Глава 32

Наступил день празднования середины осени. Накануне адепты словно сошли с ума. Я еще в жизни не видела более оживленных мужчин. Прежде сдержанные, они предвкушали праздник, богатый стол и, конечно же, приезд своих близких в Академю. Даже Горро принарядился, натянув на мощную спину нечто похожее на приличный камзол и явно сшитое на заказ. При этом, орк выглядел немного комично, но я не стала ему об этом говорить. Во-первых, не мое дело, а во-вторых, чтобы не надел этот огромный парень, все на нем будет смотреть смешно. За исключением разве, шкур или мантии, прикрывавшей широкую фигуру орка.

Ожидание праздника отразилось на всех. Суббота просто кипела. Адепты, словно девицы, обговаривали предстоящее мероприятие, хвастались своими подругами и даже нарядами. В столовой жизнь гудела, словно в пчелином улье. И в общих залах, предназначенных для времяпровождения за чтением книг или игрой в шахматы, тоже царило предвкушение и ожидание праздника.

Здания украсили магические фонари. И главный корпус светился ярче и сильнее, чем остальные. Так как именно в нем должен был состояться праздник.

Прогуливаясь в субботний морозный день по дорожке, я смотрела на последние приготовления и отчего-то представляла себе невозможное. Как надеваю красивое платье, как прихожу на праздник в числе приглашенных гостей. Как танцую с молодыми людьми и принимаю комплименты…

Мечты…

Кажется, я устала изображать мужчину. И да, мне хотелось хоть немного, но побыть собой. Только это было невозможно. Не в течении этих пяти лет, которые я собиралась отдать учению и науке, чтобы стать настоящим некромантом. И доказать не только окружающим, но и себе, что мы, женщины, тоже чего-то стоим.

Кто вообще решил, что мы не должны учиться в подобных заведениях? Ведь та же Алиса, моя дорогая Алиса, пусть и не была боевым магом, но обладала большим талантом. И именно благодаря ей я обрела этот образ, не мужчины, разбивающего сердца, но молодого адепта, который способен на что-то, помимо вышивания и вынашивания младенцев, да еще ведения хозяйства в доме супруга.

В душе царил некоторый раздрай. Но я смотрела на главный корпус и не могла избавиться от желания надеть платье, вместо опостылевших мужских штанов и одинаковых рубашек.

Обо всем этом я вспоминала, глядя на спину Горра, видевшуюся из-за приоткрытой двери. Орк прихорашивался стоя перед зеркалом. Тем самым, в которое мне, девушке, было запрещено смотреться.

— А ты что не пойдешь? — вернувшись в комнату, орк посмотрел на меня с неприкрытым удивлением.

— Мне нечего надеть, — отрезала я и, устроившись удобнее на кровати, продолжила прерванное чтение «Истории Некромантии».

— Надень мантию, — посоветовал мне сосед. — Ты не будешь единственным нищим на этом празднике. А так хоть наешься вдоволь да на девушек поглядишь. На праздник прибудут много важных людей. Здесь же учатся сынки выдающихся королевских магов и отпрыски благородный семейств.

— Да что я там не видел! — отрезала я.

— Ну как знаешь. Хочешь торчать тут, торчи. А мне пора, — Горр почти сиял. И насколько я знала, сегодня в Академии будет его семья. Потому-то адепт и принарядился. А еще было непривычно видеть его таким, добродушным, что ли. Впервые за те почти полные два месяца, которые мы знали друг друга.

— Топай, топай, — насмешливо сказала я. — А то все съедят до тебя.

Он хмыкнул и бросив в мою сторону почти беззлобный взгляд, вышел из комнаты, и я осталась одна.

Чтение не шло. Книга не увлекала. Что и говорить, наверное, я тоже хотела бы пойти на праздник. Но только позориться и приходить в мантии, надетой поверх простой одежды, не хотелось. Этого я бы не перенесла.

Когда в дверь постучали, я сперва подумала, что это вернулся сосед, забыв что-то. Но потом поняла, что уж Горро стучать бы не стал.

— Кто? — спросила тихо и отложив учебник, села, глядя на дверь.

— Оливер, это я, Итан. К тебе можно? — прозвучало за дверью.

— Проходи, — ответила я и быстро огляделась, подмечая бардак на половине орка. Но там я была не хозяйка. И все же, ощутила неловкость перед Хейлом.

Он вошел, быстро закрыв за собой двери, и взглянул на меня.

