Глава 11

Вот и прошел день. Очередной рабочий день, наполненный проблемами купли-продажи недвижимости. Владимир загнал машину на подземную стоянку. Поднялся в свою роскошную холостяцкую квартиру, обставленную в соответствии с последними модными рекомендациями дизайнеров, и бросил ключи на комод в прихожей. Наскоро приготовил ужин из замороженных полуфабрикатов. Посмотрел в окно, на закат. Что-то было не так, как обычно. Определенно, что-то в его жизни изменилось. Все мысли только о Вике. Ее веселый, зажигающий смех пробуждал желание жить. Стоило взглянуть на нее — и она смущена. Искренне заливается румянцем и отводит глаза. Это вызывает желание обладать ею. Он хотел ее. Всю, без остатка. Дарить ей подарки, наслаждаться близостью, вместе встречать закаты и рассветы…

Было ли это плохо — вот так просто увлечься спустя три года после трагедии? Он не знал и очень страдал от собственных сомнений.

Не удержался, надел кожаную куртку и взял ключи от мотоцикла. Кто-то старается забыться в алкоголе и наркотиках, а Владимир любил скорость. После ухода Иры он влюбился в ночные дороги. Мотоцикл у него был давно, а вот машину купил только в прошлом году, когда дела в агентстве недвижимости пошли в гору. Носиться по Ростову и его окрестностям, когда стрелки на спидометре зашкаливают — есть ли большее наслаждение?

Он быстро спустился на первый этаж. На подземной парковке его ждал верный железный друг. «Хонда» — она и есть «Хонда». Здесь добавить нечего. Дорогой мотоцикл, единственное воспоминание из той, прошлой жизни, когда еще был жив отец и когда они вместе работали в семейной компании. Владимир скучал по отцу. Его внезапная смерть оказалась невосполнимой потерей. А действия мачехи и ее адвокатов — и того хуже. Нет ничего страшнее, чем оказаться выброшенным на обочину жизни без поддержки близких. Владимир передернул плечами, отгоняя прочь мрачные мысли и выкатил черный мотоцикл на улицу. В лицо пахнуло свежим вечерним воздухом с примесью пожженной дневным солнцем травы и бензина. Застегнул куртку — на большой скорости ночью бывает прохладно. Надел черный шлем. Отключил звук в сотовом телефоне и завел мотор.

Вот и ночь уже близко. Подкрадется незаметно и накроет город. Летишь стрелой, лавируя между машинами, навстречу закату, и кажется, если выжать еще пару километров, догонишь оранжево-розовое солнце. Вокруг мелькают лица неспешно прогуливающихся по тротуарам людей. Иногда ослепляют фары встречных машин. Постепенно спускается сумрак. Охватывает дома, один за другим. В квартирах зажигается свет. Кое-где мелькают силуэты жильцов. Кто-то садится ужинать, кто-то курит на балконе. Город живет своей жизнью. И так интересно, мчась мимо, ощущать себя частичкой огромного мегаполиса.

Владимир не заметил, как свернул на кольцо за авторынком «Фортуна» и погнал на Левенцовку, микрорайон, в котором жила Вика. Уже было совсем темно, когда он остановился возле стоматологии и снял шлем. Поднял голову вверх — она обмолвилась, что живет в однокомнатной квартире на десятом этаже. Представил ее — такую милую, трогательную, без косметики, в домашнем халатике — и улыбнулся сам себе. Щелкнула вибрация на телефоне в кармане куртки. Достал телефон и усмехнулся: «Виктория Хованская отправила вам запрос на добавление в друзья». Нажал кнопку «Принять». Не стал ждать, просто отправил личное сообщение: «Привет». И смайлик. Подумал, что сейчас она там, у себя наверху, наверное, снова залилась краской. И опять не ответит. Но нет, на этот раз Вика решилась прислать ответ. В виде большого улыбающегося смайлика. Написал: «Не теряйся больше. Без тебя грустно». И выключил телефон. Пора возвращаться. Завтра рано вставать, тренировку в фитнес-клубе никто не отменял.

Завел мотоцикл и помчался в центр города, на Журавлева.

* * *

Если не страдаешь от вредных привычек и рано встаешь, занятие в фитнес клубе два раза в неделю доставляет настоящее удовольствие. Владимир не отказывался от тренировок. Уже третий год подряд они с Борисом, другом детства, ходили в клуб. В клубе — разминка, такая, чтобы пот градом, потом быстрый душ и завтрак где-нибудь в кафе с видом на фонтан — глядишь, и жизнь налаживается.

