Глава 31

К празднику осени готовились на протяжении всей недели. Уже в пятницу, предшествовавшую выходным и долгожданному для всех адептов, воскресенью, холлы каждого корпуса и даже аудитории, были украшены сухими и яркими осенними листьями, увеличенными магией до невероятных размеров. И этой же магией укрепленные от увядания.

Над арками проходов появились гирлянды с листьями и желудями. Желтые пузатые тыквы таились по углам, таинственно мерцая волшебным блеском. А главный зал, по словам старшекурсников, активно учувствовавших в подготовке к празднику, был самым ярким и самым волшебным во всех отношениях.

Я на подобные старания смотрела искоса. Все, что меня сейчас волновало, это лекции и предстоящие экзамены в конце первого зимнего месяца. Что уже было не за горизонтом. В отличие от других адептов, я полностью отдавалась зубрежке, не рассчитывая выучить материал за несколько дней до сдачи первой сессии.

Второе занятие с Блеквудом на очередном полигоне, на этот раз напоминавшем болото, снова потерпело крах. Некромант натравил на меня утопленников, но оказалось, что и по болоту я бегаю вполне отлично. А вот магия никак не желала выходить из меня. Сидела, словно принцесса в заточении, и носа даже не показывала, несмотря на все мои старания.

Лорд Блеквуд хмурился. Когда я в очередной раз пробежала мимо него ускользая от утопленников, пахнувших даже хуже, чем носки Горра, он не выдержал и сам упокоил нежить. Вот только опускать руки не желал.

— Ничего, Миллиган, — сказал он мне. — Я обязательно что-то придумаю.

И придумал.

Наше третье занятие прошло в склепе под землей, где поднявшийся мертвец загнал меня в угол (бегать там не позволяло пространство, слишком тесное для этой комнатушки. Тут мне удалось сотворить от страха нечто магическое. Да и не мудрено. Когда мертвец, благоухая ароматами разложения протянул ко мне длинные руки, я ухитрилась чем-то пальнуть в него. В результате нежить загорелась, словно факел, а меня едва не вывернуло, уже от запаха горящей и одновременно с этим, жутко смердящей плоти.

Но Дорнан был доволен. И даже похлопал меня по плечу, пока я, уперев руки в колени и согнувшись, глотала воздух в попытке не вывернуть содержимое желудка под ноги декану.

— Я же говорил, что этот метод действует, — заявил мне некромант. — Некоторые адепты нуждаются в небольшой встряске, чтобы понять, как действует их сила. Ты запомнил, Оливер, что чувствовал, когда с твоих рук сорвалось пламя?

— Да! — хрипло, кашляя, ответила я.

Блеквуд с легкостью потушил мертвеца, корчившегося в пламени на полу склепа. А затем указал мне на выход. Сам последовал следом, слушая, как я снова и снова кашляю, прижимая руки к груди.

Уже когда мы оказались за пределами подземного полигона, он встал, сложив руки на груди, и спросил, глядя мне в глаза:

— Значит, запомни свои чувства, свои эмоции. И попробуй повторить их снова.

— Что? — удивилась я. — Прямо сейчас? Здесь? — оглядела узкий коридор, уходивший к свету.

— Боюсь, что там, наверху, вы можете что-то случайно подпалить, — усмехнулся Блеквуд.

— Я и здесь могу, — отдышавшись, ответила, намекая на его персону.

— Посмотрим. Главное, сумейте повторить то, что проделали с мертвецом, — поддел он меня неожиданно мягко. Я даже глаза открыла в удивлении, а затем подумала: «Почему бы нет!» — и представила на месте Дорнана отвратно воняющий труп. Только воображение отказало. Ну не могла я увидеть то, чего не было! Глаза смотрели на красивого мужчину. Высокого, стройного, с насмешливым взглядом.

— Ну же, Оливер! Не разочаровывайте меня, — проговорил он и отчего-то в его голосе прозвучал откровенный вызов. Словно он сильно сомневался в моих способностях, но не пытался скрыть этот факт.

