Глава 11
Элли выскочила на крыльцо, пронеслась по вымощенной камнем дорожке и выбежала за ворота. Ужасно неловко было заставлять Хита ждать. Она распахнула скрипучую дверь пикапа и влезла на сиденье.
— Прости, что так долго, — она с силой захлопнула дверь. — Папа устроил нам с сестрой разнос за поздние прогулки. И ладно бы только Кристине! — она возмущенно отмахнулась от упавших на глаза волос и только сейчас повернулась к водительскому месту. — Но мне-то за что?! Он же знает, что я могу гулять только с тобой, а с тобой не страшно!
Оказывается, Хит все это время за ней наблюдал. Между темных бровей залегла складка.
— Мистер Мейер все равно будет волноваться, — он отвернулся и повернул ключ в замке зажигания. — Ты же его принцесса. По-моему отцы всегда волнуются за дочерей.
Из печки пахнуло горячим воздухом, Элли размотала шарф и рванула вниз замок куртки.
— Хорошо, что вообще отпустил, — пробормотала она, подалась в сторону и обхватила Хита за шею, потянувшись к выразительным губам.
Она соскучилась: не виделась с ним неделю. Однако он только быстро чмокнул ее в щеку и посмотрел поверх головы.
— Давай отъедем, — его голос едва заметно охрип. — Твой отец смотрит.
Черт! Папа! Элли круто развернулась в кресле и посмотрела на дом. В окне первого этажа дернулась занавеска. Ну и как тут устраивать личную жизнь?! Элли фыркнула, села ровно и скрестила руки на груди. Хит переключил передачу и осторожно вырулил на дорогу.
Они вместе уже восемь месяцев. Хит даже однажды приходил домой, знакомился с родителями и Крис, ужинал. Вел себя так воспитанно, что не придралась бы сама королева. Мама была очарована. Но папа до сих пор смотрел на него с сомнением. Мог бы уже и привыкнуть, в самом деле! На днях Элли исполнилось семнадцать, а в таком возрасте вполне нормально встречаться с мальчиками. С одним мальчиком. Хорошим, внимательным и серьезным.
Что не так? Или все отцы такие? Хотя папы ее подружек спокойно отпускают тех гулять. Так в чем дело?
Машина быстро миновала тихие улицы Клифтона, выехала на окраину и вскоре оказалась на одной из загородных дорог. Хит, отлично ориентируясь на местности, нашел «карман» у деревянной изгороди фермерского поля, припарковал пикап и дернул ручник. Вокруг тишина и пустота. Февраль заканчивается, скоро деревья и кусты обрастут свежей зеленью, и можно будет хорошо прятаться.
Здесь точно никто не заглянет в окно и не погрозит пальцем.
Элли отстегнула ремень. Собиралась снова броситься на шею Хита, но он молча расстегнул куртку влез во внутренний карман и спустя мгновение в его пальцах показалось что-то маленькое и блестящее.
— Я… — он замялся и потупил взгляд. — В общем вот, — рука со свертком вытянулась к Элли. — С днем рождения.
Она во все глаза уставилась на подарок. Он это серьезно?
— Эй, мы же договаривались: без подарка!
— Это ты договаривалась, а не я, — Хит пожал плечами. — Возьми, там ничего особенного.
Что за упрямец!
Элли нахмурилась. Медленно взяла из его рук блестящую вещь. Пальцы вдруг стали непослушными, в горле встал ком. Под пристальным взглядом она неаккуратно разорвала бумагу, и на ладони осталась плотная синяя коробочка. Элли осторожно поддела крышку Взгляду открылась тонкая серебряная цепочка с миниатюрной подвеской в виде буквы «Э».
Сердце бешено забилось, отдаваясь в ушах. Эмоции захлестнули и на секунду сдавили горло. Молчание начало затягиваться.
— Не нравится? — раздался севший голос. — Могу вернуть или обменять на что-нибудь…
Элли подняла взгляд и увидела тревогу в золотистых глазах. Не нравится? Он думает, что не нравится?!
