Глава 17 · Для денег и патронов

— Будем считать, что меня Ваши слова меня удовлетворили. Компромиссно. Тогда ответ на Ваш вопрос такой. Формально компанию в каганате учредить можно. Но фактически там нет регистрационной или налоговой службы.

— Да, но нет? — озадаченно переспросил Джонатан.

— Это не всё. В каганате эту функцию никто не выполняет, но за пределами каганата я выполняю любые государственные функции на свой выбор посредством посольского учреждения, которое существует пока что в количестве одна штука.

— То есть, Вы зарегистрируете?

— То есть… да, грубо говоря, я регистрирую. И никто, кроме меня, пожалуй.

— О! Вы, получается, монополист?

— Я не думал в таком ключе, но выходит, что да.

— Какой-то сбор?

— Государственная пошлина в сумме сто рублей.

— Довольно-таки много.

— Я не навязываю свои услуги. Ну, пойдите сделайте в другом месте.

— Хорошая шутка. И документы выдаёте?

— Выдаю. Комплект офшорного типа.

— Вы хотите сказать, что каганат — это ещё и офшор? — недоверчиво прищурился изумлённый англичанин.

— Ну, с большими юрисдикциями нам не тягаться, но налоговое законодательство у нас не изобретено, как и система налоговой отчётности. Таким образом фактически, если отбросить громкие слова и штампы, каганат — это офшор, безналоговая зона.

— А соответствующий закон можно почитать?

— Зачем Вам закон? У каганата есть конституция…

— Которую я с удовольствием приобрету.

И я снова пропустил этот намёк мимо ушей. Чем меньше англичане знают, тем крепче Аркадий Ефимович спит.

— Зачем Вам что-то покупать? Мы же джентльмены, верим на слово друг другу. Есть там специально обученная статья семьдесят девять, часть первая, которая говорит о свободе людей в занятии ремёслами, торговлей, сельских хозяйством, охотой, рыбной ловлей и прочими видами деятельности. А часть вторая гласит, что на территории каганата могут создаваться компании/юридические лица, как коммерческого, так и некоммерческого типа.

— В установленном законом порядке? — попытался уточнить он.

— Нет, там такого не написано. Иначе потребовался бы ещё и этот самый закон, который устанавливает порядок. Это сделало бы норму «мёртвой». Пока что местный парламент не собирался и законов плодить не намерен. Поживём пока на одной конституции. Меня, как найома каганата, такое устраивает.

— Кстати об этом, найому в Степи положены свои земли, домен. У Вас и земли свои есть, верно?

— Есть немножко. Вы сейчас мыслите логически или у Вас есть агентурные сведения?

— Откуда бы?

— В ставке великого кагана уде довольно отираются два Ваших соплеменника, зовут, если мне не изменяет память, Форин и Энелэй. Ваши?

— Я таких не знаю.

— Ой ли? А Ваша Ост-Степная? Пожалейте моё время, не надо говорить, что они туристы, заблудились в поисках грибов. Не так много игроков в Степи со стороны англичан.

— Врать не буду, есть три основные направления, это трейд — наша компания и Левантийцы…

— Тоже англичане?

— Не только. Формально это подданые османской империи, Греции и так далее. Уплатил взнос, и ты вошёл в эту фракцию, в гильдию, но дела ведёшь на свой страх и риск.

— Простите, я Вас перебил.

— Извинения приняты. Так вот, три направления, трейдинг, индастри и майнинг.

— Уточню. Торговля, промышленность и добыча полезных ископаемых? И занимаются ими разные группы англичан.

— Вы сильно всё упрощаете, но да, примерно так.

— И кто засел в стойбище моего приятеля и почти что родственника Юбы, как клопы в диване?

— Ну, это не наша компания. Это Левантийцы и Мерчант Адвентурес. Торговля и добыча полезных ископаемых.

— И какие у нас, стесняюсь спросить, полезные ископаемые? Нефть?

— Нафта? Нет… я не знаю.

— Ваши соплеменники просто так не шастают.

— Событие! Создана конституционная монархия. Вы знали, что ни в Российской империи, ни в Соединённом Королевстве нет конституции?

— Да, знал. Я юрист и, как ни странно, неплохой. Но это всё ерунда, не важно. Ваше шестое министерство…

— Мы не упоминаем этих чиновников лишний раз, — нервно заёрзал на стуле Симменс.

— Вы нет. А мне можно. Так вот, они координируют всех игроков в большом-пребольшом поле игры — в Степи. Тут я отдельно оговорюсь, что мой каганат, интересы которого я блюду, Степью не является.