— Вижу, на праздник ты не собираешься, — проговорил он и я заметила в руках оборотня сверток. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять — Итан принес мне одежду. Снова. Как и в тот раз.

— Не стоит, — я покачала головой. — Никто ко мне не приедет и уж лучше я потрачу время на учебу, чем на праздное веселье!

Итан хмыкнул. Сам оборотень был одет в дорогой костюм. Бархатный синий камзол и мягкие штаны черного цвета. Все это подчеркивала ослепительно-белая рубашка и широкий пояс с серебряной пряжкой. А также, высокие сапоги, подчеркивавшие стройные икры мужчины.

Признаться, сегодня лорд Маунтбрук был чертовски хорош собой.

О, как бы ругалась матушка, услышь она подобные слова из моих уст. Но матушка была далеко. А я позволила себе полюбоваться точеной фигурой друга и его чарующей обворожительной улыбкой.

— Это тебе, Оливер! — протянул сверток Итан, но я покачала головой и хотела было возразить, когда Хейл произнес:

— Ничего не желаю слышать. Да, я подарил тебе прошлый костюм, но и я был виной тому, что от него мало чего осталось.

— Ты, кстати, понял, кто и почему нападал на тебя? — отвлеклась я.

— Нет. Никаких следов, — ответил мужчина и все же вручил мне сверток. — Одевайся и пойдем на праздник. Отметим его вместе. Ко мне, знаешь ли, тоже никто не приедет.

— Так ты преподаватель, — улыбнулась я.

— Это не оправдание, — пошутил в ответ оборотень, а затем сложил руки на груди, приготовившись ждать. Когда до меня дошло, чего именно он ждет, я сдвинула брови.

- Ты же не думаешь, что я намерен переодеваться при тебе?

— Мне казалось, что крестьянские отпрыски не так щепетильны в данном вопросе, — усмехнулся оборотень. — Мы же оба мужчины. Не вижу проблемы.

Мне показалось, что кровь отхлынула от лица. Итан прав, но ведь не могу я вот так, при нем, переодеться? Он ведь непременно увидит бинты и все остальное.

Мысленно выругавшись, развернула сверток и обнаружила в нем отличного покроя нарядный костюм, в котором будет не стыдно появиться на празднике, среди разодетых наследников аристократических семей.

Я коснулась пальцами ткани темного-синего цвета, в тон камзолу оборотня, и подняла глаза, встретив его напряженный взгляд. И в тот же миг в голове вспыхнула мысль, от которой мне едва не стало дурно: «Он знает. И мой фокус с исчезновением в мире отражения ничего не изменил. Итан — знает! А, если не знает, то почти уверен в этом. И мне остался всего лишь шаг, всего несколько минут до разоблачения».

Взяв костюм, аккуратно разложила его на кровати. Камзол, брюки, рубашку. Туфли в прошлый раз не пострадали, так что я могла вполне надеть их на этот бал. Черные, лакированные, они подходили под новую одежду.

Итан ждал. Мне казалось, что я спиной чувствую его взгляд и его неприкрытый интерес. Любопытство снедало оборотня, но я не собиралась открываться ему.

— Знаешь, — подхватив камзол, перебросила его через руку, затем отправила следом брюки и рубашку. — Я конечно понимаю, что мы оба мужчины и все такое, но как-то не привык, чтобы на меня смотрели с интересом, — обернувшись к Хейлу, встретила его взгляд. — Это выглядит несколько подозрительно, Итан! — добавила тихо. — Никогда не любил, чтобы на меня пялились и себе такого не позволяю.

Он закашлялся и покачал головой.

— Эй, мелкий, ты что там себе придумал? — проговорил он.

— А то, что одно дело, когда мы с Горро просто переодеваемся и нам плевать на друг друга, то вот так, стоять под пристальным взглядом, ты уж прости, Итан, не по мне, — я понимала, что рискую, но стояла на своем, зная, что единственный выход — это воздействовать на его совесть и благородство. И, как оказалось, я была права.

— Не говори глупостей, Оливер, — произнес с холодом в голосе мужчина. — У меня все в порядке с ориентацией. — Он правильно расценил мои слова и понял намек.

— Тогда я пошел в ванную комнату и там уже приведу себя в порядок, — я улыбнулась Хейлу. — Мне так будет спокойнее. Не хочется мелькать голым задом перед старшим другом! — и нагло прошагала за дверь. Там закрылась, облокотившись на стену и отдышавшись. А затем начала быстро переодеваться, прислушиваясь к тому, что происходит в комнате и стараясь даже не смотреть в сторону зеркала. Но почему-то не сомневалась — Итан не войдет. Не из того он теста. Этот полукровка не менее благороден, чем лорд Блеквуд, если только я умею разбираться в людях.