— Да ты что! Она же просто прелесть! — она подцепила тонкое плетение и подняла, стараясь не запутать в узел. — Нужно скорее надеть.
Толстый шарф в одно мгновение улетел на заднее сиденье. Элли продела цепочку под волосы, наощупь застегнула и нашла пальцами прохладный кусочек серебра, теперь лежащий между ключиц.
— Мне нужно зеркало.
Она быстро отогнула потрепанный «козырек» над стеклом и нашла в нем свое отражение. Тонкая цепочка почти слилась с кожей и между ключиц осталась только буква, будто парящая в воздухе. Аккуратная, нежная, воздушная.
— Просто сказочно, да? — еле слышно выдохнула Элли, повернулась к Хиту и заглянула в глаза. Теперь в них плескалось неприкрытое восхищение.
— Но я по-прежнему считаю, что не стоило тратиться, — она попыталась придать голосу строгость. — Лучше бы отложил на учебу.
Но Хит только отмахнулся, на лице мелькнула теплая улыбка.
— Там уже отложена половина суммы. Успею, — и брови тут же сошлись снова: — Я купил еще вот эту… не знаю, зачем, — он снова сунул руку во внутренний карман.
На этот раз на ладони оказался запаянный прозрачный пакетик с еще одной буквой, «X».
— Глупо, наверное, — пробормотал Хит, с преувеличенным вниманием рассматривая подвеску — Ты не захочешь ее носить, а я не люблю, когда на шее что-то болтается…
Какой же он трогательный! Милый, замечательный! Просто лучший. Элли быстро сбросила куртку с плеч, подалась в сторону и рывком перебралась на мальчишеские колени, оседлав их. Хит удивленно развел руки в сторону.
— Ты что творишь?
Элли вырвала пакетик из его потрескавшихся от работы пальцев и прижалась к губам.
— Повешу две рядом, — шепнула она, запуская пальцы в растрепанные темные волосы. — Для всех будет выглядеть, как загадочное «он» Che).
И, не дожидаясь ответа, снова стала целовать приоткрывшиеся губы. Забралась ладонями сначала под куртку, потом под плотный свитер, провела пальцами по коже. Ответом ей стала заметная дрожь. На шее Хита забилась жилка. Он подхватил Элли под бедра и прижал к себе, жадно прихватил нижнюю губу, почти до боли, на грани…
В груди поднялась горячая волна и ухнула вниз живота.
Уже можно перед ним раздеться? Восьми месяцев достаточно? Он ведь лучший парень в мире! Такого больше ни у кого нет! Зачем тянуть? Не прерывая поцелуй, Элли подхватила край своей кофты и потянула вверх… И в тот же момент на ее руки легли горячие ладони и придержали.
Поцелуй резко оборвался. Хит отстранился, прикусил губу и уставился на переплетенные пальцы. Брови снова хмуро сошлись на переносице.
— Холодно, — тихо выронил он. — Ты замерзнешь.
Сердце в груди уже билось тяжелым поршнем. Что он делает?
— Добавим обогрев, — Элли с обманчивым спокойствием повела плечом и снова закрыла ему рот поцелуем.
Ненавязчиво выпутавшись из захвата, снова начала поднимать кофту и…
— Не спеши, — Хит уперся лбом в лоб и серьезно заглянул в глаза.
Можно писать пособие, как почувствовать себя идиоткой. Перед глазами поплыли цветные пятна, Элли сильно прикусила щеку изнутри.
— Ясно, — она рванулась в сторону пассажирского кресла. — Ты не хочешь.
Но на ее талии тут же сомкнулись крепкие руки и потянули назад. Хит усадил ее на колени, прижал к себе и спрятал лицо в изгибе шеи. Его сердце бешено забилось рядом с ее, а горячее дыхание опалило кожу.
— Хочу конечно, глупая, — шепнул он, и его губы пощекотали мочку уха. — Меня сейчас порвет от того, как сильно хочу. Но не здесь, — он мягко запустил пальцы под кофту и погладил поясницу. По его телу прокатилась волна крупной дрожи.
