Глава 10

Если бы я плыла быстро, я бы, наверное, не заметила этой заводи – она хорошо была скрыта свисающими лианами и каким-то яркими растениями. Да еще и лодки были под цвет, так что все сливалось. Но я, чтобы не нагружать двигатель, за состояние которого я серьезно беспокоилась, шла очень медленно, поэтому когда увидела просвет, пригляделась со всеми доступными средствами и таки увидела катера. Естественно, я туда не ринулась сразу, а отплыла на приличное расстояние, чтобы с берега наблюдатели, а они должны быть, хоть я ничего и не почувствовала, не поняли, что я причалила. Потом возвращалась по джунглям добрые пять сотен метров, хорошо, что река плавно уходила вбок и можно было пристать хотя бы за полкилометра, а то была бы она прямее, плыть бы мне еще не меньше двух-трех. Но и так прогулка выдалась так себе – проламываться через густые заросли было очень непросто. То, что следы останутся – это ладно, но вот использовать мачете или топорик не получалось, громко слишком это, да и нет у меня топора. Мачете вроде был, но на сколько мне хватит сил, чтобы проложить дорогу? В общем, где-то проще было обойти, а где-то и по воде пришлось пробираться. Хорошо хоть вода не стоячая, а то в такую в этой местности сунуться не то чтобы смерти подобно, но пару неприятностей можно получить. Тем не менее, мне удалось даже до сумерек добраться до заводи с пристанью, на которой стояли лодки. Там же валялись два вусмерть обкурившихся тела, которые, видимо, должны были это все хозяйство сторожить и присматривать за берегом. То-то я слежки не обнаружила – дрыхли охраннички. От причала шла хорошо вырубленная и протоптанная широкая тропа, позволяющая перенести грузы, что логично. Но только перенести, не перевезти, а значит, цель довольно близко и надо удвоить бдительность. Я применила все возможные конструкты невидимости, отвела взгляд, заглушила шорох шагов, убрала все магические колебания – первостихия Порядка позволяла и такое, правда, для этого надо было прилично потратиться. Но сейчас главное – незаметность, потому что нужно сначала провести разведку, а уж потом думать. Мне пришлось проскользнуть еще мимо одного поста охраны, который был очень хитро расположен в переплетении деревьев. Выдавал его только магический фон какого-то артефакта. Поклясться готова, что тот отпугивал свякую мелкую живность и насекомых, ведь место-то для всяких змей или муравейника ну очень подходящее. С этим постом проблем не было, вроде бы там подавали какие-то признаки жизни, но как-то не очень активно, наверное, тоже весело проводили время, витая в наркотических или алкогольных облаках. Третий же пост был у входа в лагерь – окруженную невысоким частоколом большую, метров двести, площадку, очищенную от низких зарослей. Высокие деревья, при этом, они оставили, чтобы было не видно со спутника или вертолета. Впрочем, маскировка тоже присутствовала, что характерно, физическая, не магическая – ту проще заметить, к тому же она может помешать при сопряжении и сдвинуть его на сотни метров, а то и на несколько километров. Нужно было осмотреться, поэтому в сам лагерь я лезть пока не стала. Да и плохая это идея, лезть ночью, когда бдительность повышена. Хотя, может, удастся просочиться где-то в другом месте, а не через главные ворота. Естественно, за двухметровым частоколом я ничего разглядеть бы не смогла, поэтому неподалеку я нашла высокое дерево, на которое можно было незаметно залезть, прикрываясь от любопытных взглядов лианами. Довольно удобный наблюдательный пост, если бы не колония каких-то тварей, отдаленно похожих на пауков размером с ладонь, но ими точно не являвшихся. Мой артефакт их отгонял, но они были этим явно недовольны. Впрочем, меня это мало волновало. Я удобно устроилась на ветке между лианами и начала наблюдать. Территорию лагеря и правда очистили от растительности, так что она неплохо просматривалась. Где-то в центре стояли палатки, как большие армейские, так и индивидуальные, видимо, для основного командного состава. В них горел свет, хотя это было практически незаметно – соблюдалась жесткая светомаскировка. Это и понятно, не так уж они далеко в джунглях, чтобы позволить себе все, что душа пожелает. И город рядом, и река, с которой можно увидеть отсветы в темноте. Да, это маловероятно, но все же. Чуть ближе к окраине, но не совсем у забора, стояли небольшие деревянные клетки, штук двадцать, и в каждой из них сидели люди. И не по одному. Конструкция не представлялась прочной, если бы я не видела токи силы, проходящие через нее – какие-то артефакты. Не скупятся люди на такие излишества, впрочем, затруднительно придумать что-то другое для удержания большого количества магов, в том числе и боевых, в походных условиях. Тут же не построишь ничего, да и в земле зиндан не вырыть – слишком много рыть придется и корни помешают. Я достала бинокль и начала рассматривать людей. Большинство – европейцы, но есть и китайцы, и арабы. Что ж, с уверенностью можно сказать, что я пришла, куда надо. А значит, пора сообщить моему начальству. Никто же всерьез не думает, что я буду захватывать этот лагерь в одну калитку? Тут одних наемников человек тридцать минимум и не все они обкурились до невменяемого состояния, плюс много артефактной техники и оружия, плюс, есть еще маги. Думаю, должны быть. Чего я не вижу, так это намека на большое количество жертв, необходимых для открытия гигантского портала. Если он вообще будет, потому что не очень-то похоже. Смысл? Смысла нет. Чтобы