28

– Что? – спросила я, все еще улыбаясь. Может, у меня что-то со слухом?– Жертва.Хэйвуд вдруг резко отодвинулся и, сделав пару шагов к окну, замер, глядя на улицу. Мы не зажгли светильники, и падающий из окна яркий свет луны контрастно оттенил его черты, отбросив резкие тени. Он вдруг показался мне похожим на вампира: бледная кожа, антрацитово-черные волосы, темные губы. Моя улыбка медленно угасла.– Ты же знаешь, что магия попадает в наш мир через некие… источники? – вновь заговорил парень.Я кивнула. Конечно же, все знали, что магия попадала в наш мир из источников, как… бьющая из-под земли ключевая вода. Откуда она бралась, никто доподлинно не знал. В последнее время ученые склонялись к мнению, что эти «ключи» – просто своеобразные ворота в другой, волшебный мир, откуда магия попадает в наш.– Много столетий назад один такой источник неожиданно возник возле нашего родового замка, – продолжил Эйден. – Но он оказался… нестабильным. Вместо чистой магии оттуда полезло непонятно что: темная, гнилостная энергия, от которой в округе расплодилась нечисть, урожаи погибли, а энергетический фон нарушился. Эта гадость медленно расползалась по всей стране, поглощая чистую магию. Один из моих предков смог запечатать источник. К счастью, оказалось, что наш ледяной дар способен замораживать его. Но… лишь временно. Каждые несколько десятков лет источник просыпается, и его приходится снова запечатывать. Запечатывать ценой своего дара и дара своей половинки.Я стояла, замерев, и смотрела на Хэйвуда во все глаза, пытаясь не упустить ни слова. При этих словах все кусочки мозаики постепенно сложились в одну картину. Например, испуг ректора, когда Томас чуть не сжег нас с Эйденом. Ведь Хэйвуд, единственный, кто способен запечатать источник, чуть не пострадал!– Эйден, ты… заберешь мою магию? – спросила я, чувствуя, что в горле пересохло, а в глазах, наоборот, собираются слезы.Моя энергия ему идеально подходит. Только моя. Наверное, ему нужно очень много сил, чтобы запечатать источник. Иначе бы… Иначе бы он не назвал меня жертвой.Хэйвуд, медленно отвернувшись от окна, шагнул ко мне – я невольно отшатнулась, но тут же уперлась спиной в стену. Некуда бежать. Да я и не смогу, зная, что этот «неправильный» источник может отравить всю страну. Что из-за него у нас, в мирном и спокойном Эггерионе, заведутся нечисть и чудовища…Подойдя ко мне, Хэйвуд протянул руки и снова заключил мое лицо в свои ладони. Я почувствовала, как по щеке медленно скатилась слезинка: неужели он заберет мою магию прямо сейчас? Вдруг… вдруг это будет больно?– Нет, – отозвался он и улыбнулся: криво, болезненно. Его палец стер слезинку с моей щеки. – Разве я смогу навредить тебе, Эмили? Я лучше умру. Помнишь, я говорил, что мой отец разрушил жизнь моей матери? Она была талантливым магом, невероятно сильным. И он тоже был … когда-то. После того, как мать лишилась дара, от нее словно осталась одна оболочка. Я ни разу в жизни не видел, чтобы она улыбалась, – тут Хэйвуд, резко выдохнув, вдруг прижал меня к себе, да так крепко, что я едва могла дышать. Меня окутал знакомый запах его парфюма, дорогого и сложного. – Я не смогу навредить тебе, Эмили. Твой дар останется при тебе.– А твой? – оторвавшись от парня, я попыталась заглянуть ему в глаза, но он тут же снова прижал меня к себе.– А свой я использую, когда будет нужно, – глухо проговорил он мне в макушку. – Только вот затыкать неисправные магические источники – опасное дело, можно потерять магию… или жизнь. А я, Эмили, эгоист. Хочу немного, хотя бы немножечко счастья… У других людей в запасе целая жизнь, а у меня совсем мало времени, и я хочу провести его с тобой. Ты выйдешь за меня?Я, все же отодвинувшись, уставилась на Эйдена с ужасом. Что значит, у него совсем мало времени? Я не согласна!– Выйду, – отозвалась я дрожащим голосом, – но только если ты заберешь мою магию и заморозишь этот… источник.