И как показало время, умела.

Итан даже не подумал подсматривать. Когда я вернулась в комнату, уже одетая с иголочки, похожая на смазливого молодого юношу, оборотень стоял у окна спиной ко мне, но почувствовал мое возвращение. Или, скорее всего, услышал тихий скрип двери.

— Оделся? — он обернулся, удивительно спокойный, за исключением сверкнувших глаз.

— Да. Спасибо за костюм. Я найду работу и верну деньги. Обещаю.

— Это подарок. Я же сказал, — отрезал он. Затем оглядел меня с ног до головы и хмыкнул. — Полагаю, сегодня на празднике несколько девичьих сердец будет разбито.

— Ты льстишь мне, — я улыбнулась.

— Ну, пойдем и проверим, — предложил Хейл и первым направился к выходу.

Еще никогда перед главным зданием не было столько экипажей как в этот вечер. И они все прибывали и прибывали. Пока мы шли к главному корпусу по главной дороге, освещенной яркими магическими фонарями, проехало три кареты. Одна из которых была явно очень дорогой. Только четверка гнедых стоила столько, что я могла бы безбедно жить все пять лет и не задумываться о заработке.

— Гости прибывают, — сообщил зачем-то Итан. — Всем не терпится побывать в нашей Академии.

— Конечно, — согласилась я. — Не каждый день за эти стены впускают женщин.

Хейл как-то странно посмотрел на меня при этих словах, и я снова задумалась о том, разгадал ли он мой маскарад, или просто догадывается? Как же мне не нравилось такое положение вещей! Я чувствовала себя, словно бабочка, пришпиленная иглой к бархату под стеклом, но шла вперед, решив, что пусть все будет так, как будет.

«Как же это проблематично, Итан, — подумала про себя. — И что мне делать с тобой, если окажется, что ты все знаешь? А главное, как уговорить в таком случае не выдавать мою тайну ректору и остальным. Особенно, Дорнану!».

Сглотнув ком в горле, я велела себе мысленно успокоиться и взять себя в руки. Если Итан еще не уверен в своих подозрениях, то не стоит давать ему лишний повод усомниться в моей так называемой, мужественности.

Мы подошли ближе. Как раз, когда спрыгнувший с козел лакей поспешил открыть дверцу дорогого экипажа и на лестницу ступило благородное семейство. Мужчина в черном камзоле и две леди, судя по всему, мать и дочь, в пышных платьях, невольно напомнивших мне то время, когда я сама носила нечто великолепное. Сейчас мне казалось, что это было в другой, возможно даже, прошлой жизни. Здесь и сейчас я Оливер Миллиган. Мужчина. Адепт. И леди в платьях могут вызывать у меня только один определенный интерес. Совсем не стоит зацикливаться на туалетах и прическах.

— Ив, дорогая, — мужчина в черном камзоле подал руку старшей женщине. Младшая, девица лет восемнадцати, последовала за родителями, придерживая платье, чтобы подол не волочился по ступеням лестницы.

Экипаж отъехал, предоставив место другой карете, а мы с лордом Маунбруком поспешили за незнакомыми господами.

Девица услышала наши шаги, или заметила нас с Итаном, так как почти сразу обернулась и с интересом посмотрела сначала на оборотня, затем на меня. Я на секунду позволила себе перекрестить с ней взгляд, как неожиданно поняла, что уже прежде встречала эту юную леди. Но когда и где?

Девушка задержала на мне взор, затем улыбнулась и поспешно отвернулась, догоняя родных. А я, вяло передвигая ноги, принялась вспоминать, где же мы могли встречаться с этой леди. И вспомнила.

В городе. В тот самый день, когда Итан помог мне с документами. Это определенно была она. И девушка тоже вспомнила меня, что само по себе удивительно.

Двери в корпус были широко и гостеприимно распахнуты. Еще на ступенях, я услышала музыку, лившуюся изнутри. Кто-то играл вальс. Легкие звуки поднимались над вечерней тишиной под куполом темнеющего неба, уже успевшего украситься россыпью звезд.

Первыми внутри прошли гости. У дверей не было привычных лакеев, приветствовавших гостей. Но уже за порогом я увидела профессора Сэмуэля Хаммворда. Именно ему выпала честь приветствовать вновь прибывших и адептов.

