Глава 40

— Явился наконец, блудный братец? — Голосок у вороны был уже знакомый, каркучий. Правда, я успела подзабыть важные детали: какая именно это ворона, средняя или старшая, а также как ее зовут.

Клюв вот запомнила, хороший клюв, выдающийся. Хищный.

Но рядом с моим некрокняжичем любая птичка смотрится бледно, так что громкое карканье с парадной лестницы ни разу не помешало нам втаскивать в холл чемоданы. Много чемоданов. Очень много чемоданов. Надо ведь как-то объяснять новоявленным родственникам, откуда у нас такие гардеробы: заинька как психанул во время разлуки со мной, так и лечил свои сидовские нервы привычным способом.

Зачем Илье понадобилось это представление перед княжеским семейством, я не поняла. Спокойно мог оставить весь гардероб в поезде, Ужик пасся на привязи (император одолжил якорную цепь от авианосца) в ближайшем болоте. Но заклинание было настроено так, что прилетел бы по первому свистку с обрывком той самой цепочки на трубе.

— Что, исключили еще до первой сессии? Неудивительно.

О, вот и вторая ворона. И эта, наверное, все же старшая. Но склерозу на имена ее появление ни капли не помогло. И вообще, я еще выясню, какая падла мне в жестких дисках хрен с прованским маслом навела — тут помню, тут не помню, тут рыбу заворачивали. Надо синего за коленку поймать, он ненаказанный и железный. Во-первых, его меньше жалко, чем родного мужа, во-вторых, как ни странно, его легче заставить проболтаться.

— Нет, просто после одного забавного происшествия мы сдали сессию досрочно, — вроде как спокойно ответил Сашенька сестрам, аккуратно ставя самый большой чемодан поперек лестницы.

Ага-ага. А еще мы практику сдали сразу за пять курсов. Столько монстров, наверное, ни один местный маг за всю жизнь не видел, сколько мы угробили за неделю.

Правда, теорию все равно придется учить. Потому что возможность умножать на ноль любую падлу грубой силой — это, конечно, хорошо. Даже удобно. Но иногда как бы… немножко… м-м-м… короче говоря, гробницы ломать, как оказалось, невыгодно. И стены плющить в чужих полигонах и хранилищах — тоже так себе. Дорого выходит.

Потому император слегка обиделся и повелел, чтобы, пока мы не научимся тонкой работе со своими монструозными магическими потоками, диплом нам не давать. И плевать, сколько времени у нас обучение займет, хотя до пятисот будем необразованными ходить. Это дословно.

— Ох, братец, ты всерьез рассчитываешь, что мы тебе поверим? Ты даже азбуку и ту три года с репетитором учил. А тут магия. — Тьфу ты, как же зовут эту каркушу? Прямо неудобно ее за космы таскать, такую неопознанную и безымянную. Так-то имею полное право по-родственному строить разборки. Но чертов склероз мешает.

— Это была рунная азбука из более чем пяти тысяч символов и комбинаций, — все еще негромко ответил некромант. В его словах не было паники, чего я больше всего опасалась. Но кажется, он сам пока толком не понимал, как общаться с бывшей семьей.

— Какая разница? Это оправдывает то, что ты притащил в наш дом каких-то проходимцев? — Вот, я вспомнила, что чуть светлее волосы у старшей вороны.

А еще мы, насколько я опять же помню, почти мирно договорились с обеими каркушами, когда они ко мне в прошлый раз заявились. И теперь не совсем понятно, за каким бесом их клещами за хвост укусило.

— Мне казалось, ты у Волковых стал бесправным терпилой-приживалом и тебя должны содержать. А оказывается, эта девица теперь и на наше поместье позарилась.

А, теперь понятно, какой именно клещ. Девочки решили, что я окончательно профукала все свои деньги и пришла сесть на чужую шею. Технически Александр — единственный сын и прямой наследник, так что по местному законодательству имеет право на землю и поместье, а так как я княгиня — оскорблять меня напрямую опасаются, вот и работают через «безвольного» брата.

