11

Я думала, он шутит, а он всерьёз полез за телефоном.

— Говори номер, как появится связь, сообщение само отправится.

Вариантов начать ломаться: «Да зачем мне?», «Да не надо», «Я же не Настя» (откуда ему знать, что моя подруга давно это практикует), «А как же твоя девушка?» — у меня просто не было.

Я продиктовала номер.

— Странно, — Яр поднял на меня глаза, потом опустил их в экран, потом снова поднял. — Ты забита у меня в рабочем телефоне. Мы где-то пересекались? У меня стоит пометка «перезвонить».

— Должны были. На собеседовании, — кивнула я.

И точно знала, что его рабочий номер у меня тоже есть. Потому что он перезвонил. Сам. Лично. Сказал, что задерживается (но в итоге так и не приехал). А ещё сказал, что посмотрел мою анкету, результаты тестов, предоставленные эйчаром, и взял бы меня в отдел закупок, а не в отдел продаж, хотя я ответила на вакансию продажника.

Именно это его замечание и определило мой выбор. Два года, проработав в аптеке и столько же в отделе закупок крупной компании, я лишь убедилась, что продажи — не моё, и ушла закупщиком в «Альфарм».

— Я тебе так и не перезвонил? — умилил меня Тропинин виноватыми домиками бровей.

— Перезвонил, — улыбнулась я. — Поэтому я там, где я сейчас.

— То есть я тебя упустил?

— Ну, я не такая важная птица, чтобы об этом сожалеть.

— Категорически не согласен, — дочитал он что-то, возможно, в заметках к моему имени, а может, это уже никак не было связано со мной. Убрал телефон в карман. — Как говорится, проехали. А сейчас ты где работаешь?

— Там же, — рассказала я про «Альфарм».

Тропинин понимающе кивнул.

В том, что он меня не запомнил, я не видела ничего криминального. Мы даже не виделись. Плюс у него каждый день куча встреч, несколько собеседований и тысячи людей в подчинении. Он не обязан всех помнить. Да и физически, наверное, не мог. Поэтому и оставлял такие подробные заметки к каждому контакту.

— Значит, ты всё ещё Осташевская? — спросил он, словно бросил мячик.

— Да. А ты? Женат? — отбила я подачу.

И он пропустил удар.

Уверена, намеренно, но всё же пропустил.

— Нет, — ответил Яр.

Я развела руками, в точности копируя его жест, когда он сказал мне: «Не понимаю». Хотелось добавить: «Ты сам-то себя в зеркало видел? Ты выглядишь даже не как приз, как мечта, светлую душу моей бабушки!»

Но спросила коротко:

— Почему?

— Так и не встретил ту самую, — вздохнул Ярослав Тропинин горестно и снова на удивление искренне.

— А Наташа? — уточнила я.

Надеюсь, он не думал, что я буду прикидываться слепоглухонемой?