— И не так…
… «Божья коровка» Айды круто свернула вправо. Элли покачнулась на сиденье, потеряла свое отражение в боковом зеркале, но тут же снова нашла. Рука машинально легла на серебряную букву между ключиц. Айда — водитель не от бога. Если у Элли пространственный кретинизм, и она даже не пытается садиться за руль, то Айда рискнула. Бесстрашная женщина. Ее редко что-то останавливает по жизни.
Вся дорога прошла в молчании. Плюс пространственного кретинизма — нужно быть сосредоточенной и не трепаться. Наконец-то можно просто помолчать и привести мысли в порядок. Элли подцепила букву «Э» пальцами и потянула вдоль цепочки. Дошла до края плеча и потянула назад. Ткнулась лбом в стекло…
— Нет, все-таки я не могу поверить! — раздался звонкий голос Айды.
За окном проплывали улицы, здания менялись с низких на высокие, зажглись фонари. Пункт назначения совсем рядом.
— Во что? — Элли на секунду отвернулась от стекла и бросила непонимающий взгляд на подругу.
Та размахнулась и стукнула по рулю.
— Я ведь сразу сказала, что он в твоем вкусе, но чтобы настолько!
Похоже, тема бывших все-таки не раскрыта.
— Боже… — Элли устало закатила глаза. — Отпусти и забудь.
И она снова ткнулась лбом в стекло.
Айда обсасывает эту историю с того момента, как Элли позвонила ей вчера вечером и рассказала все. Почти все. В подробности одиннадцатилетней давности вдаваться так и не стала, но Айде и без того хватило впечатлений. До сих пор не отпускают.
«Божья коровка» сделала еще один поворот улица приобрела узнаваемые черты. «Чилли» близко.
— Он был хорош? — снова прилетело со стороны водителя.
Элли даже не повернулась. Тема начала надоедать.
— О чем ты?
— Мозг, внешность, секс…
— Айда… — она сжала переносицу и откинулась на спинку кресла.
Интересно, понимает ли вообще подруга, что спрашивает не о мужчине за тридцать, а о тощем патлатом пацане? Вряд ли.
— Он был просто ужасно милым парнишкой, вот и все.
— Настолько милым, что ты о нем не рассказывала.
— Да, не рассказывала, — припечатала она. — Он бросил меня как раз тогда, когда я не ждала. Я вообще не думала, что мы когда-нибудь расстанемся: у меня в голове был розовый сироп, который склеил мозг. Так что… — она отмахнулась и оперлась локтем о дверь. — Неважно.
В салоне стало тихо.
Что тут еще сказать? Хватит того, что она уже наговорила. Про эту дурацкую встречу на быстрых свиданиях, про Кристину, Майка, и про их разлад из-за «конфликта интересов». Хотя про самого Хитклиффа было сказано мало. Вернее, почти ничего. Все больше про других и ситуацию в целом. Надо бы, наверное, хоть что-то обозначить. Для более ясной картинки.
Машина свернула в переулок, как раз туда, где в прошлый раз Айда влезла на частную школьную парковку. Элли сильно растерла лоб и стукнулась затылком о подголовник.
— Хит Ферреро был обаятельным, — заговорила она. — И скромным. Добрым. У него два брата и две сестры все младшие, и он был очень серьезным и ответственным парнем.
Айда выкрутила руль, лихо втиснула «божью коровку» между двумя минивенами и заглушила двигатель. Притихла сама. Но Элли этого почти не заметила.
— Он много работал, почти все деньги отдавал матери, а остаток откладывал на колледж и заправлял отцовскую развалюху, на которой катал меня. Спал, как самый старший, на матрасе на полу, потому что обе двухъярусные кровати занимали братья и сестры, а для третьей не хватало места. Но никогда не жаловался, рассказывал об этом с улыбкой, — Элли, наконец, повернулась и посмотрела на подругу. — Я помню вот такого Хита. А этого нового совсем не знаю.
