Глава 12

Неделя пролетела незаметно. Каждое утро Вика спешила на Соколова. В кабинете Владимира Ветрова кроме ароматного кофе появился марципан и ее любимый белый шоколад с клубникой. Это стало своеобразной утренней церемонией — в девять пятьдесят пять Вика появлялась на пороге офиса, дверь в кабинет директора была приветливо распахнута, а на столе дымились две чашечки ароматного эспрессо. Ей ужасно нравилось сидеть с ним за столом, запивать дольку белого шоколада горячим терпким кофе и слушать про планы на текущий день.

Вика успела привыкнуть к его методам работы. К его внезапным звонкам и внеплановым поездкам по городу. К веселому нраву и взрывам негодования. К совместным перекусам на ходу и ароматному кофе в приемной, которую делили вместе с секретарем и юристом. К жарким спорам, которые обычно заканчивались принятием наиболее выгодного решения.

Им с Владимиром удалось продать одну квартиру, за вторую клиенты собирались внести задаток. Как и было указано в контракте, Вика получила часть процентов с продажи. Она так искренне радовалась первым в жизни заработанным деньгам, что даже строгая Галина Алексеевна повеселела. Посматривая на Вику из-под очков, все бормотала: «Ах, молодость, куда же ты убежала? Где мои двадцать лет, когда я тоже так веселилась?»

— Я куплю себе красивое платье! — прыгала по приемной Вика.

— По-моему, у нас в отделе еще никто так не радовался зарплате! — Владимир, смеясь, достал из маленького холодильника бутылку Ростовского шампанского. — Отметим?

— Отметим! — она подняла на него горящие от восторга голубые глаза и по коже побежали мурашки.

— Если ты купишь платье, я приглашу тебя на свидание, — улыбаясь, проговорил он.

— Правда? — предложение было настолько желанным, что девушка даже перестала дышать.

— Правда! В кино хочешь?

— В кино? — неуверенно посматривала она то на бутылку шампанского, то на своего привлекательного начальника.

— В автомобильный кинотеатр. «Мунлайт» называется. Очень романтично, между прочим. Платишь за въезд и смотришь фильм прямо в машине, — ему удалось справиться с шелестящей оберткой, и он начал откручивать проволоку на пробке.

Галина Алексеевна полезла в стол за бокалами.

— Ой, совсем запылились, — покачала головой она. — До прихода в нашу контору этой юной леди отмечать ничего не приходилось.

Посмотрела на виновницу веселья, на директора, и поняла, что ее никто не слушает.

«О, похоже, пропал наша Вова…», — озадаченно фыркнула секретарь и отправилась мыть бокалы.

— Хорошо… — медленно проговорила Вика. Ей все еще не верилось, что Владимир приглашает ее на свидание. — Но, может, джинсы в автомобильном кинотеатре предпочтительнее платья?

— Может… — не спуская с нее глаз, выдернул пробку из бутылки Владимир. — Начало в двадцать один тридцать, — его губы дрогнули в улыбке. — Поедем?

— Да, — теребя подрагивающими пальцами пуговицу на блузке, одними губами ответила Вика.

— Вот и бокальчики подоспели! — непростительно громко втерлась между ними Галина Алексеевна с мокрыми после промывки бокалами, мгновенно разрушив очарование момента. — А еще у нас коробочка конфет есть! С вишневой начинкой… Доставать, Владимир Сергеевич?

— Доставайте! — шумно выдохнул он. Вика посмотрела на его обескураженное лицо и вдруг рассмеялась. Владимир, стараясь сосредоточиться на шипящем напитке, льющемся в бокалы, тоже тихо посмеивался.

— Что такое? — вскинула брови Галина Алексеевна. — Почему вы смеетесь?

— Вам надо вручить Оскар, Галина Алексеевна, — продолжая трястись от смеха, выдавил из себя Владимир. — За мгновенное разрушение самых милых жизненных моментов…

* * *

Вика готовилась к этому свиданию так тщательно, как никогда раньше. Волновалась безумно. Русые волосы распустила, вытянула утюжком. Потом собрала в хвост. Снова распустила. Накрутила на бигуди. Долго вертелась перед зеркалом в платьях и юбках. Пробовала надеть джинсы — не понравилось. Нашлось только одно платье, которое ее устроило — черное в крупный белый горох. Из атласа, с пышной юбкой и тоненьким черным пояском на уровне талии. Немного вычурно, но на Вике оно сидело идеально, создавало игривое настроение, а вместе с вишневой помадой и румянами делало образ милым и непринужденным.

Он подъехал к ее дому ровно в восемь. Вышел из машины, в легком светлом пиджаке, черной майке и облегающих темно-синих джинсах, а в руках охапка персиковых роз. Вика так и замерла в дверях подъезда. Ей еще никогда не дарили такой огромный букет.

— Ух, ты! Это мне?

— Конечно, тебе, — улыбнулся он.

— Тогда их обязательно надо поставить в воду, — смущенно пробормотала девушка.

Пришлось вместе подниматься на лифте на десятый этаж, искать вазу для цветов, и в итоге они чуть не опоздали на сеанс.