— Но им руководит каган!

— Так исторически сложилось, но фактически это горы и леса.

— Вы сейчас тонко намекаете, что он — часть Сибири и его может забрать себе достопочтенный Петр Алексеевич?

— Мне планы государя не известны. Но даже если такое случится, вопрос в том, будете Вы там, останетесь Вы там? Будет ли там идти Ваш бизнес?

— За этим и пришёл.

— Вас… Вашу фракцию устраивает ситуация, что лет через сто эти земли войдут в состав империи… Поймите, я сам этого не очень-то хочу и не буду подталкивать. Но всё же. Политическое влияние британцев уйдёт, а бизнес останется?

— Да, определённо, если нас не подвергнут дискриминации.

— Тогда… Знаете, сэр Джонатан, у меня на рёбрах есть несколько трещин.

— Занимались катанием на коньках? — невинно предположил англичанин.

— Нет, в меня стреляли. Но, в то же время, я жив. Потому что людей, которые хотят со мной дружить больше, чем тех, кто пытается убить.

— К чему Вы это?

— К тому, что я не заставляю людей с собой дружить. Я вообще не мистер дружелюбие, — в этом мире не было книги про Чебурашку, но такой персонаж был бы вообще в тему повествования. — Но выстраиваю ситуацию так, что людям, которые дружат с головой, выгодно дружить со мной.

— Хороший фундамент для хороших отношений. Вы хотите предложить фундамент для нашей дружбы?

— Мы. Каждый из нас.

— Гм.

— У меня есть скромный торговый пост, точнее сказать, он сейчас строится. Торговый пост позволяет речным транспортом доставить грузы к Сибирской железной дороге, а оттуда — хотите на Балтику, хотите к Китаю.

— Это может быть полезно.

— Как Вы верно заметили, у меня есть земля. Торговый пост на моей земле, то есть это сугубо моя собственность. И там может найтись место под склад и офис для мистера Симменса. Или не найтись.

— Если всё так заманчиво, то нам бы хотелось, чтобы место нашлось.

— А раз так, то Ваша сторона должна положить на весы этого интереса свой мешочек золота. Информация о том, какие полезные ископаемые есть в горах, довольно-таки ценна, но не в приоритете.

— Да? Жаль, я был готов сделать такой щедрый подарок.

— Сделайте другой щедрый подарок.

— Какой? Вам нужно оборудование? Артефакты? Строительные материалы? Лицензии? Взнос в паевой капитал?

— Для начала, у меня есть сведения о том, что на каганат собираются напасть.

— Вы говорите про…

— Про военное вторжение я говорю. Не утверждаю, что его организовывают Ваши соплеменники, хотя почти со стопроцентной вероятностью, так оно и есть. И, как мне кажется, Вам было бы выгодно, чтобы Ваш друг, то есть я, узнал о…

— Уверен, что джентльмены так не поступят.

— Уже начали поступать. Так вот. Мне нужны любые сведения про типы войск, что за кланы, численность и так далее.

— Откуда у Вас такая информация? Это наверняка ложь от российской разведки.

— Сэр Джонатан, шпиона империи у меня под столом нет. Даю Вам честное благородное слово, что даже не знаком с российской разведкой, — я сделал пальцы крестиком, так что не считается. И вообще, любой юрист, который не умеет врать с максимально честным лицом, профессионально не пригоден. — Информация у меня от Предка-Покровителя. Достаточно надёжный источник?

Он задумался.

— Допустим, Вы прямо сейчас не готовы мне ничего сказать, — смягчился я. — Но хотелось бы, чтобы были готовы. И тогда каганат станет для Вашей фракции местом вольготной торговли. Или нет, если Вы мне не поможете. Причём это не зависит от мотивов и обоснования. Плевать мне на интересы Вашего Ми-Шесть, плевать на интересы майнеров. Если полезные ископаемые можно добывать, я сделаю это сам. А трейдерам создам отменные условия для работы.

— А в чём будет Ваша выгода от такой торговли? У Вас же нет пошлин, налогов? Или мы начнём работать, и Вы их введёте?

— Не так. Пост принадлежит мне. Склад мой, причал тоже мой. И Вы будете платить недорого, за эксплуатацию всей инфраструктуры, идти в кабак покупать эль…

— Кабак тоже Ваш?

— Вот Вы уже начали улавливать суть. Я заработаю, не переживайте за меня. Мне не нужны налоги, у меня по факту, государственный капитализм, при условии, что государство — это я. Вы меня услышали?

