Глава 39

Лиза

Все-таки обиделся Орлов, сидит не весел, клюв повесил. Всегда бесило, когда жена называет мужа не по имени, а по фамилии, будто соседа по коммуналке, но имя его хуже рифмуется, поэтому мысленно буду склонять его по фамилии.

Вчера вечером мне было как-то не до его обид, дуется, да и пусть. Думала выспится, перебесится. Ан нет, не перебесился… Злопамятный гаденыш. Ладно, признаю свою ошибку, была не права. Он мне реально помог, спас от хулиганов и вообще, он супергерой в гороховых труселях. Не знаю почему, но из всего ассортимента предъявленных мне на обозрение трусов, только они оставили в моей памяти неизгладимое впечатление.

Угу… в своих мыслях я уже признала его правоту, но это ж надо озвучить, чтобы и он был в курсе.

Прохожу мимо комнаты. Никита сидит на диване, смотрит по телевизору какой-то фильмец со Скалой Джонсоном. Главный герой бегает как ужаленный, отсвечивая своей бритой башкой. Так, надо сосредоточится и сказать то, зачем, собственно, я и пришла. Открываю рот, и не могу произнести ни звука. Слова будто застревают у меня в горле, собираются в большой ком и ни туды, ни сюды… Итог — подавилась слюной и закашлялась.

А мирится-то надо! Нам идти в гости к моей маме. Она не должна видеть грустного зятя, судьба и здоровье которого, стала беспокоить ее больше, чем моя.

Никита поворачивает голову в мою сторону, отвлекаясь от просмотра фильма и вопросительно вскидывает брови.

Поджимаю губы, и отрицательно качаю головой, будто говоря: «Нет-нет, ничего. Все Ок. Я шла мимо и… просто шла. Ничего срочного и важного». Он снова поворачивается к экрану, а я разворачиваюсь чтобы уйти, но… снова разворачиваюсь в его сторону.

— Гм… — Вот, уже начало. Никита снова обращает на меня внимание. — Ты помнишь, мама приглашала нас в гости…

— Да, она мне звонила утром. — Меняюсь в лице. Так это он с моей мамой ворковал по телефону час тридцать две, а я уж подумала, что разлучница вклинилась в наши идеальные отношения…

— И давно у вас дружба и взаимопонимание?

— Эм… — задумывается Никита, явно подсчитывая точное количество дней. — Со вторника.

— Ладно… — Прохожу в комнату и сажусь рядом на диван. Ну общаются они, да и бог с ними, не мне ж мама звонит. Пропущу факт их общения мимо ушей и не буду зацикливаться, иначе будет новый разбор полетов, а я еще за вчерашнее не сказала: «Спасибо». Только думаю, что если углубляться в этот вопрос, то тут придется потом извиняться… за резкие слова, за грубость, а может даже и за мат. — Я вот что хотела… — Поворачиваю голову в его сторону и смотрю прямо в серо-голубые бесстыжие глаза. Ну давай, тряпка, говори! Сгрызла полгубы, но так и не могу разомкнуть рот. Набираю воздух в легкие и выдыхаю, — спс…

— Что? — Никита хмурит брови и наклоняется чуть ближе к моему лицу. Он не расслышал мое слово благодарности.

Повторяю снова, и он опять чтокает, наклоняясь еще ближе.

— Спасибо, — кричу на всю комнату. Аж кот проснулся, выпучил на меня глаза и стал вертеть своими ушами в разные стороны, пытаясь понять с какой стороны исходит опасность.

— Чего ты так орешь, — шарахнувшись от меня, говорит Никита. — Я и с первого раза все услышал.

Ну и не гад он после этого?

— А зачем тогда заставил повторять?

— Запоминаю этот момент. Уверен, что слова благодарности я от тебя еще не скоро услышу.

— Что ж ты такой умный и проницательный, а на мне женился? — Молчит. Ну-ну, подумай. — Давай собираться. Дядя Веня не любит, когда опаздывают.

Подъезжаем к дому дяди Вени и моей мамы.

— Что за… — шепчу, выйдя из машины.

Проблема в том, что немаленький двор частного дома заставлен припаркованными машинами. И самое страшное, что хозяев этих машин я знаю… Это многочисленные родственники дяди Вени и парочка со стороны мамы, но!!! Я думала, что это просто обычный субботний ужин у мамы, а не сбор всего семейства.

— Проблемы? — интересуется Никита, видя мое замешательство и ступор.

Я не успеваю ответить, как входная дверь распахивается. На пороге стоит родная сестра дяди Вени тетя Роза. Она затягивается сигаретой и кричит в глубь дома, чуть повернув голову.

— Таня, двою дочь черти принесли!

— Хм… А твои родственники от тебя без ума, — подталкивая меня к дому, говорит Никита, не скрывая насмешки.

— Это не мои родственники, — эта фраза вряд ли может служить оправданием, но что я могу поделать, если уже больше десяти лет, как мама замужем за дядей Веней, а наладить отношения с его родней я так и не смогла.

