Глава 21

Я бежала до тех самых пор, пока передо мной не появилось поваленное дерево и экипаж с распахнутыми дверцами, одна из которых была так искорежена, что вентиляция обещала быть преотличной.

— Итан? — вырвалось, прежде чем я оценила обстановку.

Хейл стоял над телом поверженного врага. Его отличный выходной костюм был разорван на руках и груди, и я определенно видела темные пятна крови. Но, судя по тому, как держался маг, кровь, если и была его, то лишь частично. Волосы мужчины были всклочены и торчали в разные стороны, взгляд, устремленный на мертвое тело, горел мрачным огнем. Я опустила взор и поняла, что тела на дороге уже прошли изменение и теперь, вместо волосатых чудищ белели человеческие тела. Обнаженные и мертвые, как никогда.

Итан меня скорее почувствовал, чем услышал. Он обернулся так резко, что не успел скрыть золотой огонь в глазах, но, кажется, его это не смутило.

— Оливер? — прохрипел он чужим далеким голосом.

Но я уже смотрела не на оборотня. И не на тела, белевшие на дороге. Взгляд приковал Дорнан. И то, что он собрался сделать.

Сначала я толком не поняла, почему некромант стоит на одном колене. А затем, приглядевшись, ахнула и, вскинув руку, успела прикрыть рот до того, как с губ сорвался крик.

Мужчины не кричат. Тем более те, кто учится на некромантов. Мне предстоит узнать смерть во всей ее красе на лекциях и практических заданиях Блеквуда. Так что пора привыкать к виду мертвых. И только желудок явно был против.

Но все же я не могла оторвать взгляд от происходящего. А когда в полной мере осмыслила то, что намеревался сделать Дорнан, любопытство пересилило даже тошноту. Я шагнула вперед и застыла в нескольких шагах от мужчины, склонившегося над телом бедного кучера.

— Оливер, и вы тут? — неожиданно вежливо обратился ко мне некромант. С чего бы?

— Да, сэр! — проговорила я.

— Там, в паре шагов от вас на траве лежит рука этого несчастного, — продолжил спокойным голосом Дорнан. — Будьте любезны, принесите ее сюда.

— Я сделаю это, — произнес Итан, но некромант так взглянул на оборотня, что тот невольно отступил назад, прищурив горящие глаза.

— Это сделает мальчик, — проговорил Блеквуд. — Он будущий некромант. Пусть привыкает к виду мертвых.

Я сглотнула и огляделась. Рука действительно оказалась рядом. Но если бы я не присматривалась, то не разглядела бы ее в темноте. Слишком много крови было на коже. Зрелище еще то. Оторванная конечность и пальцами, сжатыми в кулак, словно несчастный кучер хотел набить морду напавшему на него чудовищу.

Наклонившись, сглотнула снова, прогоняя тошноту. Когда брала пальцами руку, оказавшуюся неожиданно тяжелой, ощутила, как неприятный ком поднимается по горлу, грозя излиться из меня непереваренным ужином.

— Боги, Дорнан, не стоит… — было ринулся ко мне Итан, явно увидевший больше, чем ему полагалось. Видимо, лицо мое было бледно. А зрение оборотня позоволяло ему разглядеть такое даже в комешной тьме.

— Нет. Идите сюда, Оливер, — не обращая внимание на Хейла, поманил меня к себе несостоявшийся жених.

Я подошла и мужчина с легкостью и толикой небрежности, забрал у меня руку кучера. Только оказавшись рядом с ним, я поняла, что мужчина собрал воедино разорванное тело.

Понимание происходящего пронзила мое сознание острой иглой.

Он будет воскрешать его!

Как я когда-то воскресила Итана!

Невинно пострадавший кучер снова будет жить, но как это возможно? Он же сейчас представляет собой жалкое зрелище, словно кусок мяса, побывавший в мясорубке.

Не удержавшись, скривилась, но Дорнан даже не взглянул на меня, сказав:

— Мне будет нужна ваша помощь, адепт Миллиган!

— Я к вашим услугам, сэр! — отозвалась резко.

Дорнан обернулся, но в тот миг, за секунду до того, как наши взгляды встретились, между нами промелькнула быстрая тень, упавшая на плечо некроманта.