И вчерашний заказ десертов это только подтвердил.
Айда сидела, глядя прямо перед собой, и внимательно вслушивалась в каждое слово. Темные брови чуть сдвинулись, губы поджались. Она опустила взгляд на скрещенные на груди руки и задумчиво пожевала губу.
— Теперь понятно, почему ты не хочешь водить, — выдала она наконец.
Интересный вывод из всего услышанного. Элли выгнула брови.
— Почему?
— У тебя с юности был личный шофер. Он тебя разбаловал, — Айда резко просунула руку между сиденьями, схватила сзади свою сумку-папку и поставила ее на колени. — А теперь идем работать. Мне деньги нужны.
Ответа она дожидаться не стала. Резко толкнула дверь и выскочила на улицу. Даже не задела минивен справа от себя. Элли издала вздох. Ну, по крайней мере, продолжать ковыряться в неприятных воспоминаниях больше не нужно. Она схватила сумку и аккуратно дернула ручку. Дверь поддалась, но открыть ее больше чем на дюйм значит попасть на деньги, оставив вмятину на крыле соседа.
Как обычно. Парковщица сраная. Элли снова хлопнула дверью, подобралась на сиденье и неловко подалась в сторону водительского кресла.
— Эй! — Айда сунула голову в салон и удивленно уставилась на нее. — Какого хрена, доктор?!
Нога утонула в обивке, голова уперлась в потолок, и высокий хвост сбился набок.
— Напомни мне больше никогда с тобой не ездить, — Элли поморщилась и перешагнула через коробку передач.
— Могла просто сказать, я бы сдала назад, идиотка! Ты оставишь следы!
— Так тебе и надо.
Она выбралась на асфальт пошатнулась и вцепилась в край двери. Хвост окончательно съехал, Элли стянула с волос резинку и тряхнула головой. Без хвоста, так без хвоста.
— Э-э-э, — подруга сделала шаг назад и скрестила руки на груди. — Эффектно. Лучше бы ты сделала так при входе в ресторан.
— Зачем? — Элли прочесала волосы пальцами и отбросила за спину.
— Чтобы кое-кто яйца себе откусил от досады.
Бесполезно. Как пытаться пробить бетонную стену игрушечным мячиком. Элли оправила куртку на плечах, обогнула Айду и первой двинулась к выходу с парковки.
— Пусть делает со своими яйцами, что хочет. Мне плевать.
С ним ведь совершенно невозможно разговаривать, не стиснув зубы. От мягкого, доброго парня не осталось ничего, на его месте появился насмешливый циник, знающий, кажется, абсолютно все, и без стеснения этим пользующийся. Обаяние и теплая улыбка, конечно, остались, но пусть на них ведется кто-нибудь попроще и поглупее.
За спиной зазвучал стук каблуков. Айда быстро оказалась рядом и подстроилась под шаг. Чувствует настроение. Не треплется, не язвит, не отвешивает очень ценные замечания. Чудо-женщина. Умеет, когда захочет. Возможно, ее вмешательство будет кстати: поможет отвлекаться и не останавливать взгляд на раздражителе надолго.
Да и сам визит не должен затянуться.
Они стремительно вышли из переулка и свернули к уже знакомому фасаду. Элли распахнула дверь и решительно вошла в ресторан. Яркий холл, светящийся бар прямо напротив входа: все, как запомнила. Она запнулась на пороге, Айда остановилась за спиной. Чувство дежавю на секунду заполнило легкие и заставило воздух в них застыть. Странно находиться здесь снова.
Хитклифф сидел на высоком барном стуле: одна нога уперлась в пол, другая стояла пяткой на подножке. Синие джинсы, белая футболка, распахнутая косуха. Прядь волос, упавшая на глаза. Он уставился в планшет, сосредоточенно выстукивая что-то пальцами по экрану, а часы на запястье отбрасывали блики от быстрых движений руки.