– Я не могу, – прошептал он, и, наклонив голову, соприкоснулся своим лбом с моим. По моим щекам текли уже не одиночные слезинки, а целые реки. – Я всю жизнь считал своего отца монстром. И вот теперь источник просыпается, а на мне лежит долг запечатать его. Проклятый долг Хэйвудов, – вырвалось у парня. – Но твою магию я забирать не буду, – твердо продолжил он. – Что бы ни случилось. Я справлюсь с источником. А если нет – Генри… выходи за него. Я же вижу, что он любит тебя. Мне будет достаточно того времени, что мы проведем вместе, и осознания, что о тебе будет, кому позаботиться.Оттолкнув Эйдена, я уставилась на него в совершеннейшем ужасе. Он делает мне предложение, но при этом говорит, что, скоро отдаст жизнь, усмиряя какой-то подозрительный источник, и предлагает мне утешиться с Генри? Да он в своем уме?!– Эмили, пожалуйста, – Хэйвуд, протянув руки, взял мои ладони в свои. На его обычно нечитаемом, отстраненном лице была написана и мука, надежда, и твердая решимость. – Не спорь. Позволь мне быть счастливым с тобой.И я не выдержала.– Хорошо, – еле слышно отозвалась я.Выдохнув, Хэйвуд прижал меня к себе, а потом поцеловал – исступленно, так, словно кто-то мог в любой миг ворваться и вырвать меня из его рук.Время. Время вырвет меня из его рук, точнее, его из моих… И этот дурацкий сломанный источник.Чувствуя, как по лицу все еще струятся слезы, я обняла своего уже жениха руками за шею и прижалась к нему всем телом. В душе поднималось темное, беспросветное отчаяние. Я постаралась представить жизнь без Хэйвуда: не просто вдали от него, а жизнь в мире, в котором его больше нет. Однажды я провожу его утром – а вечером он уже не вернется, и мне скажут, что больше мы не увидимся.Ну уж нет… Лучше я останусь без магии. Лучше я умру вместе с ним. Прости, Хэйвуд, но если ты не заберешь мою магию, то я вручу ее хитростью. Я что-нибудь обязательно придумаю.– Что значит, ты выходишь замуж в пятницу? В какую пятницу? – неверяще переспросил Генри. – Надеюсь, пару месяцев спустя?– В эту, – созналась я, опуская глаза.Вчера после того, как я стала невестой Хэйвуда, то проворочалась полночи, пытаясь придумать, как бы мне отдать ему свою магию. Мне она не слишком-то нужна… наверное. Лампы буду зажигать спичками, как все. А другие заклинания… ну, живут же как-то люди без магии? И я смогу. А вот без Эйдена – не смогу.Однако, как я ни ломала голову, ничего путного не придумывалось. Я, конечно, смогу просто передать силы Хэйвуду, если тот будет стоять смирно. Но он вряд ли на это согласится… Однако мне казалось, что, чтобы полностью отдать всю магию, нужен какой-то ритуал, и где-то в замке Хэйвудов должно быть его описание. Только вот самой мне ни за что не справиться ни с поисками, ни с ритуалом, поэтому нужна помощь Генри.Но, сообразив, что еще недавно я была его невестой, и такая скорая помолвка может оскорбить друга, я все утро ходила кругами, не решаясь рассказать свои новости и попросить о помощи.Днем он куда-то уезжал. Но вечером, набравшись духу, я все же отозвала Генри в парк, где можно было поговорить без лишних свидетелей. Он выглядел довольным, и от него явно пахло женскими духами, из чего я сделала вывод, что друг, возможно, не так уж и расстроится от моей новости.Однако Генри сначала открыл рот, потом закрыл, а затем уверенно вынес вердикт:– Тут что-то нечисто. К чему такая спешка, Эмили? Ты ничего не хочешь мне рассказать? – в его глазах загорелось подозрение, и я недоуменно моргнула.– Вообще-то хочу… – созналась я.Лицо Генри закаменело, и я испугалась, что сейчас он успеет надумать что-то не то, поэтому торопливым шепотом пересказала суть нашего разговора с Хэйвудом. Естественно, не упомянув о планах жениха на мой брак с Генри после того, как Эйден, возможно, возможно…Не выдержав, я всхлипнула.– Прости, Генри, я не должна вообще просить тебя о таком, – я расстроено рухнула на скамейку и вытерла глаза шарфом. Осень уже вступила в свои права, и перед выходом на улицу я, как и Генри, надела плащ и обмотала шею длинным полосатым шарфом. – Просто я не знаю, что мне делать, и у кого еще просить помощи.Тяжко вздохнув, друг сел рядом со мной.