Глава 4

На следующее утро я окопалась в одном из малых тренировочных залов. Забронировала его за собой, предупредила Сашу, что иду ставить печати и пропала до обеда. Можно было и в кабинете, но там меня точно кто-то или что-то отвлечет, а так я даже телефон с собой не взяла. Для того, чтобы поменять внешность, нужно установить несколько печатей на те места, которые ты хочешь изменить. И нет, лицо – это не одно место, а целый их перечень. Хочешь сделать другой носик – ставишь на носик. Хочешь другие глазки – ставишь на глаза, на оба. В общей сложности мне пришлось установить шесть печатей только на лицо и только для этого задания, так-то их спектр придется потом расширить. Были еще печати на грудь – для моего образа она должна быть меньше. К сожалению, сильно изменить телосложение или рост я не могу. Так-то баронесса Атамбаева, под личиной которой я еду в Лондон, хрупкая девушка с немного монголоидными чертами лица. Почему немного? Потому что я не могу, например, изменить цвет кожи, а я вообще-то очень светлокожая. Внешность получилась экзотическая, бросающаяся в глаза. И, честно говоря, я не понимала, хорошо это или плохо, потому что как бы она не была слишком уж экзотичной и очень бросающейся. Мало ли, вдруг у них спрос на славянок или хотя бы светлых европеек? Но все же, изучив фото пропавших, я решила, что это не главное для похитителей. Гранская была обычной девушкой среднего роста и телосложения, темные волосы, симпатичная, но не красавица, а может просто не хотела подчеркивать свою красоту, чтобы ее от работы не отвлекали. Что ее сильно отличало от той же Марковой – тоненькой как хворостинка невысокой блондинки с правильными чертами лица и огромными синими глазами. Реально писаная красавица. Сабурова же наоборот имела оливковый цвет кожи, была высокой с хищными чертами, немного резкими, но в то же время невероятно притягательными. Когда ее фото печатали в журналах и газетах после очередного скандала, этот природный магнетизм чувствовался даже на расстоянии. Так что, думаю, дело там именно в наличии дара. Они ошиблись с Сабуровой, так что теперь, наверное, они как-то это выясняют, либо в разговоре, либо проверяют по базам. Поэтому после обеда я занималась тем, что правила эти самые базы. Поскольку я не знала, где они могли это смотреть, то внесла свои данные в реестр Иркутского магического пансиона, а потом и Иркутской же магической академии. Это не настоящий университет, скорее курсы благородных девиц для развития магических способностей. Ну так вряд ли они у меня будут диплом требовать – им это не нужно. Естественно, нужно внести все данные в государственные базы, и это тоже потребовало времени. Конечно, это мог бы сделать кто-то другой, но в таких важных вещах лучше перестраховаться. Конечно, для командировок мне готовили документы другие, но там было не так важно, если бы кто-то раскрыл подделку. Сиамцы, конечно, могли бы возмутиться, но факт в том, что они прекрасно знали, что я не под своим именем к ним приехала, просто сделали вид, что не знают. Документы в порядке – значит до остального им дела нет. И они уж точно не стали бы проверять меня и мою семью на наличие магических способностей. К тому же там нужны были документы на очень короткое время, тут же еще неизвестно, сколько времени все займет. И последствия, если меня раскроют, будут не слишком хорошими. Девушек я точно тогда не найду, а из страны меня просто выкинут, а то и в тюрьму запихнут, потому что я не настоящая баронесса. – Ну что, как у тебя дела? – вечером, когда все уже разошлись, осталась только дежурная смена, ко мне заглянул Хабаров. – Все готово. Сам посмотри, вдруг я что-то упустила, – я повернула к нему монитор, где был список баз данных, в которые я внесла изменения. – Легенду я составила, думаешь разумно мне вести себя как тусовщица? – У тебя есть другие предложения? – Учеба, например. Сейчас уже почти лето, я могла бы приехать, чтобы выбрать университет. – Тогда тебе придется ходить по университетам, а там ты не останешься одна – кругом народ. А кроме того, сами университеты начнут проверять твои документы, а у них проверки намного строже. – Так я и не говорю, что я буду подавать документы, тем более сейчас еще рано – выпускные экзамены еще даже не начинались. Я же могла