— Да, несомненно, это очень содержательный разговор.

— Заметьте, я не напрашиваюсь на дружбу, не ищу её. Это больше Вам надо и пришли ко мне тоже Вы. Пишите мой контактный номер, а также номер моего помощника Жени. Надеюсь, Вам будет что мне сказать. И это будет не слишком поздно.

…

Выпроводив посетителя, я набрал Данайцу.

— Калимэра, гражданин Данаец.

— И Вам доброе утро. Рад, что Вы начали учить греческий. Это язык-первоисточник.

— Да-да, — тут же перебил его я, чтобы он не ушёл в дебри культурной взаимосвязи, очень это любимая им тема разговора. — Скажи, пожалуйста, а куда переехали твои конкуренты, секретная служба?

Данаец гнусаво усмехнулся.

— Секунду… Я тут записывал себе в тетрадку при помощи простенького шифра.

Данаец этого не видел, но я закатил глаза. Он даже записи делает с шифром!

— Сотенный переулок, дом двадцать один, заняли весь второй этаж. Первый занимает похоронное бюро.

— Это, кажется, который к востоку от Центрального рынка?

— Ну да, там рядом дом такой с колоннами. Ты знал, босс, что колонны изобрели греки?

— Никогда в этом не сомневался. Отбой, конец связи.

Всё же сначала мне потребовалось перенестись в пещеру, в своё жилище, чтобы чуточку подкормить прожорливого Шило. Хотя в итоге артефакт употреблял макры с пугающей скоростью, но при этом решал мои логистические задачи в режиме «Фигаро тут, Фигаро там!». Так что дело того стоило.

Из пещеры перенёсся в центр города.

Офис, кстати, никакой таблички не было, оказался заперт на ключ, я постучал несколько раз, но мне никто не ответил. Вместе с тем магическим чутьём было видно, что внутри человек. Так что я воспользовался способностью Шило переносить меня в место не там, где я был, а неподалёку, чем преодолел запертую дверь, оказавшись сразу в коридоре.

В этот раз секретчики арендовали офис, в котором было шесть кабинетов, коридор, свой туалет. Словом, это помещение могло вмещать человек двадцать, а въехал в него один Константин, которого я обнаружил копошащимся в дальней комнате.

Надо отдать должное его выдержке. То есть, когда я ворвался в кабинет, он, будучи убеждённым, что в помещениях один, извлёк пистолет и направил мне в живот, но не выстрелил. Молодчина.

— Привет, Константин.

Агент, к которому вернулось самообладание, убрал пистолет.

— Добрый день! По всей видимости, магической защиты первого уровня недостаточно против надоедливых посетителей.

— У меня второй. И я честно стучал, ты не открыл.

— Надо было позвонить.

— У меня нет этого номера.

— А что такого срочного случилось, что Вы решили рискнуть нервами своего куратора?

— Случилось.

Я плюхнулся на стул, предварительно убрав с него папку с какими-то неимоверно секретными документами и набрал Шпренгеру.

— Яков Лаврович! — притворно-радостным голосом приветствовал его я. — Моё Вам калимэра.

Константин посмотрел на меня неодобрительно.

— Ό,τι γράφει η μοίρα, δεν ξεγράφει η χείρα, — меланхолично ответила мне трубка.

— Что?

— Учите греческий дальше, Аркадий. Докладывайте! — не знаю как, но старый чёрт знал, что я звоню что-то сообщить. А к Константину пришёл, чтобы два раза не повторяться.

— Докладываю голосом. Сегодня ко мне, как к послу каганата, прибыли граждане англичане в количестве одна штука.

— Фамилия.

— Симменс Джонатан, какой-то там барон.

— Найдём. Где встречались?

— Посольство в Кустовом, кабинет посла, то есть мой.

— Зафиксировал. Чего хотел?

— Прощупывал каганат, меня, возможность торговли. Сказал… После некоторого давления, что представляет интересы Ост-Степной компании.

— Англичане неоднородны, но не дружественны, — задумчиво протянула трубка. — Что ещё? Деньги предлагал?

— Не стал, но был изрядно вежлив. А ещё сказал, что те двое, которые сидят в ставке Юбы, представляют интересы не его компании, а других, которые интересуются добычей полезных ископаемых.

— Все они на одном масле испечённые, — проворчал полковник.

— Я его попросил узнать для меня, кто планирует вторжение в каганат.

— Ого, с места и в паутину международных заговоров. Он обещал помочь?

