17

– Идём, – сказала я коту, открыв дверь машины и достав переноску с мышью. – Здесь настоящий священнослужитель, который согласился провести обряд.

– Что-то по твоему лицу и не скажешь, что это хорошо, – заявил Колясик, скептично осмотрев меня. – В чём подвох?

Я лишь покачала головой, высматривая сарай, про который говорил Василий.

– В храм тебе нельзя, кот, – найдя глазами сколоченную из деревянных досок постройку, я указала в её сторону. – Нам туда.

– Угу, – хмыкнул мне в спину кот. – Но что-то явно не так.

Не так… Да это мягко сказано!

Вот о чём пророк решил поговорить с колдуном?

Когда первая волна лёгкой паники у меня прошла, стало понятно, что увидеть ритуал он не может. Точнее, Василий может предупредить Сергея, что грядёт что-то плохое, но привязать к этому меня и понять суть ритуала, что я хочу провести… исключено.

У меня нет души. Пророк не может увидеть моё будущее. Я уже мертва – какое вообще у меня, к демонам, будущее?

С другой же стороны, он увидел, что мной и Колясиком кто-то незримо помыкает…

Сир.

Ответ пришёл так внезапно, что я чуть не запнулась, резко останавливаясь.

У древнего есть душа, есть прошлое с будущим, и он жив. Что если Василий увидел Сира? Что, если тот кукловод, которого он упоминал, и есть вампир? Я никогда особо не вдавалась в мотивацию поступков древнего. Зачем я ему? Зачем он мне помогает? Что, если всё это время он преследовал какие-то свои цели? Что, если его интерес был вызван не скукой, а нечто большим? Что…

– Что застыли? – голос пророка буквально выдернул меня из раздумий. – Сказал же, что сарай не освещал. Почему внутрь не заходите?

Колясик ожидаемо зашипел на священнослужителя, повинуясь заложенным в него инстинктам. Мышь, к слову, тоже начала биться об пластиковые стены переноски, вынуждая меня пару раз встряхнуть её.

– Я так понимаю, изгонять будем из грызуна, – осмотрев переноску и кота, сделал вывод пророк.

– Верно, – подтвердила я, бросив быстрый взгляд на Серёжу.

Колдун был совершенно спокоен. Не похоже, чтобы его только что предупредили о нависшей над ним опасности.

– Заходим, – кивнул Василий, пропуская меня первой.

Внутри не было ничего особенного, если не считать строительный инвентарь, довольно аккуратно сложенный вдоль стен.

– Беса уничтожаем после изгнания, или он понадобится? – уточнил пророк, доставая из рясы молитвенник и опускаясь на колени рядом с поставленной мной на землю переноской, внутри которой продолжал беситься крысёныш, чувствуя свой скорый конец.

– Нам нужно…

– Я его сожру, – перебил Колясик Сергея, борясь с собой и стараясь ровно разговаривать со священником. – Меня постарайся не изгнать, будь любезен.

– Да уж постараюсь, – хмыкнул Василий, переводя взгляд на меня и Сергея. – А вы что застыли? На улицу выйдите. Позову, когда готово будет.

– Идём, Серёженька, – позвала я колдуна. – Объясню, что значит сожрать и кто во всём виноват.

Ждать мы решили на расстоянии, отойдя к машине. Мой рассказ о жизнедеятельности бесов много времени не занял. Что тут объяснять? Если бесёныш уже привязан к хозяину, то разрыв связи не даст возможности кому-то другому подчинить беса. Простое изгнание вообще ничего не даст, кроме свободы для самого изгнанного, поэтому обычно, после обряда, низшего духа уничтожал священнослужитель, просто рассеивая его.

Но у нас с собой есть ещё один бес, который с радостью поглотит сородича. Сожрёт, проще говоря, как только дух будет изгнан. Они и в Аду часто таким промышляют, пожирая друг друга. Милые создания, что тут скажешь. Поглощая собратьев, они получали знания, опыт, повышали свой статус. Но это – там.

Здесь же Колясик получит лишь память. А конкретнее – всё на хозяина крысёныша.

– Не учат вас такому в вашем магическом ВУЗе, да? – не сдержала я смешок, когда с экскурсом в уклад жизни бесов было покончено.

– Учат, – хмыкнул Сергей. – Не в таких подробностях просто. Более кратко.

Не став никак комментировать его слова, я поспешила перейти к основному вопросу, который не давал мне покоя:

– Я могу спросить, о чём вы говорили с пророком?

– Можешь, – легко произнёс Сергей, едва заметно улыбнувшись.

– И о чём? – недовольно переспросила, скрестив на груди руки.