В глазах некроманта было что-то такое, что заставило меня вспомнить, как я застала его на ступенях перед главным корпусом. И красивую леди, которая звала его сладким многообещающим голосом по имени, так, словно имела на это право. Леди, с которой он, возможно, проводил все эти ночи.

Внутри что-то перевернулось. Злость вырвалась из меня, как лава из ожившего вулкана. Я ощутила, будто по телу, под кожей, прошел разряд. Кончики пальцев на руках закололо, а затем ладони загорелись и мне стало жарко и жутко неприятно испытывать странные ощущения, выворачивающие наизнанку все мои чувства.

Я отчего-то увидела, как Дорнан склоняется к своей любовнице, как целует ее, и огонь вспыхнул в ладонях, принимая боевую форму огненного шара. Который я, не задумавшись, метнула в несостоявшегося жениха, только в последний миг, уже отправив в полет пламя, опомнившись и испугавшись содеянного.

Но Дорнан не был бы тем, кем его считали в нашем королевстве, если бы не уклонился.

Огненный сгусток ударил в стену за его спиной. Вспыхнул, пополз по каменной кладке, словно диковинный плющ, а затем, повинуясь взмаху руки Блеквуда, исчез, осыпавшись пеплом и угольками вниз.

— Вот и отлично, — почти довольно проговорил некромант. — Вижу, подход я нашел правильный. Значит, и дальше будем заниматься в подобном направлении.

Я резко выдохнула, только теперь понимая, что пыталась сделать и, главное, почему. Мне показалось, или я немного приревновала? Иначе, как объяснить охватившую сердце злость?

Взглянув на декана, отшатнулась к стене и облокотилась, чувствуя даже сквозь толщу одежды холод камня. Здесь, в подземелье, все дышало сыростью и плесенью, даже несмотря на старания магов-прислужников, следивших за порядком в каждом здании Академии. Но холод немного успокоил. Я прикрыла на миг глаза, подрагивая после пережитого. Стало страшно при одной мысли о том, что бы случилось, попади я в Блеквуда? Что было бы, если бы он не был самим собой? Да я бы подпалила несчастного, словно факел! Я могла убить!

— Оливер, что с тобой? Потратил слишком много сил?

Его голос оказался рядом. И его проклятое лицо склонилось так низко, что я могла разглядеть четко очерченные губы, прямой нос и эти проклятые глаза на его не менее проклятом лице, которое, кажется, начало мне нравится.

— Адепт Миллиган? — спросил он и наши взгляды встретились. Я увидела, как изменился и вмиг потемнел его взор. Как дрогнули ноздри, словно он пытался дышать и не мог. Взгляд мужчины скользнул к моим губам, застыл на несколько долгих, как сама вечность, секунд, после чего от резко отпрянул и процедил:

— Все. Занятие окончено. Ступайте в душ, адепт. От вас разит страхом.

«И потом!» — отчего-то подумала я с долей неловкости. Леди никогда не должна пахнуть, так, как сейчас, наверное, пахла я, после всех этих попыток расправиться с мертвецом. Впрочем, о чем это я вообще? Блеквуд полагает, что перед ним мужчина. А для мужчины это нормально.

— Да, сэр! — отлепилась от стены. — Спасибо за урок, сэр, — и качнулась в сторону, намереваясь уходить. Но он не позволил. Рука сомкнулась вокруг моего безвольного запястья. Дернула назад, разворачивая лицом к его напряженному телу и к такому же пристальному, волнующему взгляду. Я неловко покачнулась, обернувшись слишком быстро, не ожидая подобного поведения от декана. И наши тела соприкоснулись, порождая во мне что-то новое. Ударив по нервным окончаниям слабым разрядом, от которого, впрочем, каждый волосок на теле поднялся.

«Он меня узнает, узнает!» — запаниковала я. Мысль забилась в голове, словно бабочка, попавшая в плен стеклянного светильника. Я, как и она, билась в тонкие стены, но огонь манил и не позволял вырваться. Не отпускал ни на миг. Все опасения ожили вновь, но не были такими пугающими, как прежде.

