Глава 5

Не люблю я дирижабли, вот что… Я, человек действия, вынуждена медленно плыть над европейскими просторами на огромном дредноуте, мысленно костеря аристократов за их нелюбовь к самолетам. В Лондоне я могла бы быть уже через четыре часа, ну максимум пять, если придется облетать какой-нибудь портал. Здесь же я оказалась заперта на практически двое суток. Вот что стоило поехать по делу? Не знаю, придумали бы мне какую-нибудь командировку по работе или по той же учебе, тогда и дворянка могла бы полететь самолетом, потому что время – деньги. Но в туристических целях спешить неуместно, а значит плетемся на приличествующем ситуации транспорте. Ну, спасибо, что не на ишаках, как говорится! А то кто этих аристократов разберет, что они в следующий раз придумают, чтобы свой статус не уронить? Хорошо хоть мне, как аристократке, были выделены деньги на приличную отдельную каюту, а то неуместно целой баронессе Атамбаевой путешествовать вторым классом. И заказан у меня был номер в неплохом отеле, но не в самом роскошном, конечно, и не в том, в котором я была прошлый раз. Ни к чему это – повторяться. Ничего, как говорится, не предвещало. Я вечером спустилась на нижнюю палубу в ресторан, уселась у панорамного окна и заказала ужин. Зал быстро наполнялся народом, я наблюдала за попутчиками и прикидывала, может ли кто-то из них быть интересен. Дело ведь в том, что непонятно, откуда пропала баронесса Маркова, где она познакомилась с похитителями, если они были. Она вроде бы прилетела и заселилась в отель, но это не точно. Отметка об этом есть в реестре отеля, а вот камера в холле как на зло не работала в тот день. Совпадение такое, ага. Так что да, были подозрения, что она либо пропала прямо с дирижабля, либо с кем-то познакомилась на нем и пропала по пути от летного поля до отеля. Правда, были нюансы, летела она не из Российской Империи, а из Римской, где тоже побывала в туристических целях. Тусовалась, в смысле, и прожигала наследство. То есть не факт, что на этом маршруте есть те, кто присматривается к одиноким аристократкам. Если это вообще не была случайность и замешанный в похищениях человек не летел на этом дирижабле по своим делам. И если ее действительно похитили, а не она сама упала. Ну а что, здесь, на этом конкретном аппарате, есть две палубы, на каждой из них имеются открытые террасы для прогулок. Я с аналогичной спрыгнула в Халифате перед ликвидацией темного. Бывает, что палуб еще больше, как и террас, бывает, что только одна, но на всех туристических дирижаблях, на которых летают аристократы, всегда есть открытые пространства. Дело в том, что адепты некоторых стихий плохо переносят полеты или закрытые каюты. Например, маг земли не чувствует уверенности в воздухе, поэтому с удовольствием посмотрит на не такую уж далекую землю не через маленький иллюминатор в каюте, а магу воздуха нравится дышать этим самым воздухом полной грудью. А есть еще просто люди, которые не любят закрытые пространства. В общем, могла баронесса Маркова просто упасть или ее скинули из-за какого-то конфликта. Не такая уж это и редкость, на дирижаблях много всего случается, о чем не принято говорить, но я по долгу службы об этом знала. Трупы, да и живые люди с этих открытых палуб летают регулярно и не всегда их удается найти. Часть пути мы, например, идем над морем, так что человек исчезает бесследно. И даже магам не всегда удается выжить при таком падении, ведь если ты оказываешься в море в сотне миль от берега, никакая магия тебе не поможет. Даже я, со всеми моими навыками и ресурсами, не уверена, что переживу такое приключение. Кстати, сейчас мы летим именно над морем. Это я не к тому, что собралась понырять, а к тому, что не стоит выходить на прогулочную палубу даже подышать. Ночью, я имею в виду. Днем-то там обычно много народу. Поев, я заказала себе кофе и пирожное и стала осматривать зал. Пассажиры представляли из себя сплошь аристократов или богачей-простолюдинов в отпуске. Как ни странно, их внешность и манеры настолько отличались, что это даже бросалось в глаза. Так-то в обычной жизни я бы не дала стопроцентной гарантии, что тот или иной человек аристократ. Тут же все было как на ладони. Обведя взглядом зал, ни на ком не останавливаясь, я поправила выбившийся из прически рыжий локон (да, временно я рыжая) и с отсутствующим видом занялась пирожным. Надо было обдумать увиденное. За дальним столом сидел в одиночестве мужчина, иностранец, скорее всего, из Южной Европы. Он обложился бумагами и не интересовался