– Я же не говорил, что отвечу тебе, верно? – уже более открыто улыбнулся колдун.

– Верно, – нахмурилась я, отворачиваясь.

Не хочет говорить – его дело. Главное, что это никак не связано со мной. Я надеюсь.

Хотя, смысл надеяться? Если бы было иначе – Сергей вёл бы себя по-другому. А так… да плевать мне, что ему решил сказать пророк.

– И даже спрашивать больше не будешь? – чуть наклонился ко мне Сергей, опаляя дыханием ухо.

– А это что-то изменит? – повернув голову я наткнулась на его пристальный взгляд.

– Нет, – честно ответил Сергей.

Я не знаю, сколько времени мы так с ним стояли, смотря друг другу в глаза и просто молчали, и сколько бы ещё могли так простоять, пока не раздался окрик Василия из сарая:

– Готово!

Вздрогнув, сбрасывая с себя наваждение, я поспешила туда. Сергей не отставал ни на шаг.

Зайдя в сарай, мы увидели ожидаемо изрядно вымотанного обрядом Василия и мирно посапывающего прямо на земле Колясика.

– Он…

– Спит, – подтвердила я неоконченное предложение за колдуна, осторожно подхватывая кота на руки. – Наелся.

– И что дальше? – требовательно уточнил Серёжа. – Я рад, что твой бес решил вздремнуть, набив брюхо своим сородичем, но мы преследовали иные цели, или нет?

– Какой же ты нетерпеливый, Серёженька, – протянула я, покачав головой. – Памяти крысёныша нужно время, чтобы усвоиться в голове моего кота. В своём истинном обличие Колясик бы сразу смог отличить свои воспоминания от новых, но сейчас… нам придётся немного подождать. Наличие тельца делает беса слабее, дай ему время усвоить всё, что знал этот мышонок.

– Хорошо, – колдун посмотрел на часы, после чего перевёл взгляд на замершую в переноске мышь. – А с ним что делать?

– Я разберусь, – перехватив спящего кота одной рукой, второй я подхватила переноску, после чего обернулась на молча наблюдающего за нами пророка. – Спасибо, что согласились помочь.

– Я принял решение задолго до того, как вы появились на моём пороге, – устало отозвался священник. – Многие считают, что первый крик младенца в этом мире символизирует Ад. Душа, светлая и чистая, попадая в этот грязный мир только плачем может выразить свою скорбь. Но мы ведь знаем, что это заблуждение. Это всё, – он обвёл рукой окружающее нас пространство, – Даже отдалённо не похоже на настоящий Ад.

– О чём вы? – нахмурилась я, не понимая, к чему он ведёт.

– Равновесие, – как само собой разумеющееся, ответил Василий. – Каждый день миллионы поступков и решений поддерживают хрупкое равновесие между тьмой и светом, сдерживая демонов внизу и светлых сверху. И лишь когда происходит что-то настолько сильное, заставляющее одну из чаш весов перевесить, грань стирается, впуская к людям тех, кому сам Создатель запретил находиться здесь, – немного помолчав, пророк чуть тише добавил: – Иногда одна жизнь стоит ценнее многих других. Но выбор всегда не прост, верно?

– О чём вы пытаетесь нас предупредить? – шагнув к нему, прямо спросил Сергей.

Ему тоже надоели все эти загадки и намёки, которыми говорил пророк.

– Я хочу, чтобы вы ушли, – похлопав его по плечу, Василий вышел из сарая, шумно втягивая носом вечерний воздух. – За каждым заходом солнца следует рассвет. И каждый из них неповторим, так как всегда несёт совершенно новый день. Мгновения, которые никогда прежде не повторятся.

Пожав плечами, я спокойно направилась на выход и не делая остановок, пошла прямо к машине. Надоело вслушиваться в его словесные головоломки.

Да и хватит испытывать удачу на прочность! То, что пророк ничего про будущее Сергея не увидел, не значит, что не может увидеть. Или, что больше похоже на правду: он видел всё, но у него имелись свои причины не выдавать информацию.

Впрочем, какая разница? Главное, что Сергею он ничего не рассказал! И плевать мне, чем пророк руководствовался!

– Виктория! – неожиданно окрикнул меня отец Василий, когда уложив кота вместе с переноской на заднем сидении, я закрыла дверь и взялась за ручку своей. – Когда вампир скажет тебе надеть платье – не противься.

– Что? – переспросила, но пророк больше ничего говорить не стал, скрываясь внутри своей церкви.

– И часто Сир говорит тебе, что нужно надеть? – поинтересовался Серёжа, подходя ко мне и открывая дверь.

