Глава 17 Руслан. Подруга по несчастью.

EMIN feat. JONY - Камин

Этот проклятый поцелуй оживил все мое нутро. Ни с кем и никогда меня так не бомбило. Никогда еще так не трясло. Даже в свой самый первый раз, когда был совсем еще сопливым мальцом, да и девчонка не лучше, такой же недоразвитой, но любопытной и смелой.

И, конечно, я не смог выкинуть из головы воспоминания о том, как Стрельцова жадно цеплялась за меня, как в ответ впивалась в мои губы. Так не бывает, когда просто скучно. Так не бывает, когда не испытываешь с ума сводящую жажду.

Так зачем же она скормила мне этот бред про забавы для скучающей, молодой женушки богача, где меня выставила в роли игрушки и забавы?

И я, кретин, поверил. Схавал наживку, как тупая, безмозглая рыбешка.

Эти мысли не давали покоя. После стычки с Никой я свалил из универа и нажрался, как скотина. Один в пустой квартире. Напарником выступила лишь бутылка текилы и пачка чипсов. Уныло и жалко.

Весь последующий день пытался забыть и не концентрировать свое внимание на Стрельцовой. Но бессонная ночь укрепила мое желание выяснить все из первых, так сказать, уст. Какого хрена она ответила на мой поцелуй, да, еще как ответила! Почему не оттолкнула сразу, не прогнала.

Я ждал ее на крыльце главного входа перед самой первой потоковой лекцией.

Она была прилежной студенткой и старалась учебу не пропускать. Так что шанс застать ее был велик.

Стрельцова ожидаемо появилась заранее. Отутюженная, вся такая олд мани девочка в бежевых штанишках и драповом пальто. Укладка, сумочка за бешеные бабки, все дела. И взгляд устало-надменный. Типа, кто вы тут все, а кто я. В последнее время Стрельцова довела это умение буквально до пика.

И все мое естество просто вывернуло наружу от злости. Захотелось сорвать с ее лица эту высокомерную, холодную маску. Захотелось смешать с дерьмом, в грязь окунуть, чтобы не забывала, как изваляла мою любовь в этих вонючих помоях, как растоптала подошвой своих дорогущих ботильонов все то светлое, первое, настоящее, что цвело в моей душе, пока не узнал правду. Пока, мне в лицо не кинули, какая она на деле мразота.

Все благие мысли и намерения испарились в тот же миг, как Ника на ходу взмахнула головой, откидывая светло-русые идеально прямые волосы за спину. Те самые волосы, что я до дрожи любил сжимать в кулаке, потянув назад, чтобы обнажить тонкую, белую шею с подрагивающей веной и присосаться к ней, точно умирающий от жажды путник в пустыне.

Стрельцова поднималась по ступеням и изо всех сил пыталась состроить хорошую мину при плохой игре. Типа, не видит меня. Нет меня здесь. Но я был и перегородил ей путь к дверям.

- Ну, что опять? - впилась в меня взглядом, как гадюка.

- Поговорить, - я оттеснял ее к перилам сбоку от крыльца.

Ника на автомате попятилась назад, пока не наткнулась задницей на бетонную изгородь.

- Не о чем нам разговаривать, - ответила спокойно, стараясь удержать свою маску безразличия, но я-то заметил, как она нервно теребила своими пальчика застежку на ремне своей сумочки.

- Ошибаешься, - оскалился в ответ. Как же она меня выбесила в этот момент. - У меня к тебе, конечно, дохрена вопросов, но начну с главного, - я убрал руки в карманы куртки, чтобы не сорваться и не схватить ее, не прижать к себе. - Разведешься, если я предложу больше?

Хотел унизить ее, а получилось, скорее, себя. Но какая по сути разница теперь. Днище уже было пробито, так что дальше падать не страшно.

Стрельцова даже в лице после моего вопроса не изменилась, так и застыла восковой фигурой.

- Разве тебе нужна такая? Как ты говорил? Продажная сука.

- Может, и нужна.

Ника на секунду прикрыла глаза, ее ноздри затрепетали.

- Да, ну?

- Загну.

- Неужели?

- Нарываешься.

- Хватит уже, Руслан. Сколько можно? Это все бессмысленно, понимаешь? Потому что ты не сможешь дать мне то, что дает муж.

Муж.

Меня бомбануло.

Муж, твою мать.

Стоит соска малолетняя. Муж у нее... млять.

Ничего уже не соображая я достал из кармана бумажник, не глядя вынул оттуда заначку пятитысячных купюр и швырнул их в лицо этой стервы.

- Сколько тебе нужно, а? За сколько ты продаешься? За сколько он купил тебя? Ну? - заорал на нее не в силах бороться с охватившей яростью.

Но Стрельцова была непробиваема.

- У тебя столько нет, – спокойно ответила.

- Чего, млять? Откуда ты знаешь, сколько у меня есть? Ты… черт, ты же…

Она всю душу мне вымотала нахрен.

Непонятно откуда возник Керимов и оттеснил меня от Стрельцовой, закрывая ее своей спиной.

- Рус, ты поехал вообще? Бро, ты чего? Остынь, - Дэн толкнул меня назад.

- Отвали - зарычал на друга, который сейчас вот вообще не в тему ко мне полез. - Пусть ответит! Скажет, сколько ей нужно бабла. Сколько, мать твою, тебе нужно? Цену назови?

- Я уже ответила. У тебя столько нет.

На голых инстинктах я подался вперед.

