в каком мире живет твой отец. Кто он и что творит, — она опускает глаза в чашку и становится очевидно, как трудно ей продолжить. — Он выкрал мою сестру и сделал своей девочкой против ее воли. Он угрожал ей моей жизнью, чтобы она была послушной, заставлял делать всё, что он захочет. 

Катя останавливается, чтобы я могла осмыслить ее слова.

— А потом, когда наигрался, подложил ее под Дитмара. 

— Что? — само срывается с моих губ.

— Твой отец использовал мою сестру, чтобы убить Дитмара. Как наживку. 

Я выдыхаю, не зная, как еще реагировать. 

— И что теперь? — мой голос звучит рвано от разочарования. — Дитмар так мстит моему отцу? Теперь сам выбирает девочку, которую хочет под себя? Выбор отца ему не понравился и он тупо взял его дочь, издеваясь над ним?