тем, что происходит вокруг. Хотя было в нем что-то, за что зацепился взгляд, только я сначала понять не могла, в чем дело, а потом догадалась, что он будто бы излишне напряжен. Но это могло быть связано с чем угодно. Но дело в том, что все остальные летели семьями или компаниями. Например, компанией молодых британцев. Я обратила на них свое внимание, потому что они были шумными – это раз, хотя для британцев такое поведение скорее норма, а второе, они обшаривали взглядами столики, ища себе приключения или неприятности. Уже не один раз я ловила на себе их взгляды. Но всем было понятно, что ни одна вменяемая аристократка не будет составлять компанию четверке молодых мужчин. Всем было, но не им. Я краем глаза наблюдала за тем, как от них отделился самый симпатичный и пошел в направлении моего столика. Мне даже показалось, что весь ресторан замер в ожидании. Только непонятно чего, скандала или того, что я соглашусь пересесть? – Мадемуазель, – мужчина подошел, заговорил со мной на смеси английского и французского, – не соблаговолите ли составить нам компанию, а то невыносимо смотреть, как такой прекрасный цветок проводит время в одиночестве. – Благодарю, месье, но откажусь, мне уже пора, – я застенчиво улыбнулась, сделав вид, что поверила, будто он француз, хотя судя по некоторым особенностям речи – чистый британец. Сама же я старалась следить за акцентом, чтобы никто не понял, что он поддельный. Так-то я прекрасно говорила и на английском, и на французском, без всякого акцента. – Но мадемуазель, как же так? Вы так прекрасны, что мы просто не можем вас отпустить! – он патетически воздел руки к потолку. Переигрывает. – И все же мне пора, – я отдернула руку, которую он попытался взять, получилось это довольно резко, что ему не понравилось. Я видела, как зло и почти трезво блеснули его глаза, но он сделал вид, что ничего страшного не случилось и продолжил уговаривать меня в том же духе. А вот когда я попыталась встать и уйти, он сделал попытку схватить меня за талию и привлечь к себе, но у него не получилось, кто-то перехватил его руку. – Месье слишком пьян, чтобы общаться с благородной дамой. Месье следует вернуться к друзьям, – отчеканил подошедший мужчина. Да, тот самый, который сидел с бумагами за дальним столом. И это было плохо. Очень плохо. Дело в том, что я со всей своей магией даже не почувствовала, как он подошел, и не увидела. Он просто материализовался у столика. Но перемещаться сквозь пространства без порталов люди не умеют, поэтому единственный вывод – он очень хорошо прикрылся магией, когда подходил. И он скорее всего высший магистр, иначе я бы его почувствовала. Более того, я бы его засекла и в этом случае, а значит он прикрывался по полной программе и не просто так, а целенаправленно от меня. Зачем? Неужели от нас произошла какая-то утечка и они знают, кто я? А ведь то, что он и компания британцев играют одну пьесу – не так уж невероятно. Пьяные друзья вовсе не такие пьяные, как притворяются. Неужели меня вычислили люди Ремуса? С другой стороны, здесь хоть и был алкоголь, но легкий, потому что пьяный маг огня, например, на дирижабле – та еще смертельная проблема. Так что напиться, действительно напиться, магу здесь сложновато. Я выдавила как можно более искреннюю улыбку и поблагодарила мужчину за помощь. – Вас проводить, мисс? – спросил этот выглядящий как какой-нибудь испанец натуральный британец. Несмотря на оливковую кожу и курчавые темные волосы, мужчина не просто говорил без акцента, он говорил, как английский аристократ. У них специфическая манера речи, чем себя и выдал его прикидывающийся пьяным дружок. А может, и не дружок – я так и не поняла. Сначала мне показалось, что это одна партия – спасение девицы из лап наглеца, но потом создалось впечатление, что они все же не знакомы. – Нет, благодарю, – еще одна милая и немного растерянная улыбка. – Мне уже пора. Я покинула ресторан в одиночестве и пошла в свою каюту, которую не просто заперла, но еще сигнальных печатей понаставила – лишним не будет. Мне очень повезет, если я случайно нарвалась на банду похитителей. И мне очень не повезет, если это дружки Ремуса. Я не смогу с ними справиться, не уничтожив дирижабль, а может, и вообще не смогу. Я взяла телефон, включила спутниковую связь и написала Хабарову, обрисовав ситуацию. Мы по дороге приземлялись только в Данциге, но я не уверена, что они вошли там. А если они летели из Российской Империи, надо срочно узнать, что они там делали. Возможно, стоит искать трупы.