119

— Малыш, тут такие пробки. Прости, но я опаздываю, — сказал он.

— Ничего, я понимаю, в пятницу вечером всегда так. Там мой курьер где-то рядом не стоит? Его тоже нет.

— Если встречу, что мне у него забрать? — улыбался Яр.

— Забирай всё и беги, — чертовски нравилось мне, что мы понимали друг друга с полуслова, по крайней мере там, где оба шутили.

Да, я была готова с ним поговорить. И принять любое его предложение.

А если его не поступит — предложу сама, делов-то. Почему-то я была уверена, что он всё правильно поймёт, а если не поймёт… Нет, не так… Если не он, то кто тогда поймёт? — вот как правильно. И это чувство уверенности было лучшим из всего, что он мне давал.

К счастью, курьер приехал раньше Яра, и я уже накрывала на стол, когда Тропинин позвонил.

— Думаю, ты захочешь это видеть. Просто выгляни в окно, — сказал он негромко.

Ох, не любила я сюрпризы, поэтому из-за шторки выглянула осторожно, не догадываясь, что меня ждёт внизу. Но Яр был прав: я хотела это видеть.

Тропинин стоял у машины, а перед ней — женщина и два мальчишки лет десяти и двенадцати. Они кого-то ждали. Но я уже знала кого.

— Пап! — шагнула она навстречу, когда дверь подъезда открылась.

Толик замер, не веря своим глазам, а потом опомнился, протянул руки, чтобы её обнять.

Я шмыгала носом, вытирая слёзы занавеской, и Тропинин делал вид, что этого не видит, улыбаясь и глядя в сторону. Толик знакомился с внуками. Мальчишки не хмурились и не стеснялись — были рады видеть деда, что-то показывали ему, рассказывали, перебивая друг друга. Дед спохватился, что они на улице, и позвал их подняться. И они побежали впереди него.

Толик зашёл в подъезд последним, но в последний момент поднял голову и мне кивнул.

Один раз.

И я кивнула в ответ.

Тропинин дождался, когда они войдут, и только тогда достал из машины цветы и тоже поднялся.