Ворон. Тот самый, что ударился в стекло экипажа, когда оборотни напали на нас с Итаном.

— Мордекай, ты не вовремя, — проговорил некромант и птица, недовольно каркнув, слетела на землю, устроившись в паре шагов от своего хозяина и разорванного на части тела.

Бросив быстрый взгляд на ворона, я снова посмотрела на Блеквуда, с каким-то ожиданием в сердце, желая увидеть, как этот опытный маг будет воскрешать кучера. Мне казалось просто нереальным собрать беднягу, да еще и вернуть к жизни. Но некромант протянул руки над мертвецом, и я увидела, как из его ладони прямо на тело полился свет. Темный и густой, он обволакивал кучера, скрывая его под собой, словно окуная в воды спокойной реки.

— Адепт Миллиган, — обратился ко мне Блеквуд. — Дайте вашу руку. Чтобы сделать все, как надо, мне нужно немного вашей силы.

Он не смотрел на меня, а говорил так уверенно, что я и не подумала отказаться. Потянулась сама, протягивая холодную конечность, чувствуя, что по спине бегут мурашки от пристального взгляда некроманта.

За спиной послышались тяжелые шаги, но я не обернулась, твердо уверенная в том, что знаю их обладателя. Итан. Оборотень. Он был рядом. И его присутствие отчего-то придавало мне храбрости находиться вот так близко от Дорнана, а не бежать, поджав хвост, словно испуганная лань, завидевшая охотника.

— Да не мне, — еще до того, как коснулась руки Блеквуда, произнес он. — Коснитесь тела. Это все, что мне потребуется от вас, Оливер!

У меня даже от сердца отлегло. Я сообразила только в последний миг, за секунду до его фразы, что творю. Ведь он может узнать, пусть не меня, но мою магию. Там, в тесной гостиной, когда я потеряла сознание, что он делал со мной? Что искал во мне? Мой дар. Не иначе.

Только отступать в данный момент было позорно. И я сделала так, как велел мужчина.

Мертвое тело показалось мне еще теплым. Точнее, тот его кусок, та часть, на которую я положила ладонь. Вздрогнув от ужаса и отвращения, удержалась от желания отнять руку и поднявшись на ноги, отойти как можно дальше от мертвого кучера. Но Блеквуд уже начал творить свою магию. Иначе и не назовешь.

Он не стал закрывать глаза. Не стал бормотать сопутствующие действию силы, заклинания. Просто от его рук пошло тепло. Не холод, нет. Не ледяное дыхание, которое обычно сопутствует некромантам и всем тем, кто идет рядом со смертью, глядит спокойно в ее глаза. Я ощутила именно тепло. Это тепло лилось от ладоней мужчины и, казалось, все его тело источает жар. А затем под моей рукой начали стягиваться куски того, что некогда было живым человеком. Я открыла от удивления рот, не в силах сдержать эмоции, но не проронила ни единого звука, наблюдая, как вспыхивают места разрыва. Как стягиваются ткани и остается разорванной только одежда несчастного.

За спиной встал Итан. Но ни я, ни тем более, Дорнан, не посмотрели на него. Хотя я понимала, что Хейлу тоже требуется помощь. Но сейчас было важнее не упустить момента и вернуть к жизни того, кто пострадал ни за что. Только по одной единственной причине — оказавшись не в то время, не в том месте.

Вот тело приобрело привычные очертания. Мужчина оставался в крови, но на его коже не осталось ни единой раны. И лишь лохмотья сюртука свидетельствовали о том, что произошло. Только он по-прежнему был мертв.

— Мне говорили о вас, адепт Миллиган, как об очень талантливом и подающем надежды некроманте, — не глядя на меня, произнес Дорнан.

— Сэр… — начала было я, но он качнул головой, и я только сейчас заметила, что его обычно собранные в идеальный хвост волосы, сейчас растрепались и темные пряди, выбившись из стягивавшего их кожаного шнура, обрамляли лицо мужчины, придавая чертам некоторую таинственность и мрачность.

— Попробуйте призвать свою силу. Пожелайте вернуть этого человека к жизни, — велел он.