- Стрельцова, иди отсюда! - рыкнул на нее Керимов, пытаясь сдержать мой порыв добраться до этой занозы, которая воспользовавшись моментом, выскользнула из ловушки и поспешила к дверям.

- С меня хватит, слышала? - заорал ей во след, сдерживаемый другом. - Приползешь, не приму, поняла?

Когда ее и след простыл я глухо зарычал от бессилия и оттолкнул Дэна. Попытался выровнять хотя бы дыхание, с бешеным пульсом и сердцебиением справиться было сложнее, когда меня в очередной раз внутри разматывало.

- Черт! Сука! - завыл, задирая голову, прикрыл ладонями глаза, а потом спустился с крыльца и уселся задницей на последнюю ступень.

Керимов спустился следом и встал рядом.

- Че ты творишь, Рус? У тебя на булках будет пятно, как будто, обделался. Яйца отморозишь.

- Да, похрен.

- На яйца?

- На все.

Керимов хмыкнул.

Я достал из кармана парилку, к которой пристрастился в последнее время. Нервы стали ни к черту совсем.

- Ты че тут устроил вообще?

Выпуская пар в небо, я задрал голову и посмотрел на друга.

- Не могу больше, Дэн. Я, блин, сдаюсь. Если бы Ника рассказала. Хотя бы раз рассказала мне все. Она его не любит! Я же чувствую.

Керимов бухнул рядом со мной на грязный бетон свой кожаный рюкзак и уселся рядом.

Пара уже началась и торопиться не имело смысла.

Мы сидели молча.

Двор был пуст. Только снег валил крупными хлопьями.

Да еще рандомная девчонка семенила к универу в совершенно нелепом прикиде. Нагруженная до ушей. Какими-то сумками, пакетами. Тубус подмышкой тащила.

Тощая, мелкая, большеглазая.

Внезапно ручка от увесистого пакета у девчонки в руках порвалась, за ней и вторая, после чего все содержимое бухнулось прямо в снег.

Керимов гоготнул.

А девчонка молча уставилась на рассыпавшиеся книги и зарычала, топнув ногой. Тубус тоже полетел в снег.

- Да, что ж за день такой дерьмовый! Как же все достало! – она бросила в снег и второй пакет вместе с сумкой и завыла.

Подруга по несчастью.

Я тяжело вздохнул. Поднялся на ноги и молча побрел в ее сторону. Присел и принялся собирать разбросанные книги.

Девчонка засуетилась и принялась помогать.

- Спасибо... Блин, а куда же я все положу теперь? - растерянно покрутила в руках бесполезный, порванный пакет

- Я донесу, – подхватил стопку книг в руки.

Девчонка нацепила на плечо свой тубус, забрала сумку и поправила свою нелепую шапку с помпоном.

Мы двинулись в сторону крыльца.

- Ой, а ты же из нашей университетской сборной по баскетболу, да? Я тебя узнала. Была на игре - спросила, семеня за мной следом и шмыгая носом.

- Ага, седьмой.

Возле ступеней ко мне подошел Керимов.

- На пары то пойдешь?

- Я сегодня пас, Дэн.

Друг нахмурил брови, сунул мне в карман куртки собранные купюры и протянул салфетку. Видимо, чтобы я джинсы в порядок привел после того, как посидел на ступенях.

- Может, вечером в клуб завалимся? - спросил Керимов.

Я пожал плечами. Если честно, мне нафиг не упало куда-то сегодня тащиться.

- Спишемся.

Возле раздевалки попрощался с Дэном и поплелся за девчонкой к лестнице, ведущий на верхние этажи.

- Кстати, я – Катя - бодро представилась спутница.

- Руслан.

- Ой, а я знаю.

Мы поднялись на второй, где был переход в другой блок здания. Зарулили в открытый кабинет, где сидел какой-то очкастый, хилый, но долговязый паренек с септумом под носом.

- Славка, не злись, я еле дотащила, - затараторила девчонка, как только мы очутились в аудитории. - Вон, мне даже помогли, - скосилась на меня Катя и улыбнулась, отчего у нее появились милые ямочки.

Долговязый вытаращился на меня из-под своих очков.

- Куда книги положить? - спросил у девчонки, пока та спешно стягивала с себя розовую шубку, шапку с помпоном и вязаный шарф.

Под шубой на Кате оказалось темно-зеленое платье. Она была совершенно не в моем вкусе. Слишком худая, угловатая. На лицо совсем еще девочка. Глаза наивные и толстая, русая коса ниже поясницы.

Но что-то в ней все же цепляло.

- Вот сюда, - указала на первую парту. - Спасибо тебе еще раз.

Я молча кивнул в ответ, собираясь отчаливать.

- Руслан, постой... Ты же опоздал на пару, да?

- Ну, есть такое.

- А сейчас куда пойдешь?

Я пожал плечами.

- Не знаю.

Девчонка моментально оживилась, даже щеки заалели.

- А хочешь печенье? С шоколадной крошкой? Я сама пекла. Оно вкусное, честно. Можно сбегать за кофе или чаем. У нас сейчас окно. Мы со Славкой заранее пришли, чтобы к защите проекта подготовиться первыми. Места, так сказать занять. Сейчас чертежи только закрепить нужно, и все. Ты какое кофе любишь или все же чай? Я угощаю. Или... Извини, у тебя, наверное, планы...

- Да, в общем то нет... Я люблю печенье с шоколадной крошкой. У меня мама такое печет по выходным...