Глава 36

На душе было муторно и тоскливо. После нескольких дней, проведённых с дуалами, эта остановка, общение с учителем и другими светлыми, знающими о моём статусе и ведущими себя соответственно, были словно глоток свежего воздуха. Так правильно и привычно… Как же горько осознавать, что мне подобного больше не видеть и не чувствовать. Была гордая, прекрасная, величественная принцесса, а стала обычной… женщиной или даже самкой, к которой звание "принцесса" применяется, словно кличка или издёвка, без должного пиетета или хотя бы уважения. Все общаются на равных, а то и вовсе относятся со снисхождением, как к более слабой. Эх. А потом? Даже если мой план удастся, и я сбегу к Виктору, какое будущее меня ждёт? Всю жизнь безвылазно сидеть у него дома? Ведь ко двору тёмных мне путь заказан – там меня все знают и тут же разоблачат, даже в столице опасно появляться! Вернуться к отцу тоже нельзя, меня просто не примут. Вроде как отдали в обмен на мирный договор замуж, там и сиди… И что? Что дальше?

Как-то всё совсем печально и безрадостно… А ненавидящие взгляды двух десятков дуалов, сверлящие мне спину, оптимизма не добавляют. И почему это меня решили назначить крайней? Сие остаётся загадкой. Возможно, потому что на альф злиться было бесполезно?! Они будто уже и забыли про своих соклановцев, что пыхтя бежали позади нас, передавая пьяного, иногда то ли возмущённо, то ли насмешливо ржущего, коня друг другу с плеч на плечи. Вот кому действительно было хорошо. А что? Второй день стабильно сперва поят, а затем носят на ручках. При том, работой не загружают, обращаются бережно – не жизнь, а сказка. Просто лошадиный рай какой-то, угу.

А вот кто-то, не буду показывать на себя пальцем, всю ночь не спал, и сейчас этого кого-то совершенно естественно и абсолютно невыносимо клонит в сон, приходится из последних сил держать осанку и невозмутимый вид. Даже пожалела, что отказалась ехать с Михеем, ведь тогда можно было бы спокойно откинуться на его широкую грудь и подремать. Хоть какая-то польза появилась бы от жениха! Но нет же, гордость не позволила, теперь мучаюсь.

Раздражённо покосилась на мужчину, решив в свою очередь виноватым во всех своих неприятностях назначить его. Не всё же мне быть для всех крайней…

– Что-то не так, Руаза? – поймав мой взгляд, с беспокойством поинтересовался Михей. – Устала?

– Немного, – призналась неуверенно и спросила: – А можно попросить твоих товарищей так на меня не смотреть?

Он удивлённо вскинул бровь и резко обернулся, я тоже. Бежавшие за нами дуалы тупо смотрели перед собой или в землю и никто на меня. Странно, не могла же я ошибиться.

– Не понимаю, о чём ты? – повернул ко мне голову жених.

Но поскольку я отворачиваться не спешила, то смогла заметить, что все бегущие снова уставились на меня, обвиняюще так, зло… Н-да, умею я завоёвывать расположение народа. И главное, ничего же плохого не сделала, просто сказала правду…

– Так, а ну все ускорились! – вдруг заорал на дуалов Вальдемар, тоже, как и я, не спешащий отворачиваться. – Будете бежать перед нами, в качестве разведывательного отряда и только попробуйте замедлиться, а чтобы было чем занять глаза, считайте деревья на обочинах! Я проверю!

Ох, неприязнь ко мне приобрела новые, более глубокие и насыщенные оттенки. Не хотелось бы встретить кого-то из этих мужчин в тёмном переулке. Хорошо, что я обычно по ним не хожу.

– Так что там с конским похмельем? – вдруг весело поинтересовался у меня Ингис, когда весь отряд обозлённых и замученных дуалов обежал нас с одной стороны и устремился вперёд.

– С каким похмельем? – удивилась вполне натурально. – Я ничего подобного не говорила и вообще даже слова такого не знаю.