Глаза мужчины пленили. Окутывали. Заставляли погружаться в теплые волны чего-то дурманяще-сладостного. И почему, спрашивается, он так действует на меня? Применяет магию? Конечно же! Иначе как объяснить это непреодолимую тягу.

— Сэр? — нашла в себе силы проговорить осипшим голосом и Дорнан отпустил. Разжал пальцы, удерживавшие руку, зачем-то поднес ладонь к глазам, словно пытаясь рассмотреть что-то на ней. И глухим, лишенным эмоций, голосом, произнес:

— Увидимся после праздника, адепт.

Я едва удержалась на ногах. Почему-то отсутствие его руки, удерживавшей меня, едва не подломило ноги, сделав их слабыми и неустойчивыми. Но я кивнула и сказала:

— Спасибо вам, господин декан.

— Ступай, — он качнулся назад. Облокотился на стену, прожигая меня потемневшим взором. — Мы отлично поработали сегодня, Миллиган.

— Да, сэр, — сказала я. А затем зачем-то спросила: — А вы будете на празднике, сэр?

Он пожал плечами.

— Возможно. Еще не думал об этом. Но полагаю, на самой церемонии придется присутствовать… — он не договорил, словно поймал себя на мысли, что сейчас в каком-то смысле, объясняется перед своим учеником. Распрямившись, мужчина превратился в прежнего себя. Если что его и терзало мгновение назад, сейчас это ушло. Передо мной снова стоял спокойный и холодный некромант во всей своей красе.

— Ступайте в общежитие, Оливер. В понедельник снова приступим к занятиям. А пока почитайте «Основы практикума» под редакцией лорда Оверболдера.

Я кивнула.

— Спасибо за урок, сэр! — сказала и бросилась к выходу, едва удерживаясь, чтобы не сорваться на бег.

Он присутствовал в жизни своего молодого друга почти незаметно. Итан знал, что у Оливера сейчас огромная занятость по предметам. Мальчик старательно учился и готовился к экзаменам. И Хейл не мог не нарадоваться упорству этого молодого мужчины…

… или не мужчины?

Итан разрывался между желанием просто подойти к Миллигану и задать ему этот вопрос. Но останавливался каждый раз, просто представив себе вспышку негодования, которая наверняка осветит глаза мальчика. Да и какому мужчине понравится, если его назовут девушкой? Сам Итан за подобное сравнение мог бы и в морду дать. Но, возможно, лучше получить в морду от Оливера, чем томиться незнанием, разрывавшим его на части.

Он следил за мальчиком. И был в курсе, когда тот ходит в библиотеку, когда общается с друзьями и когда занимается дополнительно со своим деканом. И именно этот факт больше всего выводил Итана из себя.

Дорнан Блеквуд был словно кость в горле оборотня. Да, они сейчас были связанны. Но не по собственному желанию, а по приказу короля. Оба искали то, что никак не могли найти. Дорнан с помощью магии, Итан — опираясь на звериное чутье. И ничего. Даже намека не было на то, чтобы понять, где спрятали этот проклятый кусок бумаги с такими нужными для Его Величества сведениями!

Вот только, даже занимаясь поисками, Хейл ловил себя постоянно на одной мысли: он то и дело думает об Миллигане. И ноги порой сами несли его к зданию общежития. К заветному окну комнаты номер тринадцать, где жил юный адепт.

«Или адептка!» — в таких случаях поправлял себя мужчина.

Чем больше он думал на этот счет, тем сильнее убеждался в правоте своих подозрений. Что, если у Оливера есть возможность закрываться даже от самых сильных магов в Академии? Об этом он уже размышлял и не раз! Если уж Дорнан не разгадал эту тайну, то куда ему, простому магу, полукровке. Но все же, если он прав и под личиной мальчика-некроманта скрывается девушка, женщина.

