Глава 20

Не знаю, какой был бы ответ от меня, но мое горло судорожно прихватывает. Мы так и лежим на кровати, мужская рука проникает сзади под кофту. Сильные, но сейчас такие нежные пальцы пробегаются вдоль позвоночника вверх. Чуть надавливают на кожу, спускаются вниз. За этой полосой удовольствия летят мурашки. Внизу мужчина переворачивает руку и косточками касается тонких волосков на моей пояснице. Невинно и так остро.

— Мм… — я мурлычу вслух.

— Я очень соскучился.

От того, что он имеет в виду, внутри все еще сильнее сжимается. Сын уже поел, и его снова затянули сладкие сны. Убираю его в кроватку. Хорошо, Антон находится рядом, потому что мои пальцы дрожат. Уф…

— Пойду в душ, — Ястребов не дожидается от меня ответа, а вечер тем временем движется дальше.

— Да, конечно.

Вот ведь! Он уходит, демонстрируя свою роскошную спину в дверях. А на моей все еще пупырышки от его прикосновений. Весь мой опыт по части отношений сводится к каким-то урывкам, пробам и неудачам. И вообще большую часть сознательного возраста я решала более насущные жизненные проблемы. Теперь я не знаю, как себя вести.

Сижу на кровати и мечусь в решениях. Пойти к нему, сказать — я тоже тосковала?.. Или довериться поведению мужчины, раз он ушел, мне тоже нужно просто приготовиться ко сну. Но неужели до утра я его больше не увижу? Ух, я даже ерзаю на месте.

Так, нужно хотя бы выйти из комнаты, пока от моего сопенья не проснулся Миша. Схожу на кухню… На поиски заначки с конфетами! Говорят, они убирают неуд… Нервозность! Быстренько встаю на ноги, шагаю к двери. Решительно открываю и чуть не врезаюсь в преграду. Ястребов передо мной в том самом синем халате.

— Куда собралась?

Темные глаза не отрываются от моего лица. Смотрю сначала в них, потом ниже на четкие ключицы. Сглатываю.

— Я… Я тоже соскучилась.

Снова поднимаю на него голову и инстинктивно глотаю ртом воздух. Сегодня было много признаний, но это поставило окончательную точку в откровенности. Глаза Антона щурятся. А губы вовсю пользуются моментом.

Ястребов увлекает меня в поцелуй, и я понимаю, он тоже не смог бы сегодня просто так уйти. Отвечаю и доверяюсь ему целиком и полностью. Правда, все же слегка опешиваю, когда Антон опускается вниз. Но тут же понимаю, он просто хочет поднять меня на руки. Его ладони на моих бедрах… Под коленями. Он словно пушинку подхватывает меня и усаживает себе на талию. Впечатываюсь в крепкую грудь, подрагиваю от восторга.

Спиной вперед Антон выходит в коридор, аккуратно прикрывает за собой дверь. Держит меня легко и одновременно так крепко. Словно дает понять, что больше никогда никуда не отпустит.

— Ты очень красивая, Аврора, — шепчет он в мои волосы, — мне снилось твое лицо.

Признание именно в такой момент наталкивает на мысли, в каком контексте я ему снилась. Мне резко не хватает кислорода. Исчезает желание сказать, что я самая обычная. Хочу быть уникальной для этого мужчины! Меня окончательно накрывает волной жара.

Теплый костюм тут явно лишний, и на благо, он скоро остается в стороне. Кофта на пути в спальню Антона, которую я когда-то с трепетом оглядывала. Штаны и некоторые другие детали — на той самой антикварной тахте. А меня мужчина все же отпускает, но только спиной на ультрасовременный матрас. Хотя качества опоры для меня сейчас не важны, главное, чтобы она оказалась крепкой.

Такая мысль пришла не зря. Мы начинаем медленно, вспоминая или знакомясь заново, я уже не знаю. Совсем скоро все рассуждения уносит разгоняющийся темп. Еще недавно я волновалась, что не могу дать понять о своих чувствах. Но сейчас все предельно ясно без намеков. По жадным объятьям, дыханию, всхлипам. По тому, насколько я готова раствориться в близости с ним. А ответ один — без оглядки, целиком и полностью.