— Не сказал ни да, ни нет. В любом случае, я ему сказал, что если нужна торговля в каганате, то его фракция должна мне помочь. Всё. Доклад окончил.

— Молодец, — сдержанно отреагировал Шпренгер. — Константин там у тебя рядом?

Константин встрепенулся и глянул на меня с удивлением. Ну, брат, это у Шпренгера уровень интуиции запредельный, он как-то понял, что я у тебя в гостях, а тебе до старого лиса ещё расти и расти.

— Так точно!

— Пусть составляет отчёт по этой информации, всё же встреча в его вотчине состоялась. Какие-то ко мне вопросы?

— Да. Там новый куратор благополучно добрался?

— У него артефактный аварийный маяк, сигнала тревоги не было. А так… Ну какая там связь, Аркадий? Должен уже быть на месте. Я от тебя жду новостей.

— Понял. Разрешите идти?

— Иди. Тьфу, что ты сбиваешь старика, ты и так не в кабинете. Всё, завершаем разговор.

И он повесил трубку.

— К Вам прибыл новый куратор?

— Да. Надеюсь, ты не обижаешься, что не стал им?

— Командованию виднее, — нейтрально ответил Константин. — Мне жаль с Дмитрием расставаться, а так, работа есть работа.

— Большой Вам офис сняли.

Он протяжно вздохнул. По всему видно, что локацию выбирал не он.

— Ладно. Оставляю тебя составлять отчёт. Благодарю, что взял на себя сей труд…

По скептическому лицу Константина было заметно, что этот факт ему тоже не по нутру, но таков приказ его руководителя.

Распрощавшись с агентом, я вышел своими ногами и прошёлся на Центральный рынок, занялся рутиной, купил ящик дешёвого виски, короб шоколада, мешок табака и упаковку неколотого сахара. Нанял перевозчика, чтобы отвёз всё в посольство с запиской «не распаковывать».

После наведался на Медный завод.

— Ну и где твои ребята? — приветствовал бригадира Сергея.

— Внутри, работают. Мы тут пару старых задач закрываем. Ты вроде сказал, что можно? Или я не верно понял ситуацию?

— Можно, — отмахнулся я. — Пришёл узнать, как вы тут устроились.

— Да нормально. Нам после Мещерякова всё хорошо.

— Не приходил сюда?

— Он не знает, где мы. Как-то припёрся ко мне домой с утра, весь такой вежливый… Я его послал ко всем херам.

— Мудро. Скажи, а твои ребята могут, допустим, корабль собрать? Небольшой?

— Есть чертёж? Размеры?

— Я абстрактно спрашиваю. Интересны ваши возможности.

— Ну, если на то пошло, то мы с морским транспортом дел не имели. Там своя специфика, материалы, оборудование, док. Не отказываюсь, но дело нам незнакомое.

— Тааак. Монтаж артефактного ретранслятора на мобилетную связь?

— Ээ… Эк тебя, Аркадий Ефимович, кидает из стороны в сторону. Ну, механическую сборку, прикрутить, забетонировать, это можем. А подключение, наладка… Там у них свои есть специально обученные рабочие.

— Да такие же там люди. А если будет мастер по такому оборудованию, сможешь? Сколько тебе людей надо?

— Сперва покажи оборудование, а уж потом отвечу.

— Понял. Есть листок бумаги?

Он дал, я стал рисовать.

— Большие колёса. Трактор?

— Типа того. Называется багги.

— Как?

— Не важно. Обычный автомобиль, но на больших колесах.

— Такое слышал, английский бигфут. И?

— Надо таких десяток собрать. Причём собрать не здесь. Из готовых узлов, но на месте использования.

— На что эта чудо-техника?

— Тут ставится пулемёт на шарнире с возможностью ведения огня на триста шестьдесят градусов.

— Прямо пулемёт? Ни разу вживую не видел. Это же незаконно.

— Шутишь, это не для республики, а для каганата, там это законно.

— Точно?

— Я тебе как посол говорю.

— А сколько всего человек у чуда-техники экипаж?

— Механик-водитель и стрелок. Всё. Но вообще, по сути, это лёгкая машина повышенной проходимости с пулемётом.

— Ну, в сборе автомобиля из готовых узлов есть свои нюансы, но если оборудовать мастерскую, то всякое возможно. Самое сложное тут двигатель.

— Это с меня. Ты напиши список, что тебе надо для того, чтобы такую мастерскую наладить в полевых условиях.

— Ладно…