Глава 2

— Что? — переспросил он, словно не был уверен, что расслышал правильно.

— Я увидела вас, когда вы приезжали на открытие клуба, — заговорила я, вытаскивая из памяти всё, что успела узнать о нём за последние дни. — Вы вышли из машины, поговорили с управляющим, а потом уехали. Я даже не знала тогда, кто вы такой, но потом выяснила, что клуб принадлежит вам.

По лицу Князева невозможно было понять, верит он мне или уже выбирает место, где удобнее закопать особенно неудачливую поклонницу.

— Потом я нашла в интернете запись одного из ваших боёв, — продолжала я, чувствуя, как с каждым словом моя история становится всё неправдоподобнее. — Вы там были таким сильным, мужественным и… совершенно бесстрашным, что я просто потеряла голову.

Запись я действительно видела. Правда, драки никогда мне не нравились, поэтому после первых двух ударов я промотала почти весь бой, посмотрела, как Князеву подняли руку, и закрыла видео.

— А сегодня увидела, что вы приехали, и решила наконец с вами познакомиться. Я специально записалась в клуб, долго ждала, но вы всё не выходили из служебных помещений…

— Поэтому ты пошла искать меня за дверью с надписью «Посторонним вход запрещён»? — В его голосе послышалась насмешка.

— Я долго ждала, — напомнила я.

— Насколько долго? — Он по-прежнему загораживал выход

— Достаточно, чтобы решиться на отчаянный шаг, — гордо заявила я, призывая на помощь все свои актерские способности.

Из его кабинета донёсся грохот, а затем приглушённый голос. Князев на мгновение отвернулся, чтобы посмотреть туда, и я решила, что судьба дает мне шанс. Я пригнулась и попыталась проскользнуть у него под рукой.

Он перехватил меня прежде, чем я успела сделать второй шаг. Его ладонь легла на стену возле моей головы, отрезая путь к выходу, а сам он оказался так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло.

— Убегаешь? — тихо спросил Князев. — Неужели уже разлюбила?

Я сглотнула, пытаясь придумать объяснение, которое не превратит меня окончательно в идиотку. В этот момент я заметила кровь на его правой руке.

Когда я увидела его в кабинете, то решила, что кровь чужая, но теперь увидела глубокий порез возле большого пальца.

— Я не убегаю, — поспешно ответила я. — Просто заметила, что у вас кровь, и хотела сбегать к администратору за аптечкой.

Князев перевёл взгляд на свою руку, словно до этого даже не чувствовал боли, а потом снова посмотрел на меня.

— Разве я могу спокойно уйти, когда мужчина моей мечты ранен? — пафосно выдала я.

Он хмыкнул и сделал шаг назад, но дорогу к выходу не освободил. Вместо этого кивнул в сторону кабинета, откуда только что доносились удары.

— Аптечка там.

Я посмотрела на приоткрытую дверь, затем на Князева. Возвращаться в кабинет, где сидел человек с разбитой губой, мне хотелось ещё меньше, чем продолжать этот разговор.

— Может быть, всё-таки у администратора? — спросила жалобно.

Князева переместил ладонь со стены на моё плечо и развернул меня к кабинету.

— Там всё необходимое, — сказал он и подтолкнул меня вперёд. — Ты ведь хотела позаботиться о мужчине своей мечты.

Возразить было нечего, поэтому я послушно вошла в кабинет.

Мужчина с разбитой губой снова сидел на полу, а тот, что в чёрной футболке, стоял рядом. Оба удивленно уставились на меня.

— Уведи его, — приказал Князев, убирая руку с моего плеча. — Ты знаешь, что с ним делать.

Мужчина в чёрном поднял избитого за локоть. Князев уже отвернулся, однако через секунду снова посмотрел на мужчину с разбитой губой.

— У тебя ещё есть время передумать и назвать остальных. Ты ведь не хочешь один за всё отвечать?

— Я уже всё сказал, — выдал тот хмуро.

— Тогда не жалуйся, — отрезал Князев, взмахом руки показывая, что разговор окончен.

Дверь закрылась, и мы с Князевым остались наедине. Он подошёл к шкафу, достал с верхней полки небольшую аптечку и бросил её на кожаный диван. Затем сел, расстегнул манжету рубашки и протянул мне окровавленную руку. Я поспешила к дивану, раскрыла аптечку и принялась перебирать бинты, упаковки и пузырьки, стараясь не замечать, как внимательно Князев следит за каждым моим движением.

