Глава 12

На тренировку я прихожу заранее и старательно разминаюсь, пока остальные собираются. Девчонки с нашей атлетической секции уже не такие запуганные, как в прошлый раз, и весело щебечут о чем-то друг с другом. Да и футболисты гораздо спокойнее относятся к нашему присутствию, за исключением того самого парня с номером три на футболке. Судя по его мрачному лицу, он не забыл ни свой проигрыш, ни то, что ему пришлось всю прошлую тренировку отходить в розовой повязке для волос. – Опять вы, – ворчит он. – Фигня у вас, а не спорт. Только зря стадион занимаете. Я ехидно улыбаюсь и машу ему рукой. – Может, еще разок со мной побегаешь наперегонки? – кричу я. – Повязку я, правда, не взяла, но зато у меня юбка с собой есть! Не уверена, что она на тебя налезет, но можем попробовать. Он аж багровеет от злости. – Да пошла ты, – рявкает он, пока остальные парни гогочут как кони. Тот момент, когда на стадионе появляется Князев, я чувствую всем своим существом. Хотя я стою ко входу спиной, но меня окатывает таким жаром, что я почти не сомневаюсь, кого увижу, когда обернусь. Он сразу одет в тренировочную форму, видимо, из дома сюда пришел. Может, живет где-то рядом со стадионом? Я машинально прохожусь взглядом по его ярким бутсам, по красивым мускулистым ногам в футбольных шортах, поднимаюсь выше к широкой груди и плечам, обтянутым тонкой футболкой, и наконец встречаюсь с зелеными глазами. Спокойными и серьезными. – Готова? – вместо приветствия спрашивает Князев. – Тебя обыграть я всегда готова, – отвечаю я. – Вика, давай! – кричит мне кудрявая Оля, которая вместо того, чтобы разминаться, сидит на трибунах, а рядом с ней пристроился рыжий футболист, который ее в прошлый раз обыграл. – Князь, жги! – кричит он Князеву, оглушительно свистит, а потом как бы невзначай приобнимает Олю за плечи, и она смущенно улыбается ему в ответ. «Хоть у кого-то все хорошо», – мрачно думаю я, делая упражнения на разогрев голеностопа. – Слышь, народ, если хотите бежать до тренировки, давайте прям щас, – говорит капитан футбольной команды, гориллоподобный четверокурсник. – А то скоро Сан Саныч придет и вставит нам всем пистонов за то, что мы хренью маемся. – Я готов, – тут же отзывается Князев. – Без разминки? – презрительно фыркаю я. – Я дома размялся, – улыбается он и подмигивает. – Но приятно, Гордеева, что ты за меня так переживаешь. – Обойдешься! – вспыхиваю я. – Кто будет считать? – Я! – кричит Оля с трибун. – На старт, внимание…марш! Я срываюсь с места так быстро, что едва успеваю заметить боковым зрением Князева, который рванул вперед. Бег – это мое, я действительно хороша в этом, но сейчас я несусь так, как никогда в жизни. На пределе сил и возможностей моих мышц. Но Князев не отстает. Я слышу его дыхание рядом. Мы бежим почти вровень, финишная прямая совсем близко, и мне кажется, что я могу вырваться вперед, если еще поднажму. Но вдруг… Черт! Острая, резкая боль пронзает икру, словно в ногу кто-то вцепился невидимыми когтями. Свело. Твою же… Я совсем немного замедляюсь, стараясь не упасть, но этого хватает. Князев вырывается вперед и финиширует первым. За ним я – прихрамывая и пытаясь держать лицо. И сразу же раздается взрыв смеха со стороны футболистов – Не вышло, да? – Князев тебя размазал! – Я же говорил, что он круче! – Бабы в целом хуже бегают, они же бабы. Я стискиваю зубы, пытаясь не разреветься, и тут вдруг Князев рявкает: – Рты свои закрыли! От удивления и неожиданности все и правда замолкают, а Князев уже опускается передо мной на корточки и прежде, чем я успеваю что-то сказать, осторожно касается пальцами моей ноги. И это меня настолько смущает, что я моментально заливаюсь душным румянцем. – Что ты делаешь… – лепечу я. – Сядь, – командует он, я почему-то слушаюсь и плюхаюсь прямо на беговую дорожку. Князев подхватывает мою ногу и аккуратно, но уверенно разминает сведенные мышцы. Становится действительно легче. Но только физически. Морально я просто раздавлена. – Ты выиграл, – сквозь зубы выдыхаю я. – Не считается, – бросает он. – Потом еще раз пробежим. – Не надо, – качаю головой я. – И так все ясно. Ты быстрее. Я не вру, он действительно очень круто бегает. Я не смогу его обогнать. Правда не смогу. Сейчас я бежала на пределе своих сил. Веки предательски дрожат, и я понимаю, что вот-вот расплачусь. Злюсь. На себя. На него. На этих идиотов вокруг, которые сейчас о чем-то шепчутся. – Может, я и быстрее, – пожимает плечами Князев, а потом вдруг поднимает глаза и смотрит мне прямо в лицо. – Зато ты умнее. И красивее. Я вздрагиваю. Он это по правде что ли? Или очередная насмешка? Но зеленые глаза смотрят слишком серьезно, и это пугает. Я резко отвожу взгляд и неловко высвобождаю свою ногу из его ладоней. Пытаюсь встать, Князев помогает мне, подхватив под локоть, и уже не отпускает. Так и стоит, удерживая меня рядом с собой. – Тренироваться сможешь? – хрипло спрашивает он. Смогу. Но не хочу, не после такого позора. – Я лучше пойду, – тихо говорю я. – Согласен, пошли отсюда, – кивает Князев, оборачивается и бросает капитану: – Скажи Санычу, что я Вику пошел провожать. Вернусь… – Да идите уже, голубки, – перебивает тот с ухмылкой. – Можешь не возвращаться, Князь. Прикроем тебя, если че. У меня от изумления приоткрывается рот. Какие «голубки»? Какое еще «если че»?! Что тут вообще происходит? Но Князев уже тянет меня к выходу со стадиона, и я, поколебавшись, следую за ним.