просто приехать осмотреться, прогуляться по кампусам, повосхищаться архитектурой. – И все же нет. Откуда у баронессы из какой-то там Иркутской губернии, которая на взгляд бриттов непонятно где находится, деньги на их университеты? Они легко найдут, что барон Атамбаев – сельский житель, владеющий всего лишь небольшой фермой. Что он наш бывший сотрудник они, конечно, не найдут, но вот то, что он не может себе позволить такое образование для дочери – это очевидно. И они точно что-то заподозрят. Не нужно палиться на таких мелочах. Девушка из далекой провинции, которая впервые попала в другую страну в качестве туристки без надзора родителей и хочет оторваться, смотрится более органично. – Ну ладно, как скажешь, – вздохнула я, прикидывая, как ведут себя тусовщицы. Понятия не имею, что делать в таком амплуа – никогда не было такого опыта, если уж честно. Но вот сельскую аристократку, впервые вырвавшуюся из-под надзора родителей, я, пожалуй, сыграть смогу. Очень на это надеюсь. – Тогда давай напишем примерный сценарий. И это, покажи, какую внешность ты себе придумала. Так-то печати позволяли менять указанные места в любом диапазоне, как мне хочется, но когда я их ставила, я находила именно те места, которые буду менять сейчас. Я взяла зеркало, посмотрела на себя и активировала печати, которые, послушные моей воле, стали менять мою внешность. Естественно, это только визуальные эффекты, ни одна печать не может изменить строение черепа, но вот подтянуть форму глаз или носа – это вполне. Сейчас уголки моих глаз немного опустились, а цвет стал темно-коричневым, в то же время уменьшился и заострился нос, поднялись скулы и чуть заострился подбородок. Я буквально на глазах превратилась в другого человека. Второе веко, высокий лоб и форму губ я оставила, потому что по легенде мой отец бурят, а мама вполне себе русская, иначе как объяснить белую кожу? В общем, от мамы я не только цвет кожи переняла. – Завтра сходи в салон, перекрась волосы в черный, под своей внешностью, конечно. – Нет, – покачала головой я, – это будет заметно, лучше сделать какие-нибудь пряди, чтобы скрыть мой естественный цвет или покраситься в два. Но в один, тем более, черный, красить точно нельзя – будет слишком заметно, что волосы крашенные. – Ладно, это вы, женщины, лучше знаете, – пожал плечами шеф. – Можно, в целом, и магию использовать. Ни у кого не вызовет подозрений, что ты изменила цвет магией – все так делают. – Ну так-то да, все делают, но что будет, если они меня поймают и наденут антимагические кандалы? – Сама разбирайся, – махнул рукой Саша. – Заканчивай готовить документы и давай вернемся к сценарию. На хотя бы примерный порядок действий мы потратили еще три часа, завтра доработаем еще. Так что домой я вернулась почти в полночь, и хотя мне очень хотелось и сегодня встретиться с Сережей, но я, честно говоря, слишком устала – надо отдохнуть. Да, устала, устали мы с Хабаровым оба. Иначе объяснить то, что я так и не вернула лицу его нормальный вид, невозможно. Хорошо хоть при выезде с базы не надо идентификацию проходить, просто приложить пропуск и все, а то была бы ночной смене встряска с боевой тревогой. Зато точно можно сказать, что печати я наложила правильно и все работает. За это время ничего никуда не поехало, как я выглядела молодой девушкой с бурятскими чертами, так и сейчас я на нее в зеркало смотрю. Я усилием воли отключила действие печатей, лицо чуть поплыло и вернулось к моему обычному. Только после этого я почувствовала, как исчезает напряжение. Как-то я не обращала на это внимания, но коже и мышцам явно не нравились изменения. Ничего страшного, конечно, но долгие месяцы такую маску лучше не носить, а то потом с удивлением обнаружишь, что твое лицо оплыло, а кожа растянулась. Но ладно, с помощью печатей Порядка я знаю, как это исправить, но вот само по себе напряжение будет копиться, а это плохо, не стоит злоупотреблять, в общем. Хоть Сережа ко мне и не приехал сегодня, но мы ночью все же мило поболтали и договорились встретиться завтра. Мне очень хотелось его увидеть до отлета, потому что эта командировка может действительно затянуться. Мне же надо не просто поймать и обезвредить эту шайку, мне нужно найти девушек или хотя бы взять след, потому что не факт, что они все еще в Британии.