За спиной произошло движение: Айда сильно толкнула Элли в плечо и вышла вперед, прикрывая собой. Оцепенение развеялось. Оно когда-нибудь перестанет сковывать при виде призрака из прошлого? В который раз это чувство бросает в жар, а потом окунает в арктические льды. Призрак такой настоящий, живой, протяни руку — и наткнешься на теплую кожу шеи и пульс под пальцами.
Нужно время, чтобы привыкнуть к тому, что это и в самом деле тот самый человек. Временами симпатичный мальчишка из прошлого, но только временами. Стоит моргнуть, и он снова незнакомец.
Он так и не оторвал взгляд от планшета. Секунды растянулись в длинную паузу. Бармен за стойкой вопросительно уставился на Айду и вскинул брови, потом покосился на босса и подался в его сторону, наверняка за тем, чтобы постучать по плечу. Но не успел.
— Так-так, — Айда первой сделала шаг вперед. — Тот самый Хитклифф.
Темная голова дернулась. Рассеянный взгляд мгновенно нашел источник звука, и губы Хитклиффа дрогнули в улыбке. Он тут же отбросил планшет на стойку, резко прочесал волосы пальцами и поднялся.
— Хит, — зазвучал теплый голос. — Я предпочитаю просто «Хит». Добрый вечер, девушки.
Элли отмерла. Подняла руку и коротко махнула.
— Привет.
— А «Хитклифф» тебе идет куда больше, — подруга склонила голову к плечу. — Подходит под поступки.
Вот же черт! Элли шагнула вперед и вцепилась в ее локоть. Это месть за ноги на сиденье?! Однако…
— Твоя игла проткнула мое черное-черное сердце, — Хитклифф издал смешок и заложил руки за спину. — Ранен и повержен. А теперь идем, — он мотнул головой в сторону залов.
Ни «спасибо, что пришли», ни «рад вас видеть». Развернувшись и словно ни о чем не переживая, он двинулся вперед, в сторону левого зала. Полководец повел пехоту. Позер! Элли сильнее сжала пальцы на локте Айды и решительно двинулась следом за черной косухой. Айда потащилась на буксире.
— Ты ненормальная? — Элли склонилась к ее уху, собственный голос упал до кошачьего шипения.
Хитклифф впереди даже не дернулся.
— Что такого? — брови Айды картинно выгнулись. — Или ваше прошлое, как Волан-де-Морт?
— Лично мне все равно, — прозвучал насмешливый мужской голос. — Развлекайся, я не стану на это реагировать.
Мать его!
— Толстокожее чудовище Хитклифф, — протянула Айда ему в спину.
— Да-да, оно самое, — он на секунду обернулся через плечо и с иронией окинул ее взглядом с ног до головы. — Куплю дом в Йоркшире, разгоню прислугу, сяду у камина и буду всех ненавидеть.
Сожаления? Ни капли. Раскаяние? Вообще нет. Элли прикусила щеку изнутри, в груди полыхнула злость. Или это неадекватная реакция? Ей тоже стоит так легко относиться к прошлому? Ведь даже если боль давно в прошлом, обида за юную себя никуда не делась.
Хитклифф вдруг остановился, и Элли едва успела затормозить рядом. Еще пара дюймов и врезалась бы в жесткое плечо. Только этого не хватало.
— Это зал для мальчишника, — он развел руки в сторону и тут же их уронил, хлопнув себя по бедрам в джинсах. — Можешь начинать, мисс…
— Блэйкли, — Айда вырвала локоть и выступила вперед. Профи вошел в чат. — Отлично.
Она прижала к груди сумку-папку, взгляд оценивающе пустился по залу. Элли обняла себя за талию, потерла кожу за ухом. Без щита рядом вдруг стало как-то пусто. Хитклифф не шевельнулся, не посмотрел на нее, но тепло его тела ощущалось даже на расстоянии в несколько дюймов. И еще аромат. Кожаная куртка, сандал, шалфей… Тонкая смесь дала в висок и заставила глубже втянуть носом воздух.
