Глава 25

Арс

До выхода на ринг остаются считанные минуты. Я все время проверяю телефон. Никто мне так и не перезвонил. Где они все, чтоб их?!

— Готов? — спрашивает распорядитель, заглянувший в раздевалку.

— Да.

Нет. Не готов. Я мысленно вообще не здесь сейчас, но отказаться нельзя. Выхожу в зал. Посетителей для нас разогрела предыдущая пара. Оглядываюсь. Какой-то мужик с сотней лишних килограмм нагло шлепает по заднице одну из девчонок, что работают в зале. Она вздрагивает, а мне хочется зарядить уроду с ноги за такую херню.

Клиент... Их трогать нельзя, они платят. Да и охраны тут хватает. Это меня кроет, больше никто не обратил внимание.

Сжав зубы, захожу в «Клетку». Поднимаю вверх руку, сжатую в кулак, и медленно поворачиваюсь из стороны в сторону, чтобы посетители могли меня рассмотреть. Здесь много женщин. Они платят за сексуальность и эстетику, повышая ставки. Пусть смотрят, мне не жалко.

Отхожу к сетке, чтобы мой соперник тоже мог порисоваться перед зрителями. Несколько раз склоняю голову от одного плеча к другому. Подпрыгиваю на месте и с ноги засаживаю парню в челюсть. Не ожидая такой подставы, под радостные вопли толпы он ложится спиной на сетку и трясет головой. Тёмные глаза наливаются яростью и азартом. Парень резво атакует меня в корпус. Отскакиваю, прикрываюсь. Отвечаю хорошо поставленным ударом ему в лицо и ломаю нос.

Роняя капли крови нам под ноги, он заводится и сносит меня мощными ударами по ребрам, затем сразу в голову. Не успеваю увернуться. Теряюсь. Перед глазами все качается. Добить ему меня не дают.

Подсечка. Лечу на настил. Он зажимает меня бедрами. В лицо летит кулак. Отклоняюсь. Он врезается рядом с моей головой.

Нас растаскивают. Тяжело дыша, полощу рот водой и вытираю лицо. Бровь саднит. Прикасаюсь. Пальцы липнут.

— Мля-а-а, разбил.

Новый раунд начинаю с атаки. Мне не понравилось быть снизу. Надо исправлять.

Мы падаем. Боремся, перекатываясь на лопатки. То он уходит от моего кулака, то я закрываюсь, пока не удается захватить его в болевой и подняться. Но парень резво поднимается, обхватывает меня за шею и давит на горло, все сильнее перекрывая кислород. Перед глазами стремительно темнеет. Резким ударом в печень освобождаюсь и надсадно дышу несколько секунд.

Услышав приближение, разворачиваюсь и мне снова прилетает в голову.

Раунд заканчивается очень вовремя. Я стою на коленях на настиле. Прихожу в себя и думаю, как уложить этого урода.

Он все время бьет по верхам, почти не прикрывая собственный корпус. Нужен один хороший удар по рёбрам. Пока он будет приходить в себя, вынесу его точным киком в голову. Главное, потом не дать подняться.

Только все идёт не по плану, потому что он тоже явно думал, как вынести меня. Соперник меняет тактику. Его колено летит мне в живот. Он обхватывает руками мою голову и пытается ударить, но из этого захвата я выхожу. Оказываюсь у него за спиной. Удар по почкам. Захват за шею.

Да, я злопамятный!

Он лупит мне локтем по ребрам, но я держу крепко, понимая, что второй раз он мне такого шанса не даст.

Еще один резкий удар, и я вынужденно опускаю руки. Хапнув воздуха, соперник попадает кулаком мне в лицо, а со следующего удара я лечу вниз и в момент, когда голова касается пола, под крики толпы понимаю, что этот бой я проиграл.

В медкабинете постепенно отпускает. Док обрабатывает ссадины, внимательно осматривая бровь.

— Шить надо? — хрипло спрашиваю у него.

— Нет, нормально. Чувствуешь себя как? Голова не кружится? — внимательно заглядывает мне в глаза.

— Нет. Болит только сильно.

— Ну, а как ты хотел? — усмехается док. — С ноги получить и чтоб не болело?

— Было бы неплохо, — криво усмехнувшись слезаю с кушетки. — Я пошёл?

— Подожди, — вкладывает мне в кулак блистер с таблетками. — Перед сном выпей. Если завтра будет также болеть, ещё одну.

— Что это? — хмуро разглядываю таблетки с неизвестным мне названием.

— Очень хорошие обезболивающие. Не доверяешь? Твое право, Арс, но Ильхан мне лично шею свернёт, если с его бойцами по моей вине что-то случится. Это тебе так, к сведению.

Сжав похрустывающий блистер в руке, ухожу в душ. Голова гудит. Тяжелая как колокол. Теплая вода помогает немного расслабиться. Сразу накатывает усталость. Сейчас бы упасть своим побитым фэйсом в подушку часов на двенадцать и чтобы ничего не снилось вообще.

