Глава 9. Первая битва, огонь и слезы
— Значит так, Адель, — он взял меня за плечи. — Ты держишься строго за мной, не лезешь вперед. Делаешь все, как я говорю. Что бы я ни говорил — считай, это приказ. Твоя задача на сегодня — впечатлить местных магией, а не поубивать тварей. Покажи им, что ты стараешься, это важно, поверь. Если умеешь кидать вперед что-нибудь огненное и светящееся — кидай, только не высовывайся. Ты практикантка, а не штатный маг, от тебя никто не ждет никаких результатов. Поняла?
— А ты?
— Все будет хорошо, — он погладил мои волосы. — Главное, сейчас будь очень осторожна.
Мягкий тихий голос и холод в глазах. Сейчас только о деле, все эмоции — потом.
Взял карабин, рассовал по карманам бусины — у него там целая горсть. Я видела, что в левом кармане бусины-щиты, в правом — для атаки.
— Тебе, — сунул мне несколько штук. — Когда активируешь щит — лучше без резких движений, иначе они плохо держат. И никакой магии под щитом, только защита, а то на тебя же и отразит.
Я знаю. Знаю все это…
Смогу ли сама ударить, своими силами?
Заклинание можно подготовить заранее и просто держать в голове. Обычно держат два-три за раз, но мне хоть одно удержать. Я училась кидать огненные шары, но сейчас нужно сосредоточиться даже не огне, а на чистой энергии. Делать так, как мне проще, как выйдет наверняка, я не на экзамене. Нужен взрыв, чтобы разнесло… Большинство подобных тварей, если я хоть что-то понимаю, это зачарованные големы, с вложенной в них искрой. Хорошим ударом можно сломать структуру. Очень надеюсь, что это так.
Понять бы…
Так страшно, светлые боги…
Тварь была одна. Я видела ее. Не глазами, кончено, чувствовала свечение холодной магии.
Но если я вижу тварь, то, возможно, и она видит меня? Прятаться, скрывая собственное свечение, я пока не умела.
Очень надеюсь, что охотится тварь не на меня. Это не огонек, от которого можно прикрыться щитом. Та ловушка в лесу… боюсь, мой щит такого не выдержит.
Что нужно твари, выпущенной из могильника? Крови? Мести? Справедливости?
— Адель, будь рядом, — говорит Косак через плечо.
Вейры нас ждут.
Я не понимаю, что они говорят, но показывают направление. К твари. Интересно, местные тоже видели ее не глазами? Отсюда глазами не разглядеть. Если у кхаев была своя магия… вот все это их могильников… возможно, что-то досталось и вейрам. Они видят.
— Там! — показывают мне.
Далеко.
Деревня на холме, а вокруг лишь трава и кустарник. И что-то поднимается от реки, я еще толком не могу понять. Но это то, что оставило след в лесу — холодный и чужой.
Если оно с нами, как с кроликом?
Его ведь можно убить? Сломать… оно не живое.
— Адель! Дыши, не паникуй! Пока рано паниковать.
Он прав. Вдох, выдох… главное успокоиться. Собраться. Заклинание приготовить. Нащупать бусину со щитом в кармане. Нет… не торопиться со щитом.
Мы вышли к склону, к самому краю деревни. Еще немного, и тварь можно будет разглядеть…
Вейры с ружьями собрались толпой, Косак что-то крикнул им, они построились полукругом. Приготовились, вскинули ружья к плечу. Его слушали. Вейры могли как угодно относиться к людям, да и к волкам тоже, но сейчас готовы подчиняться. Сейчас нет времени на разногласия, нужно вместе. Он что-то говорил им, я не могла понять.
Я держалась рядом. Честно говоря, мне становилось страшно от одной мысли, что я могу остаться одна. Что меня отправят куда-то подальше, в безопасное место. А если нет безопасных мест? Если тварь придет и туда? Здесь — я хотя бы вижу, что происходит, но если не видеть, а только гадать — это куда хуже.
Тварь поднимается. Уже так близко, что ее почти глазами можно различить. Я плохо вижу в темноте, но даже я, кажется, улавливаю какое-то движение.
И ужас клубком сворачивается в животе, что не вздохнуть.
— Адель! — говорит Косак через плечо, вглядываясь в ночную тьму, спокойно, но очень четко, так что с полуслова ясно — это приказ. — Сейчас ты слушаешься меня. Если сказал — «огонь», ты собираешь все свои силы и бьешь в тварь. Как угодно, но собираешься. Никакой паники, никаких истерик. Если я сказать — «беги», ты бежишь отсюда и не оборачиваешься, прячешься и ждешь. Поняла?