Когда-то они с Борисом учились в одном классе. Играли в волейбол за школьную команду. Владимир из спорта ушел. А Боря играет до сих пор. Конечно, теперь уже за ростовскую команду волейболистов, а не за школу. Вместе учились в институте. Даже квартиры купили в одном районе. А железное правило встречаться по утрам пару раз в неделю никто не отменил и после того, как Боря женился и у него родился сын.

В это утро зал был почти пустой. Позанимались в свое удовольствие, решили позавтракать в «Пить кофе».

На перекрестке Борис открыл бутылку ледяной минеральной воды и развернулся к другу.

— Слушай, Вова, тут такое дело… Все утро маюсь, не могу слова подобрать.

— Что случилось?

— Ирка твоя к Лике приходила.

— И? — Владимир судорожно сглотнул, как будто кто-то резко пнул его в солнечное сплетение. Замедлил шаг. Лика — жена Бори. Раньше они с Ирой дружили.

— В общем, они там винишко открыли, тортик разрезали, меня с малым сидеть заставили… Ну, сам понимаешь. Девичник у них, а я вроде как нянька. Я сначала хотел с малым гулять идти, чтоб бабские разговоры не слушать, да дождь пошел. Вот и остался на свою голову. Короче, защитила диссертацию твоя Ира. Метит в заместители заведующего кафедрой. Карьера в гору пошла, как она и планировала всегда. Только вот, счастья в личной жизни все нет и нет. С футболистом у нее не складывается ничего, возраст подпирает, замуж надо. А придурок этот, братец твой, замуж не зовет. По большому секрету призналась Ира Лике, что затосковала по тебе снова. Строит планы тебя вернуть, все совета просила, как лучше начать, чтобы не испортить отношения.

— Вернуть? — у Владимира аж в глазах потемнело. Отнять ребенка, пожить с Филиппом, а после решить все исправить?

Сразу стало нечем дышать. Раннее утро и свежесть парка у Театральной площади вмиг потеряли свою привлекательность.

— Вов, ты чего? Ты в порядке, Вов? — напугался Боря. — На, вот, воды холодненькой хлебни.

— В порядке, блин. Почти, — он выхватил у друга воду и плеснул себе в лицо. — Не нужна она мне больше. Три года прошло, Боря! Хоть кол на голове теши, ничего не склеить!

Появилась прогалина между машинами. Владимир, лавируя, бросился вперед, к парку, с такой скоростью, что Борис едва за ним поспевал. Вспомнилась Вика, ее небесно-голубые глаза. Посмотрел на огромный палисадник с цветущими розами, порхающими над ними бабочками-капустницами, и резко повеселел.

— Ты, это, все же, будь осторожен с Ирой, — задыхаясь от быстрого бега, поравнялся с ним Борис. — Кто предал однажды, тот предаст еще, сам знаешь.

— Слушай, Боря, — резко перебил друга Владимир. — Где можно тропических бабочек в подарок девушке купить?

— В интернет-магазине. А у тебя, что, девушка есть?

— Нет, — Владимир свернул в летнее кафе, плюхнулся на пластиковый стул и усмехнулся. — Это для новой сотрудницы. В интернете, говоришь? А как заказать? Чтобы их доставили в ближайший час?

— Вова, не помню уже. Я Лике на день рождения полгода назад заказывал. Правда, визга и восторга было на неделю, пока не подохли. Ну, и в сетях хвастовства — мол, смотрите, какой у меня муж романтичный! Я у ее подружек тогда национальным героем прямо стал…Щас погляжу, может, телефон остался.

Борис достал сотовый и пыхтел в поисках нужного телефона.

— О, нашел!

— Так звони!

— Хорошо. Алло, девушка! А можно нам бабочку?

— Двух!

— А?… Да, двух…

— Самых дорогих. В красивой коробочке.

— Да, в коробочке. Да, для девушки… Написать? Вова, что писать?

— Как, что? Не знаю! Пусть пишет: «Самой прекрасной девушке на свете». Или пусть просто напишет: «Приятного дня!»

— Самой прекрасной на свете девушке? Фу, банальщина. Лучше пусть будет: «приятного дня». Что?.. А… от кого? Вова, от кого?

