Глава двадцать первая

После того, как мы вызволили Ректора, многие всерьез удивились, что он действительно пропадал, а не уехал в какие-нибудь командировки или вроде того. Многие до последнего в это верили, потому удивления было не скрыть.

На самом деле, не хотелось мне, конечно, сильно вдаваться в подробности заточения Ректора, но у меня невольно возник один вопрос: как он там вообще выжил? И Броня дал мне исчерпывающий ответ. Оказывается я многого не знаю о колдовстве, и какие-то сложные формулы (Броня если что перешел на кантонский китайский при объяснении всяких там магических процессов), которые знал Ректор, помогли восполнять необходимые запасы пищи и воды в течении целого года. Я ничего не поняла, но Броня лучше знал.

Кстати, о начальнике Стражей.

За острый ум и смекалку Броню наградили каким-то почетным званием, которое ни о чем мне лично не говорило, да и сам Броня не важничал, он вплотную подошел к проверке всех Стражей на вшивость. После случившегося у тех заметно поменялось мнение об их лидере, и когда я случайно застала местную пятиминутку, то заметила только благоговение и уважение в глазах других.

Броня лично пришел ко мне после проверки и сообщил, что все в порядке, врагов больше нет. Это заметно расслабило, но все же общего впечатления от всех этих нападений и покушений не скрасило.

Последний месяц учебы прошел без происшествий. Да если бы и хотелось во что-нибудь ввязаться, на это просто не было времени. Нужно же было как следует подготовиться к выпускным экзаменам, одним из важных условий которых была метла. Да, она самая, родненькая.

Из того метелкина места она вернулась несколько… видоизмененная. Не поверила, если бы лично этого не увидела, но — метла шевелилась. Да. Страшный страх. И не только у меня. Ви Трина наказала притащить свои метла на занятие и продемонстрировать, что там с ними стало. Стало. И на подергивания ви Трина даже сказала: «отлично!». Но когда у тебя метла подергивается, это совершенно не отлично. Чего она?

Но, увы — полеты нам предстояли только в следующем году. Если, конечно, сдадим экзамены. А за метелки нам поставили «зачет» и хотя бы за это можно было больше не переживать. Ура.

Последним заказчиком на май у меня был стихиарий, который попросил сделать ему амулет четырех стихий. Что-то вроде усилителя, который поможет ему управлять элементами. Да без проблем! Сделала за два дня! И то только потому, что отвлекалась на зелья, заклинания и некоторые другие важные вещи. А еще я подумала, что такой амулет явно бы пригодился Кронпринцу, чтобы он своего Жарика уже обуздал.

Свое выпускное платье я сшила отлично. Ви Трина наказала выбрать по наитию любой цвет из четырех возможных — красный, синий, голубой и зеленый (цвета четырех элементов и выбирались они в честь Матушки Природы, которая данную церемонию и собиралась проводить). Я выбрала красный, а поскольку в конце мая мы представили перед нашей преподавательницей, дабы продемонстрировать свои наряды, я также знала, что ви Верна выбрала синий, Круасана голубой.

Сам выпуск проводился в большом зале, которого я, хоть и проучилась здесь год, до сих пор никогда не видела. То ли его специально украсили, то ли он всегда выглядел, как обитель Матушки Природы, но смотрелось здесь все волшебно. Да-да, все еще.

Высокие своды потолка скрывались за неописуемо красивым мирным осенним листопадом, вперемежку с дивным первым снегом. Что листья, что снег, не долетали до земли, растворяясь в воздухе примерно на полпути. Какие-то искорки волшебства были вплетены в этот странный дождь, что завораживало и притягивало к себе взгляды.

Все нынешние студенты располагались у стен, и я, кажется, впервые видела столько народу. Да, они, оказывается, здесь были. Где они ходили весь этот год — понятия не имею, но сейчас я чувствовала себя, по меньшей мере, социопатом, разительно отвыкнув от толпы. По-моему, даже на весеннем балу не было столько студентов. Но возможно мне так только казалось.

Выпускники были единственными, кто был облачен в более строгие наряды, что-то вроде камзолов и ливрей для юношей и мантии выпускниц для девушек. Когда появились виновники торжества, толпа их громко приветствовала, а я насчитала человек (ну и там эльфов) пятнадцать и сильно этому факту удивилась. Это… набор такой маленький был или это все кто дожил? Ой, то есть — доучился?