— Здравствуйте, — громко говорит Никита, приветствуя тетю Розу, протягивая ей руку.

— Таки это твой бедный новый муж? — тетя Роза принимается трепать Никиту за щеку, — Ида, — орет так, что уши закладывает, — иди глянь, какого хорошего мужика отхватила Лизка.

Никита непонимающе переводит на меня взгляд, интересуясь кто такая Ида.

Чуть наклонюсь и шепчу:

— Это ее двоюродная сестра по отцовской линии.

— А… — тянет Никита, — а сколько вообще родственников?

— Много.

Еще издалека я слышу шаркающие шаги. Это ползет старая карга Ида. Она всегда выглядит одинаково, словно не десять лет прошло с дня знакомства, а неделя, только вот возраст… на который она выглядит — сто лет… Ведьма! С ней я вообще в контрах.

— Проходите, шо вы стали, или вы даже чаю не попьете? — Поторапливает тетя Роза. — Как бы там ни было, Лиза, мы рады тебя видеть.

— Здрасьте, тетя Ида, — говорю показавшейся из-за угла родственнице громче обычного, потому что эта старая дура, еще и глухая, — ну что же вы уже креститесь? — Увидев меня, она принимается что-то нашептывать и креститься.

Тут, наконец-то, выходит моя мама с дядей Веней.

— Привет, Лиза, — мама обнимает меня.

А я не спешу отпускать ее из крепких объятий. Шепчу ей на ухо:

— Мама, почему они здесь?

Мама делает вид, что улыбается в ответ и сквозь сомкнутые зубы говорит:

— Это Веня настоял устроить свадьбу, пригласив самых близких родственников. Последнее время из поводов встретиться, только похороны… а тут целая свадьба.

Мама отлипает от меня и принимается расцеловывать Никиту.

— Познакомься, Никита, это мой муж Вениамин Семенович, — Никита протягивает руку и приветливо улыбается. Дядя Веня отвечает тем же.

С грустью осознаю, что рядом со мной стоит только верхушка айсберга, остальные родственники где-то кучкуются, и скоро я их увижу…

— Хватит Веня долго говорить, гости за столом не хлеб едят, — да, тетя Роза и гостеприимство, как две параллельные прямые, никогда не пересекутся.

— Да-да, пойдемте к столу, — засуетилась моя мама.

Выходим на задний двор. А тут… пир горой. Установлен большой белый шатер, а внутри длинный стол человек на двадцать. Это при том, что дети сидят отдельно.

Началось! Ко мне подбегает моя двоюродная сестра Света и начинает щебетать:

— Ой, Лизочка, поздравляю! Какая ты молодец! — Обняла, облобызала, а теперь и на Никиту переключилась. — А мы уж думали, что после первого неудавшегося брака Лиза останется одна-одинешенька, характер-то у нее не сахар.

— Света, — обрывает ее моя мама, — ну что ты…

— А что? Только Арсений мог спокойно терпеть ее закидоны. — И тут же опять переключает свое внимание с моей мамы на Никиту. — А вы такой… импозантный мужчина, — и принимается расцеловывать его в обе щеки, норовя задеть и губы. Вот уж извращенка! При живой жене мужа кадрит! Коза озабоченная.

Свету сдвигает в сторону ее мамаша, родная сестра моей матери тетя Марина. Только было открыла рот, чтобы изрыгнуть словесную гадость, как Никиту за руку хватает ее муж дядя Коля.

— Хорош мужика дергать, — вроде как спасает Никиту от бабского налета, но тут же ставит вопрос ребром… — пьешь?

— Редко, — Никита не ожидал такого явного интереса со стороны моих родственников, поэтому опешил и пока не может сообразить, как ему себя с ними вести. Поворачивается в мою сторону ища поддержку и надеясь на помощь, а я лишь радуюсь, что не я стала объектом их интереса. Пожимаю плечами и отмораживаюсь, даю понять, что в этой войне каждый сам за себя.

— Сегодня тот день, когда ты просто обязан начать пить, — тыча пальцем Никите в грудь, говорит дядя Коля. — Пей, пока не попал под Лизкин каблук, — мудрый совет, слов нет.

— Коля, — противно тянет его имя тетя Марина, — поставь бутылку, еще тост не сказали, а ты уже пить собрался.

— Тост, — тут же громко кричит дядя Коля и стучит вилкой по хрустальной рюмке, приводя в ужас тетю Розу.

Оставшиеся галдящие родственники замолкают и переключают свое внимание на нас.

— Ура, наша Лизавета вышла замуж… надеемся, что не в последний раз! Горько! — и опрокидывает рюмку внутрь, широко раззявив рот.

— Ида, а ты еще не хотела ехать, — громко говорит тетя Роза в гробовой тишине после произнесенного тоста, — здесь будет даже веселее, чем на похоронах у Фиры из Хайфы, а ее родственники толк в юморе знают…