– С чего ты взял, что речь шла именно о Сире? – вопросом ответила ему, мысленно добавляя, что одежду древний мне дарил часто.

Но что-то я не припоминала, что хоть раз от чего-то отказывалась. Разве что как-то у Сира было игривое настроение, и он для меня выкупил платье с железным корсетом, но… к моему отказу примерять это вампир был готов, так что…

– А разве у тебя ещё есть какие-то вампиры, щедрые на презенты? – заняв место водителя, продолжил выпытывать колдун.

– Может появятся, – предположила я, заметив недобрый блеск в глазах колдуна и поспешила перевести тему. – Куда едем, Серёженька?

– К сгоревшей лавке, – коротко ответил он, поворачивая ключ. – Ты ведь там оставила свою машину.

Всю дорогу мы ехали в тишине, если не считать попискивание уже совершенное обычной мыши и похрапывание не совсем обычного кота.

Припарковав машину рядом с моей, Серёжа помог мне переместить кота и переноску с мышью, задумчиво уточнив:

– А с ней ты что собираешься делать?

– Ты правда хочешь это знать? – улыбнулась я в ответ, обернувшись в сторону кафе. Павел и Светлана всё ещё были здесь. Последняя даже вышла на улицу, остановившись недалеко от входа и смотря в нашу сторону. – Тебя ждут.

– До завтра, Виктория, – не смотря в сторону своей невесты, попрощался со мной Сергей.

– До завтра, – сказала ему, садясь за руль и уезжая, стараясь делать вид, что не заметила, как он провожал взглядом мою машину, пока она не скрылась за поворотом.

По пути домой я заехала в зоомагазин, купить клетку для мышки. Глупо, наверное, но отпускать было жалко. Всё же и так животинка многое пережила, и я не была уверена, что долго протянет на воле. Сожрут ведь.

В квартиру я вошла, волоча кота, маленькую переноску и огромную клетку, со всевозможными колёсами, лестницами и туннелями. Сгрузив Колясика на диван, я быстро обустроила мышь.

– Рада, что тебе нравится, – прошептала грызуну, наблюдая, как серый комок шерсти тут же начал изучать новую территорию. – Сейчас посмотрю, чем тебя можно покормить.

С водой проблем не было, поилки я наполнила сразу, а вот с едой… В моём холодильнике никогда не бывало пусто – Колясик ел всё, что только возможно, да и Сир приучил меня к тому, чтобы радоваться таким мелочам, как вкусный десерт или идеально прожаренный стейк… Но вот чем кормить мышь?

Порывшись в холодильнике и интернете, чтобы понять, что грызунам можно, а что нет, я нарезала сыр, сделав себе мысленную пометку: купить какой-нибудь корм для мышки. Почему эта мысль мне не пришла в голову, когда я за клеткой заезжала?...

– Держи, бедолага, – сгрузив один из элитных сортов сыра, нарезанного кубиками, я пожелала грызуну приятного аппетита.

Немного понаблюдав, как мышь осторожно принюхивается к угощению, после чего берёт его в лапы и с удовольствием кушает, я пошла проверить кота. Колясик всё ещё лежал на диване, но в себя явно уже пришёл, потягиваясь всеми своими лапами и смачно зевая.

– Проснулся? – позвала я сонно моргающего бесёныша. – Что интересного знал наш крысёныш? Кто его хозяин?

– Ой-ой-ой… – растягивая гласные, протянул в ответ Колясик, вскакивая и обхватив голову передними лапами.

– Что? – уточнила у кота, заметив, что его сильно потряхивает.

– Ай-ай-ай… – взвизгнул он, вздыбив шерсть и зажмурившись.

– Да что с тобой такое? – подошла я к нему, присев на корточки и всматриваясь в напуганную морду. – Ты разобрался в памяти крысёныша? Понял, кто его хозяин?

– Я знаю, кому он служил, – прошептал котяра, прижав уши к голове. – Его специально подослали, Вики! Специально!

– Не может же всё быть настолько плохо, – постаралась я успокоить кота. – Зачем кому-то подсылать к нам беса? Его хозяин ведь должен был понимать, что потеряет своего низшего…

– Да, она знала, Вики, – повысил голос Колясик. – Демоница. Его подослала одна из высших демониц Ада, чтобы передать тебе сообщение!

– Что…

– Она назвала своё имя, Вики, – прошипел кот. – И всё, что кроме этого я смог считать с присланного беса – это ритуал для связи с ней… и…

– И? – поторопила я кота, чувствуя неприятный холодок внутри.

– И она приказала не затягивать, – едва слышно произнёс бес. – Сказала, что это в твоих же интересах, Ария. Если ты не хочешь, чтобы «АСК» узнал о твоих планах.