За спиной осталась прохлада подступающей зимы и арка из ветвей дуба, украшенных магическими шариками, напомнившими мне про праздник зимы, когда из леса привозят неизменное пушистое дерево, которое после украшают разными красивыми игрушками из магического льда, прочного стекла и подобных светящихся и переливающихся шаров. Но этот праздник был еще впереди. И место хвойных веток занимали дубовые, с позолоченными желудями и каемками резных листьев.

В зале оказалось тесно. Подобного наплыва гостей просторный холл не видел, наверное, со дня поступления. Окунувшись в шум голосов, смеха, приветственных речей и просто разговоров, приправленных музыкой и теплым светом свечей, что парили под сводом, давая дополнительный свет к огромной люстре, возникшей будто из неоткуда, я некоторое время просто осматривалась.

Адепты, со всех курсов, приоделись, сменив мантии на дорогие костюмы. И выглядели они при этом немного иначе. Определенно, одежда меняет человека. Придает ему уверенности в себе, наполняет важностью. Все те отпрыски благородных семейств, кто не выделялся прежде на лекциях, сейчас разительно отличались от тех, кому не повезло родиться в деньгах и почете. И я невольно сглотнула, подумав о том, что бы делала, не подари мне Итан этот костюм.

«Просто не пошла бы сюда, как и планировала в самом начале!» — сказала сама себе.

— Привет, Миллиган! — раздавались оклики адептов. Меня узнавали. Кто-то кивал, кто-то здоровался, кто-то делал вид, что знать меня не знает, но я улыбалась, не чувствуя неловкости в подобном обществе, разбавленном аристократами и их родными.

Дамы в нарядных, а порой и роскошных туалетах, разбавляли ряды камзолов и пиджаков. Я мысленно хмыкнула, глядя на всех этих женщин, большинство из которых с любопытством осматривали холл, не имея возможности пройти дальше, чем за пределы первого этажа. Все же, кое-какие рамки остались и приглашенным, насколько я знала, было запрещено гулять там, где не положено. Зато парк и нижний этаж главного корпуса был в полном распоряжении гостей.

Несколько младших преподавателей занимались распределением собравшихся. Присутствующих провожали в большой зал, где должна была пройти церемония, предшествующая начало торжества и бала. Так что постепенно холл начинал пустеть. Те адепты, к кому не приехали в силу обстоятельств, родственники или любимые, проходили в зал сами, или сбившись в группы.

- Наверное, корпус редко видит в своих стенах женщин, — проговорила я, следуя за Итаном.

Оборотень шел на шаг впереди, но услышав мои слова, остановился, позволив мне поравняться с ним.

— Мне кажется, он видит их чаще, чем ты думаешь, — проговорил мужчина и тут я повернулась к лестнице, ведущей на верхние этажи. Туда, где располагались комнаты преподавателей и их кабинеты. Взгляд словно притянуло независимо от моего желания. И я поняла, почему.

На самом верху лестницы стоял лорд Блеквуд.

Застыв на секунду, я ощутила, как Итан взял мой локоть и среди шума голосов, прозвучали его слова:

— Идем, Оливер. Профессор Лэнгфорд собирает всех в большом приемном зале для торжественной речи. Нам не стоит опаздывать…

Он говорил, а я смотрела на Дорнана, отмечая, что он снова одет в свой привычный неизменный черный цвет. Разве что разбавил ее светлой рубашкой.

Высокая фигура некроманта притягивала взгляд помимо воли. И я чувствовала себя такой глупой, от того, что вот так бесцеремонно смотрю на него, что, когда рядом с Блеквудом возникла тонкая женская фигура в ярком алом платье, едва не отшатнулась, отпрянув назад.

Эта женщина, приехавшая из столицы, встала рядом с некромантом и взяла его под руку, пока он рассматривал присутствующих внизу.

— Оливер, ты что? — проговорил было Итан, но почти сразу поднял глаза и увидел декана. Хватка его стала сильнее. Он сжал мой локоть и процедил:

— Идем.

Опустив взгляд, поняла, что повела себя неосторожно, проявляя подобный интерес к некроманту. Что, если Итан заметил? А он заметил. Я знала это точно. Только отчего-то волновалась сейчас не по этому поводу.

Дорнан снова был с этой красивой леди. И сейчас, пока мы с Хейлом пробирались вперед, следуя по течению приехавших гостей, она спускалась вниз, держа Блеквуда под руку. Так, словно имела на это право.

«А что, если она действительно в своем праве?» — вдруг подумала я.