– То есть, ты хочешь, чтобы я поехал вместе с тобой и нашел способ передать твою магию Хэйвуду? Без его согласия? – уточнил Генри. Я, понурившись, кивнула. – Обойдется! – возмущенно выпалил Генри. – Я могу поехать с тобой и подумать, как его спасти. Но твоя магия пусть остается у тебя, и точка!– Генри! – умоляюще произнесла я, неосознанно цепляясь за его рукав. Его лицо было решительным, но… неужели он не поможет мне? Эйден же может умереть! А я – всего лишь останусь без магии. – Пожалуйста, мне очень нужна твоя помощь!Его глаза метнулись к своему рукаву, а на лице поселилось какое-то странное выражение, отчего я тут же, опомнившись, одернула руку, костеря себя всеми известными словами. Нельзя так делать, нельзя… После того, как я отказала Генри, мне не стоит вести себя подобным образом.– Ладно, – внезапно глухо проговорил он и поднял взгляд от своего рукава, где только что лежала моя ладонь, – я попробую.– Спасибо, – облегченно выдохнула я, улыбаясь. Он ответил мне кривой улыбкой, а я еле слышно выдавила, уставившись в землю: – Прости меня, Генри. За то, что выхожу замуж так быстро. У него… нет времени.Друг рядом со мной шевельнулся, вздохнул… и, вдруг поднявшись, предложил мне руку. Я, помедлив, вложила свои пальцы в его. Парень рывком поднял меня со скамейки и, привычно перекинув мою руку через свой локоть, повел по дорожке.– Ничего, – наконец отозвался он. – Я бы тоже на его месте поторопился – пока ты не начала ездить на балы и за тобой не увязалась армия поклонников.Я недоверчиво фыркнула. Ну да, конечно, можно подумать, толпа столичных холостяков так и ждет моего появления, чтобы начать ухлестывать. Ха и еще раз ха!– А вот, кстати, и ревнивый будущий муж, – добавил Генри.Подняв голову, я действительно увидела стремительно приближающийся к нам силуэт в цилиндре и развевающемся плаще. Эйден. При виде его лица, аристократически-утонченного и в то же время мужественного, у меня перехватило дыхание. Неужели я вправду стану его женой?– Только не говори ему, что я рассказала про источник, – украдкой шепнула я Генри и растянула губы в лучезарной улыбке.– Приятно видеть, что моя… – тут Эйден бросил на меня вопросительный взгляд, и я кивнула, – …невеста не скучает в одиночестве.– Привыкай, – Генри ответил ему улыбкой, больше похожей на оскал. – До того, как она стала твоей невестой, она была моей лучшей подругой, и, очень надеюсь, ею и останется. Поэтому мы будем часто с тобой видеться. Может, я и фехтовать тебя, наконец, научу.В глазах Эйдена взметнулось нечто темное. Неужели ревность? Но он тут же усилием воли пригасил этот огонь.– Может, – задумчиво отозвался парень, – а я в ответ поучу тебя колдовать, чтобы у тебя появились хотя бы мизерные шансы сдать выпускной экзамен.Я неуютно повела плечами и поспешила вмешаться в этот обмен любезностями, хватаясь свободной рукой за локоть Эйдена и увлекая парней дальше по дорожке.– А где ты был? – спросила я. Хэйвуд был не в форме академии, а в обычной одежде. Значит, мой жених ездил в город.– Заказал тебе платья, – пояснил он. – Мы выедем в наш замок сразу после завтрака в среду, и времени на магазины не будет. Тебе же понадобятся новые вещи вместо, – тут он выразительно покосился на мои ноги, обтянутые штанами, – ученической формы.– Ты заказал мне платья? – я тут же заволновалась. Вдруг они некрасивые! Мадам Фоббс всегда говорила, что мужчины не разбираются в женской моде и не нужно требовать от них помощи с покупками, а не то окажешься в попугайском наряде. – А как ты их выбирал?– Пошел в лучший лотариндский салон в городе, и модистка выбрала все сама, – успокоил он меня.Я тут же выдохнула: Лотариндия – признанная законодательница мод. Скорее всего, наряды буду великолепны. Тут Генри отвлекся на показавшихся издалека однокурсников, которые принялись что-то ему кричать. Эйден воспользовался этим, чтобы наклониться ко мне.– А еще я заказал тебе свадебное платье, – шепнул он. – Не могу дождаться, когда увижу тебя в нем.Его взгляд, устремленный на меня, потемнел, ветер слегка шевельнул темную прядь волос у лица, и я вдруг четко поняла, что платья меня мало волнуют. Потому что сейчас для меня главное – это спасти Эйдена. Человека, которого я люблю больше жизни.