— Как, сэр? — не понимая заданной цели, спросила я.

Я и правда не знала, как призвать эту силу. А ведь уже имела подобный опыт. Хотя, в случае с Итаном, он был цел и мне не пришлось тратить силы на восстановление тела. И ушел он не несколько минут назад, а только-только, когда я начала процесс возвращения души назад. Когда я позвала его и вернула в тело, в котором еще было все живо. Ведь не зря говорят, что после смерти у мертвых растут какое-то время волосы и ногти.

От подобных мыслей меня передернуло.

— Я еще не умею возвращать к жизни! — проговорила тихо и тут он повернул голову и посмотрел на меня. Да так пристально и резко, что я едва не отшатнулась.

— Правда? Не умеете? — спросил так, словно знал и о птице, которую я оживила в детстве, и об Итане. Но его следующие слова вернули меня к жизни. — Тогда учитесь, адепт Миллиган. — Он снова отвернулся. — Сконцентрируйтесь на мертвом. Представьте себе, что чувствуете тепло его тела, что слышите, как снова начинает биться сердце, как кровь бежит по венам и как его душа возвращается назад. Это словно теплая река, в которую приятно погрузиться.

Я закрыла глаза, следуя за словами некроманта. Сейчас он был для меня просто учителем. Тем, кто мог дать знания. Но никак не женихом, от которого я когда-то убежала, не желая принимать ни его руку, ни его сердце.

— Не закрывайте глаза, Оливер! — рявкнул на меня некромант. — Иначе вы просто не увидите…

Увидите? Но что?

Я открыла глаза и поняла, что имел ввиду мужчина.

Душа. У кучера это была светлая субстанция. Она парила над телом, словно сама просилась в руки. И я потянулась к ней, а она — ко мне, позволив себя схватить.

Я вцепилась в нее и опустила вниз, прижимая к телу мертвого. Представляя себе все то, что велел представить Блеквуд. И ведь получилось, правда, вместе с Дорнаном.

Он тоже поймал это светлое нечто. Потянул вниз, заставляя растянутся на теле, а затем надавил обеими ладонями, почти втирая субстанцию назад, в мертвого.

Перед глазами вспыхнуло что-то яркое. Я вспомнила свое детство и ту несчастную птицу, которая ударилась в стекло окна. Ту, которую оживила.

Птица была черной.

Птица была вороном.

— Карр! — рядом ударили крылья Мордекая. Ворон взлетел и сделав круг над нами, опустился на одну из ветвей, а я, запрокинув голову, посмотрела на птицу.

Почти в тот же миг под руками дрогнуло тело, и я было хотела убрать руки, но Блеквуд не позволил, строго выкрикнув:

— Рано.

И мы оба остались сидеть, прижимая руки к возвращающемуся мужчине.

Несколько секунд его трясло так, что мне казалось, будто я и сама трясусь вместе с ним. А затем светлое нечто впиталось в тело и растворилось в нем, словно и не бывало. И кучер затих.

Секунда…еще секунда… Ничего не происходило и внутри меня словно что-то оборвалось.

Не получилось? Не успели? Прошло слишком много времени после гибели несчастного?

Но нет. Мужчина, лежавший на земле, резко вздрогнул и распахнув глаза, издал рвущий душу крик. И только отняв руку от его тела, я внезапно осознала, что Дорнан уже давно это сделал. И получается, я одна сейчас пыхтела над кучером?

— А! — прохрипел оживший.

Я качнулась назад, ощутив, как руки Итана подхватывают меня и рывком поднимают и ставят на ноги. Глаза мага снова стали прежними, но вид был еще тот. И эта рана на груди. Я только сейчас ее разглядела.

— Итан, ты…

— Пустое, мальчик, — оборвал меня Хейл на полуслове.

— Где я? — раздалось хриплое за спиной.

— Милейший, давайте руку. Я помогу вам подняться на ноги. Полагаю, вам стоит отправиться с нами, — раздался голос Блеквуда. И от звука его низкого тембра у меня снова пробежали мурашки по спине.

Оглянувшись, увидела, как некромант сопровождает к карете ничего не понимающего кучера. Тот и не думал сопротивляться и даже не задавал вопросов. Он позволил усадить себя в салон и Дорнан захлопнул дверь обернувшись к нам.