— Как ты? Все хорошо? — тихо прозвучало совсем рядом с ухом.
По шее побежали мурашки, забрались под ворот свитера и опутали все тело. Боже, когда он успел так приблизиться?! Элли машинально сделала шажок в сторону.
— Отлично, — бросила она.
Затягивающее облако сандала и шалфея развеялось. Айда тем временем успела оценить объем работы и круто развернулась на пятках.
— Тебе нужно что-нибудь конкретное? — ее острый взгляд остановился на Хитклиффе.
Тот выпрямился и только пожал плечами.
— Нет, — он сунул большие пальцы в карманы джинсов. — Мальчишник будет в стиле казино: карточные столы, рулетка, все такое. Остальное за тобой.
— И никаких пожеланий, которые надо вписать в декор? — она прищурилась.
Он устало возвел взгляд к потолку.
— Послушай, Айда, — начал говорить тоном психиатра. — Я умею делать соус бешамель и строить на нем бизнес, но абсолютно не шарю в ленточках и стразиках. Будь моя воля, я бы собрал всех на чьей-нибудь квартире, и мы бы просто надрались без всей этой фигни. Но Майку понадобился покер, так что… — он снова развел руками. — Просто сделай красиво, я в тебя верю.
Ему не нужен мальчишник? Тому, кто заказал пять видов алко-мороженого и пытался продвинуть кексы с сахарными причиндалами? Элли скептически фыркнула, но на нее никто не обратил внимания. Айда же начала расплываться в ироничной ухмылке.
— Обожаю таких клиентов, — бросила она. — Не будь ты тем самым Хитклиффом, я бы даже порадовалась, что работаю с тобой.
— Какая неудача, что я тот самый, правда? — он криво ухмыльнулся и по-хозяйски осмотрел зал поверх их голов.
Элли машинально проследила за ним. Он обвел взглядом столы, снующих туда-сюда официанток, будто оценивая работу, на несколько секунд задержал внимание на одной из них, подающей гостям блюда с подноса. Продолжил осмотр. И, наконец, надолго завис на коридоре, уходящем из зала в рабочие помещения. Элли покосилась туда же.
Там, привалившись плечом к стене, прямо возле выхода в зал стояла женщина. Высокая, в белом поварском костюме и бандане. Она скрестила руки на груди и смотрела на их трио. В мыслях мелькнуло узнавание. Элли присмотрелась. Очень знакомое лицо: темные глаза, нос, рот, кудрявые волосы, выбивающиеся из-под банданы…
— Извините, — тихий, внезапно ставший серьезным голос Хитклиффа заставил вздрогнуть. — Мне нужно отойти.
И, ни на кого не глядя, он быстрым шагом направился к коридору.
Элли теперь уже в открытую уставилась на девушку. Осознание, наконец, пробилось через толщу стертой памяти. Кэтрин Ферреро. Это Кэтрин Ферреро. И она здесь работает?
Почувствовав движение слева, Элли развернулась и наткнулась на Айду: та успела подойти настолько близко, что они чуть не столкнулись носами.
— А он забавный, — она задумчиво проследила за удаляющейся спиной в косухе. — И явно прокачался за одиннадцать лет. Не хочешь проверить, как сильно мальчик изменился?
Господи… Ну и на чьей она стороне? Элли закатила глаза.
— Эта история закончилась, а новой не будет, — припечатала она. — Ни он, ни я этого не хотим.
Хитклифф успел дойти до коридора, схватить сестру за локоть и потащить вглубь ресторана.
— Думаешь, он не хочет? — Айда рядом тихо хмыкнула. — Заметь, доктор, все это время он тыкал спицами в меня. Тебя и мизинчиком не тронул.
— Если бы тронул, я бы отгрызла ему башку.
— О нет, этого он как раз не боится, — подруга сделала шаг вперед, загородила обзор на коридор и бросила на Элли насмешливый взгляд. — Он будет послушно подставлять башку, пока ты будешь грызть.