— Да.
— И чтобы никаких возражений, — металл звенит в голосе. Да, я понимаю, сейчас иначе нельзя. Это война.
— Поняла.
— Ты ее видишь?
— Вижу.
— Далеко?
— Ты разве не видишь?
— Далеко?
Без лишних вопросов. Спокойно.
— Метров двести. Поднимается по склону прямо на нас.
— Хорошо.
Косак спрашивает что-то у вейров, те отвечают.
— Со ста метров по команде огонь, — тихо говорит он мне.
— Поняла.
Слишком далеко — мы промахнемся. Слишком близко — можем и не успеть.
Сердце бешено колотится.
Я готова. Уже чувствую огонь на кончиках пальцев, сейчас сорвется. Готова… Главное — не промахнуться. С самим огнем я справлюсь, а вот смогу ли прицельно — не знаю пока. Нужно постараться.
Руки трясутся.
Что если у нас не выйдет?
— Адель, дыши. Медленнее дыши, вдох-выдох.
Мне кажется, я вообще дышать не могу. Голова кружится.
Все ближе.
Уже почти…
Всего-то несколько минут, но я успеваю сотню раз мысленно умереть.
Теперь я вижу ее. Невысокая тень, похожая одновременно на человека и на животное. На гориллу, которая идет на задних лапах, иногда помогая себе передними. Свечение магии слабое, но, готова поспорить, это только внешне, основная сила спрятана.
Что этой твари нужно от нас?
Хочется бежать без оглядки.
— Приготовиться! — Косак поднимает руку. Впрочем, говорит он это на языке вейров, но так однозначно, невозможно не понять.
Я вижу, как они целятся.
И готовлюсь тоже. Шаг в сторону, чтобы своих не задеть. Все. Вдох-выдох. Именно ради этого я и учусь магии. Пришла пора проверить.
Ближе. Сейчас.
Дыши.
— Огонь! — командует Косак. Стреляет сам.
И я глохну от грома ружейной пальбы. Так громко сразу, что хочется закрыть уши руками, на мгновение я почти перестаю соображать.
Но я должна тоже. Собрать всю силу в руках…
Огонь! С моих пальцев срывается мощное пламя, я успеваю обрадоваться — как ярко, но тут же понимаю, что оно ушло выше и чуть в сторону, мимо цели.
Еще раз. Спокойно. Не паниковать. Еще раз.
— Еще раз — огонь! — командует Косак.
Огонь!
Тварь вспыхивает от ударивших в нее пуль. Ее защита вспыхивает. Что-то происходит… и на мгновение тварь встает на задние лапы, замирает. Ее магическая аура дает трещину…
Вейры стреляют еще.
А тварь вдруг выпускает длинные светящиеся нити, словно щупальца… так же, как ловушка в лесу. Они взлетают вверх, распускаются гигантским цветком, колышутся, извиваются змеями и тянутся к нам. Это неожиданно прекрасно, завораживает… как чудо… и чудовищно — одновременно. Пугающе. Так, что коленки подгибаются. Все холодеет внутри.
Тварь бросается вперед. Стремительно.
Нет…
Я, с перепугу, кидаю в нее огнем, еще не успев как надо собрать силы. Попадаю, но задеваю лишь краем.
— Назад! — кричит Косак. — Все назад! Двадцать шагов назад, и огонь!
Это приказ, и я должна подчиняться не раздумывая.
Я бегу.
Вижу, что вейры тоже срываются и бегут. Кто-то из них останавливается и стреляет снова, кто-то бежит дальше. Слишком страшно, чтобы остановиться. Но за нами деревня, нам некуда бежать.
А Косак остается на месте.
Стреляет. Без паники, методично. Раз, еще раз…
Он сказал — двадцать шагов и снова.
Я оборачиваюсь, останавливаюсь. Колени трясутся. Собираюсь с силами. Главное в Олина не попасть. Собраться, да…
Глубокий вдох… и на выдохе огонь!
И все равно от страха срывается раньше.
Но я попадаю. Вижу, как мой огненный шар бьет тварь в голову и та отчетливо дергается назад, трясет головой, в судороге извиваются щупальца. Но так просто тварь не остановить. Нужно еще.