— Забирайтесь внутрь. За этим человеком надо будет еще приглядеть, — сообщил он прохладным тоном. — Я распоряжусь, чтобы он остался до утра на конюшне. — Мужчина подошел к нам с Итаном и, не глядя на меня, обратился к Хейлу. — Твоя рана?

— Пустяк. Заживет, — ответил Итан, но судорога боли исказила гримасой его лицо. Он поспешно улыбнулся, явно пытаясь скрыть это. Дорнан сделал вид, что не заметил.

— Хорошо. Садись ко мне на место кучера. Надо поговорить, а вы, адепт Миллиган, отправляйтесь в карету и присмотрите за беднягой. А при случае и объяснить ему о том, что произошло. Но не упоминайте процесс воскрешения. Не стоит травмировать человека.

Я была очень против того, чтобы ехать с ожившим мужчиной. Почему-то Итана я не боялась, когда вернула мага к жизни. А этот кучер меня, если не пугал, то настораживал. Возможно, потому что я помнила, каким было его разорванное тело до того, как Блеквуд срастил эти окровавленные куски? Но спорить не решилась. Слишком уж властным был голос некроманта. Хотя, спроси кто мое мнение, я бы лучше прошлась пешком.

— Дерево! — напомнила я и ткнула пальцем в преграду, по-прежнему лежавшую на дороге.

Дорнан услышал. Но спокойно забрался на козлы и лишь протянул вперед руку, словно пытался тоже показать на дерево, спокойнехонько лежавшее на нашем пути. Я увидела, как мужчина пошевелил пальцами, словно музыкант, разминающий кисть перед игрой, а затем медленно поднял руку и, о чудо, дерево взвилось в воздух. И, следуя за движением руки Блеквуда, отлетело в сторону с такой легкостью, что я не смогла ощутить удивления и восхищения перед силой этого человека.

Да, он по-прежнему не нравился мне, но такой дар не мог не вызвать уважения.

— Лезь в карету, Оливер! — подтолкнул меня к экипажу Итан, которому отчего-то не понравился то ли мой взгляд, устремленный на некроманта, то ли что-то еще. А, возможно, он просто злился от всей этой ситуации и произошедшего. Я не знала. Устала, чтобы думать еще и об этом. Покорно забралась в карету, покосившись сперва на отключившегося к моей радости, кучера, а затем на птицу, шмыгнувшую в салон до того, как захлопнула дверцу и почувствовала, как качнулся экипаж, когда на козлы к Дорнану забирался маг.

— Карр! — Мордекай устроился на сидение напротив. Уставился на меня черными глазками и, сложив крылья, приготовился путешествовать. И что-то подсказывало мне, что проделывает он это не в первый раз. Так как в салоне птица явно чувствовала себе вполне комфортно.

- Привет! — зачем-то проговорила я.

Ворон смерил меня взглядом и ответил коряво, но вполне понятно:

— Здраавствуй!

Карета качнулась. Лошадь тронулась с места. И я только сейчас сообразила, что коняшке каким-то чудом удалось избежать гибели. Оборотни не тронули ее, так как, судя по всему, их целью был Итан. И никто другой. Все же, это были не звери. И тот факт, что лошадь осталась жива, лишь подтверждал мои подозрения относительно Хейла.

Кто-то пытается его убить. И если в первый раз можно было списать нападение и подлый удар в спину за случайность, то теперь ему не отвертеться от моих вопросов. А я спрошу. Это было бы не моим делом, если бы я тоже не рисковала пострадать, находясь рядом с ним.

Экипаж проехал вперед. Дорога снова побежала к нам на встречу, и я с некоторой опаской поглядывала на бесчувственного кучера, еще недавно бывшего таким мертвым, что воспоминание окровавленных частей его тела вызывали дрожь в коленях. Когда мы остановились, я с любопытством выглянула наружу, понимая, что так быстро достигнуть ворот мы не могли. И не ошиблась.

Дорнан спрыгнул с козел. Я увидела, как мужчина прошел вперед. Туда, где валялось тело оборотня, напавшего на меня. И вздрогнула, когда мужчина с легкостью поднял мертвеца и забросил на крышу экипажа.