Торжественной частью церемонии было приурочено появление Матушки Природы, которая вместе со всеми преподавателями напутствовали важными наставлениями юных выпускников. А еще Матушка Природа подарила каждому выпускнику некие дары: кому-то доставалось кольцо, браслет или тиара, кому-то что-то вроде броши, украшение для боевого оружия или же некие светящиеся ювелирные изделия, предназначенные для умертвий.

— Это символ выпускника, — каким-то образом оказался рядом со мной иль Кан. Я его не видела, когда занимала место, даже удивилась. Но когда глянула на него, невольно улыбнулась. — Подарок Матушки Природы.

Хм, это интересно. Если доучусь до выпуска, что она подарит мне?

В этот момент к Матушке Природе как раз подошел ци Листан и смиренно поклонился. Она вручила ему некое украшение для волос (прям «Барби и волшебный гребешок»), я тут же вздохнула и закусила губу.

— Слушай, иль Кан, — наклонилась я к мастеру иллюзий, пока он снова не скрылся… ах, ну конечно. Только сейчас поняла, что со мной стоял не сам иль Кан, а его иллюзия. Одним словом — мастер. — А что мне делать с невирионом?

Копия улыбнулась мне неестественно, но ответила, потому что по каким-то причинам обладала всеми знаниями своего хозяина.

— Не волнуйся на этот счет, — успокоил он. — Ци Листан оставил его, но рано или поздно он тебе его вернет.

— Слушай, но поздно это не есть хорошо, — заметила я.

— Тебе нечего беспокоиться. Матушка Природа все предусмотрела. Ты отдала амулет эльфу, когда в этом появилась нужда. Он справился и теперь сила амулета действовать больше не будет.

Я нахмурилась, принимая на веру его слова, и чуть обернулась.

— А ты откуда это знаешь?

— В моей семье присутствуют древние артефакты, — загадочно и довольно расплывчато объяснил иль Кан, потом не менее загадочно улыбнулся и растворился в воздухе.

Эх.

Вообще, странно, конечно, что экзамены должны состояться после выпускного, но, может быть они сдали все раньше? Не знаю, я ни у кого не спросила, а после выпускного всех снова как ветром сдуло.

Вернемся к главным вопросам моего насущного существования в стенах ВАУ.

Когда пришла пора сдавать зелья, я так сильно нервничала, что чуть не разбила склянку, передавая ее некро Кричу. Тот вовремя подхватил, притворился, будто так и задумывалось, немедленно осушил ее и был таков. Это было зелье невидимости, и оно удалось. Ура!

В общем, с ведьмовством и всеми заданиями я справилась, особенно с амулетами. И вот, после того как иль Кан заметно успокоил меня с невирионом, ко мне явился эльф. Да, он тоже знал о правилах, но сильно надеялся, что я могла что-нибудь напутать.

Но, увы и ах — свое дело амулет сделал, теперь он был для ци Листана бесполезен. Отдавал эльф его нехотя, но все-таки возвратил и на том спасибо.

После ведьмовства у меня осталась только одна дисциплина. Мастер теней приглашал меня в тот же зал, где я проходила первое испытание. Надела лучшее платье с кружевами — экзамен все-таки!.. У Мастера теней…

Он ждал меня также, скрываясь в тенях. Все-таки как здорово, что он не оказался врагом. Это было бы очень больно, если бы он меня предал. То есть я, конечно же, понимаю, что он ничем мне не обязан и тот единственный едва ли поцелуй еще не говорит о том, что мы теперь будем жить вместе долго и счастливо. Но все-таки…

По итогам я сдала перемещение, создание порталов и отражение ударов вполне сносно.

— Вполне сносно? — С некоторой претензией повторила я, стерев улыбку со своего лица. Мастер теней лишь пожал плечами. — Но я!.. Но ты!.. Но я же!..

Мастер теней сдержано улыбнулся и шагнул ко мне чуть ближе, сокращая так настойчиво прочерченное им расстояние.

— Главное — ты сдала, — заметил он.

— Главное, что ты не офигел, — поддразнила я.

Он улыбнулся шире.

— Чтобы это сделать, ты должна была обучиться всему за один день, — сообщил он.

— Это же не реально.

— А я о чем.

Ох, уж этот Мастер теней. Вздохнула, поняла, что вроде как все закончилось и мне пора уходить, слегка замялась.

— Это… все? — Глупый вопрос очевидности.

Поднимаю глаза, смотрю на него. Улыбается медленно, широко, шагает, взгляд приковывает, но и гипнотизирует меня в ответ. Замираю и дыханием, и сердцем, его рука тянется ко мне и…, не касаясь моей кожи, он приподнимает мой кулон. Опускаю глаза и улыбаюсь.

