Глава 18

Откровения Кати больно режут по нутру. Я всегда знала, что отец занимается чем-то противозаконным, но чтобы всё было так? Неужели это правда? Он использовал ее сестру сам, а после отдал Дитмару, чтобы она его предала? Можно так играть человеческими жизнями? А что Дитмар теперь? Тоже отдаст меня кому-то, когда наиграется? Будет шантажировать?

— Не нервничай так, — говорит Катя. — Дитмар тебя пальцем не тронет. А эти двое уже уволены, — она улыбается так искренне, что ей просто невозможно не верить.

Я надеюсь, что увольнение — не единственное их наказание и Дитмар заехал обоим хотя бы по роже.

— Ты почему так уверена, что он меня не тронет? — удивленно спрашиваю у нее.

— Я поговорю с Арманом.

Она встает из-за стола, захватывает мою чашку и идет к раковине, чтобы помыть их. С Арманом? Это кто…

Додумать я не успеваю, потому что в этот момент на кухню заходит Дитмар в компании мужчины. По его манере держаться и хищному взгляду, понимаю, что он далеко не прислуга. Он где-то близко с Дитмаром, возможно, его правая рука или партнер. Надеюсь, не под него он собрался меня подкладывать?

— Ну здравствуй, — здоровается мужчина хриплым голосом. — План “Б”.

— Некрасиво называть девушку план “Б”,— тут же одергивает его Катя и подходит ближе.

По тому, как он на нее смотрит, как буквально раздевает ее взглядом, понимаю, что на меня он и не посмотрит, а потому можно расслабиться. Что я и делаю. Плечи резко опускаются вниз, сердце перестает стучать так сильно и громко, как у раненой птицы, загнанной в угол зверем. Дитмар хмыкает, видимо, обратив внимание на мое изменение.

— Как дела, Карина? — интересуется мужчина и, заприметив синяк на лице, поворачивает голову к брату, вопросительно смотря в его сторону.

— Это охрана, — будто оправдывается Дитмар.

Я смотрю на Армана и Катю и не могу понять, что их связывает. Вернее, как вообще получилось так, что они оказались вместе. Они ведь совсем разные. Катя такая хрупкая, нежная, уступчивая, ее жертвенность и в некотором смысле самопожертвование видно даже мне, хотя я знакома с ней не больше часа. Арман же другой, он как Дитмар: властный хищник, способный подминать под себя, если потребуется.

Неужели ее сломали?

Я пытаюсь найти на ее лице следы недовольства, страха или неизбежности, но она кажется счастливой. Катя садится к Арману на руки и обвивает его шею руками.

— Может, последуешь примеру? — усмехается Дитмар, намекая, чтобы я сделала то же самое.

Я лишь хмыкаю и опускаю взгляд в пол. Не собираюсь я ничему следовать. Дитмар точно не заслужил того, чтобы я садилась к нему на руки.

— И каков план? — спрашиваю у него. — Катя немного рассказала о том, что сделал мой отец, — нехотя признаюсь. — Какой план мести? — уточняю. — Просто будешь трахать меня оставшиеся пять дней?

Дитмар удивленно вскидывает брови, а Арман издает смешок.

— Да, брат, — констатирует он. — Удачи тебе с планом “Б”. Он у тебя отличный, — он усмехается и поднимается, а я пытаюсь переварить то, что только что услышала.

Брат? Арман брат Дитмару?

— Тут есть еще ваши родственники?

— Нет, — мотает головой Катя. — Была моя сестра, но сейчас она в другом доме. После всего, что с ней случилось, ей придется научиться жить заново.

Я все еще не могу поверить в то, что делал отец. Я всегда думала, что он продает оружие, знала, на что он способен, но насиловать и шантажировать женщин? Он ведь учил меня, что от меня мужчинам нужно будет только одно. Неужели он учил этому, потому что знал, что так оно и есть на самом деле? По себе судил? От осознания чудовищности поступков папы мне становится по-настоящему плохо.

— Идем, Арман, — ласково произносит Катя и проводит рукой по его щеке. — Пусть они поговорят.

Нехотя он поднимается и, взяв девушку за руку, ведет ее на выход. Мы с Дитмаром остаемся одни, и я надеюсь, что он расскажет, чего же он на самом деле хочет. Какие цели преследует и какова будет месть? Неужели это всё? Просто переспать со мной?

— Так каков план? — переспрашиваю его. — Сделаешь со мной то же самое, что мой отец сделал с сестрой Кати?

— Я не твой отец, Карина, — спокойно говорит он. — Я не издеваюсь над девушками.

Хмыкнув, смотрю на него исподлобья и намеренно выставляю щеку так, чтобы ему было видно, что именно он не делает.

— Издеваешься, да? — интересуется он.

— Нет, констатирую факт. Ты позволил — они сделали. Ты же сам сказал пожестче.

— Карина! — кулак Дитмара опускается на стол так, что на нем звякают чашки. — Я не хотел этого, — уже спокойнее говорит он. — И я перегнул, признаю.

Сложив руки на груди и закинув ногу на ногу, с вызовом смотрю мужчине в глаза.

— Важно не то, что ты хотел, — произношу. — Важно то, что получилось в итоге. У меня синяк на лице и болят запястья.

— Я сожалею.

— А я хочу знать, чего мне еще ждать? Секса с тем, кому ты меня отдашь?

— Я никому тебя не отдам, — мотает он головой. — Я хочу покочнить, наконец, с враждой между мной и твоим отцом. А еще жить хочу. И ты хочешь, чтобы жил твой отец, верно?

Я не понимаю, к чему он клонит, но киваю, потому что каким бы отец ни был, что бы он ни делал, он все еще мой папа. Тот, кто читал мне сказки на ночь, когда мамы не стало, тот, кто заботился обо мне. По-своему, иногда слишком грубо и навязчиво, но заботился. Я не хочу ему смерти, тем более если смогу что-то сделать, чтобы это предотвратить.

— Я знаю, как сделать так, чтобы мы оба остались живы и пришли к соглашению. Возможно даже к перемирию, хотя за стол с твоим отцом я никогда не сяду.

— И как же? Женишься на мне? — выдаю первое, что приходит в голову.

Дитмар молчит и выразительно смотрит на меня.

— Не-е-е-е-ет, — тяну. — Ни за что! Даже и не думай! 

— Значит, твой отец умрет, — заключает он.

— Или ты.

— Или я, — он кивает.

— Отлично, — делаю взмах рукой. — Я тебе даже гроб выберу. Черный, хочешь? Или синий? 

— У меня есть пять ночей, Карина, — хмыкает он. — Уверен, спустя это время выбирать ты будешь не гроб.

***

Девочки, не жалейте лайки, нам очень важна ваша поддержка!))