убить всех этих людей, агентов, а я некоторых из них узнала по фото из списков пропавших, не обязательно создавать портал и запихивать в него самолет. Объявлять о том, что этот самолет точно будет, тоже необязательно. Есть более простые способы с ними разделаться. Ну, предположим, просто заморочились и совместили приятное с полезным и решили для собственного удовольствия убрать этих всех людей, хотя для похищения такого количества агентов, нужно приложить очень много усилий. Но их все равно мало, чтобы открыть мега-портал. Непонятно это все, в общем. Я достала спутниковый телефон – надо сообщить координаты – и с неудовольствием поняла, что он не работает у лагеря. Тут все, видимо, глушится. Даже перейти на другую частоту я не могу, потому что тогда попытки подать сигнал точно засекут. Что ж, придется слезать с моей наблюдательной позиции и искать место, где заканчивается зона подавления. Я уже почти начала слезать, когда в лагере началось какое-то шевеление и из большой палатки, видимо, штабной, начали выходить люди. Их было шесть человек, один – по виду наемник, но вот другие создавали впечатление сотрудников каких-то серьезных военизированных структур. И двух из них я знала… Первым вышел Васильев, и пленного он никак не напоминал, одет был в стандартную полевую форму без знаков различия, а на поясе у него висела кобура. И он что-то живо обсуждал с никем иным как Патрициусом Ремусом, тем самым палачом, что меня пытал в тюрьме в Священной Римской Империи. Я тут же отвела взгляд, чтобы ментат не почувствовал поток интереса со стороны, не понял, что за ним наблюдают. Это было бы совсем некстати. Если он что-то заметит и отправит своих людей прочесывать джунгли, то вряд ли мне удастся от них легко уйти. Смущало меня в этой всей ситуации два момента: первый, слишком уж расхлябанно вели себя наемники в присутствии высокого начальства, а что римский палач таковым является, я не сомневалась. Наемники, конечно, это не регулярная армия и не сотрудники спецслужб, так что их расслабленность частично объяснима. Однако, подозрительно, что здесь нет более серьезной и профессиональной охраны. Как я поняла, из той вышедшей из палатки шестерки как минимум одни – телохранитель Ремуса, но на этом все. Хотя, может я их не вижу и они по палаткам сидят? Не могу же я это проверить, поисковые техники сразу засекут. Второй непонятный момент, если палач и Васильев в сговоре, то почему они не знали, кто я? Или все же знали? Васильев мог ведь и не понимать моего реального уровня. Учитель ведь в другой первостихии – это невеликая боевая единица, в общем-то, тут дело именно в том, что Порядок – особенный. Так что он мог не придать значения тому, в какой стихии я специализируюсь или не успел этого передать. Мало ли как у них была налажена связь, не по телефону же! А тому, что меня Ремус спрашивал про какую-то непонятную боевую операцию, про которую я и не слышала, может быть два объяснения. Любо Васильев действительно думал, что это наша операция, либо так думал сам палач, но есть еще и вариант, что меня так просто пытались разговорить. Я бы начала все отрицать, уверять, что ничего не знаю, ведь действительно не знала, а там уж и на другие вопросы стала бы отвечать охотнее – что-то такое я изначально предполагала. Но что теперь делать мне? Последние свои координаты я отправила, когда вышла на берег после заплыва на лодке. Я не знала, что меня ждет впереди, поэтому решила сообщить, где, если что, меня искать. В целом, это отсюда недалеко, поэтому Хабаров может ориентироваться по этим данным. Правда, координаты – это на случай моей пропажи, я же не сообщала, что что-то нашла. Надо сообщить. Я подождала, пока вышедший из палатки народ разойдется по своим делам, а Ремус вообще скроется из вида, и все же спустилась с дерева. Теперь я точно не пойду по тропинке, потому что мне совершенно не хочется опять попасть в плен, поэтому имеет смысл как-то аккуратно двигаться по джунглям. Хотя отойти достаточное расстояние от глушилок без использования мачете будет непросто, но надо постараться. Мне пришлось пробираться не меньше сотни метров и думаю, я оставила кучу следов, но все же получилось отойти на достаточное расстояние, чтобы телефон заработал. Звонить я, конечно, не стала. Но подробно описала Хабарову ситуацию, в том числе указала, кого видела в лагере и среди пленных, и среди руководства. Тут же пришел ответ, что время ожидания восемь часов, наши спецподразделения уже в Срединной Империи, только ждут команды на вылет. Вот только боюсь, что они не успеют. Следующим сообщением я отправила информацию о том, что только что, буквально пять минут назад, сопряжение началось. Любой маг, находящийся в его эпицентре, почувствует, как магический план бурлит, как сила не дается, выскальзывает из рук, сосредотачиваясь в определенных точках, где потом истончится пространство и откроется портал. Да, до этого еще далеко, может, несколько часов, но вряд ли мы успеем провести операцию. И точка синхронизации где-то неподалеку. “Надо сажать все самолеты вокруг, срочно. Именно самолет – жертва для открытия портала”, – это последнее, что я написала Хабарову и не дожидаясь ответа пошла в сторону лагеря. Я, кажется, знаю, что они задумали. Точка разрыва где-то в полукилометре отсюда, они просто уронят туда самолет и там откроется портал. Это объясняет и отсутствие тут военных или большого количества службистов. В живых здесь останутся только организаторы. И я не уверена, что все.