Но тут он вспоминал о способностях Оливера и снова все начиналось сначала.

Вот и сегодня, по непонятной причине, ноги сами привели Итана к общежитию. Уже было довольно темно и в окне, за которым располагалась комната Миллигана, горел свет. Но из-за шторы не было видно ничего, кроме двух полос света по сторонам плотной ткани.

Итан подошел ближе, чувствуя желание поднять камешек и бросить в окно, как в пору своей юности. Когда сам был учеником Академии. Но он не сделал этого, хотя разрывался от желания снова увидеть Оливера и просто поговорить с ним, как прежде.

«Между нами словно кошка пробежала. Или, если быть точным, кот, имя которому, Блеквуд и учеба!» — подумал он. Встав под окном и напоминая себе поклонника под домом дамы сердца, поежился и сунул руки в карманы, чувствуя, как порыв холодного ветра проникает под ворот камзола. Недавний дождь принес холод и все вокруг уже готовилось к зиме. Итан приподнялся на носочки, а затем резко опустился вниз, когда услышал хруст сапог по дорожке усыпанной гравием.

Походку эту он знал. А еще он знал этот запах. Точнее того, кому он принадлежал. А вскоре увидел и самого адепта, спешившего после дополнительного занятия с деканом, не иначе. И отчего-то сердце его забилось быстрее и стремительнее.

— Оливер! — окликнул он парнишку внезапно осипшим голосом. Но тут же прокашлялся и глядя на подошедшего адепта, улыбнулся. — И как успехи? Дорнан не загонял тебя?

Оливер как-то странно посмотрел в ответ и тихо поздоровался. Отчего-то подобная реакция совсем не понравилась оборотню. То ли Миллиган устал, то ли господин декан успел достать своего ученика.

— Что? Все так плохо? — улыбнулся он.

— А я рад тебя видеть, — неожиданно признался парень и на душе у Хейла стало легче и светлее. От простых слов и лучезарной улыбки.

— Я тоже рад. Ты в последнее время сам не свой, Оливер. Я не хотел мешать твоей учебе, да и признаться, был кое-чем занят! — произнес Итан, а сам вспомнил, как бегал по третьему корпусу и почти рыскал в туалете, пытаясь поймать обладателя женского запаха. Он и сейчас осторожно принюхивался, но Оливер пах также, как и всегда.

— Эти дополнительные с господином деканом измотали меня, — ответил адепт, но тут же довольно улыбнулся, — зато сегодня у меня, наконец, получилось. Все же, лорд Блеквуд гениальный маг и преподаватель. То, что у меня не получилось за месяц, он исправил за каких-то три дня!

И снова Итану не понравился блеск в глазах паренька. Он явно восхищался своим деканом. И все бы ничего, только Хейлу почему-то отчаянно хотелось, чтобы Оливер смотрел так на него и больше ни на кого другого.

— Может, пойдем посидим, выпьем по кружке эля? — вдруг спросил Хейл, но отчего-то сразу понял, что Оливер откажется. Да и сам видел, какие уставшие глаза у этого адепта.

— Ладно. В следующий раз, — улыбнулся он, и словно бы невзначай, коснулся плеча парнишки. — Иди, отдыхай. Тем более, что в воскресенье на празднике осени тебе понадобятся силы.

Оливер покачал головой.

— А я не пойду, — сказал он. — Нет денег на одежду. Тот костюм, который ты мне подарил, я не уберег, — он не напомнил Итану про нападение, в результате которого его одежда пострадала, но оборотень сам все прекрасно помнил.

— К тому же, мне надо искать работу, а не веселиться, — добавил паренек.

— Деньги, значит, нужны? — спросил Хейл.

— Да, — Оливер поежился от очередного порыва ледяного ветра и Итан понял, что не имеет права и дольше удерживать уставшего молодого друга.

— Давай, иди, отдыхай, — он убрал руку с плеча адепта и на миг показалось, что только теперь мальчик перевел дыхание с долей облегчения.