Нашла антисептик, опустилась рядом с ним и осторожно взяла его за запястье. Его рука оказалась горячей и тяжёлой, а пальцы едва заметно напряглись от моего прикосновения. На коже возле большого пальца виднелся глубокий порез, в котором всё ещё блестел мелкий осколок стекла.

Я наклонилась ближе, осторожно подцепила его ногтями и только после этого сообразила, что сижу почти вплотную к человеку, которого ещё несколько минут назад считала способным закопать меня заживо.

— Больно? — спросила, стараясь сосредоточиться на порезе.

— Пока нет, — ответил он, не сводя с меня глаз.

— Сейчас будет щипать, — предупредила я и смочила салфетку антисептиком.

— Я переживу. Ты ведь рядом.

Он наклонился ближе, будто хотел рассмотреть, что я делаю, и его колено коснулось моего бедра. Я невольно замедлилась, но Князев не отстранился, хотя наверняка почувствовал, как я напряглась.

— У тебя руки дрожат.

— Я просто волнуюсь за вас. Когда любишь, даже чужая царапина отзывается болью в собственном сердце, — выдала я и мысленно застонала. Господи, какую чушь я несу!

Свободной рукой Князев взял меня за подбородок и заставил поднять голову. На несколько секунд я забыла, как дышать. Я ожидала, что рассмеётся, но он даже не улыбнулся.

— Мне начинает нравиться твоя забота, — сказал он, медленно проведя большим пальцем по линии моей челюсти.

В его глазах мелькнула насмешка, но тут же исчезла, оставив после себя что-то тёмное. Взгляд задержался на моих губах. Возможно, Князев просто наслаждался тем, как я выкручиваюсь. Его большой палец остановился у самого уголка моего рта. Я должна была отшатнуться, но продолжала сидеть неподвижно и дышала через раз. Князев наклонился ко мне немного, и в этот момент в дверь постучали, и почти сразу из коридора донёсся мужской голос:

— Максим Андреевич, вас ждут внизу. Говорят, срочно.

Я вздрогнула и резко отстранилась, едва не выронив антисептик.

Князев руку убрал не сразу — ещё несколько секунд смотрел на меня так, будто решал, что важнее: ожидавшие его внизу люди или внезапно объявившаяся поклонница.

— Я сейчас, — ответил он, затем отпустил мой подбородок и поднялся. — Останься здесь. Мы ещё не закончили.

— Конечно, — послушно отозвалась я. — Я буду ждать.

Ждать я собиралась исключительно момента, когда смогу сбежать.

Князев задержался, словно моё согласие показалось ему подозрительно быстрым, но всё же вышел. Я послушала, как его шаги стихают в коридоре, бросила салфетку в аптечку и подскочила к двери. Осторожно выглянула в коридор, прикрыла дверь и оглядела кабинет. За письменным столом находилось широкое окно, которое в любой другой ситуации не показалось бы мне выходом. Сейчас же оно выглядело почти приглашением.

Кабинет располагался на втором этаже. Прямо под окном находился козырёк, который над служебным входом, а по стене тянулась толстая водосточная труба. Высота была не смертельной, но достаточной, чтобы сломать ногу.

Но выбирать больше не приходилось — в коридоре раздались шаги.

Джинсы, толстовка и сумка остались в шкафчике, однако ничего ценного в них не было. Телефон лежал в кармане спортивных брюк, а всё остальное куплю. Если я выберусь отсюда живой.

Я забралась на подоконник, перекинула ноги наружу и осторожно спустилась на козырёк. Металл под кроссовками прогнулся, заставив меня вцепиться в оконную раму обеими руками. Несколько секунд я стояла неподвижно, убеждая себя, что все со мной будет хорошо.

Труба проходила совсем рядом. Я ухватилась за неё, перенесла вес и начала медленно спускаться, наступая на крепления. На середине пути нога соскользнула, и я едва не закричала, но каким-то чудом сдержалась.

Когда до земли оставалось совсем немного, я отпустила трубу и неуклюже спрыгнула. Колени отозвались болью.

Я выпрямилась, поправила футболку и быстро пошла прочь, а потом перешла на бег.

Оставалось надеяться, что Максим Князев никогда не узнает, кто именно сбежал из его кабинета через окно.