— Зачем он тебе? — крикнул Итан.

— Хочу поднять и расспросить о том, кому ты мешаешь жить спокойно, мой недруг! — ответил холодно некромант. Я смотрела в окно и видела лицо мужчины. Но он не заглянул в салон экипажа. Прошел к лошадям, а минуту спустя мы снова тронулись в путь и ехали без остановок до ворот, а затем и на территорию Академии.

Покачиваясь в такт движению экипажа, я смотрела себе под ноги, понимая, что не вижу ничего, кроме темноты. А мысли сами собой возвращались к Блеквуду.

Вот я вижу его, когда некромант с легкостью убивает первого оборотня одним взмахом руки. Вот о склоняется над частями тела безвинно пострадавшего кучера. И мы сидим почти рядом, почти касаясь руками. Наша магия так похожа по своей сущности, по своей силе, что внутри у меня что-то сжимается от волнения.

Что Дорнан сказал про труп оборотня? Что хочет поднять его и расспросить?

Мне снова сделалось дурно. Я знала о том, что некроманты умеют на время возвращать разум в мертвое тело. Только для того, чтобы задать ему соответствующие вопросы и получить нужные ответы. И в том, что Блеквуд мастер в подобного рода делах, не сомневалась ни на секунду. Ведь не зря его приблизил к себе сам король. И кто знает, какого рода услуги выполнял для монарха мой несостоявшийся жених. Тем более, что ходили слухи по поводу того, насколько наш король был в праве занимать свое место.

Помню, отчим упоминал про толки и сплетни, какое-то время наполнившие столицу. Злые языки твердили, что король и не король вовсе. Что его отцом был не маг из династии Пауссет. Не Его Величество, Бродерик Второй, а кто-то из приближенных, кого королева приблизила настолько, что пустила в собственную постель, где и был зачат тот, кто теперь занимал трон. А сам Бродерик, как перешептывались за спиной венценосной особы, был неспособен дать жизнь ребенку.

Но слухи быстро пресекли. А вот теперь память подбросила мне пищу для ума и размышлений, хотя не знаю, почему вспомнила об этом именно теперь?

Мы остановились перед главным корпусом. Я выбралась из салона, не дожидаясь, когда Итан или Дорнан откроют дверцу, чтобы достать бесчувственного кучера. Спрыгнув, уставилась на возникшего рядом оборотня, взглянувшего на меня с сожалением.

— Извини, Оливер, — проговорил он. — Я снова втянул тебя в неприятности.

А я только и смогла, что посмотреть на его испорченный дорогой костюм и темное пятно на месте раны, оставленной когтями одной из тварей.

— Адепт Миллиган, возвращайтесь в общежитие и ложитесь спать, — велел мне подошедший Блеквуд. — И я полагаю, мне не надо говорить вам о том, что не стоит болтать лишнее и рассказывать своим друзьям о том, чему вы стали невольным свидетелем? — он посмотрел на меня и я, не выдержав взгляда, опустила глаза.

— Я буду молчать, сэр! — проговорила тихо.

— Не сомневался в этом, — он поднял руку и положил ее на плечо Итана. — А с тобой мы еще поговорим. Я займусь мертвым, а ты сообщи Серафиму о том, что в Академии будет гость, — намекнул он на кучера. А затем, когда я уже было развернулась и направилась в сторону общежития, бросил мне вдогонку:

— Вы сегодня показали себя в лучшем виде, адепт Миллиган. И я надеюсь, что и дальше вы будете только радовать меня своими успехами в нашем общем деле!

Сердце застучало быстрее. Голову словно сдавило тисками, и я поняла, что этим вечером подписала себе своеобразный приговор. И что теперь, даже если я спрячусь на последнем ряду во время урока Блеквуда, он все равно найдет меня. Потому что уже выделил и запомнил. Потому что мой дар его заинтересовал.

— Да, сэр! — тем не менее, проговорила я. — Буду стараться.

— Не сомневаюсь, — послышалось в ответ, и я ускорила шаг, почти побежав к общаге. Сердце колотилось, будто обезумело. В груди было и больно и, одновременно, легко от того, что я доказала что-то некроманту…

На свою беду.

