70

Сбросив туфли, сунула околевшие ноги обратно в тёплые угги.

Хоть под давлением непререкаемого Люськиного авторитета Тройка Зла и трепетала, всё равно умудрялась гадить. Как иначе назвать решение завхозши поставить режим обогрева офиса на минимум и под предлогом больших счетов на отопление объявить весну с середины января, я не знала. Разве что желанием выслужиться перед новым начальством. Но пока Галина Завхозовна заискивала перед начальством, мы косплеили капусту в штанах, свитерах и соплях.

А некоторых, что пытались окончательно не сдаться и не пасть жертвой стиля «косматый геолог», за это ещё мышами называют! — никак не могла я успокоиться.

— Вот уйду на больничный, — демонстративно шмыгнула я носом и посмотрела на Люську, — и пусть сам таблетки заказывает. Все эти «сопли», «кашли» и «вши», — как нежно именовала Южина средства от насморка, кашля и педикулёза. — И пусть попробует только не угадать с товарными запасами!

Как тебе такое, господин Ярослав Хам Тропинин?

— Не, — оторвалась от маникюра Люся, одарив меня подозрительным взглядом. — У него же диплом экономиста. Он свечи от таблеток не отличит, какие уж тут заявки. Без тебя ему никак.

Вжик! Вжик! Вжик! — пилка вернулась к работе.

— Так и не выпендривался бы тогда, — зло скрипнула я стулом. — Раз ни черта не смыслит.

Сняла со спинки и закуталась в шарф. Красота, конечно, страшная сила, но здоровье дороже.

— Я дико извиняюсь, — вновь посмотрела на меня Людмила исподлобья. — Я, может, чего не понимаю, но что у вас с ним?

— С кем?

— С Дед Морозом, блин! С Тропининым, конечно.

— В смысле?

— В здравом, Лик. В здравом. Между вами аж искрит. Огонь, пожар, вызывайте бригаду. Он буквально глаз с тебя не сводит. Да и ты ожила с его появлением, — кивнула она на мой прикрытый шарфиком костюм.

— Что бы ни было, это в прошлом, Люсь. Давно в прошлом.

— Значит, в прошлом? — кивнула она, что, конечно, означало: «Ну-ну, верю». — Скажу тогда Ксюхе, что он свободен?

— Кому? Какой ещё Ксюхе?

— Которая из бухгалтерии. Она глаз-то на него сразу положила, только не слепая ж, видит, что он, как коршун, кружит над тобой. Но раз тебе не надо, дело прошлое и давно забытое, — сказала Южина скучным голосом, — скажу Ксении, пусть не стесняется.

— Да ради бога! Я ей какое право имею указывать? А ему — тем более. Парень он холостой, свободный и в активном поиске, — констатировала я факт из биографии Тропинина, что уже стал достоянием общественности и меня, конечно, не обошёл.

Так и не женился он ни на своей чёртовой третьей Наташе, ни на одной из следующих.