Вижу, как тварь вздрагивает, мерцает, когда пули попадают в нее — значит, в этом тоже есть смысл. Нужно только еще…
Мне не успеть…
А Косак успевает расстрелять все патроны из обоймы, перезаряжать некогда, тварь слишком близко. Еще немного и…
Хочется крикнуть — беги!
Но я вдруг понимаю, что если он побежит, то побегут все, без оглядки, прятаться. И тогда тварь разнесет полдеревни, даже если потом мы сможем ее остановить. То, что Косак остается на месте — держит остальных.
Только убежать он уже не успеет, и тварь сейчас убьет его!
Нет!
Я вижу, как Косак достает из кармана заряженные бусины, активирует и кидает их в тварь. Одну за другой, привычно и быстро.
Гремят ружья.
Еще мгновение и щупальца дотянутся… но вш-шух! Вспыхивает щит. И щупальца твари с оглушительным треском бьют по щиту.
Если я сейчас… прямо сейчас! Если не сделаю хоть что-нибудь — тварь убьет его. Щит не выдержит. Он не рассчитан на такое.
Надо собраться! Все силы, что есть! И главное — не промахнуться.
Иначе все.
Если тварь убьет Косака, она и нас… и меня убьет тоже.
Собраться.
Все, что есть… и одним махом.
Страшно до истерики, где-то на грани… до абсолютной нереальности происходящего. Все это слишком…
Собраться… все силы собрать.
И-ии… вдох… Собрать все на вдохе.
Я должна!
Не убегать. Я даже иду вперед, несколько шагов, чтобы попасть наверняка. Я не могу ошибиться.
А тварь обрушивается на Косака всей мощью.
Щит трещит и лопается, но Косак успевает метнуться в сторону, уходя от щупалец.
И успеваю я. Бью, что есть силы!
Огонь!
И тут же еще, снова! Пока тварь не опомнилась! И еще! Я даже не представляю, откуда беру столько сил… до капли, выжимая все… Я должна!
И на последней капле меня словно выворачивает и темнеет в глазах. Покачнувшись, земля заваливается…
* * *
— Адель!
Я не могу открыть глаза, меня мутит. И просто зверски раскалывается голова.
Чьи-то руки держат меня, обнимают…
— Адель! Очнись! Ты жива?
— Жива, — говорю с трудом, язык не шевелится. От каждого движения голова кружится еще больше, просто невозможно. Глаза удается лишь приоткрыть и тут же закрыть снова. Невыносимо.
Магическое истощение. Со мной такое было… ничего, это пройдет. Нужно только поспать, полежать спокойно. Все восстановится. Главное что…
— А ты? — шепотом говорю я.
Олин улыбается, прижимает меня к себе крепче.
— Все хорошо, Дел. Ну, ты и шарахнула! — он смеется. Потом осторожно гладит мои волосы. — Пойдем, — поднимает меня на руки. — Тебе надо поспать.
Я слышу голоса вейров рядом, веселые. Они что-то кричат нам. В основном на своем языке. Но я вдруг слышу: «Огненная Белка!» «Молодец, Белка!» Это они про меня? Для меня, чтобы я понимала? Или мне это только мерещится от головокружения?
— А что с тварью? — говорю я.
— Тварь ты испепелила, Дел. Там даже смотреть не что, головешек не осталось. Из тебя выйдет невероятно крутой маг. С техникой только чуть поработать, а то ты вместе с тварью чуть не испепелила всех остальных. Не пугайся, все хорошо. Вейры уже любят тебя.
— Белка?
Значит, мне не померещилось.
— Да, — усмехнулся Олин. — Мелкая, с пушистым рыжим хвостом. Огненная Белка.
У него самого лицо красное, опалило жаром… Это я так? Волосы и бороду тоже подпалила, волоски свернулись и спеклись комками. Но вид у него страшно довольный.
Все получилось.
Олин отнес меня, уложил в кровать. Лег рядом… Я так и уснула — обнимая его, прижавшись к его груди. Было очень плохо. Не было сил ни на разговоры, ни на что, просто хотелось к нему прижаться. Так спокойнее, если прижаться… и пустота внутри не тянет так сильно, и даже, кажется, голова не так кружится…
Потом, уже под утро, я проснулась, отпустило немного, и вдруг пробрало на слезы. Я ничего не могла поделать с собой, просто лежала и рыдала Олину в плечо. Он успокаивал, гладил по волосам и целовал так нежно, как ребенка.
А потом я уснула снова.