И по его дрожи понимаю, он так же сильно хочет быть моим. Его мышцы дергаются даже когда мы уже просто лежим. Ощущаю это, потому что часть его тяжелой фигуры покоится на мне.

— Ты в порядке?

Нет, я, конечно же, не в норме, а гораздо, гораздо лучше!

— Мне никогда еще не было так хорошо.

Кажется, я сказала фразу совсем тихо. Но по довольной улыбке Ястребова понимаю, он прекрасно слышал. Мужчина отваливается от меня, поднимается на локте. Я вижу его лицо совсем близко.

— Мне тоже, — говорит он, — но ведь Мишка появился совсем недавно, я даже не подумал…

Похоже, мистер педантичность совсем теряет голову со мной. От такого открытия на меня накатывает волна счастья.

— Я понимаю, о чем ты, но все хорошо. Мы были осторожны…

Общие минуты и правда вышли нежными, несмотря на всё нетерпение и страсть.

— Отлично.

Антон склоняется ко мне, целует. Неторопливо и даже убаюкивающе. По-моему, мы оба на сегодня устали.

— В душ и спать? — мужчина подтверждает мои мысли.

Я прикрываю глаза в знак согласия. Пошатываясь иду к себе, нужно ко всему прочему проверить ребенка. Антон провожает меня молча.

Его сын спокоен, и я могу привести себя в порядок. И уже натянув бежевую пижаму — майку и короткие шорты, думаю, как не хочу проводить ночь одна. Боже, еще вчера я не предполагала, что когда-нибудь буду вместе с этим мужчиной. А теперь не желаю с ним разлучаться. Но он, вполне возможно, привык спать один.

Подхожу к окну, смотрю на огни многоэтажек, шоссе вдали, где, сверкая фарами, движется поток машин. Клочок парка сбоку. Будем ли мы с сыном гулять там летом? Надолго мы здесь? Как вообще впишемся в жизнь нашего успешного папы?.. В голове всплывает Юля и бредовый уговор обеспеченных семей. Антону предполагалась совсем другая судьба. Впрочем… Я не собираюсь от него отступаться, даже если все вокруг будут недовольны.

На этой решительной ноте собираюсь прыгнуть в постель. Свет давно выключен, Мишка проснется лишь через некоторое время. Но стоит мне развернуться от оконных стекол, медленно открывается дверь. Я не пугаюсь, лишь замираю в легком волнении.

— У вас всё хорошо? — Ястребов лишь в темных спортивных шортах появляется на пороге.

— Да, — киваю и жду пожеланий доброй ночи.

Но хозяин квартиры проходит внутрь. Приближается, скользит ладонями к моим локтям и осторожно притягивает к себе.

— Я позвал бы тебя в свою спальню, но сейчас неудобно переносить Мишку.

Ох, я прикусываю губу. Но с ответом нахожусь.

— Тогда я приглашаю тебя в свою… Ну то есть в эту. Только не знаю, выспишься ли ты?

Антон вдруг широко улыбается.

— Надо привыкать. Тем более, завтра воскресенье.

Кровать не широкая, но тем больше причин прижаться к мужской груди. Не до конца верю в итог этого длинного дня и, наверное, поэтому мне не хочется отлипать от Антона. Он тоже держит меня крепко, хотя быстро проваливается в сон. Не знаю, может оно и к лучшему, что мы немного узнали друг друга, сблизились, и только потом вскрыли карты. Теперь проще понять друг друга и не держать обид.

Засыпаю я с легким сердцем, и отлично высыпаюсь, хоть Миша и поднимает меня несколько раз. Зато с утра его забирает папа вместе с маленькой люлькой, и я могу еще доспать. Правда, на романтический завтрак в таких условиях рассчитывать не приходится — Ястребов впервые один на один с малышом. Но в этом плане меня вполне удовлетворяет яичный блин с сыром и грибами из доставки.