— Мой, — замечает он, потом заглядывает в душу. — Почему?

— Нравится, — пожимаю плечами.

— Очень? — Добавляет он, а я не сразу вспоминаю, как говорила это Узколицему…

— Ты… слышал? — Испуганно выдаю я.

— Что? — Без подозрений.

Выдыхаю и расслабляюсь. Ну, конечно, он не слышал, если бы он слышал, он бы пришел раньше. Наверное. Ладно, едем дальше.

— Мы ведь больше не увидимся, — напоминаю как-то слишком драматично.

Он это замечает и улыбается.

— До сентября.

— Я помню, — с придыханием отвечаю, смотрю ему в глаза.

Проходит то ли секунда, то ли миллион лет. Взгляд отвести от него почти невозможно. Есть ли в этом что-то взаимное?..

— Хорошо тебе отдохнуть, — желает он напоследок.

— И тебе, — желаю в ответ и вздыхаю.

— Не грусти, — отпускает мой кулон, берет за подбородок, поджилки трясутся, а он приближается, замираю, боюсь спугнуть… Целует… в лоб.

Заглядываю ему в глаза — вердикт все тот же.

— Все еще осознано, — озвучиваю.

— Всегда, — обрывает все наше возможное и невозможное одним словом.

Отступает, но мной руководит, наверное, отчаяние, понимание, что такое больше не повторится. Перехватываю его руку, ловит взглядом, снова заглядывает в душу.

— А если не осознано? — Спрашиваю.

Сердце бешено стучит, что я говорю? Смотрит долго, словно сомневается, словно для него действительно есть иллюзия выбора…

— Я буду скучать, — признается мне он, а я выдыхаю улыбку, отвожу на мгновение взгляд.

— Просила же не осознано, — замечаю, а он отвечает опасной близостью к откровению, когда я вновь ловлю отблески его загадочных глаз. Улыбаюсь медленно. Что же, это тоже достижение. — Спасибо.

Медленно делаю шаг, обхожу его, направляюсь к выходу, совсем не ожидаю, что он вдруг поймает меня за руку. Замираю, ищу ответ на его лице. Легкая тень нерешительности, или мне так только кажется?

— Теперь твоя очередь, — тихо говорит он.

Цепенею и пытаюсь взять в толк, что это он сказал? В смысле?.. В смысле?.. Слова не нужны, когда безмолвие столь красноречиво.

Разворачиваюсь, тянусь к нему и крепко прижимаюсь надежными объятиями. Отвечает не сразу, но все-таки обнимает в ответ. Стоим так некоторое время, я наслаждаюсь, он — без его глаз и не понять…

Магия всегда заканчивается в самый нужный и не подходящий момент. Отстраняюсь и заглядываю в его глаза, пытаюсь запомнить, ведь теперь до сентября мы не увидимся…

— Я тоже буду скучать, — улыбаюсь.

— Я же просил не осознано.

— Это оно и было.

Высвобождаюсь и ухожу.

Может быть, это не совсем верно, может быть, это далеко не правда, но не думаю, что он со мной до конца честен. Начнем с того, что я даже не знаю его имени. Впрочем — чего думать о разлуке, когда через пару месяцев я уже снова его увижу?

В последний день перед отъездом в Университете было чуточку более оживленно, нежели обычно. Я встретила целых пятерых студентов и, судя по удивлению на их лицах, они тоже были несколько в шоке от такой внезапности.

Впрочем, для последнего дня это было не последнее потрясение.

— В смысле ты со мной не поедешь?! — Возмутилась я, когда Черныш объявил об этом.

— Я — фамильяр, а ты пока не дипломированная ведьма, чтобы меня с собой забирать, — заметил кот и облизнулся.

Я решила баловать его красной рыбкой как минимум раз в неделю. Перед отъездом это было практически необходимо.

— Но как же ты тут один? — Разочарованно опустилась в кресло я, потому что Черныш по обыкновению занял всю мою кровать.

— У меня есть домик для котиков, там нас кормят и поят, летом не холодно, потому я буду в порядке.

— Что?.. Нет, я про то, что буду скучать. А ты?

— Я тебе еще надоем, — мяукнул кот.

— Вот когда надоешь, тогда и не буду по тебе скучать. Иди сюда обниматься!

— Нет! — Кот вскочил с дивана и бросился наутек. — Не трогай меня, женщина! Я тебе не какая-то щетка для обниманий! Отстань!