— Возможно, я смогу помочь на счет работы, — добавил он, уже когда они расходились.

Оливер обернулся на его слова и улыбнулся так, что сердце оборотня сжалось, а зверь внутри призывно завыл.

— Спасибо. Ты лучший друг, какой только может быть у такого как я, — просто сказал мальчик и кивнув Хейлу, побежал к двери, обогнув угол здания.

Итан поймал себя на том, что хочет побежать за ним. Но все, что смог себе позволить, это лишь проводить адепта Миллигана взглядом.

Они встретились, как и всегда, поздней ночью за стеной Академии. Свистел ветер. С неба начинал накрапывать дождь, и тяжелая туча дышала влагой. Под ногами чавкало, когда двое остановились в темноте друг против друга.

— Они ничего не нашли, — проговорил один из мужчин.

Вторая темная фигура, похожая на силуэт из театра теней, едва шевельнулась, отвечая:

— С чего ты решил, что дело обстоит именно так?

— Потому что они все еще здесь, — ответил собеседник. — Ни лорд Блеквуд, ни Итан Хейл не желают оставаться больше положенного срока на своих новых должностях. Но они все еще здесь. И рыщут по округе, проверяют каждый камень. Один вынюхивает, другой высматривает…

— Главное, чтобы они не догадались.

— А вот тут есть одна проблема, — заявил тихо мужчина, явившийся с территории Академии.

— Да? Значит, ты что-то нашел?

— Я не стал бы тревожить вас понапрасну, — отозвался тот, чье лицо скрывала темнота.

— Рассказывай. Не тяни время. А я сам решу, важная ли это информация, — проговорил незнакомец. Он шевельнулся. Сложил на груди руки и принялся слушать.

— Мои слова стоят золота, — заявил его собеседник.

— Ты его получишь, но не раньше, чем я удостоверюсь в их важности.

— Вы удивитесь, — прошептал тот в ответ. — И удивитесь неприятно!

— Что еще произошло?

На мгновение в темноте раздавались лишь стоны ветра и шелест дождевых капель по остаткам листвы, не сорванным осенью. Затем человек из Академии произнес:

— Среди адептов есть женщина… — последовала пауза. Выразительная и наполненная все той же тишиной. — Я прежде и не догадывался об этом, но сразу обратил внимание на смазливого мальчишку, появившегося на факультете некромантии. Все потому, что он якшается с нашим преподавателем боевой магии. Вот я и стал присматриваться и следить. А потом, услышал однажды ночью, когда этот паренек разговаривал с птицей лорда Блеквуда. И он оказался вовсе не пареньком. Это женщина.

— Что? — в голосе незнакомца проступило удивление. — Женщина в мужской академии?

— Что-то защищает ее, да и Хейл крутится вокруг со своей опекой, видимо, он в курсе истинного пола девчонки. Но за ней стоит что-то более могущественное. Что-то, что не позволяет ни ректору, ни Блеквуду увидеть правду. Но я пока не знаю, что именно защищает девчонку. Я и сам не был уверен, пока ворон не назвал ее «хозяйкой», а она попросила птицу не выдавать ее Блеквуду. Там есть какая-то тайна и эти трое связаны. Но пока не знаю, как!

И снова тишина и стук капель по увядшей траве.

— Эти сведения стоят золота, — мрачно проговорил незнакомец. Он достал из темных складок одежды кошель и потянул ее своему осведомителю. Деньги тотчас исчезли в кармане второго говорившего. А затем тот, что заплатил, добавил: — Завтра я буду в Академии. Очень кстати этот праздник осени. Пока не предпринимай ничего. Продолжай следить за обоими посланниками короля. А я сам приду посмотреть на эту женщину, если только ты ничего не напутал.

— Не напутал, господин. Не сомневайтесь, — поклонился собеседник. Когда же он распрямил спину, мужчины в черном уже не было рядом. Он просто исчез, словно и не бывало. Растворившись в темноте ночи, наполненной влажным дыханием морозного ветра.