Ем в одиночестве, по признанию Антона, он проснулся зверски голодным и не мог меня ждать. Но мне нескучно, потому что расположилась я в гостиной, где лениво валяются на диване мои мужчины. Мелкий на развивающем коврике в белых ползунках, Антон в тех же шортах и светлой футболке. Такие домашние… Так круто видеть этих двоих рядышком, кто бы знал. Больше всего на свете хотела бы сохранить наш мирок.

— Ты скажешь своей маме про нас? — аккуратно спрашиваю Антона.

Он переводит взгляд с Мишутки на меня.

— Конечно. Она и так будет ворчать, что я не рассказал о нашем знакомстве, догадках. Но она бы провалила мне всю «операцию»! — он смеется. — Точно бы не осталась спокойной около внука. Она и без того вас полюбила.

Ох, хочется верить в последнее.

— Елена Матвеевна не расстроится, что их план с Юлей попадет под угрозу?

Ястребов резко хмурится.

— Это моя жизнь, и на нее ни у кого не может быть планов.

Он говорит твердо, но я все равно ежусь. Глотаю горячий чай, чтобы согреться.

— Елена Матвеевна, конечно же, имеет право знать. Но всем остальным… Может, расскажем как-то постепенно? Пусть Мишутка хоть немного подрастет.

— И женится! — Антон смеется. — Я уже понял, ты не любишь открываться перед обществом. Но почему подрастет? Неужели вы еще и суеверны, Аврора Матвеевна?

Ястребов веселится, а я качаю головой. Счастливая женщина может и не такой стать, лишь бы сберечь своё. Пусть мне не так много лет, но я это очень хорошо понимаю.

— Счастье любит тишину, — показываю Антону язык.

Он быстро подходит и целует, у меня даже перехватывает дыхание.

— Приятно знать, что ты счастлива. Для меня по большому счету важна лишь мама. Но все постепенно узнают, как по-другому? И ни на что это не повлияет, не бойся.

Быстро киваю.

— Извини меня за паранойю.

Ястребов снова смеется.

— Мне без разницы. Хотя я всем и каждому готов сообщить, что вы мои.

Я тоже не прочь поставить на лбу Антона штампик — занято. Но боюсь, некоторых это не остановит. Так что пока хочется привыкнуть друг к другу в спокойной обстановке, без сплетен и упреков.

Папа нам достался однозначно самый лучший, но очень занятой. Даже в воскресенье ему звонят партнеры и приглашают в какой-то мини-поселок, который он собирается строить. Мол, некоторые заказчики могут только в выходной. Отпускать его не хочется, но делаю это с позитивом — хоть и вишу у него на шее в прихожей чуть ли не десять минут. В конце концов, нас обоих смешит эта сцена и, пообещав быстро вернуться, Ястребов покидает свой ЖК. Знала бы я, что закон подлости успеет поиздеваться надо мной и в это короткий период времени.

Сначала мне звонит отец, но это еще ничего. Хоть сначала и удивительно. Возможно, его надоумила Жанна, но папа решил извиниться за вчерашний день. Говорит, слишком уж ударился в воспоминания. И даже признает, что я у него молодец. Спрашивает, к этому ли номеру привязана моя карточка, чтобы отправить деньги Мише на подарок. Ну прямо чудеса!

Впрочем, он удивляет меня еще кое-чем. Оказывается, к нему на работу приезжал Костя! Полный шок… По датам это было как раз до его появления в приюте. Бывший просил отца помочь помириться со мной. Но папа не только отфутболил Костика, сказав — разбирайтесь сами. Он вообще забыл про этот случай. Это в его духе… А вот поведение бывшего еще раз ставит меня в тупик. Зачем ему хотеть со мной мириться?!

Не успеваю переварить разговор с отцом, как меня ошеломляет другой звонок. Теперь в двери. Смотрю, кто пришел, и тут же открываю — в доме сына появилась Елена Матвеевна.