С чего я вообще решила, что наша помолвка остается в силе после моего побега? Что, если Блеквуд ее давно разорвал. И ведь мог. Был в своем праве, после того, что я совершила. В тот миг, мне как никогда сильно захотелось узнать новости из дома. Уж Алиса могла бы мне все рассказать. Но я никогда не обращусь к ней, пока моя тайна остается таковой. И, буду надеяться, что никто не разгадает мой маскарад и я смогу доучиться все пять долгих лет.

Вот только размышляя об этом и шагая рядом с оборотнем, наконец, отпустившим мою руку, я горела от желания обернуться и найти взглядом Дорнана и его прекрасную спутницу.

Большое приемный зал удивительным образом вместил в себя не только адептов, но и всех гостей. Полагаю, без магического вмешательства здесь не обошлось. Так как зал еще никогда не казался мне таким огромным, как сегодня.

Под потолком горели свечи. На стенах сияли магические светильники и помещение заливал почти дневной свет.

Гости встали перед возвышением, на которое в скором времени поднимется ректор. Я увидела, что там уже стоят несколько старших преподавателей, одетых в неизменные мантии цветов Академии, и взирают на происходящее с радушным спокойствием.

Зал постепенно наполнялся. Казалось, гостям нет конца и края, и мы с Итаном простояли еще не менее получаса, прежде чем поток приглашенных иссяк, оставив зал заполненным настолько, что гости стояли едва ли не вплотную друг к другу. И я поняла, что даже для магического расширения помещений есть свои пределы. Слишком многие отозвались на приглашения своих детей, учившихся в Академии. А так как в этом году наплыв адептов был слишком велик, то и гостей-родственников, оказалось великое множество.

Господин ректор вышел в полном облачении. Алая праздничная мантия, на голове шляпа, взгляд полный радушия и расположения ко всем, кто оказался в его Академии.

Профессор Лэнгфорд поднялся на возвышение, где кто-то установил там трибуну, так что ректору было вполне удобно опираться на нее и смотреть на гостей, притихших с появлением главы учебного заведения.

Притихла и я. Стоя рядом с Итаном, оказавшись едва ли не прижатой к его боку, я чувствовала жуткое желание оглянуться и отыскать взглядом Дорнана и его спутницу. Но какое-то чувство гордости не позволяло мне совершить подобное. Собрав все свои силы, я устремила взгляд на ректора, поднявшего приветственно руки вверх.

Музыка в тот же миг стихла. Замолчали и последние перешептывавшиеся гости и адепты. Внимание присутствоввших обратилось к главе Академии, взиравших на всех с полуулыбкой, за которой почти невозможно было прочесть истинные чувства мага.

— Приветствую наших дорогих гостей на Празднике Осени, — наконец, проговорил он.

Голос, усиленный магией, поднялся к самому своду огромного зала. Разлетелся, достигнув каждого уголка и слуха каждого человека, находившегося сегодня здесь.

Мне, из-за спины впередистоящего джентльмена, было плохо видно ректора. В итоге я, устав наклонятся и высматривать Лэнгфорда в зазоры между руками, телами и прочими частями тел, успокоилась и просто стала слушать.

— В этом году под сенью нашей Академии Магии собралось огромное количество учеников и мое сердце радуется от мысли, что в семьях рождается все большее детей с удивительными способностями. И я приветствую вас, родителей и близких наших адептов.

В какой-то миг мне показалось, что кожу между лопатками словно обожгло. Я невольно вздрогнула, сообразив, что просто чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. И, не удержавшись, бегло оглянулась, тайно надеясь, что увижу там, за спиной, в этой сплоченной разодетой толпе, Блеквуда. Но некроманта там, конечно же, не оказалось. Зато я увидела Билли и Линдона с семьями, стоявших через несколько человек дальше, а справа от них и Дона с его родителями. Такими же чопорными надменными господами.

Билли мне кивнул. Линдон, кажется, меня вообще не заметил, а вот Дон сморщил лицо и отвернулся, с брезгливой гримасой человека, наступившего в нечто неприятное.

Пожав плечами, снова встала ровно. Итан осторожно коснулся моей руки, и в глазах оборотня я прочитала немой вопрос, на который не знала ответа.

Он словно бы спросил:

«Что происходит, Оливер?»

«Ничего!» — одними глазами показала я.