Та, которая хотела не привлекать внимания к своей особе, сделала все с точностью наоборот. И теперь мне не избежать интереса Блеквуда. А это значит, что мой маскарад под угрозой срыва.

Мысленно ругая себя и судьбу, я бежала вперед понимая, что еще немного и не выдержу. Просто встану и зареву во весь голос. От разочарования и дурного предчувствия.

Но не заплакала. И только уже позже, оказавшись в своей комнате, стоя над раковиной и смывая с лица грязь и пот, я поняла, что вместе с ними смываю и слезы, прорвавшие плотину выдержки.

— Расскажешь мне, что происходит? — Дорнан закатал рукава новенькой чёрной рубашки до локтя и только после этого повернулся к вошедшему.

— Расскажу, если только смогу! — Итан опустился на стул у стены и поморщился, когда потревожил рану. Он только пришел из лазарета, где маг-лекарь помимо заклинаний наложил на его рану вонючую мазь.

— Это на всякий случай, — пояснил он ему свои действия. — Под когтями мог быть яд неизвестного вида. Господин декан распорядился.

И вот теперь, благоухая мазью так, что глаза едва не слезились, он сидел и смотрел на «господина декана», который готовился поднять труп, лежавший перед ним на холодном каменном столе.

Для этой цели у некромантов Академии служил подвал, где было создано помещение для удобства адептов. К тому же, стены здесь таили себе магическую силу. Напитанные заклинаниями преподавателей, они не давали возможности ожившему телу покинуть пределы комнаты без позволения. Что защищало остальных адептов от лицезрения сбежавшего трупа.

— Итак, — Блеквуд оглянулся на Хейла и смерил его взглядом, — может расскажешь о том, что знаешь?

— Думаешь, я стал бы скрывать от тебя информацию, если бы знал, какая сволочь едва не прикончила меня? — приподнял брови оборотень.

— И тебя, и твоего маленького подопечного, — Дорнан отвернулся и подошел к телу мертвого мужчины.

Это был высокий и сильный человек. Впрочем, чистокровные оборотни все без исключения, были такими. С мощными руками и ногами и развитой мускулатурой.

Грудь и конечности мертвого были густо покрыты волосами. Кожа, некогда смуглая, теперь казалась цвета пепла. Тело начало деревенеть, но Дорнана подобные мелочи никогда не останавливали.

— Я не в курсе того, кто пытается меня прикончить, — проговорил Итан.

— Сколько уже было нападений? — решив не открывать то, что узнал от ректора, спросил некромант.

— Три, — быстро ответил Хейл. — Теперь я понимаю, что три. Хотя и в первый раз, и во второй, сомневался.

— Предположения есть? — снова бросил взгляд на недруга Блеквуд. — Ссора с кем-то представительным? Переспал с чужой женой? Вызвал недовольство клана своих соплеменников?

Итан сморщился.

— Я на допросе? — спросил он.

— Можешь считать, что да! — Дорнан снова отвернулся и посмотрел на тело, уже почти полностью окаменевшее. — Ладно. Ты все же, пораскинь мозгами, Хейл. Просто так никто не станет гонятся за твоей душонкой. Значит, должна быть хотя бы одна ниточка. Думай, а я попробую добыть нам информацию у этого тела. И кстати, я утром распорядился о том, чтобы на дороге все прибрали.

— И кто этим займется? — удивился Итан.

— Королевская стража, естественно. — Дорнан вскинул руку, словно призывая собеседника к молчанию. — Не зачем детям знать о том, что произошло за стенами Академии. А теперь молчи, Хейл, — добавил он и опустил руки над телом, прикрыв глаза.

Итан посмотрел на некроманта. Блеквуд сейчас стоял к нему спиной и делал то, что называл своей работой. Впрочем, оборотень отлично знал сильные стороны этого мага. И его откровенно бесило то, что этим самых сторон у всемогущего Блеквуда, как у многоугольника.

Когда они учились в Академии, Дорнан Блеквуд был предметом гордости всех преподавателей. И предметом зависти многих адептов, причем на любом курсе.