— Блин, Боря, от деда Мороза!..

— От Мороза? Ты совсем дурак? Нет, девушка, не пишите!.. От Владимира пишите! А он-лайн оплатить можно? Прямо сейчас как деньги перевести? Чтобы ей через час доставили? Ага…

Официант принес меню. Владимир кивнул и полез за телефоном. Все же, как хорошо, что теперь все заказы можно делать через интернет и даже оплачивать он-лайн.

— От деда Мороза… Романтик хренов, — трясся от смеха Борис.

* * *

Раннее утро. Вика сладко потянулась и села в постели. Вспомнила вчерашний вечер. Коснулась тонкими пальцами своих слегка припухших после сна губ, мечтая о поцелуях, и улыбнулась. Накинула на плечи тонкий шелковый халатик в крупные розовые розы на синем фоне и распахнула окно. Из кухни, услышав шум, притопала Люси. Вика подхватила болонку на руки и закружилась с ней по комнате.

— Люси, я, кажется, влюбилась! Влюбилась, представляешь? — прижав недовольно фыркающую собаку к себе, громко чмокнула ее в мокрый нос-пуговку. — Понимаешь, в него невозможно не влюбиться. Он такой…такой… Даже не знаю, как его описать!

Раздался звонок в дверь. Поставив залившуюся лаем собаку на пол, девушка шагнула в прихожую и озадаченно взглянула в дверной глазок. Посыльный. Интересно. Она посылок не заказывала. Отомкнула замок, оставив цепочку — мало ли что.

— Вам кого?

— Вы Виктория Хованская?

— Я.

— Получите, пожалуйста, коробочку. Только расписаться не забудьте в накладной, что подарок вам доставили.

— Какой подарок? — вскинула брови девушка, но цепочку убрала. С интересом посматривая на красивую коробочку, поставила подпись в накладной.

— Там бабочки. Кормить медом, разведенным водой. Можно фрукты нарезать и положить в тарелке на окно.

— Бабочки? — опешила Вика. — А вы уверены, что не ошиблись адресом?

— Уверен. Синяя Морфо, они прекрасны. Сами убедитесь. Только смотрите, чтобы не улетели.

— Спасибо, — все еще не понимая, откуда ей прислали бабочек, взяла в руки коробочку она. Захлопнула дверь, шагнула в комнату и, оказавшись наедине с болонкой и подарком, осторожно открыла коробочку. Оттуда выпорхнули две огромные тропические бабочки ярко-синего цвета.

— А-ах! — от неожиданности Вика плюхнулась на диван и открыла рот. Бабочки, мягко взмахивая крыльями, устроились на белоснежных занавесках у открытого окна. Все же, хорошо, что на окнах сетки.

— Боже мой… Люси, ты это видела? — широко распахнув глаза, пробормотала Вика. Потом спохватилась и заглянула в коробочку. «Приятного дня». Внизу подпись: от Владимира. Сердце забилось так часто, что казалось, выпрыгнет из груди. — Вот так сюрприз!

Ее захлестнуло теплой волной счастья. И тут же завибрировал сотовый телефон.

— Привет, новая сотрудница, — волшебный, бархатистый голос в трубке. Его голос.

— Привет, — едва могла говорить от волнения она, а сердце сжималось от счастья. — Мне принесли бабочек. Они такие…такие… даже слов не хватает, чтобы описать, какие они яркие и красивые! Это бонус для новеньких?

— Рад, что тебе понравилось, — она почувствовала, как он улыбнулся оттого, что сюрприз удался. — И это не бонус. Это просто для тебя. Надеюсь увидеть тебя в десять на работе. Если не опоздаешь, угощу кофе. Ты какой шоколад любишь?

— Белый. С клубникой, — она тоже улыбнулась, предвкушая, как ее снова окутают терпкие нотки его дорогого одеколона, если она успеет на утренний кофе в офис.

Вика положила сотовый телефон на журнальный столик, потом посмотрела на бабочек, на болонку. Ее переполняли чувства.

— Он пригласил меня на чашечку кофе, Люси! Представляешь? Чашечка кофе — это почти как свидание! Как же я счастлива!

И вмиг все меняется. И комната уже другая, и Вика другая. Даже кофе, который делает кофеварка по стандартному рецепту у нее на кухне, на этот раз кажется вкуснее, чем обычно.