— Аврорчик, привет! Не могла до тебя дозвониться, было занято.

— Здравствуйте, да ничего. Я с папой говорила.

— Как хорошо!

Леночка Матвеевна одобрительно кивает. После моего приглашения пройти отправляется в санузел. Я остаюсь одна на минуту и решаю вести себя как обычно. Все же важные новости женщине должен сообщить сын. Тут уж один день погоды не сделает. Однако скоро выясняется, Елена явилась не из банальной заботы. Хоть и с домашним тортиком к чаю.

— Вот, открыла для себя новую кондитерскую. Даже наша старая добрая зебра — произведение искусства. По рукам себя бью, чтобы каждый день им не звонить.

Я готовлю чай, пока Елена прохаживается по кухне с Мишкой на руках.

— Попробую с удовольствием, только немного, — улыбаюсь ей.

— Да-да. Ох, не успеешь оглянуться, как откормишь! Всё будет можно! Мишка так быстро растет.

— Проходите к столу.

Заканчиваю сервировать, и Елена с неохотой отпускает маленького в колыбель. Хочется верить, эта теплота останется в ней и после правды. Но пока Ястребова еще не знает новости и начинает вываливать мне свои.

— Я не просто так заехала! — радостно начинает она. — Меня Юлька вчера так обрадовала!

Хм, мне уже «страшно».

— Чем? — нетерпеливо перебиваю.

Но Елена не обижается.

— Ее отец предоставит тебе жилье! — Ястребова говорит, а мои глаза расширяются. — У него есть общежития, которые фирма под аренду строила. Гостинки со своим душем! Так вот Ковалевский решил выделить одну для пары наших мам. Ну Юля сразу о тебе вспомнила.

Судя по всему, она и не забывала про меня.

— Как это мило…

Кажется, в мой тон все же проник сарказм. Но простодушная Елена его не замечает и дальше несется на колеснице рассказа.

— Не ожидала от Николая, что он займется благотворительностью. Друг моего мужа всегда был жестким человеком. Считает — каждому по способностям. Но, видимо, дочка своим примером смогла на него повлиять. Так здорово! Он не ставит вам сроков проживания. Когда жизнь наладится или съедите, или договоритесь о плате за аренду. Там есть вся нужная современная мебель и ремонт чистенький. Своими глазами видела!

Объективно предложение и правда хорошее. Девочки после приюта снимают жилье гораздо хуже. Я это знаю по рассказам Галки. Рано или поздно, нужно плыть в самостоятельную жизнь, да и им самим хочется. Часто селятся по двое — так легче делить расходы первое время и есть кого просить посидеть с малышом.

— Отличная возможность, — киваю Елене.

— Конечно! — в который раз восторгается она. — И без помощи мы вас не оставим. Вы ровесницы, подружились вроде. А ты будешь чувствовать себя спокойнее.

Она имеет в виду, что я дергаюсь из-за проживания у ее сына? Ну да, поначалу ведь так и было.

— Да я и так уже не волнуюсь.

Делаю глоток чая. Елена Матвеевна отделяет кусочек торта ложкой. Ест, быстро кивает.

— Иногда нужно отпустить ситуацию, и тут же появляется выход!

Полностью согласна, но это немного не мой случай. Ладно, Антон в ближайшее время поговорит с матерью, и в милую гостинку отправится другая девушка. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Подлить еще чаю? — интересуюсь у Елены.

Та вздыхает, глядя на торт.

— А давай! Сегодня можно. Почти новоселье отмечаем. Ты, кстати, можешь собираться прямо сейчас. Как только отец заикнулся, Юлька сразу взяла его за жабры. Даже уборщицу организовала! Так что заходи и живи.

Какая шустрая и заботливая Юля.

— Правда, есть у меня подозрение, почему Коваленко такой лояльный стал. Он давно хотел податься в депутаты. А Юля подготавливает сюжет про наш центр для телевидения. Думаю, она и папу там засветит — какой вклад он вносит в социальную жизнь города. Но нам это неважно. Главное, результат!