– А если честно? – хитро сощурился лис.

– Честно не знала… до сегодняшнего дня, – подтвердила с уверенностью и решила объяснить: – Я всего лишь сообщила, что видела, как этот конь вчера ел ягоды, выловленные из бочки с вином. Всё.

– Что он ел? – скрипнул зубами Вальдемар.

– Какие ягоды? – зашипел Михей.

– А почему ты нам вчера об этом не сказала? – возмутился Ингис.

– Так вы и не спрашивали! – фыркнула высокомерно. – А когда попыталась сказать, слушать не захотели, так что сами виноваты.

Мужчины поражённо переглянулись, но не нашли что мне возразить. Некоторое время ехали молча, пока не вернулся один из убежавших дуалов и не сообщил, что они нашли место для привала.

Вскоре мы уже остановились возле берега небольшого водоёма. Михей помог мне спуститься с лошади, затем, ненавязчиво так приобняв, стал раздавать указания своим взмокшим и уставшим подчинённым:

– Васек, Ромул и Радмир – расседлать лошадей, накормить и напоить. Остальные займитесь столом и поляной. Ройс, хватит прижимать к себе этого коня как родного, отпусти животное, помоги лучше товарищам.

О, Ройс не просто отпустил, он со злостью скинул бедное животное на землю. В отместку конь сразу вскочил на свои копыта и, дождавшись когда дуал отвернётся, тяпнул Ройса за зад.

– Ах ты, Скотина бракованная! – взвыл мужчина, потирая пострадавшее место. – Да я тебя…

Вот только не учёл, что в отличие от него самого конь был отдохнувший, выспавшийся, в прекрасном расположении духа и полный сил, соответственно вполне резво отскочил на приличное расстояние в сторону и весело заржал.

Соотнеся свои силы и возможности, а также вспомнив вчерашний опыт игры в догонялки, Ройс мудро решил отложить свою месть на потом и, прихрамывая на одну ногу, поковылял помогать товарищам.

Я же, высвободившись из объятий Михей, с гордо поднятой головой пошла к воде, чтобы ополоснуть руки.

Пока сидела на корточках и мыла ладони, услышала разговор дуалов, что ходили с вёдрами и таскали воду лошадям:

– Нет, не понимаю я чего-то, – тихо ворчал один. – Почему это самка прохлаждается, а мы должны еду готовить и за животиной ухаживать?

– Альфе виднее, – буркнул другой и пошло хохотнул: – Видно, она как-то иначе пользу клану приносит… Знаешь, я б тоже от такой не отказался…

Они удалились, а я осталась сидеть, хотя хотелось провалиться под землю от такого не очень тонкого намёка.

– Руаза, всё хорошо? – спросил подошедший сзади Вальдемар.

Я резко встала и сразу оказалась в его бережных и настойчивых объятиях.

– Ты как, малышка? – развернув меня к себе, ласково прошептал он. – Может чего-то хочешь?

Хотела сказать, что хочу только одного, чтобы они от меня отстали. Уже открыла рот, но…

– О, а я не понял, она чья невеста? – едва уловимо послышался тот же ворчливый голос, который сейчас приближался к нам. – Или эту самку можно зажимать всем?

Я вспыхнула и отпрянула от мужчины, чуть не упав в воду, но Вал заботливо меня удержал, убедился, что я крепко стою на ногах, и грозно сощурившись, медленно обернулся:

– Ромул! – сказал он обманчиво дружелюбно, обращаясь к тому самому дуалу с ведром. – А пойдём-ка, дружище, насобираем хвороста. Заодно расскажешь сколько деревьев насчитал.

– Э, Вал… – растерявшись, пробормотал он, настороженно пятясь подальше. – Не могу я, мне Михей поручил коней напоить.

– Ничего, я с Михеем договорюсь, – добрым голосом пообещал волк и, подойдя к дуалу, приобнял его за шею и настойчиво потащил в лес.

А я осталась стоять у воды пристыженная, растерянная, не зная, куда себя деть…