В раздевалке первым делом беру телефон. В полотенце сажусь на скамейку и активирую экран. Пропущенный от дяди. Наконец-то!

Сразу же перезваниваю.

— Как бой? — с ходу спрашивает он. Я не говорил, что поеду к «Клетку». Сам догадался.

— Мог быть лучше, — говорить больно. Губу опять разбили, она припухла, и каждое слово отдаёт в чугунную голову.

— Ясно. Ко мне приедешь?

— Домой хотел. Но если ты не против, — мы ведь с ним последний раз жёстко разошлись, — я бы остался у тебя.

— Приезжай. Мама все равно спит. Я недавно от вас вернулся.

— Все плохо? — сжимаю ладонью скамью.

— Арс, давай дома поговорим, — устало просит дядя. — Я тебя дождусь.

— Понял. Постараюсь быстрее, — поднимаюсь, роняя полотенце на пол. Иду к шкафчику за шмотками, прижав трубку к уху плечом.

— Не надо быстрее, Арс. Будь аккуратнее на дороге.

— Ладно, понял.

Отбиваюсь, переодеваюсь и выхожу в зал, повесив на плечо сумку. Ильхан со своей охраной смотрит бой. Делает знак рукой, чтобы я подошел. Вздохнув, сворачиваю к нему и бросаю злой взгляд на толстого похотливого мужика. Желание врезать ему никуда не делось, сил правда уже нет.

— Достойно бился, — довольно улыбается Король «Клетки».

— Проиграл.

Я собой совсем недоволен. Уже знаю, где ошибся, а где не доработал. Надо бы попросить Дана поработать со мной. Заодно закрыть вопрос, повисший в воздухе еще в ночном клубе.

— Еще один плюс контракта. За проигрыш все равно будут деньги, — Ильхан даже подбородок выше поднимает от ощущения собственной значимости.

Всего двадцать процентов от суммы, но да, это несомненный плюс. Я не знаю, зачем Ильхан каждый раз мне напоминает о контракте. Я его уже подписал. Это сделка, а не благотворительность с его стороны, но у Короля, похоже, иное мнение.

— Я говорил, что не готов.

— Все было отлично, Арс. Не заморачивайся. Форс-мажор — дело такое. Отдыхай и готовься к турниру, — протягивает мне руку. — Времени не так много. И еще, я помню тех, кто играет на моей стороне, — тише говорит Ильхан.

Пожимаю его ладонь и ухожу. Сажусь в машину и так хорошо становится. Наконец-то тихо. Слышно, как стучит в голове и немного звенит в ушах.

Чуть выдохнув, еду домой, стараясь вообще ни о чем не думать. Получается плохо. Включаю музыку, чтобы глушило мысли. По началу биты отдают головной болью, но потом я даже повторяю за репером какие-то строчки, иногда попадая в ритм. Помогает. И дорога серой лентой летит вперед гораздо быстрее, унося меня от шумной столицы в наш маленький городок.

Сразу сворачиваю к дому дяди. Он действительно не спит. На столе открытая бутылка виски наводит на хреновые мысли. Кидаю на стол таблетки, сажусь на табурет и наливаю себе прямо в чайную кружку.

Дядя смотрит на мое разбитое лицо. Тяжело вздыхает.

— У мамы еще одно новообразование, — решает не тянуть кота за причиндалы. Крепко зажмуриваюсь, так и не притронувшись к виски. — Врач сказал, будут оперировать. Потом продолжат курс химии и поменяют комплекс сопутствующих препаратов на более сильный.

— Сколько? — отставляю кружку в сторону, так и не коснувшись алкоголя.

— Я уже посмотрел свои счета. Я помогу, Арс. Ты знаешь, я вас не брошу, — дядя делает глоток виски, а я все же пью обезболивающее, иначе голова просто взорвётся.

— Как она? — пялюсь в серебристую стенку холодильника на свое искривленное отражение.

— Догадывалась. Не хотела тебя пугать. Ей выписали сильные уколы. Я сам сделал. Она уснула.

— Спасибо, — разворачиваюсь и ложусь лбом на стол. Дядька проводит ладонью по моему затылку и хлопает ладонью по плечу. Говорить больше нечего. — Когда ее надо положить? — спрашиваю, не поднимая тяжелую голову.

— Чем быстрее, тем лучше.

Будто я не знал, что ответ будет таким.

— У нас есть еще деньги. Я тебе перекину. Оплатишь? — выпрямляюсь, расправляю плечи, но они тут же опускаются обратно. На меня опять будто бетонную плиту уронили и надо держать, иначе раздавит. Главное, чтобы позвоночник в трусы не ссыпался.

— Конечно, — дядя делает еще один маленький глоток виски. — Иди спать, Арс. Выглядишь паршиво.

— Знаю...

Постояв с ним еще минуту, ухожу на диван. Ложусь и смотрю в потолок. Невидимая плита теперь давит на грудь, и даже быстрое действие обезболивающего не приносит мне радости. Мой мир снова затягивается непроницаемой темнотой и пока все, о чем я могу думать: «Я должен справиться. Должен!»