Наивные какие птички. Интересно, стоит ли сказать Саше «фас!» хотя бы по приколу. Нет, все же не буду. Это для моего гарема, знающего меня как облупленную, такое прозвучит очередной шуткой. А окружающие сразу убедятся, что Сашенька для меня не более чем игрушка на поводке. Даже если он покажет силу, вырастет лишь до цепного пса. Мы же сюда пришли мужу самооценку повышать, а не окончательно ее втаптывать.

— Если моя жена захочет, я постелю это княжество ей под ноги, как половой коврик, — восхитительно небрежно пожал плечами некромант. — Вместе с вами, кстати. Но ей это не надо. Так что мы просто приехали с семейным визитом, отпраздновать Велесову ночь. И привезли подарки.

Ух! Мур! И мимими! А плечи у него, интересно, когда такие широченные успели нарасти? Впрочем, неудивительно, за последний месяц где и как мы только не сражались. Тут любой бы заматерел.

— Ого, голосок прорезался. Осмелел мелкий под чужой юбкой! — Младшая ворона медленно слетела с верхней лестничной площадки к самому чемодану. И на лету попыталась что-то… сделать.

Это она зря, конечно.

— Саш, ну ты аккуратнее как-то. Сестра все же. Не надо мне тут Страшилу Мудрого изображать.

— Кого? — удивился Сашенька, весьма неласково стряхивая бессознательную сестру на слегка пыльную дорожку, которой была застелена лестница княжеского родового гнезда.

— Пугало огородное, которое ворон над посевами душит, — пояснила я, осторожно обходя груду чемоданов и разглядывая активно проявляющееся ожерелье из синяков на горле слишком агрессивной вороны. А нечего было в мою сторону колдовать!

Если бы она в брата магией каркнула, очень сомневаюсь, что некромант настолько бы осатанел. Но эта неумная птичка целилась в меня. И кто ей теперь доктор?

— А пугала разве их душат? — Зайка возник на пороге с еще одной порцией пожитков. — Александр Сергеевич, прошу. Тут приготовленные вами гостинцы для семьи.

— Благодарствую, Илья Алексеевич. Софья, ты тоже спустишься к нам? Тут и для тебя гостинцы.

— Кхм, — чуть смущенно кашлянул Горыныч-рыбка, поднимая голову. — По-моему, она улетела. В окно на втором этаже.

— А, это не страшно, — отмахнулся Саша, слегка озадаченно рассматривая свои руки, а потом шею сестры. — Вроде не сломал… Анастасия скоро придет в себя. А Софья просто за подкреплением отправилась. Минут через пять тут будет вся родня от деда до троюродной тети второго мужа. Не пугайтесь, для своих они не опасные, скорее очень шумные и навязчивые. Как стая ворон, — слегка улыбнулся мне Сашенька. — Так даже лучше, все гостинцы сразу раздадим, половина чемоданов под гардероб освободится. Кстати, Илья! У меня есть очень милые, но страшно шустрые племянники разной степени родства. Они вечно скачут по дому, как стая слетков, такие же крикливые и перемазанные непонятно чем. Их можно переодевать по кругу не прерываясь все то время, пока они не спят!

Горыныч и Немезис на это откровение отреагировали предсказуемо: навострили уши. Ибо отвлечь домового от переодевания себя любимых были готовы кем угодно, хоть вороньей стаей.

— Моих услуг еще нужно удостоиться, — высокомерно отвернулся зайчик. — У меня нет и никогда не было желания переодевать всех уличных попрошаек. Мне потом этими руками готовить вам ужин.

— Те, которые младше двенадцати, еще вполне годные, неиспорченные, — пожал плечами некромант. — У парочки даже есть дар в зачаточном состоянии. Я имею в виду — настоящий дар некромантии, а не привычный нашему семейству навык нападать стаей и растаскивать что-то в общей свалке, оглушительно каркая на всю округу.

— Хм. Я присмотрюсь к потенциальным активам, но ничего не обещаю. Мы не благотворительная организация. Самим мало.

Хех, зайка в своем хомячьем репертуаре. Ну кто б сомневался.