Несмотря на то, что помещение было сильно ограничено, а я буквально не давала прохода, Черныш все-таки каким-то невероятным образом избежал моей попытки до него добраться (видимо, ведьмовство) и мне пришлось сдаться.

— Спасибо тебе за все, — поблагодарила я.

Черныш лишь повел ухом и мяукнул в ответ.

— Ну, ты там отдохни хорошенько, а то потом загрузят учебой, не продохнешь, — пожелал Черныш и я вышла из комнаты, пожелав и ему как следует расслабиться.

Черныш заверил меня, что мои вещи, как и вначале года, поплывут за мной, потому я их только собрала. Как и во всех классических случаях со сборами, уезжала я с лишним чемоданом. Как так вышло? Это же не курорт! Я ничего не покупала, да и от учебы хотела отдохнуть.

Затворив за собой дверь, уже собиралась идти к выходу, как вдруг…

— Привет.

Обернулась, улыбнулась. Иль Кан стоял рядом с моей дверью и улыбался.

— И тебе не скучать, — пожелала я. — Пришел попрощаться?

— Вроде того, — он оттолкнулся от стены и направился ко мне. — Будешь скучать?

— Конечно! Я даже не представляла, что в мире существует магия!

— Да нет, — хмыкнул, — по мне.

— А! Ну, конечно, буду! Уже скучаю!

— Скучай как следует, — посоветовал вдруг иль Кан. — Вскоре тебе придется проводить со мной гораздо больше времени.

— Чего?.. — Сначала это прозвучало странно, потом метнулась шальная идея, глаза расширились, удивилась, улыбнулась. — Ты смог.

— Конечно, — пожал плечами. — Будешь поздравлять?

— Поздравляю!

— С чем? — Хитрит.

— С тем, что ты стал учеником Мастера теней, — расшифровываю, гордится так, что аж светится.

— И это все? Даже не обнимешь? — Он расставил руки.

Немножко смутилась, но подошла и утонула в его объятиях. Странно, в них надежно и так тепло… даже забавно. Нет, я вовсе не сравниваю, просто… странно ведь, что иль Кан кажется мне таким надежным? Мы с ним совсем уж чужие…

Отстраняюсь, стараюсь держать лицо, чтобы не испортить момент, набираюсь смелости смотреть ему в глаза, ищу поддержки в отвлечении, и тут что-то слепит мои глаза. Что-то, к чему я не привыкла. Камень на подаренном Броней браслете. Желтый…

Отпускаю иль Кана и все, камень снова фиолетовый. Что? Что? Чтоооо?! Резонанс?! Ну, нет! Нет! Показалось… точно… все… нормально…, сердце — стучи!

Что там с браслетом у иль Кана? К сожалению, ничего не знаю, ибо он уже отпустил, а лезть сама я не буду. Наверняка показалось. Да и к тому же — что может означать резонанс на других людях? Броня мне об этом ничего не говорил…

— Ты ведь знала, — констатирует мастер иллюзий, отвлекая меня от размышлений.

— Что ты справишься? Естественно! — Решаю быстро переключить тему я.

Улыбается, не собирается развивать тему: «Ты знала, что мне просто нужно было стараться до победного». Да и зачем? Победа все равно победа, неважно, какими способами она досталась. Без лишних смертей, конечно, но смысл вполне ясен.

Иль Кан рассказывает мне, как ему это удалось и меня удивляет, что он разработал новую стратегию. Те молнии, которые поглотил его клинок, стали ключевым моментом и с их помощью он наконец-то смог застать Мастера теней врасплох. Грустно ли мне, что теперь нас будет не только двое? Не знаю. Вдруг Мастер будет обучать нас не одновременно? Все-таки у меня за спиной год обучения, а иль Кан еще даже не приступал…

Молча договариваемся идти вместе и медленно направляемся к выходу. Коридоры кажутся такими родными и приветливыми, яркое июньское солнце освещает нам путь. Только в этот момент поняла, что буду скучать. По всем бессонным ночам, по тяжелым попыткам сварить зелья, прочесть с правильной интонацией заклинания. По боям на арене, схваткам нежитенышей, по моей комнате, Мастеру теней, иль Кану, по Чернышу.

Все помещения, через которые мы проходим, теперь кажутся пустыми совсем по-иному. Покинутыми. Да, я почти никогда не встречала других студентов во время обучения. Но сейчас вокруг явно обитал дух прощания.

Грустно. Но в то же время — радостно. Ведь мне еще предстоит сюда вернуться…