Талантливый маг, сдержанный ученик, первый во всем и ко всему прочему, благородного рода.

Возможно, Блеквуду остальные, менее удачливые адепты, простили бы многое, будь он из низов. А так…

Итан не был в числе завистников. И давно, еще будучи учениками этой Академии, где оба теперь преподавали, они были друзьями. До того самого неприятного момента, когда между ними пробежала черная кошка раздора.

Мысли Хейла изменили свое течение, когда тело мертвого оборотня под влиянием магии Блеквуда начало оживать. С интересом и некоторым отвращением, Итан следил за тем, как мелко вздрагивает огромный мертвец, лежа на холоде камня. Некромант что-то произнес. Неуловимое и незапоминающееся и резко встряхнул руками, словно пытаясь сбросить с пальцев напряжение, и оборотень на столе открыл глаза.

«Получилось!» — понял Хейл.

— Встань и отвечай на мои вопросы, — властным голосом приказал мертвецу Дорнан.

Несостоявшийся убийца сел, тараща в пространство лишенный всякого смысла и выражения, взгляд. Итан увидел, как Дорнан отходит назад, словно открывая обзор Хейлу. Затем некромант остановился и произнес голосом, от которого волоски на теле Итана встали дыбом.

— Кто ты и, кто тебя нанял, чтобы убить лорда Итана Маунтбрука?

Услышав свое имя, Хейл невольно поежился. А мертвец, не в силах противостоять мощи некроманта, открыл было рот, чтобы дать ответ, когда все его мощное тело затряслось. Он упал на каменный стол, задергавшись в невероятных конвульсиях и Итан увидел, как Дорнан сдвинув брови, снова поднял руки, чтобы остановить бешеную и странную тряску мертвого тела. Но вместо этого, мертвец внезапно вспыхнул, словно костер. Пламя поднялось под высокий потолок помещения. Лизнуло стены, взорвавшись чем-то ослепительно алым, от чего Итан едва не потерял способность видеть.

Внутри стало жарко. На эти доли секунды, пока все вокруг было объято пламенем, Итан успел вспотеть и закрыть лицо руками, скрючившись на стуле.

А когда открыл глаза, увидел рядом с собой Дорнана. Некромант стоял, раскинув руки и удерживая пламя, плясавшее вокруг них в тщетной попытке добраться, убить, превратить в пепел.

Еще мгновение и огонь исчез, словно его и не бывало. А на месте, где лежал оживший мертвец, осталась только горстка пепла и черные, обуглившиеся кости.

Итан вскочил, уставившись на стол.

— Что? — вырвалось с его губ хриплое. — Что это было?

Дорнан опустил руки, убирая призрачную защиту, и сбил тлеющее пламя с рукава. После чего обернулся к Хейлу.

— Подозреваю, что кто-то позаботился о том, чтобы даже мертвые не смогли говорить, — произнес он, внимательно глядя в глаза. — И, подозреваю, остальные оборотни, напавшие на вас с Оливером, также были подвержены при жизни заклинанию «Эсерна мартерис».

— Что еще за эсерна? — проговорил Хейл, обводя взглядом потемневшее от пламени помещение и осознавая, что Дорнан Блеквуд только что спас его жизнь. Снова.

— То, что используют только некроманты. Редкое заклинание. Тот, кто наложил его, должен быть очень, — он взглянул на Хейла, — очень сильным магом. И не просто магом. А некромантом. Понимаешь, Итан?

Итан понимал. Не все и не сразу, но мысли постепенно выстроили в его воображении картину.

Кто-то сильный настолько, что может заставить удивиться самого Блеквуда?

Кто-то, кому он, сам того не подозревая, перешел дорогу?

Дорнан качнулся к закадычному врагу. Взгляды их встретились, и некромант глухо произнес:

— Это опасно, Итан. Я не знаю где, кому и когда ты накосячил, но советую вспомнить и как можно быстрее. И, будь любезен, больше не таскай за собой мальчишку Миллигана. Я не всегда могу оказаться рядом, понимаешь?

Больше не сказав ни единого слова, Блеквуд направился к двери и вышел, оставив Итана в задумчивости смотреть в пространство перед собой.