И правда. Ощущение чужого, стороннего взгляда исчезло, словно его и не бывало. А к тому времени, профессор Лэнгфорд уже завершил свою, на удивление короткую, приветственную речь словами:

— Так что, не стану более вас утомлять и просто приглашаю хорошо отдохнуть, повеселиться и угоститься нашими закусками и напитками, которые желающие смогут найти в соседнем зале. Напоминаю также, что для посещения разрешены только первый этаж главного корпуса и парковая зона, — ректор еще раз приветливо улыбнулся и тут грянула музыка, словно подтверждая слова профессора.

Голоса ожили, зажужжали разбуженным ульем. Где-то раздался смех, мимо нас протолкнулась какая-то пара. Явно старшекурсник и его дама сердца в ослепительно белом платье, словно невеста. Ректор спустился с возвышения, а преподаватели убрали трибуну, вместо которой возник столик с расставленными на нем напитками в хрустальных бокалах.

— Когда я учился здесь, старик толкал более проникновенные и длинные речи, — пошутил Итан, по-прежнему оставаясь рядом.

— Значит, нам повезло, — улыбнулась я в ответ.

Кто-то прошел мимо, зацепив меня плечом так, что меня невольно развернуло и оборотень вмиг подхватил меня, не позволяя не то что упасть, даже покачнутся. Он зло вскинул голову и посмотрел вослед удаляющемуся незнакомому господину, но я, предугадав его последующие действия, схватила мужчину за руку, проговорив:

— Итан, это же такая мелочь. Он просто не заметил.

Если Хейл думал иначе, он не высказался по этому поводу. Лишь убрал руки и произнес:

— Ты прав. Мелочь. — После чего посмотрел мне в глаза. — К сожалению, пока тебя не представят даме, ты не сможешь пригласить никого на танец, — решил он просветить меня, но я кивнула почти с облегчением, так как отлично знала правила этикета. А танцевать совсем не собиралась.

— Если хочешь, — продолжил оборотень, — я найду способ…

— Нет! — опередила мужчину, покачав головой. — Не думаю, что надолго задержусь здесь. Помелькаю немного и отправлюсь спать, после пары бокалов лимонада.

Итан кивнул. Но мы с ним не успели даже шага сделать, когда рядом оказался Билли. И вместе с ним, словно из неоткуда, возникла его семья.

— Отец, — проговорил он, обращаясь к почтенному господину в твидовом костюме и при трости. — Позвольте представить вам моего друга, Оливера Миллигана и одного из наших преподавателей, лорда Маунтбрука! — говоря все это, Билли сиял, а я рассматривала его отца и матушку, невысокую круглую женщину с добродушным открытым лицом. А еще девицу лет пятнадцати, что стояла за спиной Билли и поглядывала на меня расширенными от любопытства и, о ужас! — восхищения, глазами.

— А это мои родители, — Билли продолжал сиять, — Сэр Уильям, леди Марджери и моя сестра, леди Кора!

— Очень рад знакомству! — я поклонилась, как это обычно делал мой отчим и знакомые джентльмены. А когда распрямила спину, увидела, что взгляд сестрицы моего друга, сияет еще ярче. И отчего-то захотелось спрятаться за спину усмехающегося Итана.

— Так как мы представлены друг другу, — пролепетало воздушное создание по имени Кора, — то я буду не против, если вы, мистер Миллиган, пригласите меня на танец!

Итан закашлялся, и я удивлено перевела на него взгляд. Но оборотень тут же сделал серьезное лицо, поклонился и произнес:

— Рад встрече, но боюсь, мне придется ненадолго оставить вас. В зале появился человек, с которым мне просто необходимо переговорить!

Он незаметно стукнул меня по плечу своей тяжеленной ладонью, будто приободряя, и откланявшись удалился, оставив меня общаться с семейством друга.

«Сбежал!» — поняла я. Билли мне, конечно, нравился, но вот танцевать с его сестрой… Но я не могла отказать. Леди Кора сделала мне одолжение, так как была выше по положению, и я просто не могла обидеть ее и Билли, отказом.

Родители друга взирали на меня с интересом. А сам Билли принялся рассказывать о том, как и при каких обстоятельствах мы с ним познакомились. Я же стояла и смотрела на леди Кору, которая продолжала улыбаться мне, выказывая свое расположение.

Словно я была мужчиной, который ей приглянулся.

От подобных мыслей по спине пробежала дрожь. И я, признаться, испугалась так сильно, как не боялась даже в момент нападения оборотней на наш с Итаном экипаж. Вот только сделать ничего не могла и продолжала слушать и ругать Хейла, бросившего меня в такой ответственный момент.