Кинотеатр под открытым небом. Такое Вика видела только в старых фильмах. А оказывается, вот он, в Ростове! Большой экран, звезды над головой, свежий воздух. Платишь только за машину — и смотри, сколько душе угодно.

— Как называется фильм? — поправляя пышную юбку платья в крупный черный горох, спохватилась она.

— Не знаю, — оплачивая въезд, честно признался Владимир.

Вика нахмурилась. Пригласил на свидание и даже не поинтересовался названием фильма! Фыркнув, взглянула на экран. Оживленная трасса. Машины. Знакомые титры. «Такси», догадалась она и откинулась на сидение, чуть не рассыпав попкорн.

Владимир наклонился в ее сторону. Словно читая ее мысли, произнес:

— Я не успел посмотреть, появились непредвиденные дела.

Щелкнул замок, дверца распахнулась и впустила свежий ночной воздух.

— У тебя потрясающие духи! — заглянул ей в глаза он.

Ей стало неловко от того, что духи подарил Камо. Надо будет сменить аромат. Обязательно. Потому что все вдруг изменилось.

— На самом деле, название фильма не имеет никакого значения, — помогая ей собрать рассыпанный попкорн с юбки, продолжал оправдываться Владимир. — Важна атмосфера, понимаешь? Многие приезжают сюда больше за романтикой, чем за самой картиной.

Неожиданно совсем рядом с их машиной припарковались байкеры.

— Как бы и я хотела покататься на мотоцикле… — восхищенно прошептала Вика, украдкой рассматривая бородатых мужчин в банданах и кожаных куртках. — Как им не жарко?

— Когда едешь быстро, ветер обдувает и становится холодно, — повернулся к ней Владимир. — А насчет «покататься» — нет ничего проще. Только я люблю кататься ночью. Ночью интереснее, чем днем. Дороги пустеют и можно набирать скорость.

— Ты тоже байкер? — возбужденно округлила глаза она.

— Нет. Но я люблю скорость, — он не может сдержать смех, настолько комичная получается у нее гримаса. — Но может, будет лучше, если я приглашу тебя в хороший ресторан?

— Нет, — капризно надула губки Вика. — В ресторан меня каждую неделю водят мама и Егор. Там нет ничего интересного. А вот на мотоцикле я еще ни разу в жизни не каталась.

Он внимательно смотрит на нее. «Действительно, избалована и капризна», — мысленно качает головой, вынося свой вердикт.

— Ну, хорошо. Если ты разрешишь мне поцеловать тебя, в наше следующее свидание мы можем это устроить, — широко улыбается он и, не давая ей опомниться, наклоняется в ее сторону и осторожно касается кончиками пальцев ее губ.

Она растерялась, но смотрела на него с ожиданием. Кажется, она была совсем не против поцелуя.

Усмехнувшись, он склонился над ней и его губы нежно опустились на ее очаровательный ротик. Вика прикрыла глаза от волнения и ощутила тепло его губ на своих губах. Ее сердце заколотилось, как бешеное.

Его крепкие руки все сильнее притягивали ее к себе, и от этого ей было хорошо, как никогда. Инстинктивно она прижималась к его широкой груди и таяла от внезапно пробудившихся чувств. Его язык настойчиво скользил ей в рот. Поцелуй становился другим — властным, уверенным. Будто он знал, что она предназначена только ему. Вика чувствовала это каждой клеточкой своего тела… Но вот он осторожно отпустил ее, словно боясь спугнуть. Она прижалась щекой к его плечу. В висках отстукивало ритм готовое выпрыгнуть из груди ее собственное сердце. Почему-то она не смогла заставить себя поднять на Владимира глаза.

Он с нежностью смотрит на нее и, улыбаясь, гладит по волосам.

— Ты собираешься соблазнить меня? — все еще не поднимая глаз, тихо спросила она.

— Соблазнить?.. Еще не знаю, — рассмеялся он.

Внезапно обхватил ее лицо ладонями и нежно коснулся губами губ. Она улыбнулась его новому поцелую и придвинулась ближе. Он больше не сдерживал себя. Целовал ее снова и снова, не давая перевести дыхание. Целовал ее губы, шею, лаская и покусывая, то усиливая, то сбавляя ритм. Вике казалось, что у нее выросли крылья. Ее захлестнула горячая волна. Все ее тело тянулось к нему, желая окончательно утонуть в его объятиях.

…Они очнулись, только когда кино закончилось. На огромном экране мелькали титры. Вика, с трудом переведя дыхание, откинулась на сидение. Попыталась поправить смявшиеся волосы. Руки слегка подрагивали, глаза приобрели какой-то особый, небесно-голубой оттенок. Все тело свело сладкой истомой. Она и не знала, что целоваться можно так бесконечно долго и получать от этого внеземное удовольствие.

— Уже почти полночь. Пожалуй, я отвезу тебя домой, — Владимир посмотрел на нее и почему-то не решился приглашать к себе. Что-то его остановило.

— Да, кажется, так будет лучше всего… — пытаясь унять дрожь во всем теле, выдохнула Вика.

Он завел машину. Включил музыку. Улыбнулся своей Весне, с нежностью коснулся рукой ее щеки, и машина тронулась с места.